Очередной день начался максимально позитивно — я зашел в игру точно перед стартом кланового рейда, добросовестно выдержал обязательную программу, помог доставить в Нордкольм дропнувшиеся с демонов вещи, после чего узнал, что общее количество заработанных мною рейдовых очков наконец-то перевалило за тысячу. Душа посланника в списке трофеев нашлась, ее цена не изменилась, забрать желанную добычу не составило никакого труда и этот нудный челлендж наконец-то завершился. Теперь я мог с легким сердцем игнорировать любые совместные активности и посвящать все доступное время самостоятельному фарму.

— Эй, Клещара, свободен?

Я обернулся, увидел рядом улыбающегося Аскета и вопросительно поднял брови:

— Для чего?

— Слышал про Фенрира? — поинтересовался товарищ. — Как его распотрошили?

— Ага.

— Мы хотим по восточному карману прошвырнуться, там…

— Не, друг, я пас.

— У нас половина клана туда собирается. Если квестовый булыжник найти, перспективы шикарные рисуются.

— Охотно верю, но мне качаться надо. Пятихатка совсем рядом.

— Ну, как скажешь, — разочарованно вздохнул Аскет. — Мы могли бы чисто втроем, за счет маскировки, очень далеко пройти. Ты подумай.

В предложении коллеги однозначно имелся смысл, микроскопический отряд из трех разведчиков действительно был способен забраться черт знает куда и обнаружить там черт знает что, но такая экспедиция никак не вязалась с моими текущими планами. С другой стороны, наотрез отказываться от теоретически возможного сотрудничества мне уже не хотелось — просто потому, что я мог использовать несомненные таланты Аскета и Меандро абсолютно иным способом.

— Слушай… отойдем?

Заинтригованный разведчик без лишних слов последовал за мной, а когда рядом с нами не осталось других игроков, с интересом поинтересовался:

— Есть какие-то соображения?

— Короче говоря, меня очень даже интересуют квестовые души. Очень.

— Так.

— Но искать их я в ближайшие несколько дней не смогу, мне реально надо качаться.

— Так.

— И вот если у вас там сложится неловкая ситуация, когда вы найдете квестовую локацию, но не сможете прибить босса, то я могу купить эту информацию. Дорого.

— Сколько?

— Одна душа посланника за одну экскурсию до нетронутой квестовой локи.

— Дешево как-то, — поморщился Аскет. — Она же дорогая. Душа, в смысле.

— Никто не запрещает вам самим ее добыть. Вдвоем.

— Мефу такая инфа тоже пригодится, — заметил собеседник, украдкой оглядываясь на скопившихся возле добычи товарищей. — Однозначно.

— Согласен. И он выдаст за нее по сто рейдовых очков каждому. Очень ценный ресурс, кстати говоря.

Разведчик многозначительно хмыкнул, почесал затылок, но в конце концов кивнул:

— Я тебя услышал. Если вдруг, то обязательно.

— Вот и отлично. Удачи вам там с карманом.

— И тебе с прокачкой.

Завершившийся разговор еще больше поднял мне настроение, так что на земли демонов я вернулся, будучи абсолютно довольным жизнью. Самый первый из обнаруженных посланников благополучно удрал от возмездия, но уже следующий охотно поделился со мной драгоценным кристаллом и процесс, как говорится, пошел. На этот раз я сместился чуть западнее разведанных кланом территорий, а поскольку драконов здесь раньше никто не убивал, то дроп обещал быть воистину шикарным. Общую картину портил только неадекватно длинный кулдаун божественной молнии, серьезно ограничивавший меня в сборе фрагов — часовые перерывы малость подбешивали.

Решив узнать, есть ли возможность каким-нибудь образом сократить откат своих умений, я внимательно прошерстил аукцион, потом забрался на форум, но в конце концов был вынужден смириться с текущим положением дел. Нужные мне предметы в игре существовали, благодаря грамотно подобранной экипировке кулдауны без проблем сокращались на тридцать-сорок процентов, однако стоило это удовольствие таких больших денег, что я предпочел как можно скорее о нем забыть. В конце концов, драконы и так фармились — пусть и достаточно нудно.

Включать стрим по-прежнему было нельзя, общаться с бобром мне очень быстро надоело, валькирия тоже начала подбешивать, так что единственным моим развлечением на ближайшие несколько часов стал форум — теперь, приголубив очередного посланника Тьмы и сбросив с хвоста погоню, я оперативно перебирался на игровой портал, где спокойно читал новости, следил за выяснением отношений между отдельными пользователями, а также пытался угадать актуальные векторы развития игры. Это занятие вносило необходимое разнообразие в скучный геймплей, однако давало слишком много поводов для тревоги — судя по трансляциям, выкладываемым игроками роликам и наиболее горячим обсуждениям, клановые воротилы очень живо отреагировали на список дропнувшихся из Фенрира ништяков. Популярность диких карманов возрастала устрашающими темпами, экспедиции туда отправлялись чуть ли не каждый час, а строительство телепортов приобрело какой-то нездоровый размах — складывалось впечатление, что каждая уважающая себя гильдия пытается любой ценой отгрохать для своих членов личный портал. На этом фоне средняя цена телепортации в дикие земли ощутимо снизилась, но это лишь усугубляло ситуацию — теперь забраться в центр тихоокеанского кармана мог даже самый жалкий краб. А поиск новых квестовых локаций в самом ближайшем времени грозил стать абсолютно бесперспективным делом.

— Дерьмо.

К сожалению, я никак не мог разорваться на части, так что продолжил заниматься тем, что у меня получалось лучше всего — агрить и убивать демонических драконов. Соответствующие навыки постепенно нарабатывались, расход дымовых гранат и зелий восстановления магии сокращался, а увеличенная энергоемкость магического щита чуть ли не в буквальном смысле этого слова развязывала мне руки — спустя какое-то время я до того обнаглел, что два раза подряд отправлялся добивать покалеченных тварей, не обращая внимания на их приспешников. Впрочем, реальная эффективность моего фарма все равно чуточку хромала — каждый второй гад успешно спасал свою шкуру, а поскольку шанс выпадения душ из убитых особей отнюдь не равнялся ста процентам, то к вечеру мне удалось получить лишь три дополнительных камешка. Что по своей сути являлось очень даже хорошим результатом, но далеко не пределом мечтаний.

Второй за день клановый рейд я успешно пропустил — абилка стояла на кулдауне, а без нее это мероприятие автоматически теряло смысл. Во всяком случае, напрягаться ради тридцати-сорока бесполезных очков мне откровенно не хотелось. Чтобы не мелькать лишний раз перед глазами товарищей, я сделал небольшой перерыв, перенес трофеи с аукциона в личное хранилище, забрал остатки расходников, погулял немного по берегу столичного болота, а уже затем вернулся в Нордкольм. Правда, момент оказался чертовски неподходящим — дележка трофеев успела закончиться, игроки начали расходиться по своим делам и большая их часть отправилась к телепорту. Откуда как раз и вылезли мы с бобром.

— Ого, Клещ собственной персоной.

Я вымученно улыбнулся Апологету и попытался тактично отойти в сторону, но избавиться от болтливого чародея оказалось не так-то просто.

— Подожди, ты куда?

— Я на прокачку.

— А чего с нами на рейд не пошел?

— А какой смысл туда идти, если очков в итоге ни на что не хватает?

— Общественно-полезный труд возвышает и облагораживает, — важно произнес маг, для убедительности подняв вверх указательный палец. — Да и очков нам достаточно сыпет.

— Ну, вам-то да, — согласился я, с тоской глядя на далекие горы. — А вот милишникам хрен.

— Кто бы жаловался, — фыркнул собеседник. — Как прокачка идет?

— Нормально.

— Что-то не заметно. Два дня, а уровень тот же самый. Небось, посланников в одно рыльце фармишь?

Догадка Апологета оказалась настолько внезапной, что я откровенно растерялся и не смог сочинить ни одного нормального ответа. Пришлось разыгрывать стандартное удивление.

— С чего ты взял?

— Уровень ты не качаешь, — задумчиво произнес волшебник. — Абилка читерская с копьем лютым у тебя есть. В текущих лотах недавно было сразу три камня души. Один из них ты мог рейдами нафармить, один мог где-то еще взять, но три — это уже перебор. Или все не так?

— Так, — был вынужден признать я. — Ну и что?

— Да ничего, просто было интересно теорию проверить. Зачем тебе души-то?

— Это валюта будущего. Крона дешевеет.

— Ну, как скажешь, — с некоторым разочарованием кивнул собеседник. — И что, нормально получается?

— Лютый гемор. Хуже только эти долбаные рейды.

— Ясно. Ладно, успехов.

— Ага, тебе тоже.

То ли не в меру догадливый волшебник исподволь наложил на меня черный сглаз, то ли я слишком сильно перенервничал из-за раскрытия своей маленькой тайны и утратил в итоге должную концентрацию, но остаток вечера прошел под знаком череды обидных неудач. Гребаные драконы отказывались дохнуть, их миньоны чересчур точно и метко плевались своими снарядами, зелья маны закончились в самый неподходящий момент, а когда я все же прибил особенно невезучего посланника, то из него выпало ровным счетом ничего — система как будто намекала мне, что нужно сбросить темп и немного отдохнуть. В итоге я плюнул на фарм, выключил игру и перебрался в реальность, где меня уже поджидал изнывавший от любопытства отец.

— Как успехи?

— Я в душ. Потом расскажу.

— Котлеты на столе, — донесся из спальни голос мамы. — Чтобы все съел!

— Обязательно.

— Бегом давай, — поторопил меня отец. — Люди ждут новостей.

— Уже иду, спокойно.

Рассказ о моих приключениях много времени не занял — бесконечно повторять, как именно я убегал от стрекоз и почему смог выжить тот или иной демон, было бы глупо. Зато все остальное удостоилось внимательного разбора.

— Думаешь, этот перец реально подпишется? — задумчиво спросил отец, имея в виду Аскета. — Не забьет болт?

— Предложение-то хорошее, — пожал я в ответ плечами. — Считай, пятьсот монет чистыми. Они вдвоем квестовые локации однозначно не вытянут, помощники в любом случае свою долю потребуют, а если шефу инфу слить, то там вообще профита ноль.

— Тысяча монет смотрится гораздо лучше пятисот, — заметил собеседник. — И две тысячи тоже.

— Надеюсь, они прогуливали арифметику и не додумаются до таких сложных вещей.

— Ага, как же. Ты уже видел, сколько может стоить уникальный питомец?

— Нет, а сколько?

— Душу, которая с Фенрира выпала, на аукцион поставили, но час назад кто-то психанул и закрыл лот по цене выкупа. Отдал пять тысяч крон.

— Блин.

— Здесь есть два совершенно разных варианта, — как ни в чем не бывало продолжил отец. — Или общественность расценит эту ставку как бредовый максимум, или общественность вспомнит про ограниченное число таких вот петов и в будущем подобный ценник станет отправной точкой для продажи.

— Лимиты решают, — недовольно хмыкнул я. — Вряд ли эти души с каждого призрака валиться будут.

— А в списке ведь еще и другие ништяки есть.

— Ладно, фиг с ним. Лучше послушай, до чего там один хрен додумался. Короче, иду я…

Повествование о моей беседе с Апологетом вызвало у родителя смешанную реакцию — он явно воспринял все случившееся не только как прямую угрозу моему финансовому благополучию, но как демонстрацию моей очевидной недальновидности.

— Ты бы еще жонглировать этими булыжниками начал. Прямо на центральной площади.

— Пап.

— Что? Сам же рассказывал, что твоя любимая казначейша по утрам все топовые лоты и всех топовых игроков проверяет. Думаешь, она одна это делает?

— Нет.

— Ну вот, решил этот хрен чекнуть аукцион на предмет халявы и увидел, что сосед по клану хранит там сразу три уникальные души. Обыденность.

— Все равно как-то неприятно получилось.

— Неприятно будет, если тебе друзья из клана счет выставят. А это так, цветочки.

К моему искреннему сожалению, предок в который уже раз оказался прав. Но выяснил я это лишь следующим утром, когда решил перебраться из столицы в Нордкольм и столкнулся с абсолютной невозможностью использовать клановый портал — теперь, чтобы один раз слетать к демонам, нужно было вернуть родной гильдии целую сотню рейдовых очков. Которых у меня практически не осталось.

Священное пламя разгоревшегося баттхерта оказалось настолько жгучим и яростным, что я не выдержал, открыл список контактов и написал Серенькому — если Апологет казался слишком мелкой фигурой для изменения текущих правил доступа, то у нашего бессменного рейд-лидера были все необходимые полномочия. А еще явное желание удержать занятый кусочек территории под абсолютным контролем.

[Привет. Можно узнать, почему меня больше не пускает к демонам? Это такой утонченный жест искреннего дружелюбия?]

[В гильдию зайди, поговорим.]

Продолжая кипеть от злости, я в сопровождении верного бобра пересек площадь, зашел в клановый особняк, после чего не слишком-то вежливо улыбнулся дежурной администраторше:

— Доброе утро. Где Серого найти?

— Он на втором этаже, — охотно улыбнулась девушка. — Ждет вас.

— Спасибо.

— Сощщная шеррфя, — пропыхтел взлетевший над стойкой Люцифер, окидывая нашу собеседницу жадным взглядом красноватых глазенок. — Растефайсся. Щмело.

— К сожалению, внутренние распорядки клана исключают стриптиз, — вновь улыбнулась администраторша. — Но я могу повысить градус приватности, обрив тебе пузико и жопку. Согласен?

— Щмеррть!

— Все, идем, — оборвал я это представление. — Уймись, шерстяной.

— Была очень рада вас видеть!

— Мы тоже…

Серенький обнаружился в крохотном кабинете с массивным дубовым столом, парой кресел и несколькими развешанными на стенах картинами. Больше в комнате абсолютно ничего не было, а отсутствие общего стиля говорило о том, что хозяин просто не знает, на кой черт ему это помещение. Впрочем, здесь действительно можно было проводить деловые встречи.

— Привет, Клещ. Садись.

Я устроился в кресле, окинул боевого товарища не самым дружелюбным взором и повторил заданный в переписке вопрос:

— Хочу узнать, с чем связаны изменения пропускного режима. Ты же отлично знаешь, что я никогда не наберу столько рейдовых очков, чтобы спокойно качаться у демонов. Это физически невозможно.

Командир глубоко вздохнул, болезненно поморщился, а затем произнес:

— Давай начистоту, а? Не люблю все это кулуарное дерьмо.

— Давай.

— Я отлично понимаю, что у тебя сейчас все неимоверно прекрасно и замечательно, однако ты совершенно не учитываешь интересы других людей. А вот Мефа откровенно не устраивает ситуация, при которой один из подчиненных демонстративно забивает болт на дела гильдии, но при этом пользуется дорогостоящими клановыми улучшениями, попутно уничтожая ресурсы очень ценной локации. Это уже перебор.

— Все из-за того, что я вчера один рейд пропустил?

— Нет, все из-за того, что ты в обход совместных рейдов фармишь посланников. Нормальный лут при этом один хрен не падает, тебе достаются только души, а их дропрейт очень быстро снижается. Получается, что ты ведешь себя как собака на сене — и сам толком профита не имеешь, и у других его забираешь. Это полная хрень, если честно.

— Ладно. На вашем портале свет клином не сошелся.

— Не нужно тут оскорбленную невинность разыгрывать, — еще раз поморщился Серенький. — Ты реально считаешь, что Меф не прав? Что у тебя есть некая моральная привилегия запороть клану целую локацию?

— Учитывая то количество очков, которое вы отсыпаете за рейды… ну, даже не знаю.

— Очки начисляются системой в зависимости от ценности полученного лута и реального вклада каждого из участников, — терпеливо произнес собеседник. — Людей много, лут ограничен, один игрок все равно не может получить слишком много. Если тебя интересуют детали, то сейчас клан берет сорок процентов добычи, из которых компенсирует свои затраты на постройку телепорта, его охрану и покупку расходников. Все остальное уходит в народ.

— Не суть важно.

— Согласен, — охотно кивнул хозяин кабинета. — Значит, вернемся к моему вопросу. Ты реально считаешь, что у тебя есть моральное право запарывать нам локацию? Как ты там выразился… это с твоей стороны утонченный жест искреннего дружелюбия, так?

— Нет.

— Вот поэтому и введена плата. Мне известно, сколько ты выбиваешь очков за один рейд, известно, как часто летаешь на север. Два-три дня совместного фарма — и у тебя целые сутки полной свободы.

— Проехали. Найду что-нибудь еще.

— Сата говорила, что ты обидишься, — хмыкнул командир. — А еще она говорила, что ты достаточно умен, чтобы согласиться на другое предложение.

— Какое именно?

— Одна душа посланника за одни сутки безлимитного доступа.

Мне очень хотелось послать Серенького на три буквы и гордо уйти в закат, но Сатэна оказалась права — предложенная руководством гильдии сделка оказалась достаточно заманчивой, чтобы я сходу оценил ее теоретическую выгоду и немного придержал коней. Сработал элементарный расчет — при стабильном уровне фарма и гарантированной добыче пяти-шести кристаллов в день, один из них можно было с легкостью отдавать за комфортный проход к демонам. А поскольку заявленные цифры являлись вполне реальными, то и назначенная кланом цена тоже выглядела максимально адекватной.

— Хорошо.

— Очень рад, что мы поняли друг друга, — с явным облегчением улыбнулся Серенький. — Не люблю возиться в этом дерьме. Лучше бы ты к Мефу пошел.

— Да я с ним не общался ни разу нормально.

— В общем, хорошо, что решение найдено. Сегодня пойдешь?

— Ага. Тебе камень отдавать?

— Можно и мне.

Сделка была заключена, телепорт вновь распахнул для меня свои объятия, но прежде чем свалить к демонам, я осуществил небольшую ревизию оставшихся запасов, после чего отправился на аукцион и спустя десять минут ожидания успешно слил какому-то перекупщику еще один кристалл души. Теперь их общее количество опустилось до шести единиц, это обстоятельство еще сильнее подожгло мне пятую точку, но изменить положение дел было уже нельзя — оставалось утешаться только тем, что отныне у меня есть все необходимое для уверенного фарма.

— Идем, шерстяной…

Злость в совокупности с подгорающей задницей оказались не самыми лучшими помощниками в охоте — я раз за разом делал какие-то глупые ошибки, упускал недобитых посланников, дох под ударами стрекоз и демонстрировал ужасающе низкий уровень профессионализма. Хорошо еще, что абилка валькирии продолжала работать, драконы время от времени дохли с первого же удара и ближе к концу вечера у меня скопилось целых три дополнительных камня душ. Правда, осознание реального уровня своих достижений лишь вызвало в моем сердце новую вспышку раздражения — чувствуя внутреннюю необходимость качественно перекрыть все утренние затраты, я из принципа задержался в игре еще на пять с лишним часов и уже ночью выбил-таки четвертый за день кристалл.

Это знаменательное событие позволило мне слегка успокоиться и с чувством выполненного долга выйти в реал, где я тут же стал объектом повышенного интереса со стороны бодрствовавшего в гостиной отца — тот переживал за мои успехи настолько сильно, что решил дождаться любимое чадо в компании бутылки вина и длинного подноса с копчеными морепродуктами.

— Присоединяйся, сын! Кофе на кухне, лазанья в холодильнике.

— Не хочу лазанью, — вздохнул я, вытаскивая из общей кучи длинную полоску вяленой икры. — Ты чего не спишь?

— Жду отчета. Сколько душ заработал, сколько пуканов поджег?

— Только свой собственный. А по душам там всего плюс две.

— Так мало?

— Клан решил гайки закрутить, налог требует. И деньги закончились.

— Ну-ка, рассказывай.

Как ни странно, душещипательная история о коварстве низменных соклановцев не произвела на родителя должного впечатления — узнав все детали, он лишь покачал головой, а затем ударился в воспоминания о собственной молодости:

— Помню, был у нас на курсе один тип с квартирой. Он как-то раз пустил к себе кореша пожить, чтобы коммуналку частично отбивать. И вот месяца три у них все было нормально, а потом начались какие-то непонятки. Убираться этот хмырь не хотел в принципе, на хавчик скидываться его тоже не тянуло, коммуналку приходилось с боем вытаскивать, ну и дальше по списку. В общем, хозяин той хаты еще полгода тихо страдал, а затем махнул рукой и послал другана в пешее эротическое путешествие. Ничего ситуация не напоминает?

— Да понял я уже, что вы все обо мне думаете. Крабы.

— Чем больше наглеешь, тем больше шанс ощутить между ягодицами раскаленную кочергу народного гнева.

— Спасибо за неземную мудрость, пап.

— Учись, пока не поздно.

Я махнул рукой, взял с подноса упитанную жареную креветку, после чего тут же измазался в соусе и выругался.

— Тихо ты, мать разбудишь.

— Да все, я сейчас спать пойду. Завтра опять этот гемор.

— Будешь продолжать?

— Ага. Иначе никак.

— Правильно, нечего раньше времени расслаблять булки. Укрепляй свой пукан денно и нощно, иначе его тренировкой займутся совершенно посторонние люди.

— Ой, все.

Не сказать, чтобы я принял отцовское напутствие слишком близко к сердцу, однако мои действия в итоге стали реальным отражением его слов — на протяжении следующих трех дней я устроил себе жесточайший игровой марафон, чуть не надорвав в итоге многострадальную задницу. Необходимость каждое утро передавать в казну гильдии новый кристалл души заставляла меня безвылазно сидеть в игре и раз за разом убивать драконов, такая охота активно сжирала ресурсы, уже через двое суток мне пришлось расстаться с еще одной душой ради пополнения кошелька, это вызвало очередной приступ баттхерта — и порочный круг замкнулся.

Чтобы качественно остудить воспламененные полупопия, требовалось выйти на расчетный уровень эффективности, а с этим имелись кое-какие проблемы — находившиеся в шаговой доступности посланники Тьмы мало-помалу теряли дропрейт и мне никак не удавалось добиться от них нужного количества душ. За первый день я получил целых семь камней, а вот за второй и третий — лишь пять и четыре соответственно. В принципе, даже учитывая сопутствующие траты в размере четырех кристаллов, этот результат выглядел не таким уж плохим, однако мое негодование из-за возникшей ситуации только усиливалось.

— Подгорает качественно, — сообщил я отцу в ответ на его традиционный вечерний вопрос о текущих успехах. — С одной стороны, нормально все идет, души копятся. Но меня так и подмывает бросить это дерьмо.

— Успеешь еще, — равнодушно отмахнулся предок. — Ты сейчас гребешь профита больше, чем ваш командир и все его боевые дятлы, вместе взятые. Так что это им нужно себя за жопу кусать от зависти, а не тебе.

— Слабое утешение.

— А сколько у тебя там душ накопилось?

— Двадцать две.

— И сколько еще копить собираешься?

— Мне нужно тридцать. По пять штук для пяти вызовов Фенрира, еще пять в качестве денег.

— Тридцать душ по текущему курсу будут стоить около пятнадцати тысяч крон, — проявил завидную осведомленность собеседник. — Можно их продать и вообще не париться.

— Фиг там. Я заслужил капельку славы.

— Ты ее уже получил, когда тебе Аник задницу надрал, — непочтительно фыркнул отец. — Куда больше-то?

— Не нагнетай.

— Кстати говоря, у меня складывается впечатление, что ты попросту боишься вызывать этого волчонка. Трепещешь от жадности и страха, как бесхребетный лангуст.

— Надо же, какой тонкий анализ. Восхищен.

— Ага. Душа пустошей у тебя есть? Есть. Души посланников есть? Есть. Где призыв?

— Не хочу сфейлиться на ровном месте. Пусть его кто-нибудь другой еще пару раз вызовет, я абилки спокойно чекну, тактику нормально просчитаю, а потом уже видно будет.

— Трепещущий краб, получается.

— Да хоть креветка. У меня есть план, я его спокойно реализовываю.

— Как скажешь, сынок, как скажешь.

Этой ночью заснуть получилось далеко не сразу — в голову упорно лезли самые разные мысли о Фенрире, призраках, лежавших в хранилище душах, курсовой работе и других сопутствующих вещах. Думаю, отец был чертовски прав, когда намекал, что я банально опасаюсь слить в пустоту огромные запасы уникальных расходников — из-за побочных свойств молнии теоретический лут вполне мог сократиться до нуля, а такой итог стал бы чересчур жестоким испытанием для моих нервов. Проще говоря, мне на подсознательном уровне хотелось отсрочить момент истины и сформировать мощную финансовую подушку для получения некой моральной компенсации за вероятный провал. Даже несмотря на то, что этот процесс вынуждал меня каждодневно испытывать широчайший спектр негативных эмоций.

— Еще два дня, — пробормотал я, рассматривая заглянувшую в окно луну. — Еще два гребаных дня…