— Ну и зачем ты его приволок? — поинтересовался Паук, оторвавшись от документов и расчетов.

— Ту требовал выбрать ученика, — безразлично произнес Наиль измененным маской голосом. В гильдии он всегда ходил в экипировке Жнеца, никогда не раскрывая своей личности. — Вот. Выбрал.

— Этого? — скептически взглянул на стоящего на коленях перед его столом молодого члена гильдии. Тот буквально весь съежился от страха. Добавить ко всему, что действие происходило в кромешной тьме, в которой только Жнец и Паук могли что-то видеть — и страх становился только сильнее.

— Да. Он мне подходит.

— Разве не староват? Да и его состояние оставляет желать лучшего. Этот доходяга одной ногой в могиле. Что с ним произошло?

— Нарушил запрет гильдии и принял заказ на имя из запретного списка. На мое. Я подарил ему наказание, равноценное смерти.

— А, понял, — безразлично кивнул Паук. Он вполне доверял пыточному мастерству Жнеца. — Но все же… Парень почти совершеннолетний. Да еще и насильно приведенный в организацию из вырезанной гильдии…

— Сейчас я поместил в него рабский артефакт. Чуть позднее промою мозги, он будет предан Черным Кинжалам телом и душой, будь уверен. Насчет возраста — да, немного староват, но его тело еще не закостенело, зелья и тренировки все еще смогут оказать на него полное действие.

— Допустим. Но почему именно он?

— Он хорош, — хмыкнул Наиль. — Навыки низкие, но у него очень гибкий и изворотливый ум и быстрая реакция. Он прошел через защиту моего особняка, не потревожив ни одной ловушки, представляешь?

Паук присвистнул. Он лично проверял эту защиту, и был ею весьма впечатлен.

— Хорошо. Бери его, раз так уверен. На какое-то время тебя, полагаю, нужно освободить от заданий?

— Я его учитель, а не нянька. Пусть сперва поднимет уровень навыков. Потом начну брать на задания. Тем более, я сильно потратился и нуждаюсь в деньгах. Без заданий никак.

— Ну, если так, то вот.

Паук достал из ящика стола скрученный в трубочку документ, бросив его на столешницу.

— Лично от тебя? — с любопытством взял в руки свиток Наиль.

— Или беглец, или захвачен. Парень очень талантливый, не хотелось бы его без повода потерять. Но если беглец, то…

— Понял. И если захвачен, то проверить — кем.

— Верно. Корона — это одно дело, но если кто другой…

— Там разберусь на месте.

Если пленник ничего не рассказал — его еще можно попробовать вытащить. Если открыл рот — то, увы. Хотя шансы на последнее не велики. Гильдия бы уже знала о нарушенной клятве, да и сам нарушитель корчился бы в муках. Защита у гильдии улучшается с каждым днем все больше. И во многом помощь оказал сам Наиль, будучи магистром ментальной магии.

Наиль убрал в карманное пространство заказ, после чего поднял за ворот Рона и повел его к выходу из домика Паука. Оказавшись за пределами темной тучи, покрывавшей дом главы, Рон с облегчением выдохнул. У него кружилась голова. Раны едва начали заживать, когда его грубо стащили с дивана, заставили переодеться в снаряжение и притащили в гильдию. Сестра Жнеца говорила, что ему потребуется еще недели две на полное выздоровление, так что Рон думал, что его после этого вернут обратно, но неожиданно парня запихнули в круг телепортации, который привел в тренировочный лагерь.

— Мы… не вернемся?

— Решил, что будешь жить в моем доме? Нет уж.

— Но… разве ты не говорил сам об этом… Я думал, ты учить меня будешь…

— Рано для этого, — взглянул на него Жнец своими голубыми глазами с вертикальным зрачком. Рон гадал, почему его глаза так изменились, но не решался спросить. — Сейчас ты не более, чем кусок мяса с некоторым потенциалом в развитии. Сперва наберись навыков в элитном тренировочном лагере. Только когда будешь готов — я заберу тебя отсюда и займусь обучением.

Наиль коснулся рукой массивных ворот, отгораживающих тренировочный лагерь для особо одаренных учеников. На самом деле эти двери вели в изолированное пространство, усеянное тренировочными снарядами, площадками для боя, пыточными, экзаменационными территориями и небольшими домиками для учеников.

Едва двери связались с его татуировкой и распознали, как имеющего право на вход — они открылись самостоятельно.

Наиль толкнул Рона внутрь и прошел сам. К этому времени его уже ждали десять элитных учеников, обвешанных грузами и со взглядами хищных зверей. Их поджарые тела были исполосованы шрамами от тренировочных боев, у некоторых были свежие раны, но они на них не обращали никакого внимания. Все ученики молча построились перед мрачной фигурой Жнеца. Казалось, они даже не дышали — настолько неподвижными были их позы.

Перед подростками стоял их основной тренер. Тот самый ветеран с покалеченной рукой. Руку ему уже вылечили, он успешно поднялся до звания мастера смерти и получил прозвище «Кнут». Вероятно, из-за того, что обычно наказывал учеников кнутом, запитанным мощнейшими болевыми заклинаниями.

— Приветствую, Старший, — уважительно склонился Кнут перед Наилем.

— У тебя все по плану? — холодно поинтересовался тот в ответ.

— Да, Старший. Изменения в программу тренировок успешно внесены и освоены.

— Очень хорошо. Думаю, через пару месяцев можно будет выпускать птичек из клетки. Приготовь все к выпускному экзамену и новому набору. И подбери себе два-три помощника, наконец. Следующий набор будет больше. Ты один не справишься.

— Слушаюсь, Старший.

— Вот, — толкнул в спину Рона Наиль. — Мой личный ученик. Сейчас он недостоин моего руководства. Приведи его к нужному уровню.

— Как прикажешь. Особые указания имеются?

Кнут посмотрел на Рона. Личный ученик Жнеца — высокий статус. Это значит, что парень в будущем будет, минимум, семи капель и станет правой рукой Жнеца. К нему, очевидно, должно быть особенное отношение.

— Да, — ответил Наиль. — Его нагрузки должны быть в десять раз выше, чем у обычных учеников. Но не сразу, он ранен, дождись, когда полностью оправится.

Рон неосознанно поежился. Сперва, когда Жнец заявил, что он — личный ученик, другие ученики обожгли его холодными оценивающими взглядами, в которых примешивалась солидная порция зависти. Однако услышав о десятикратной нагрузке, зависть в их глазах сменилась сочувствием. Наверное, была бы даже жалость, но тренировочный лагерь выбил из подростков это чувство. Жалости они больше не знали.

— Но… Десятикратные нагрузки… Это же…

— Он выдержит. И не переживай — не станет он тебе мстить. Поверь, когда им я займусь — парень будет вспоминать тебя как ангела.

— Я вас понял, Старший, — сдался Кнут. — Сделаю все в лучшем виде.

Наиль кивнул, после чего обернулся к Рону.

— Если хочешь поскорее снова увидеть ее — старайся изо всех сил, и даже больше. Делай невозможное. Иначе, если застрянешь в лагере — я могу решить ее и продать. Но уже не как девственницу.

Рон с ненавистью скрипнул зубами. Он еще не до конца понял, что его ожидает в этом месте, но понимал, что выбраться будет очень непросто. Однако, что ему оставалось?

Наиль улыбнулся под маской, после чего покинул лагерь. Выбравшись из гильдии, он напрямую отправился к отцу Рона. Тот уже подключил все свои связи, заплатил различным организациям и бандам, лишь бы найти своего единственного наследника. Нужно было что-то с этим делать.

Над столицей Альзарда царствовала ночь. Любимое время разбойников, воров и убийц. Наиль тоже любил ночь. Он перемещался по городу незримой тенью, стараясь не обращать внимание на происходящее в темных пожворотнях. Он помнил метод действий Зиргрина из той памяти, которую они разделили между собой, но все еще не хотел признавать, что он ему понадобится. В то же время, перерезать глотки парочке бандитов казалось очень заманчивой идеей.

«Нет, Наиль…» — одушевленный меч был невероятно огорчен. Он не собирался передавать свои темные стороны ученику. Это было последнее, чего он желал парню!

«Все хорошо. Я пока еще держусь.»

«Пока еще… Ты на грани срыва. И я не знаю, как помочь!»

«Не вини себя. Я тот, кто есть. Если придется пойти на срыв — сделаю это осознанно».

«Это никогда не происходит осознанно…»

«Верь в меня хоть немного, Зир!»

«Ты еще не до конца понимаешь…»

«Я все хорошо понимаю. Но я — ментальный маг. Вернусь домой — и сам себе мозги прочищу. Это просто отголоски твоей жизни. Сам я всего этого не испытывал. Не беспокойся».

«Хорошо…»

Наилю понадобилось полтора часа, прежде чем он добрался до особняка графа. Вскоре он пробрался внутрь и быстро выяснил местонахождение отца Рона. К счастью, старый граф не спал. Он был один в своем кабинете. Парень разбудил лоя и попросил перенести его через дверь тенями. Лой, который в последнее время только и делал, что спал, без особенного восторга выполнил просьбу, после чего снова скрылся в тени своего хозяина.

Наиль знал, что у лоя период взросления. Это существо находилось в процессе линьки, который займет около года. Сейчас он еще не начал сбрасывать кожу, но вскоре начнет — и тогда его помощью никак нельзя будет воспользоваться.

Отмахнувшись от этой грустной мысли, убийца подошел к усталому графу, сидевшему в кресле у камина с отсутствующим выражением лица. Он был довольно стар, с лицом, испещренным морщинами, но мозоли на ладонях лучше всяких слов свидетельствовали о том, что старик не забросил меч. Его выцветшие глубоко посаженные глаза хмуро смотрели из-под кустистых бровей на пляшущие языки пламени в камине.

Наиль сбросил с себя иллюзию и намеренно сделал шаг, который можно было услышать.

Граф обернулся на звук и вздрогнул.

— Жнец! Что ты здесь делаешь? Явно ведь не пришел за моей жизнью. Иначе не стал бы показываться даже, — граф мрачно усмехнулся, рассматривая незваного гостя.

— Прекрати поиски сына. Он вернулся в гильдию.

— Что? — резко встал с кресла старик. — Какого черта⁈ Я заплатил вам гору золота, меня уверяли, что он свободен!

— Он был. Точнее, он был спящим членом организации. Окончательно уйти можно только умерев. Организация, получив оплату, позволила ему жить мирной жизнью, это так. Однако есть правило. Если спящий убийца вернется и возьмет заказ — он выходит из спячки. И второй раз уже шанса на мирную жизнь не будет. Рон принял заказ в надежде, что сможет выкупить свою невесту.

— Что⁈ — в ярости взревел граф. — Как он посмел⁈ Я же приказал ему забыть об этой девке!

— Это уже не важно. Я сообщил все, что должен был.

— Стой! — рявкнул граф, осознав, что убийца решил уйти. — Верните мне его. Я заплачу!

— Это невозможно. Члены гильдии имеют только один такой шанс.

— Но он — мой единственный наследник! Я уже стар, кто еще меня заменит⁈

— Рон вернется. Убийцы не обязаны жить в гильдии. Многие из нас живут такой жизнью. И он может, если захочет.

— Когда? Когда он вернётся⁈

— Пока не могу сказать. Зависит от его стараний.

— Его же не посадили в клетку? Он должен родить наследника, черт возьми! Пусть сделает мне внука — и катится ко всем чертям!

— Не могу обещать, что это скоро случится. Ему будут давать зелья, которые влияют на страсть к женщинам. Эффект пройдет, но не сразу.

— Ну что за ублюдок! — с яростью швырнул пустой бокал из-под вина в камин граф. — Зачем вам давать ему это проклятое зелье? Вы его там пытаете?

— Нет. Твой сын в тренировочном лагере. Было решено подготовить из него мастера смерти. Он не вернется, пока не станет им.

У старика опустились плечи. Он понимал, что не в его силах бороться с такой крупной и пугающей организацией. Он ничего не сможет сделать…

— Могу я увидеть его? — как-то жалко попросил граф.

— Не раньше, чем он станет мастером смерти. Вы еще не принимали продлевающих жизнь средств. Лучше найдите такое поскорее. Если хотите дожить до этой встречи.

— Проклятый непутевый бастард!

— Мы подготовим ему легенду — путешествие за океан, на Южный или Северный материк. Так не возникнет вопросов. Он поругался с вами из-за невесты — и сбежал. Позднее вы его «найдете». Статус графа — хорошее прикрытие. Оно ему пригодится.

— Ты думаешь, мне нужен в роду проклятый кровожадный палач⁈

— Нужен. Иначе ваш род прервется. Да и не такие уж мы звери. Большая часть живет обычной жизнью среди людей.

— Ну да, конечно… Мне ли не знать, что такое — мастер смерти.

На это Наиль ничего не ответил. Он набросил на себя иллюзию и вновь позвал лоя, чтобы выбраться из особняка.

В королевском дворце царила мрачная напряженная атмосфера. Король был совсем плох, и ему становилось все хуже и хуже. Придворные уже тихо паниковали, ведь даже в таком состоянии король отказывался назвать наследника. Двор разделился на фракции. Каждый пытался под шумок избавиться от своих конкурентов или давних врагов. Королевская гвардия, не зная, что делать, просто старалась не допустить открытых столкновений. Неизвестно, чем все это обернулось бы, если бы Первый принц вовремя не прибыл во дворец и не подавил зарождающийся хаос. Несколько слуг были казнены. Они, пользуясь неопределенностью ситуации и царящим беспорядком, пытались вынести из дворца золотые кубки и тарелки. Принц Альзард Третий жесткой рукой навел порядок. Его рыцари быстро подчинили королевских гвардейцев, запугали распоясавшихся придворных и слуг.

Сам Первый принц, закончив с наведением порядка, вошел в покои своего отца. Атмосфера здесь была еще тяжелее. Шторы были занавешены, в курильницах по углам комнат коптили дурманящие благовония, с помощью которых королю хоть немного, но унимали мучившие его боли. На кровати лежал совершенно иссохший старик с запавшими глазами и бледными посиневшими губами. Он хрипло дышал, то и дело тяжело откашливаясь.

— Все — вон! — приказал принц слугам и лекарям.

Те, увидев серьезный взгляд принца, немедленно выскочили из помещения. Принц подошел к кровати и сел на невысокий стул рядом. Когда он смотрел на короля — ему на глаза наворачивались слезы.

— Альзард, — тяжело выдавил король. — Ты пришел. Единственный, кто пришел.

— Прости меня, отец, — горько отозвался принц. — Я тебя подвел. Мы ворвались к чертовым варварам, дошли до проклятого цветка, но его там уже не было. Дикари его куда-то пересадили! Я не смог найти…

— Перестань, — отрезал король неожиданно более крепким и властным голосом. — Даже если бы ты его достал — он уже не поможет. Я вступил в последнюю стадию проклятья. Это восемь лекарей сказали. Даже если снять проклятье сейчас — я сразу умру. Мое тело уже не справится. Наоборот, можно сказать, я жив еще только из-за того, что проклятье действует. Смирись.

Принц закрыл лицо ладонями, после чего тяжело вздохнул, посидел так немного, и снова посмотрел на короля.

— Мой король, нет, отец. Я смог купить в Ритании плод даувеша. Это растение с Северного континента, продлевающее жизнь. Ты ведь еще не принимал такое?

— Такое — нет, — немного удивленно взглянул на сына король.

— Возьми, отец, — Первый принц протянул небольшой оранжевый плод. — Не умирай. Пожалуйста.

Король принял плод со смешанными эмоциями.

— Все твои братья только и ждут, когда я отправлюсь в перерождение. Но не ты… Разве т не жаждешь поскорее занять трон?

— Да плевать я хотел на чертов трон, — немного зло ответил принц. — Я не хочу, чтобы мой отец, которым я восхищаюсь, вот так умер. А трон… Когда придет время — я займу его. Но ты мне важнее, понимаешь.

— Плоды даувеши могут продлить жизнь на тридцать лет, — произнес король, откусывая плод. Буквально на глазах его состояние становилось лучше. — Но с моим проклятьем, полагаю, этот период нужно сокращать в десять раз. Я уже не одно продлевающее жизнь снадобье употребил. У всех — действие в десять раз хуже. Но ты прав. Умирать мне пока рано. Есть еще дела, которые нужно сделать перед смертью.

— Я поищу еще…

— Оставь. Трех лет мне достаточно. Не так уж и приятно, знаешь ли, жить в этой сгнившей оболочке.

— Я все же поищу, — упрямо заявил принц.

— Альзард. Я не назначу тебя наследником.

— И не надо. Мне просто хочется побыть со своим отцом еще немного. А корона… Я сам возьму свое.

Первый принц прекрасно понимал своего отца. И даже был согласен с его методами. Его дед силой превратил дикие земли в королевство, отец в свое время силой прошел через всех других претендентов и сел на трон. И сейчас все должно было произойти точно также. Подавить и править — вот негласный девиз королевской семьи.

— Ты действительно мой сын, — довольно произнёс король, приподнимаясь и укладываясь на подушках полулежа. Ты получил вассалитет Дарнака?

— Да, он присягнул мне на верность, — с легкой гордостью отозвался принц.

— Пожалуй, только ты, владея силами Западной Армии и сможешь его сдержать. Но будь осторожен. Дарнак — хитрая змея. Он подмял под себя Восточную Армию. Его солдаты умрут за него. И пойдут за ним — куда бы он ни пошел. И этот ублюдок продолжает наращивать силы. Демоны знают, что у него на уме.

— Он уже присягнул мне. Хотя… Он не отдал контракт Фантома. А Фантом — Друг Леса. С его силами было бы гораздо легче усмирить лесных дикарей.

— Фантом не пойдет против лесных рас. У Друга Леса есть ограничения, — заметил король.

— Да, но кроме этого он — потрясающий убийца. Я хотел заполучить его, но Дарнак заключил с ним какой-то слишком свободный духовный контракт. Этот ублюдок делает все, что захочет.

— Фантом — безусловно, угроза, сын. Но ты сам должен с этим разобраться. Докажи, что достоин быть королем. Найди решение этой проблемы.

— Ты ведь знаешь его личность? Дарнак говорил, что только ты и он знаете.

— Знаю. Но если скажу тебе — духовный контракт Фантома будет нарушен. И тогда мы потеряем над ним контроль. Этого нельзя допустить.

— Вот оно что… Нужно как-то придумать способ его поработить…

— Думаешь, я не пытался? — хрипло рассмеялся король. — Он убил Мышь! Лишил меня лучшего инструмента! Мышь был очень послушным и исполнительным, а когда отправился порабощать ублюдка — погиб. Даже труп не нашли.

— Проклятье…

— Ты молод. Быть может, что-то и придумаешь, — улыбнулся Альзард Второй.

— Непременно.

— Слышал, ты встречался с Эйфином? Как у него дела в армии? Стал ли он хоть немного походить на мужика?

— Не встречался, — покачал головой принц. — Ты же сам его запер в Призрачном Отряде. Туда не попасть, а оттуда — не выпускают. Да и Эйфин точно не захочет меня видеть. Но слышал, он там постоянно рыдает, словно девчонка, и угрожает умереть.

— Ничего. Ему на пользу. Когда возвращаешься на западную границу?

— Не сейчас. Я останусь с тобой и буду тебе помогать всем, чем смогу. Стоило тебе слечь — как эти крысы стали сбиваться в стаи по углам и что-то замышлять. Нельзя допустить, чтобы это повторилось.

— Хорошо, — кивнул король. — Мне найдется, чем тебя занять.