В предыдущей главе мы уточнили, что «видеть» способны именно «все ваши сенсорные системы», а не только глаза. Это действительно так, ведь исследования мультисенсорного восприятия могут открыть интересные размышления о том, как мы и разумом, и телом переживаем все этапы отношений в паре, от ссор до влечения. Вопреки клише, существует не пять чувств (зрение, обоняние, осязание, слух, вкус), не шесть (включая проприоцепцию, то есть способность воспринимать положение своего тела в пространстве и сокращения мышц), и не семь (интероцепция – чувство, позволяющее воспринимать бабочек в животе).
Наше тело имеет в своем распоряжении гораздо больше «органов чувств», но вместо того чтобы определять их количество, мы должны понять, что все они работают вместе, чтобы обеспечить мультисенсорный опыт, который воздействует на нашу эмоциональную сферу до такой степени, что вызывает влечение. На основе этого опыта мы «воспринимаем», а затем «действуем».
Какое отношение это имеет к любви? Давайте разберемся шаг за шагом. Наш организм, и в частности центральная нервная система, имеет ограниченные ресурсы, поэтому под действием естественного отбора сформировался механизм, позволяющий нам экономить энергию, но в то же время оперативно реагировать на происходящее в мире (а значит, и в паре). Этот механизм известен как физиологическая экономия. На практике, чтобы сберечь энергию и обеспечить быстрое реагирование, наша центральная нервная система стремится всегда использовать одни и те же мозговые цепи.
В макроэкономическом смысле это означает, что одни и те же модели мышления и поведения укрепляются за счет новых возможностей для действий и изменений. Если в окружающей вас реальности есть новые и старые элементы, ваша нервная система будет тяготеть к старым, исключая новые из вашего сознания. Приведем пример: если вы привыкли к тому, что вас отвергают и вы сами за себя отвечаете, то если перед вами появится человек, протягивающий руку, вы можете этого не заметить. В каком-то смысле наши системы восприятия заставляют нас жить в вечном прошлом. Но это не обязательно должно быть так для вас.
На самом деле центральная нервная система сама способна создавать новые сети, только эта задача требует дополнительных энергетических затрат. Поэтому необходимо замедлиться и поразмыслить, и именно поэтому стратегия нереакции является выигрышной. Она дает вам дополнительное время для тренировок и постепенного выстраивания новых схем.
Когда мы пробуем себя в чем-то новом, страх перемен, конечно, играет свою роль, но, вопреки распространенному мнению, это еще не все. Не этот страх парализует нас, а наши автоматические реакции, которые заставляют нас застревать в прошлом. Именно здесь вступает в силу фактор времени, которое мы даем себе, не реагируя на ссору. Когда ваш партнер обращается к вашим прошлым ранам, эта эмоция активирует в вас целый автоматический паттерн (и психологический, и телесный). Если вы сможете замедлиться в этот самый момент, то ссора может быть отложена, что даст вам шанс превратить ее в нечто новое, выгодное для вас. Чтобы помочь вам лучше понять масштабы этого сложного механизма, давайте рассмотрим практический пример.
История Розарии
Розария – очень милая, но вспыльчивая женщина. Ее гнев избирателен: он срабатывает только тогда, когда она чувствует себя лишенной автономии, способности выбирать. Ее система сенсорного кодирования сделала ее очень внимательной и чувствительной, что позволяет ей улавливать любой признак навязывания, но при этом настолько подавляющей, что, когда ее партнер Джаред невинно просит ее сделать что-то, она реагирует очень плохо. Розария улавливает навязывание везде, даже в простых жестах: если Джаред меняет место для кухонных ножей, для Розарии это драма. Если Джаред переносит совместную встречу, хотя выбирает день, который ему подходит, начинается настоящий ад. При этом новое расположение ножей делает их более доступными и удобными в использовании, так же как изменение назначенной даты дает им обоим больше свободного времени. Решения Джареда не вызывают сомнений, так что же не так? Почему Розария в ярости? Потому что она чувствует издевку, как миллион раз чувствовала в детстве. Этот сигнал запускает хорошо известный психофизиологический паттерн активации, которому благоприятствует механизм физиологической экономии.
Когда Розария была ребенком, родители принимали все решения за нее. Маленькая Розария чувствовала, что ею манипулируют и постоянно контролируют. В таких невинных жестах, как изменение положения набора кухонных ножей, взрослая женщина, которой она стала, видит угрозу своей автономии и даже способности к самовыражению. Банальный жест может послужить спусковым крючком и пробудить рану манипуляции, связанную с потребностью в самовыражении, о которой мы рассказывали в предыдущей главе. Джаред описывает Розарию, как доктора Джекила и мистера Хайда: в повседневной жизни она заботлива, готова выслушать и внимательна к потребностям других. Она проявляет инициативу и иногда сотрудничает. Но если Джаред настаивает на своей просьбе, Розария становится нетерпеливой, жалуется, хмыкает или отказывается. Когда она улавливает смутный запах «навязывания», она срывается и даже не осознает, насколько несоразмерна ее агрессивная реакция.
В своем сознании Розария все еще защищается от тиранического родителя. Ее системы кодирования настроены на то, чтобы обеспечить состояние наибольшей бдительности и сигнализировать о малейшей угрозе ее автономии, и это проявляется в любой момент. Однажды вечером Розария возвращается домой поздно. Джаред уже поужинал, отложил что-то для нее и заботливо советует: «Разогрей это в микроволновке и поешь». Розария напрягается и что-то бормочет.
Она думает про себя, что уж точно не Джаред должен указывать ей, что делать, что есть, разогревать ли то или иное блюдо! А ведь Джаред лишь ласково подсказывает.
Такие люди, как Розария, пропускают многие жесты заботы, потому что путают их с попытками контроля. Или, говоря языком физиологической экономии, они настолько натренированы активировать нейронные цепи тревоги, что исключают из сознания возможность восприятия другого человека как заботливого и доброжелательного. В случае с Розарией нереакция помогла бы сдержать эмоциональную эскалацию, которая приводит к слепой ссоре, и вместо этого способствовала бы созданию счастливой пары.
Даже во время кризиса эта стратегия дает много неожиданных преимуществ тем, кто может полностью игнорировать жесткую систему взаимодействия разума и тела.
В первой главе мы говорили о том, что эмоции могут влиять на нашу скелетно-мышечную систему. Конечно, это далеко не новость. В следственных кругах много говорят о детекции лжи, то есть о методах, используемых поведенческими аналитиками, чтобы понять, лжет ли подозреваемый.
Помимо прочего, по выражению лица обвиняемого можно определить непроизвольные сокращения мышц (так называемые микровыражения), вызванные страхом быть пойманным. В повседневной жизни многие не замечают, что те же самые мышечные сокращения, вызванные эмоциями, могут служить дополнительной информацией для наших систем внимания и памяти, то есть они могут «изменить» то, как мы воспринимаем реальность. Как это отражается в отношениях пары? Когда мы испытываем враждебность по отношению к партнеру, наше лицо приобретает особенно напряженное выражение. Это сокращение мышц создает двигательную интерференцию, благодаря которой из всей информации, которую дает нам другой человек, мы выбираем наиболее негативную, которая лучше закрепляется в нашей памяти. Напротив, когда мы обращаемся к острым темам с полностью расслабленным лицом или сокращаем мышцы, которые обычно задействованы в улыбке, наше внимание в большей степени концентрируется на положительных аспектах разговора и позволяет нам лучше закрепить их в памяти. Джаред, перемещая кухонные ножи, заставил Розарию вновь пережить психофизиологическую активацию, состоящую из неявных паттернов, включающих эмоциональные воспоминания, мышечное напряжение, охватывающие все тело.
Именно когда Розария смотрит на эти ножи, ей нужно не реагировать, поразмыслить над своим дискомфортом, чтобы дать себе время сосредоточиться на том, что Джаред – не родитель-тиран, что она свободная, взрослая женщина и не находится ни у кого на попечении. Позволив себе такую нереакцию, Розария не будет страдать от действий Джареда, но даст себе шанс освободиться от драм прошлого. Имейте это в виду: если действия вашего партнера вызывают в вас мысли о неудовлетворенных потребностях, сделать шаг назад – не значит отказаться от партнера, а значит научиться заботиться о себе независимо от него! А что, если в детстве Розарию бросили? Если бы она пыталась удовлетворить недостаточную потребность в любви, ее кодовая система была бы настроена на то, чтобы улавливать каждый эпизод отказа и неодобрения. Именно эти триггеры в случае с травмой брошенности активизируют чувство недостатка, одиночества, стыда и, следовательно, реакцию, когда человек считает недостойным себя или партнера, делая все возможное, чтобы избежать разлуки. Такие эмоции, как одиночество, подавленное настроение и ощущение, что вы предоставлены сами себе, коррелируют с понижением температуры тела. Нередко после ссоры с угрозой расставания человек начинает сильнее мерзнуть. Действительно, те, кто живет с неумеренной потребностью в любви, могут легко страдать от психосоматической простуды и, оказавшись в постели под одеялом, чувствовать необходимость накрыться еще одним. Как уже ясно, паттерны, сопровождающие наши автоматические реакции, в равной степени относятся как к разуму, так и к телу.