– А что ты хотела рассказать про ту девушку, с которой в Тамбов приехала, а ее не взяли? – напомнил Кире.

– Там как, Серегу «Моряка» тогда отправила в госпиталь. Он по своему ранению туда, а я уже тоже закончила с контрактом, зарплату получила и тоже уехала. Я тогда захотела как раз в «Тигры», это тоже подразделение «Редута». Они работали в Бахмуте. И вот туда попала с этой девочкой, в апреле 2023-го, когда с Бахмута начали выходить «вагнера». «Тигры» заходили, а «вагнера» выходили.

– Меняли «Вагнер».

– Мы заменяли их.

– Я писал про одного вагнеровца, который брал Бахмут. Там тяжело было.

– Но они работали хорошо.

– А как ты в «Тигры» переходила?

– Я поехала домой и оттуда позвонила другому командиру.

– А он не стал придираться, почему ушла из «Ветеранов», что и как…

Кира:

– Да нет, там в этом нет проблем. С переходом никогда нет проблем. Выходит, в феврале я вернулась домой, и в апреле я зашла с этой девушкой. Командиру позвонила насчет нее, он не возражал: берешь и бери. У нее муж как раз работает в министерстве обороны на Херсонском направлении. Мы с ней зашли, в Луганске жили, чуть больше недели пробыли на базе, как раз курсы тактической медицины. И в сам Бахмут. Но мы там долго не пробыли и поехали дальше в Прасковеевку. Это поселок от Артемовска (Бахмута. – Прим. авт.) с правой стороны, на окраине Бахмута, так скажем. В первый день, когда мы приехали присмотреть домик, нас начали очень сильно обстреливать. Нас два с половиной часа 120-мм обстреливали. Еще 152-е были. Но их там мало прилетело, в основном 120-е летали. Прямо по дому в нас стреляли, то есть нас заметили и прямо по нам работали. Мы в подвале сидели. И девочка тогда очень испугалась. Она первый раз была в такой близи. Там километра два-три до передней зоны. И, получается, она там молиться начала, бояться, домой звонить, мужу позвонила, сказала, что вот, нас не выпускают. Нас тогда не выпускали на «зеленую» зону, ротироваться не давали, хотя сказали: едем только на неделю. И вот она испугалась очень сильно и мужу позвонила, сказала, что ее не выпустят, попросила его помочь, все остальное. И в итоге нас вместе вытащили оттуда, ее и меня. Ну командира только за нее просили, а он нас обеих убрал оттуда, отправил. И мне из-за нее пришлось расторгнуть контракт.

– Там бои были или только обстрел…

– Мы под обстрел попали, и она просто испугалась. Она сказала, что на «красной» зоне была. Очень сильно испугалась, она и меня подставила. Так с ней пришлось и уйти из подразделения. Дальше в мае 2023 года я в «Борз» попала. Это тоже подразделение «Редутовское». У них эмблема – «Красный волк».

Подразделение хорошее. Командир хороший. По медицинской части тогда главным был позывной «Скальпель». Это военный врач, он терапевт, травматолог. Я была начмедом 2-го батальона. Вот мы с ним вместе работали. Он меня поспрашивал, сказал, что я начмедом буду. Какое-то время он меня подержал фельдшером, а потом сделал начмедом 2-го батальона. Он был полностью начмедом, а я у батальона. А он у бригады. К тому времени это уже бригада была. Я уже сама обучала, мне много обязанностей дали вплоть до: мне надо было сделать кабинеты, я ходила на разведку с ребятами, смотрела, где поставить точку «нуля», как правильно работать, эвакуация раненых, все это ставили.

Мы сначала в Опытное заехали. Изначально мы тоже возле Прасковеевки стояли. Ну там рядышком поселок, уже не вспомню, как называется, мы почти в него не заходили. Тогда точки «нуля» у «Борза» не было, она была у всего «Редута» одна. И поэтому в тот момент мы сидели на «зеленой» зоне. Тогда подготовку молодежи устраивали. Потом уже зашли как раз в Опытное, под Клещеевкой это было. И на Клещеевке работали. Там уже было потяжелее, потому что мне надо было устроить полностью точку «нуля». Полностью подготовить курс тактической медицины для молодежи. У нас каждый день тренировки были с утра до вечера. Две тренировки по тактической медицине только, и мы работали по группам. И у нас были инструктора, каждый преподавал свое. Пулеметчики были, саперы, стрелки – пехота, медицина. Все что ребятам нужно, мы все проводили.

– На тебе медицина…

– Мое – тактическая медицина. «Красная», «зеленая», «желтая» зона.

– Ну и как… Ведь сколько мы знаем ребят гибнет: истек кровью…

– Ну всяких много пособий, но я свое писала на своем опыте. Я по своей теории занималась. То есть у меня ребята начинали с теории, с зоны, от чего вообще умирают, от каких ошибок. Мы искали вены на человеке. Собирать аптечку учились. Это все в теорию входило. Так что им объясняла по медикаментам. То есть из них делала младших санинструкторов, из каждого. Каждый мог оказать помощь себе, товарищу. Один одно запоминает, другой – другое. Поэтому в большой группе они друг другу помогают. И это было намного удобнее мне, а потом мы уже на практику пошли. Мы изучали, как переносить раненых, как эвакуировать, на тросе, без троса, на себе, лежа, ползком, сидя, стоя. Как можно самому отползти в случае чего. Прикрытие также, огневая поддержка. Мы все проходили. То есть определенный комплекс, который я подготавливала для ребят.

– Когда там, с какого по какое время?

– С мая по октябрь 2023 года… И вот как раз в октябре я закончила контракт и уехала домой. И все.