Я не знала, во сколько проснулась во второй раз, но возникало настойчивое ощущение, что снова слишком рано. Я с трудом оторвала тяжелую голову от пола, но продолжать сон все же не хотела – лучше отправиться на поиски выхода.

Если честно, я не была уверена, что выход есть, но эту уверенность себе внушала – подбадривала себя, настраиваясь на работу. Настраиваясь на поиски, вероятно, долгие и сложные. Я не сдамся. Ни. За. Что. Тем более, как оказалось, смерть – это еще не конец. И даже если в этом мире я умру – а я все еще считала себя живой, – то стану духом и продолжу поиски, а затем вернусь в мир людей в виде духа.

Главное, выберусь. Но не сдамся. Мертвая я останусь такой же упрямой.

Так, стоп. Хватит думать о смерти.

Я огляделась, чтобы удостовериться, что все еще в мире духов. Вдруг это был лишь красочный сон? Или же бред, и я очнусь в больнице? Да уж, хорошая перспектива. А может, я действительно была в мире духов, но уже перенеслась обратно в мир людей?

И все-таки нет. Возможно, конечно, я действительно сейчас нахожусь в палате психиатрической больницы, вот только узнать это наверняка не получится. Зато я четко видела, что сижу на полу в спальне погибшей незнакомки, а за окном открывается вид на непроницаемо-черное небо и две луны. И еще мертвый холод… Я обняла себя за плечи, поморщившись. Как же он надоел. Как же я мечтала сейчас погреться на солнце… Или найти работающий обогреватель…

Но вот что – точнее, кого – я не увидела, так это Сончхоля.

– Сончхоль-а? – неуверенно позвала я. – Сончхоль-а!

Никто не отозвался, и, немного подумав, я покинула комнату. В этот же момент из своей спальни вышел безликий мужчина, и я с криком отскочила назад. Я и забыла о нем!

Отшатнувшись, я поскользнулась и упала, и мое сердце замерло от страха, что я сейчас разобью себе голову о стоящий за мной низкий шкаф, но… я просто упала сквозь него.

Вновь вскрикнув, я перекатилась по полу, подскочила на ноги и уставилась на шкаф во все глаза. Проклятье, это действительно ужасно. Лучше бы я ударилась.

Безликий мужчина скрылся, как я предположила, на кухне, так и не заметив меня, не услышав мои крики. Думаю, он бы и сам закричал и выбежал из квартиры, если бы вдруг услышал мой голос.

Глубоко вдохнув в попытке выровнять дыхание, я с недовольством покосилась на шкаф и вернулась в занятую нами спальню. И где Сончхоль? Пошел погулять? Бросил меня? Не могли же лисы забраться сюда, пока я спала, и съесть только его?

Я вновь поморщилась, представив такую картину. Не знаю, что менее вероятно: что лисы не тронули меня или что я не проснулась, пока рядом заживо ели человека?

– Айщ, и о чем я только думаю? – простонала я, уронив лицо в ладони.

Я решила, что еще немного подожду Сончхоля, но если он не объявится, уйду одна: терять время впустую не хотелось. Нужно добраться до дома, увидеть маму и, конечно же, начать поиски выхода…

Размышляя, как лучше подступиться к этой задаче, я прошлась по комнате, рассматривая обстановку. Хотя ходить здесь было особо негде, а рассматривать почти нечего. На одной из навесных полок я с удивлением заметила книгу о шаманизме. Я любила собирать информацию по этой теме, но дома у меня не было подходящих книг, ведь мама… мама бы устроила скандал, обнаружь такую. Однажды она даже смяла и сожгла принесенные мной из храма бумажные обереги…

Все подобное было под запретом.

Забывшись, я протянула руку, чтобы полистать книгу. Я еще не привыкла, что не могу влиять на мир живых…

А пальцы внезапно легли на корешок, и я ощутила его прохладную шероховатость.

В это же мгновение я вспомнила, что не должна была это ощутить. Что мои пальцы должны были пройти насквозь.

Но этого не случилось.

Не веря своим глазам, я сжала корешок и сняла книгу с полки. Взяла ее в руки и открыла, пролистала старые пожелтевшие страницы… Я даже не пыталась прочесть, что на них написано. Было не до того. Я просто чувствовала – чувствовала прикосновение к чему-то.

– Нуна?

Оглянувшись, я увидела Сончхоля, ошеломленно уставившегося на книгу в моих руках.

– Как ты?..

Не успел он закончить вопрос, как книга вдруг выпала из моих пальцев, вернее, провалилась сквозь них. Я замерла, не понимая, что случилось, а затем присела на корточки и попыталась ее поднять.

Но не смогла.

– Холь… как странно, – пробормотала я и, встав, посмотрела на Сончхоля: – У меня вдруг получилось взять книгу.

– Я заметил, – хмыкнул он. – Как? Ты просто… подняла ее?

– Ага… Может, это потому что я забыла, что не могу ни к чему прикасаться? – предположила я, но звучала такая идея сомнительно.

На лице Сончхоля я прочла откровенный скептицизм.

– Нужно будет еще раз попробовать, – пожала я плечами. – Хотя теперь у меня будет постоянно крутиться в голове мысль, что я должна забыть, а потому я больше никогда не забуду.

Сончхоль усмехнулся и оглянулся на коридор:

– Надеюсь, тот мужчина не услышал, как книга упала.

– Да уж, если он зайдет сюда и увидит, что книга лежит на полу… Э-э, удивится. Это явно не та траектория, по которой книга могла бы упасть с полки самостоятельно, – вздохнула я.

– Да еще и книга про шаманские ритуалы, – развеселился Сончхоль. – Он из-за тебя перепугается.

Я закатила глаза, но резко опомнилась:

– Где ты был вообще?

– Я… Если честно, мне не спалось, и я решил пройтись. Заодно сходить в зал прощания и принести нам что-нибудь на завтрак.

– Идея-то хорошая, – согласилась я, – но где еда?

– Я забыл, что не могу взять ни пакет, ни сумку… – смущенно объяснил Сончхоль. – Поэтому я бы не донес сюда тарелки и миски в руках. И подумал, ты все равно не захочешь сидеть здесь. Прогуляемся до похоронного зала вместе и поедим там.

Я кашлянула, сдерживая смех, чтобы не обидеть Сончхоля:

– Понятно… Кстати, очень мило с твоей стороны.

– Ну, ты ведь спасла мне жизнь.

– А ты уступил мне матрас, – нарочито серьезно напомнила я.

Сончхоль весело фыркнул.

– Но давай действительно побыстрее уйдем, – перешла я к делу. – Я все еще хочу найти свой дом и отправиться на поиски выхода. Последнее нужно и тебе. Но сначала обсудим, как мы будем это делать…

Я села на пол, скучая по привычному его подогреву, которого в этом мире, что неудивительно, не было. Сончхоль опустился напротив меня, скрестив ноги, и в задумчивости подпер подбородок ладонью.

– Хм… Вряд ли тут есть дверь в мир людей. Тут в принципе дверей нет…

– Почему, кстати? Не знаешь?

Сончхоль пожал плечами:

– Откуда я могу знать… Но духи ведь не умеют открывать окна и двери. Может, поэтому.

– Какая забота о духах, – иронично отметила я.

– Ты заметила, здесь у людей и духов еще и теней нет, – добавил Сончхоль.

– Серьезно?

Тут же поднявшись на ноги, я подошла к окну, чтобы лунный свет упал на меня… и действительно не увидела собственную тень. Это выглядело удивительнее, чем можно было бы предположить, и я выглянула из окна, чтобы проверить, чтобы убедиться… Луны горели почти до ослепительного холодно, будто прожекторы над темной сценой. По улице прошлись двое безликих, нырнув прямо в серебряные лучи, и я не увидела теней.

– Ничего себе… А что еще?.. Ладно, неважно, – отмахнулась я, садясь напротив Сончхоля. – Так. Нужно думать логически. Как отсюда выбраться? Здесь все вокруг духи. Мертвые. А мы с тобой живы. Ты еще и медиум. Хм…

Логическая цепочка не складывалась.

– Ты ведь не медиум? – уточнил Сончхоль. Я качнула головой. – Может, в семье были медиумы или шаманы?

Я с сожалением вздохнула:

– Я мало что знаю о своей семье… Мама сирота, а папа ушел от нас, когда я еще была ребенком, и в последний раз я видела его лет так десять… Нет, даже двенадцать назад. Так что мама о нем не говорит, а мне и неинтересно спрашивать.

– Понятно… То есть исключать вероятность твоего родства с тем, кто обладал или обладает каким-то даром, мы не можем. Это неплохо, ведь связь должна быть, а больше ничего в голову не приходит, – признал Сончхоль.

– И мне. Тогда стоит начать с этого. С шаманизма.

– Ты имеешь в виду какой-то ритуал? – оживился он.

– Что-то вроде… Но вообще, если мы с тобой ничего не знаем, должен быть кто-то, кто знает!

– Кто-то, кто знает… – протянул Сончхоль. – Конечно! У меня не было наставника, но ведь шаманы и медиумы учатся у старших, передают друг другу знания… Должны быть какие-то записи или книги…

– Но мы не сможем их открыть, чтобы прочитать, – напомнила я. – Поэтому нам нужны не они, а человек. Точнее, дух.

Пару мгновений Сончхоль вопросительно на меня смотрел.

– Ты имеешь в виду дух шамана или медиума?

– Да! – Собственная идея зарядила меня воодушевлением. – Шаманы не бессмертны. Они тоже умирают. И вполне вероятно, что кто-то из них заточен в этом мире духов, а не упокоился… Не знаю, что там случается с теми, кто не превращается в духов, но, думаю, ты понял.

– Понял. Это… Да, это хорошая идея. Правда, мы можем потратить много времени, но иного выбора у нас нет. Потому что нет, по крайней мере пока, других идей.

– Не будь пессимистом! – цокнула я. – Идея хорошая, так что начнем работать в этом направлении. Время не проблема, мы оба еще молоды, если нужно, потратим хоть пять лет, но выберемся!

– Обнадеживает, – иронично отозвался Сончхоль.

– Да и кто знает, вдруг мы встретим всезнающую шаманку уже на соседней улице? – проигнорировав его сарказм, ободряюще добавила я. – И мы все еще можем придумать что-нибудь новое, но до этого будем двигаться хотя бы в каком-то направлении.

– Ты права, – кивнул Сончхоль. – И что бы я без тебя делал?

– Мм, вероятно, уже ничего бы. Из-за лис, – напомнила я.

– Ха-ха. – Он приподнял одну бровь. – А ты можешь быть весьма жестокой.

– Не обижайся, – отмахнулась я. – Лучше приступим к делу. Логично искать около гадальных домов. Или рядом с храмами! Их много в Чонно-гу[28]. Еще есть гора Инван[29], туда тоже, особенно в храмы на ней, стоит наведаться.

– Ты права! И в квартале Муак[30], как я слышал, можно найти дома практикующих шаманов, – добавил Сончхоль.

Мы вышли из дома и направились вниз по улице.

– Представляю, как много времени займет бродить по всем этим местам, а я ведь еще хочу заглянуть домой… Кстати, как вариант – поискать рядом с колумбариями. Эх, вот только духи могут гулять где хотят. По крайней мере, многие. Я так предполагаю, раз тот псих и Ён Нахи, еще один встреченный мной дух, ходили свободно. Да и других я видела… Айщ! – вскрикнула я. – Ее, например!

Сончхоль тут же посмотрел в ту сторону, куда уставилась я. Чуть ниже по лестнице поднималась молодая девушка, одетая в розово-белый ханбок. Вот только… Половина ее лица и тела были обожжены, нет, хуже, они сгорели до черноты, до слезшей кожи, обуглившихся мышц и местами оголившихся костей. У девушки не было глаза, а волосы с одной из сторон сгорели. Нежный ханбок был испорчен, прожженная ткань ошметками прилипла к обугленной коже, а более-менее уцелевшая половина была испачкана в саже и крови.

– Что с ней? – севшим голосом спросила я, а когда незнакомка сделала еще несколько шагов, приближаясь к нам, отвернулась.

Сончхоль шагнул вперед, загораживая собой мертвую девушку. Я понимала, что она дух. Судя по ее ханбоку и прическе, умерла она очень давно… А судя по увечьям – от огня.

– Пойдем, – позвал Сончхоль.

Я кивнула, и мы продолжили спускаться по лестнице. Не удержавшись, я оглянулась и увидела духа со спины, а потом вновь отвернулась. На смену шоку и ужасу пришли жалость и… тревога. Мне было искренне жаль девушку. И хоть умерла она многие десятилетия назад, ведь лишилась жизни в таком юном возрасте, да еще и столь жестоким образом… И до сих пор не нашла покой.

А тревога… Лгать самой себе не получалось: я, как и вчера, забеспокоилась, кого еще могу увидеть. Мне хватало безликих и не хотелось ждать, что по пути попадется, не знаю… дух человека, растерзанного тигром.

Я поняла, что начала пугать саму себя. Замечательно!.. Прекращай. Хватит трястись, у тебя есть дела.

– Все в порядке?

– Нормально, – неубедительно отмахнулась я. – Просто не ожидала… А ты сам? Сказал, у тебя аллергия на смерть, но реагируешь так спокойно.

– Что ты, я в ужасе, честно! – нарочито вздрогнул Сончхоль. – Просто за дни здесь я немного привык… Несколько раз так перепугался, увидев духов, чья внешность отражала их страшную смерть, что теперь это пусть и впечатляет меня, но уже не так сильно. Скорее… Я просто хотел бы, чтобы такое не случилось со мной. Люди не бессмертны, но мне бы хотелось умереть мирно и без боли.

Его голос стал глуше, взгляд опустел, а на лицо упала тень даже более плотная, чем полумрак вокруг. Я удивилась тому, как резко поменялось его настроение, словно день в мгновение сменился ночью.

– Эй… С тобой все в порядке?

– Да. Не волнуйся.

– Ты, кажется…

– Серьезно, не надо волноваться. Просто я близко к сердцу воспринимаю… когда люди страдают. Сказал же: у меня аллергия на смерть. Не обращай внимания.

– Ладно.

Я не стала допытываться. Сончхоль не хотел продолжать разговор и почти прямым текстом сказал мне не приставать к нему с вопросами. Я не хотела обижать его и уважала желание закрыть тему. Тем более он вновь выглядел расслабленным и спокойным, с легкой улыбкой на губах. Но пусть та и смогла стереть с его лица тоску, все же не сумела стереть воспоминания о ней из моей памяти.

Что с ним произошло? Кого он потерял? Или свидетелем чьей жуткой смерти стал? Почему-то я не сомневалась, что Сончхоль подумал о чем-то конкретном.

Со мной, к счастью, никогда не случалась чего-то трагичного, болезненного. Даже уход отца я восприняла почти безразлично, точнее, я переживала за маму, потому что видела, как ей тяжко. А так… Мне повезло. Горе меня еще не касалось.

Я вспомнила про галлюцинации, но поспешила запрятать эти образы в дальний угол памяти. То, что со мной тогда происходило, уже прошло, да и не сравнится с утратой…

Себя я тогда не потеряла, а значит, все прекрасно.

Но могу потеряться теперь… А потому должна найти выход. У меня слишком много планов на жизнь.

Мы вышли на прямую широкую улицу, по которой уже вовсю ездили автомобили и скутеры, и до моих ушей долетел тихий звук моторов и едва разборчивое шуршание шин. Вперед-назад торопились безликие, наверняка в университет или на работу, открывались закусочные с кимбапами[31] и кофейни, а также магазины электроники и канцтоваров. Я слышала людские голоса, но все они сливались в единый приглушенный гул, в котором невозможно было разобрать ни слова. Словно я слушала на низкой громкости запись на незнакомом языке.

Сперва мы отправились в тот же, что и вчера, похоронный дом, и, проходя через парк, я вновь вздрогнула при виде покачивающегося на веревке висельника. Только теперь ветер развернул его к нам лицом… и пустые глаза мертвеца посмотрели прямо на меня! Он явно меня видел!

Я отвернулась и ускорила шаг.

Несмотря на мои опасения, голодного духа мы не встретили. Быстро забрав с нового алтаря немного еды, мы в спешке поели и отправились на поиски.

– Знаешь, как добраться отсюда до Чонно-гу?

Сончхоль на мгновение задумался и указал направо:

– Вон там станция метро. Пешком я не знаю, как добраться, но на метро все равно быстрее. Пусть у вагонов есть двери, они открываются автоматически, поэтому мы сможем войти.

– Ага, – согласилась я. – Вот только в заполненный вагон я заходить не буду! Ходить сквозь людей… Нет-нет, спасибо. Лучше я пешком обойду весь Сеул.

– Как скажешь, – отозвался Сончхоль, подавив улыбку.

Мы направились к станции, и по пути я увидела духа пожилого мужчины, одетого в дорогой ханбок с накинутым поверх турумаги[32]. На его голове сидела кат[33], украшенная цепочкой бус, черный цвет которой еще сильнее оттенял неестественную бледность мертвого лица. После мне на глаза попался современно одетый парень примерно моего возраста. На его лице я заметила язвы и шрамы.

Я все еще не могла до конца принять… что встречаю на своем пути мертвецов.

– Кстати, насчет твоего дома… – как-то неуверенно начал Сончхоль.

– Что такое? – насторожилась я.

– Знаешь, мне кажется…

Его голос заглушили дикое тявканье и глухой рык. Мы оба в секунду повернулись влево и увидели стаю лис, вынырнувшую из глубоких теней соседнего переулка.

Лисы медленно приближались, рыча и прожигая нас голодными алыми глазами. По мне электрическим разрядом пробежался испуг, воскресив в памяти картину смерти незнакомого человека… духа от клыков этих существ.

– Бежим!

Уговаривать меня было не нужно. Мы со всех ног бросились в противоположную сторону. Рычание за нашими спинами стало громче, превратившись в яростный лай. Оглянувшись, я увидела, что часть стаи побежала за нами, а часть понеслась за другим духом.

Стиснув зубы, я подавила желание выругаться: не стоило тратить дыхание.

Нужно спрятаться. Мы не сможем долго убегать от лис – они слишком быстрые. Тем более, хоть Сончхоль и бежал сейчас наравне со мной, я не сомневалась: надолго его не хватит.

Что делать?..

– Где метро?

– Туда! – мгновенно откликнулся Сончхоль и свернул в нужную сторону.

Лисы рычали за нашими спинами, и я едва справлялась со страхом, который кандалами повис на ногах и руках, утяжеляя каждое движение. К глазам подступили злые слезы, но я не дала пролиться ни одной. Не удержавшись, я оглянулась – как оказалось, вовремя. Одна из лисиц прыгнула мне на спину, а вторая, ускорившись, почти поравнялась с Сончхолем. Я тут же потянула его в сторону, и сама уходя от хищного прыжка, и спасая Сончхоля от зубов второй лисы.

Выбора не осталось, а потому мы запрыгнули в какую-то закусочную, где безликая женщина расставляла пластмассовые стулья, и рванули к окну.

Одна лиса бросилась на нас, и Сончхоль с силой меня оттолкнул. Запнувшись, я повалились на стол, Сончхоль же отпрыгнул в противоположную сторону, спасаясь от второй лисицы, и спрятался за стулом… который не был для этих голодных чудовищ преградой.

Я думала, что упаду сквозь стол, но внезапно жестко ударилась поясницей о столешницу. Коротко вскрикнув, скорее даже от неожиданности, чем от боли, я повалилась на ледяной пол.

– Нуна! – испугался Сончхоль.

Когда стол пошатнулся и накренился, безликая женщина охнула.

Две лисы прыгнули на меня, и я, не раздумывая, пнула одну из них по морде, а от клыков второй спаслась, быстро перекатившись по полу. Не теряя времени, я залезла рукой в карман и вытащила нож…

И когда лиса подалась ближе, распахнув свою хищную пасть, я махнула лезвием, отпугивая ее. Оно полоснуло лису по серо-рыжей морде, и та, взвизгнув, отскочила назад. Ее шерсть задымилась, и еще две лисицы замерли на месте, припав к полу и угрожающе зарычав.

– Сюда! – позвала я.

Сончхоль, увернувшись от зубов лисы, чуть не упал, и я придержала его за плечи, а после быстро закрыла собой, вновь взмахнув ножом.

– Выбирайся через окно, – скомандовала я.

– Ты первая! – возразил Сончхоль.

– Иди давай! Иначе обоих сожрут!

Сончхоль не стал препираться и подбежал к окну, а я попятилась следом, не забывая отпугивать кровожадных существ ножом. Они и правда боялись железа.

От их злых голодных взглядов меня затошнило, и я едва удерживала нож в трясущихся пальцах, но перспектива умереть, более того, раствориться от клыков этих лис была страшнее необходимости им противостоять.

Сончхоль в спешке вылез через окно, и я последовала за ним. Но стоило развернуться, как одна из лис осмелела и кинулась прямо на меня. Отшатнувшись, я повалилась на спину, и тогда лисица отрезала меня от окна.

– Вот ведь тварь, – выругалась я, вскакивая на ноги.

– Проклятье, нуна! – услышала я испуганный голос Сончхоля.

– Живая.

– Сейчас помогу!

Я не успела ответить, потому что очередная лиса попыталась вгрызться мне в ногу. Хоть я пнула ее, все же почувствовала, как клыки по касательной задели голень, но джинсы спасли от ранения.

– Хван Йерим?..

Я удивленно оглянулась на дверной проем, в который заглянула Нахи.

– Ты?.. – растерялась я.

Лисы тут же перевели на замершую Нахи голодные взгляды. Ее лицо, и так бледное, стало белее мелованной бумаги. Она подалась назад, скрывшись за стеной, но две лисы уже кинулись к ней, а две другие помедлили, и это дало мне шанс.

Я в спешке перелезла через подоконник, мысленно радуясь тому, как много тренировалась, и бегом обогнула кафе. Сончхоль уже стоял у выхода, видимо намереваясь отвлечь лисиц, но Нахи, откуда бы она ни взялась, пусть и ненамеренно, успела помочь мне первой.

– Сюда! – крикнула я.

Сончхоль резко обернулся, и в его глазах отразилось облегчение.

– Помоги Ён Нахи! – на бегу попросила я.

Сончхоль помедлил, но схватил замершую Нахи за запястье и потянул за собой. Они побежали мне навстречу, и, когда оказались рядом, я встала перед ними, взмахом ножа заставив лисиц отскочить подальше. Предупреждающе, скорее даже угрожающе взмахнув лезвием еще раз, я бросилась наутек.

Мы быстро выбежали из переулка на улицу, по которой ходили безликие люди в строгих костюмах, плотными рядами стояли в пробке автомобили, а на противоположной стороне возвышались офисные здания.

– Туда!

Я указала на спуск в метро, никто не спорил. Я старалась не столкнуться с прохожими, тогда как Нахи и Сончхоль спокойно, вернее, очень даже взволнованно, но без сомнений бежали сквозь них. Лисы же, к моему удивлению и еще большему счастью, замедлялись, когда путь им преграждали люди, и лишь иногда бросались сквозь них. Куда чаще они живых огибали, не переставая зло тявкать и голодно рычать.

Мы побежали через дорогу между машинами, и я замерла, когда одна из них тронулась с места прямо передо мной, но Сончхоль тут же схватил меня за запястье, заставив побежать следом. Я, вскрикнув, зажмурилась, мгновенно представив, что ударюсь об машину, как о тот стол… Но спустя пару мгновений открыла глаза и поняла, что, невредимая, все еще бегу дальше.

Я глубоко вдохнула и закашлялась, ощутив железный привкус от содранного горла, но не остановилась. Адреналин прибавлял сил, страх их отбирал, и это их противостояние жутко раздражало.

Мы пронеслись по лестнице вниз, наугад выбрав направление, побежали дальше и через пару минут выскочили к путям. Я нервно глянула на экран и увидела, что на левом направлении поезду оставалось ехать до нас еще две станции, а вот на правом поезд уже отъехал от предыдущей…

– Быстрее, быстрее… – молила я.

Лисы сбежали с лестницы, и моя надежда, что сюда им хода нет, рассыпалась прахом. Мы спрятались за широкой колонной, но лисицы быстро учуяли нас и ринулись в нашу сторону.

И в этот момент мелодия оповестила, что поезд вот-вот прибудет.

Пока платформенные ворота не открылись, мы бегали по станции вокруг колонн и между людей, отмахиваясь от лис ножом. Наконец мы запрыгнули в ближайший вагон…

– Ну же! – поторопила я.

Я забилась в угол, хотя все равно соприкасалась с живыми, которые плотным потоком, ставшим преградой для лисиц, заходили внутрь. Считаные секунды спустя двери начали закрываться… и в этот момент одна лиса кинулась в вагон. Я, переборов ужас и тошноту, подалась к дверям сквозь безликих и взмахнула ножом. Лезвие едва задело лису, но ее шерсть все равно задымилась. Существо заскулило и отпрыгнуло назад, но еще одна лиса попыталась пробраться к нам. Я живо представила, как мы останемся заперты с этим чудовищем в замкнутом пространстве…

Но лиса не успела. Ее зубы клацнули рядом с дверьми, которые сомкнулись уже через мгновение, и поезд тронулся.