– Вот февраль 2022 года…

Сергей:

– Когда были январские праздники (2022 год), Ильсур сломал ключицу. И когда мы уезжали туда, он оставался в бригаде. Потом, у него рука даже не полностью восстановилась, он сам попросился уехать пораньше. Получается, он уехал 30 апреля. Мы с ним встретились 30 апреля на аэродроме. Меня после первого ранения из Москвы в Самару переводили, и, получается, я прилетел на самолете, а он грузился в другой самолет. Мы ручкой со ста метров друг другу помахали. Все, он улетел, а я сел в автобус и уехал в другой госпиталь.

– Даже словом не перекинулся…

– Да, только ручкой…

– И вот он уехал… Мне сказали, что его считали «счастливчиком».

Сергей:

– У нас-то округ центральный. Все время вперед: наступаем, наступаем. И у него получается: уехал в апреле, в отпуск приехал в июле. И в этот период случилось: в бронежилет попала автоматная очередь.

– Ого!

– На груди у него были магазины с патронами, и вот все пули застряли в этих магазинах. Они шли, получается, перед ним человек погиб, то есть в его группе были потери, там пулевые, плюс миномет их накрывать стал, а у него пара пуль в магазинах застряла, и все. Вышел, там ни царапинки, ничего. Его обходило как-то.

Ильсур Беляев

– В самом деле счастливчик!

– И как там, в деле, на задаче… Это же тяжелая работа.

Сергей:

– Знаете, мы с ним ни один раз говорили, и нашему майору Алексею я как-то рассказывал, мы благодарны его наставлениям. Как вот он нас воспитывал. Потому что бывает, когда хочется дать какую-то слабину, особенно, когда смотришь на других офицеров, других выпусков, других училищ, кто моложе нас, кто старше, где-то слабину дают, где-то пытаются обмануть, съюлить от выполнения задачи. Всегда в такие моменты вспоминали майора Алексея, и перед самим собой становилось стыдно, и как бы работали до конца. Не было такого, людей своих отправить: «Все, вы идите. Я буду здесь сидеть». Как бывает иногда в некоторых подразделениях.

– Разгребайтесь сами, а я потом…

– Ну да: «Я здесь посижу, а вы тройкой идите. Потом мне доложите, есть там противник или нет». Не факт, что они дойдут дотуда. И у Ильсура было, что он сам постоянно ходил со своими людьми, а не так что солдат отправил, и все. То есть он постоянно везде с ними.

Я вспомнил майора Ершова, о котором писал в книге «Солдаты СВО. На фронте и в тылу». Он, командир артиллерийской батареи севастопольских морпехов, всегда был на линии соприкосновения с противником, наводя орудия ни по чьим-то координатам, а сам, почему и удары батареи были результативными.

Сергей:

– Может, это не совсем правильно как для управленца, командир группы может погибнуть, и управление потеряно, но с человеческой точки зрения на войне показывать нужно. Потому что если видят, что сам командир ходит, солдаты идут. Он постоянно впитывал, вбивал… Про Хиро Онодо[24] рассказывал…

– Это кто такой? – спросил я.

– Японский офицер, война закончилась, а он еще тридцать лет воевал на острове. Диверсии устраивал. Еще что-то такое.

– До конца шел…

– Да, потому что не видел приказа императора, что война закончена, и продолжал воевать…

– Верность присяге!

– Воспитание такое было, в голову вбивали и про честь офицерскую… Вот, хотите послушать еще песню нашего спецназовца?

– С большим удовольствием.

Тут я послушал другую песню Павла:

– Рота охотников на нацистов… – повторил я. – Вот с апреля по июль Ильсур там. В мае 31 день, в июне… И того 60 дней…

Сергей:

– Но это у него была самая короткая командировка… А погиб он в Торецке 23 декабря 2024 года. Он по каким-то непонятным причинам был вместе с группой. Получается, они зачищали жилые дома, четырехэтажки там, пятиэтажки. И вот за три дня они два здания зачистили. Одно здание зачистили. Другое здание вместе с противником сожгли. И вот на третий или четвертый день они уже взяли полдома. То есть четырехэтажка – два подъезда. Один подъезд они уже взяли. Все, находятся в подвале. Это я пытаюсь правду найти, разговаривал с человеком, который выжил. Там всего два человека выжило из тех, кто был с Ильсуром. И, говорит, противник начал все обстреливать. То есть стрелять из стрелкотни, из гранатометов по зданию, чтобы они не могли выйти. Эта «Баба-яга» где-то кружила. Они как раз в подвале сидели и готовились к рывку налететь на соседний подъезд и зачищать. И, получается, тут услышали какой-то стук, а потом произошел взрыв. Над ними. Они были в подвале, а взрыв на первом этаже над ними произошел. Получается, всех, кто был в подвальном помещении, всех из него выкинуло в соседнее помещение в подвале. А Ильсура ударной волной как-то вглубь засосало. Он крайний стоял, и прямо плита на него сложилась. То есть можно сказать, полподъезда прямо на него упало… Просто тут опять такой момент был, что он вроде целый командир роты, а пошел… У нас командир роты редко куда ходит. Нет такого, чтобы командир роты с группой шел… Ну у нас как бы не принято: группа есть группа – обособленный организм… А тут что, командир роты пошел с группой…

– Может, что-то забуксовало, и Ильсур взял и пошел… Не смог усидеть, когда нужна помощь…

Потом, сокрушаясь, произнес:

– Взорвали над ними…

Сергей:

– Да, противник использует танковые мины. Взрывает их, чтобы здание складывалось. И тут такое произошло.

– А как мина там оказалась?

– Получается, когда их обстреливать начали, специально, чтобы не высовывались, человек просто забежал, мину поставил на этаже и убежал…

– Теперь достать его проблемы… И чтобы достать, надо разгрести…

Раньше я думал о плите над Ильсуром, теперь выходило, над ним лежал сложившийся подъезд.

С горечью произнес:

– Папа с мамой ждут…

– Да, родители не верят…

– Но тот дом уже наш (где подорвали Ильсура), – предположил я.

– Да, но, чтобы вытащить, насколько фронт нужно продвинуть, чтобы технику подогнать…

Невольно пришли мысли о молодой вдове и как дальше строить жизнь. Эти мысли вынимали часть сердца.

Ильсур Беляев с товарищем