Огромный крылатый змей, скрытый за иллюзией и невидимый ни для кого, мерно взмахивая крыльями, кружил над отвеными горными пиками.

«Где оно? Я ничего не чувствую даже в божественном фоне».

«Конечно, ты не чувствуешь», — немного раздраженно, но уважительно ответил Авер, старательно балансируя на шипастой голове божества своими тонкими птичьими лапками. — «Он старательно укрыл большую честь своего присутствия от тебя, иначе не смог бы просуществовать на континенте и дня. Должен заметить, что шпион, выяснивший местоположение укрытия, видел его не с высоты облаков. Мне сложно ориентироваться. Может, имеет смыл найти ту деревушку недалеко от поселения, и двигаться от нее?».

«Какая из этих деревушек — та самая?» — недовольно поинтересовался Зиргрин.

«Если бы я знал…» — вздохнул ворон. — «Но шпион все еще там, я попробую с ним связаться, хоть сделать это в таком теле очень сложно».

«Вперед».

Авер в теле обычной серой вороны грустно вздохнул, после чего постарался отвлечься от безумной ситуации, в которой он оказался, и сконцентрироваться на том самом парне, от которого получил драгоценную информацию.

Минут десять Крылатый Змей продолжал кружить над горами и деревнями, дожидаясь ответа. Зиргрин испытывал острое нетерпение из-за зова возрождения, но сдерживал себя, чтобы не мешать Аверу и не увеличивать время ожидания еще больше.

«Нашел!» — наконец-то ментально воскликнул темный дух, после чего немедленно поделился мысленным образом.

Белоснежный змей немедленно шевельнул крыльями, направляясь в ту сторону, с которой ощущалась слабая связь с членом гильдии Черных Кинжалов. Уже через несколько мгновений он замер над небольшой деревушкой, внимательно всматриваясь в сторону гор.

«Теперь я смогу указать путь», — произнес Авер.

Дальнейшее путешествие было не особенно быстрым. Время от времени Крылатый Змей замирал на месте. С его головы к земле спускалась серая ворона, внимательно оглядывалась, после чего возвращалась к Хранителю и уверенно указывала путь. Спустя час такого прерывистого путешествия они оказались над ничем не примечательным горным склоном. Зиргрин спустился на некотором от места назначения, после чего сменил облик. Аккуратно убрав в пространство широкого браслета снаряжение Наиля, Зиргрин переоделся в свой собственный костюм королевской тени. Авер, который лично узрел силуэт, на который ранее взирал только в качестве статуи в храме, издал невольный вздох.

— В чем дело? — обернулся Зиргрин в сторону издавшей задушенный стон вороны.

«Все хорошо… просто…».

— Именно так я выглядел в прошлой жизни, — усмехнулся белый архан, с ненавистью рассматривая мелкие черные руны, покрывавшие белоснежную чешую его когтистых рук.

«Я еще в храме отправил в эту сторону группу недавних выпускников гильдии. Они все — мастера смерти, так что помогут в зачистке. Судя по тому, что мне удалось ощутить, они прибудут в течение нескольких часов. Мы довольно много времени потратили, разбираясь с адептами Златоликого».

— Я знаю свою роль, — безразлично отозвался Зиргрин, вглядываясь в замаскированный вход пещеры, уходившей вглубь горы.

Он натянул на руки перчатки, после чего подобрал несколько камешков и с невероятной силой запустил в разные стороны. Несколько замаскированных под части скал магических установок оказались разрушены. Сложный артефактный полог, блокировавший восприятие даже Хранителя этой земли, немедленно рухнул. Из глубин неприметной горы немедленно вырвалась мощнейшая волна энергии. Настолько сильная, что окружающие камни начинали осыпаться песком и рассеиваться в пыль от такого воздействия.

— Так вот оно что… — задумчиво пробормотал белый архан. — Духовная сущность, не ограниченная материальным миром. Оскверненный демон в своей полной силе.

«Это ужасает!» — с дрожью во всем теле отозвался Авер.

— Улетай из этого места. Ты можешь не выдержать нашей стычки, — посмотрел на недавно рожденного темного духа Зиргрин.

«Господин…» — обеспокоенно произнес Авер, одновременно посылая весь ворох испытываемых им переживаний.

— Не волнуйся за меня, — клыкасто улыбнулся Зиргрин. — Я прекрасно понимаю, что нахожусь не в своем теле и не способен раскрыть всей своей силы. Но я справлюсь.

«Хорошо…» — неуверенно отозвался Авер, после чего тяжело поднялся с земли и полетел как можно дальше от места предстоящей битвы.

— Знает он обо мне, или нет, — спокойно посмотрел в уже образовавшийся на месте горы провал. Не было сомнений, что Агзул прекрасно знает о его приходе. — Его ничто не спасет.

Провал в скалах продолжал расширяться под действием демонической энергии, смешенной с энергией Хаоса.

После того, как изолирующий от материального мира барьер рухнул, Зиргрин ощутил, как материк буквально застонал от боли. Вредоносная энергия падшего демона разъедала материю и ощущалась кровоточащей раной на исполинском теле континента. Одновременно силы Хранителя теперь могли дотянуться до Агзула. Проблема была только в том количестве этих сил, которые можно было пропустить через тело Наиля, не разрушив его.

Зиргрин сделал шаг в зияющий провал. Он мягко наступил на воздух, зависнув над уходящей вглубь земли темной бездной. Немного изучив происходящее внизу, архан начал спускаться. Спуск был быстрым, но не настолько, чтобы это причинило вред Наилю.

Сам Наиль смотрел на все со стороны, совершенно не вмешиваясь. Разборки такого масштаба были далеко за пределами его способностей, так что ему оставалось только полностью довериться своему учителю и другу.

Зиргрин спускался несколько минут. Глубина провала была такой, что кружилась голова. Последователи Агзула явно не спускались напрямую каждый раз, когда приходили к своему божеству. Скорее всего, тот замаскированный проход был просто входом, которым воспользовался Агзул, когда выбрал это место своей базой. После этого должен был использоваться портальный круг либо иная аналогичная установка.

Спустившись до самой земли, Зиргрин мягко ступил на шероховатый камень искусственной пещеры. Здесь разрушения не были столь велики, как на поверхности. Поглотители исправно не выпускали энергию падшего демона за пределы очерченного барьера. И только наверху зияла брешь из-за уничтоженных аханом поглотителей.

Стоило ступить на пол одного из тоннелей, как из нескольких ответвлений в сторону Зиргрина ринулись убийцы-фанатики. Зиргрин извлек из ладони клинок, второй рукой приготовив метательные иглы. Он шел неспешно. Даже когда на него навалилось больше трех десятков убийц разом, его шаг не сбился. В него стреляли из арбалетов, метали кинжалы, высвобождали мощнейшие заклинания, направляли мечи. Но все это, казалось, совершенно не беспокоило Зиргрина. Он легко уклонялся и перехватывал арбалетные болты, развеивал летящие в него заклинания мечом. Второй рукой он метал отравленные иглы, которые уносили жизни одну за другой. Первыми погибли маги и арбалетчики. Одновременно с ними, словно срезанная серпом жнеца пшеница, опадали на землю от ударов клинка бойцы ближнего боя. И все это даже не заставило сбиться с шага. Движения Зиргрина были точны и экономны. Он идеально, до сотой доли секунды, рассчитывал атаки противников и свои действия. Такое чувство боя, рефлексы и навыки — все это казалось за пределами возможного.

«Поразительно…» — выдохнул ученик.

«Ты ведь еще не видел меня в настоящем бою?» — отправил веселую мысль архан. — «Для королевской тени подобное сражение — не самое сложное из того, на что мы способны. Перед уходом я покажу тебе свои навыки».

Действительно, выбегающие ему навстречу фанатики не могли считаться даже противниками. Хоть они и были одеты в костюмы убийц, пытались действовать как убийцы, но их навыки совершенно не соответствовали настоящим профессионалам своего дела. Убивать этих оскверненных безумцев было не труднее, чем обычных крестьян. Зиргрин не торопился устраивать сражение. Он экономил силы: свои и Наиля. А еще он не хотел показывать всего Агзулу.

Агзул не торопился выходить навстречу, посылая волну за волной своих фанатиков, надеясь измотать Зиргрина до их встречи. Расчет был разумен, тело Наиля не могло долго выдерживать силы Хранителя. Но архан хорошо понимал свою ситуацию, так что двигался максимально экономно, почти не расходуя силы и выносливость своего временного сосуда.

Благодаря силам Хранителя, Зиргрин очень хорошо ощущал местонахождение своей цели. Разветвляющиеся пещерные тоннели нисколько не могли сбить его с толку, а выскакивающие из разветвлений фанатики никак не могли повлиять на его скорость продвижения. Со стороны казалось, что он просто невозмутимо шел вперед, оставляя после себя десятки и сотни безжизненных тел.

Наконец, в какой-то момент он вышел в исполинский зал. Сравнивая с небоскребам, Зиргрин предположил, что в это место легко поместится пятнадцатиэтажная высотка, хоть Наиль, ощущавший его мысли, не совсем понимал, о чем идет речь. А прошлом мире Зиргрина у него было довольно смутное представление. Да, он видел и пережил воспоминания Зиргрина, но это было просто обычным просмотром. Многие детали и особенности просто не укладывались в голове жителя иного мира.

В исполинском округлом зале в круг стояли жрецы в черных балахонах, непрерывно шепчущие свои молитвы. Позади жрецов на коленях стояли многочисленные фанатики, истерично вторящие молитвам жрецов. Энергия веры от всех этих разумных непрерывным потоком текла в центр зала. Там, на резном троне с высокой спинкой, восседала безликая фигура, полностью укрытая в бесформенный черный балахон. Не было видно ни лица за капюшоном, ни рук за длинными широкими рукавами. От этой фигуры во все стороны расходилось просто ужасающее давление энергии. Верующие Агзула все еще были целы только благодаря мощнейшей связи со своим богом, которая оберегала их от этого удушающего влияния.

— Ты пришел, — проскрипел холодный хриплый голос Агзула. — Раньше я бы испугался этого… Но не теперь. Теперь для тебя уже поздно что-то предпринимать, мертвый Хранитель.

— Я бы на твоем месте не был так уверен, — безразлично отозвался Зиргрин искаженным маской голосом.

— У меня есть причины для уверенности, — раздался скрипучий смешок. — Будь ты в своем собственном теле, я бы, безусловно, бежал как можно дальше. Но ты не в своем. Твой сосуд очень ограничен. Он уже на грани. Просто сдайся. Прими наши условия, и твой драгоценный континент перестанет страдать.

— Под вашими условиями ты имеешь ввиду условия демонов? — фыркнул Зиргрин. — Я и раньше не был в восторге от действий демонического мира. Но если однажды был готов все же пересмотреть свое отношение, то теперь уже точно не выйдет. Я не знаю, как тебя заставили пасть, но ты ведь понимаешь, что для тебя все кончено?

— Это зависит от того, сколько я проживу, — поднялся с трона Агзул. — А жить я планирую очень долго.

— Перед тем как начнем… — крутанул меч в руки архан. — Ответишь на один вопрос?

— Смотря какой, — пожал плечами Агзул.

— Почему демонам так сильно нужен именно мой материк?

— Боюсь, этого я сказать не могу, — ответил падший демон, после чего в его руке появилось длинное копье с мелкими зазубринами на острие.

— Везет мне на копейщиков, — невесело хмыкнул Зиргрин, после чего скрылся за иллюзией и стал быстро перемещаться из одного места в другое.

Его руки непрерывно метали иглы и какие-то мензурки. К тому моменту, когда Агзул атаковал то место, где еще недавно находился Зиргрин, по всему кругу жрецов раздались хлопки и вскрики. Зиргрин не хотел рисковать. Он метнул в каждого из жрецов по отравленной игле, сопроводив свои действия взрыв-колбами с чрезвычайно ядовитым зельем. После взрыва колб отравленные фанатики и недобитые иглами жрецы начали кататься по земле и визжать от боли.

Агзул осознал, что не смог среагировать на действия противника. Он с опаской покосился на замерший в отдалении силуэт, затянутый в черный костюм.

— Почему…

— Почему ты такой медленный? Даже если ты не ограничен больше влиянием материального мира, ты все еще не желательный гость на этой земле. Материк отвергает тебя и будет мешать каждому твоему действию. И наоборот. У меня есть его полная поддержка.

— Твой сосуд должен разрушиться, — хмуро проговорил Агзул.

— Если бы я действовал силами Хранителя, то да. Но мне не нужно тратить много божественной силы, если я пользуюсь исключительно собственными навыками, которые были у меня до перерождения в высшего элементаля. Ты не можешь не знать, кем я был.

Зиргрин довольно улыбнулся под маской. Агзул, похоже, после падения сильно потерял в интеллекте. Истинного высшего демона было бы не так легко отвлечь разговором, пока его подпитка умирает. Архан действительно практически не использовал свои силы Хранителя. Лишь навыки убийцы и легкие импульсы божественной силы. Это позволяло сохранить тело Наиля в порядке. Ни один другой дух не сражался бы таким образом. Именно поэтому Зиргрина выбрал в вассалы Урташ. Духовное существо, обладающее высочайшими навыками убийцы — таких трудно найти. Почти невозможно. Да, духи за свои почти бесконечные жизни обретают неизмеримый боевой опыт, но, если взглянуть поближе, этот опыт был крайне ограничен теми противниками, с которыми им приходилось иметь дело. Ничего, сравнимого с гибкими, способными подстраиваться под любую ситуацию навыками королевских теней, среди духовных сущностей не было.

Агзул, наконец, осознал произошедшее. Жрецы и фанатики обеспечивали его непрерывной подпиткой. Он не собирался пускать их в бой, так как считал, что без проблем справится с Хранителем, который мог действовать только через своего апостола. В конце концов, тела смертных не предназначены для божественной энергии. Эта сила превышала то, что мог принять смертный, тело и душа сосуда непременно разрушались, если вселившийся бог задержится слишком долго или использует слишком много сил. Поэтому падший демон полагал, что достаточно потянуть время — и проблема решится сама собой.

Зиргрин был прав в своих догадках, осквернение сильно повлияло на рассудок Агзула. Он не подумал о том, что его подпитка станет первой же целью врага. Не подумал, что Хранителю не обязательно испускать силу из себя — он мог использовать в качестве катализатора весь континент. Здесь, на этой земле, все, что окружало: земля, воздух, вода, камни, деревья, живые существа — все было катализатором силы Хранителя. И все это сейчас буквально ополчилось против вторженца. Материк ослаблял и подавлял Агзула. Энергетическая подпитка из жрецов и фанатиков была уничтожена. Те из них, кто еще был жив, страдали от ужасающей боли, даже не вспоминая о молитвах своему богу. Хуже того, прямо сейчас Агзул ощущал, как его верующие, с таким трудом собранные и воспитанные, гибнут один за другим. Их количество уменьшалось с такой скоростью, что вскоре не останется ни одного.

— Значит, ты действуешь не один…

— Разумеется, — спокойно отозвался Зиргрин, приближаясь к фигуре в длинном балахоне. Его взгляд зацепился за покрытую вязкой слизью бледную руку, держащую копье. — Похоже, осквернение сильно испортило тебе внешность.

— Ты сговорился со светлыми! — проигнорировал последнее замечание архана Агзул.

— А почему не должен? В отличие от демонов, от них пока еще не было вреда.

— Ты уверен в этом⁈ Ты просто не понимаешь!

— Так расскажи мне, что именно я не понимаю, — посмотрел на Агзула Зиргрин. Но тот молчал. Неизвестно, что именно демоны внушили этому падшему, раз он все еще предан им даже после того, как подвергся осквернению, но Агзул совершенно не планировал начинать говорить. — Все еще молчишь? Тогда, пожалуй, начнем.

Агзул быстрыми темпами терял подпитку от своих верующих. Но даже без нее он оставался высшим демоном, не ограниченным материальным миром. Падшим высшим демоном. Это очень опасный противник.

Ощутив, как бешено колотится сердце сосуда, отзываясь на предвкушающие эмоции истинного убийцы, Зиргрин оскалился, сменил иглы на кинжал, поудобнее перехватил рукоять меча и скрылся за иллюзией. Начинается его охота.