Надолго в деревне они не задержались: пройдя от дома старосты, у жены которого Ниакра взяла воды, до центральной площади, воспользовались стационарным порталом. Увидеть такой в каком-то захолустье — задача невыполнимая, значит, не так уж и далеко их забросило от цивилизации. Не станут же в обычной рыбацкой деревне возводить стационарник?

Провожать их никто не вызвался, что, в принципе, было логично — не сама же Госпожа, как здесь величали Тьму, явилась, а всего лишь её правая рука. Пропустили их без нареканий и даже без очереди: задерживать Ниакру было бы верхом неуважения к в прямом смысле высшим силам.

Переход прошёл быстро и просто, по обкатанной во многих мирах схеме: вошли в деревушке и вышли на замковой площади, вымощенной тёмным камнем. У портальной зоны их встретил Иссушённый слуга. По изуродованному лицу и выглядывающему на ключице шраму Астерот легко догадался, что этот — бывший Светлый, после какого-то сражения обращённый на пользу Тьме.

— Приветствую долгожданных гостей моей Госпожи и её посланницу-Ниакру! — Абсолютно ровным голосом без каких-либо дефектов или отличительных речевых черт сказал слуга. — Вас уже ждут, мне приказано сопроводить вас к Ней. — Разорванный когда-то кадык слегка подрагивал, но это, на удивление, никак не сказывалось на голосе и тоне говорящего. — Пройдёмте за мной. — Лакей развернулся на одних пятках и побрёл вперёд, не оглядываясь.

Место обитания здешней верхушки состояло из длинной извилистой стены и особняков, что она защищала. Не ровно в центре, а с небольшим смещением находился второй защитный периметр, но там стена уже была покрепче, да и плотность охраны побольше. Между стенами расположилось жильё всех важных лиц, приближенных к Госпоже, а в смысловом и инфраструктурном центре обитают сама Владычица и самые близкие придворные.

Архитектура здесь не сказать, чтоб отличалась от других городов, да и от других миров: каменные дома этажа в три или четыре, реже до шести, иногда разрывались простенькими питейными для слуг или просторными заведениями для знати. Широкие и не очень улочки то пронзали друг друга под прямым углом, то пересекались настолько криво, что на поворотах были установлены защитные магические плетения, чтобы повозки и кареты не врезались в здания.

Сами же дома были построены с применением технологии, возможной, пожалуй, только здесь. Камень, использованный в строительстве, был пропитан Материей Тьмы так, что даже невооружённым глазом было видно скопившийся в нём мрак. По вечно холодным гладким поверхностям то и дело пробегали фиолетовые разрядики, их озаряли вспыхивающие и в тот же миг гаснущие всполохи, но в остальном Материя была стабильна. Зато дома с подобными стенами очень хорошо были защищены от вражеских происков или нападений.

Чем ближе они подходили к центральному периметру, тем шире и выше становились особняки знати. Придомовые террасы расползались на многие мерты, на участках начали появляться богато украшенные беседки, выглядывающие из-за монументальных заборов, больше похожих на небольшие крепостные стены. Крыши домов были расписаны защитными плетениями, но это было больше данью неким традициям и обычаям, чем необходимостью: воры сюда забрести попросту не могли, уж больно высокопоставленные тут жили люди.

Да и люди ли? Перед внутренним кольцом жили маги, достигшие такого мастерства в управлении Материей Тьмы, что их Души было очень сложно, если не невозможно, отделить от Тьмы. Это вместе с большими возможностями, что перед ними открывались, сводило вероятность их предательства на ноль: кто захочет отворачиваться от Материи, ставшей буквально частью него?

Вокруг владений Владычицы дома стояли ещё более крепкие, было несколько караульных для стражи. Даже не подходя к стенам, можно было почувствовать Материю, которой здесь всё было пропитано. На небольшом расстоянии от внутренней стены, примерно мертов на пять, не было ни одного здания, и под этой площадкой ощущалось сразу несколько слоёв защитной магии.

От стационарного портала до резиденции Госпожи они добрались минут за десять. Слуга специально шёл медленно, давая возможность Астероту насладиться красотой города. Здесь не было вычурных фасадов, которые так любили Светлые, не было показной помпезности, так присущей служителям противоположного божка — напротив, здесь было уютно, и Аспер в очередной раз задумался: так ли ему надо обратно в Тирию?

Люди здесь были, но почему-то казалось, что их слишком мало. Почему-то казалось, что местные жители, даже несмотря на своё приближенное к Госпоже положение, сохранили в себе что-то простое, схожее с тирийцами. Астерот как будто просто попал в то время, когда на Тёмных ещё не охотились, не убивали ради забавы, а мирно с ними сосуществовали. Родная Материя, которой здесь было пропитано всё, на что падал глаз, успокаивала и придавала сил.

Слуга довёл их до ворот высотой мерта в четыре и остановился перед привратниками. Они перекинулись парой слов, и спустя несколько секунд ожидания створки приоткрылись. Иссушённый пропустил вперёд Ниакру и её спутников, юркнул вслед за ними, и врата закрылись, отрезая их от внешнего мира.

Астерот, оказавшись за внутренним периметром, запнулся от внезапно нахлынувших ощущений. Везде — в каждом камушке дороги, каждой травинке красивой клумбы, даже каждой частичке кожи окружающих людей, — он чувствовал Тьму. Она смотрела на него, ждала, звала и одновременно с этим отталкивала. Одну часть мага тянуло пройти дальше, прибыть на заранее организованную встречу со своей Госпожой, а другая то ли сама хотела сбежать, то ли её выгоняла первая.

Сильнее, ясное дело, оказалась жаждущая увидеть Её. Замерев на пару секунд, пока длилась внутренняя борьба, Астерот уверенным шагом пошёл вперёд, не дожидаясь, когда вперёд выйдет лакей. Зачем ему чья-то помощь, если он и сам прекрасно знает, пусть и сам себе не может объяснить, от кого, куда надо идти?

Ниакра если и удивилась тому, как резко ускорился маг, то не подала вида, а у Убийцы и Шианхута и не было других вариантов, кроме как пойти за ним. Бывшую эльфийку, кстати, смерть изменила, чего почему-то не хотел замечать Астерот: до бесславной кончины в подземельях родного мира она была просто безликим оружием, а после неё словно вновь обрела себя.

Её существование будто бы не так сильно теперь зависело от воли Тёмного: она могла говорить, когда он не приказывал (что, кстати, уже успела ему продемонстрировать там, на берегу, и что он просто-напросто проигнорировал), сама решала, как и куда идти, руководствуясь не простейшей моделью поведения, заложенной Астеротом, а чем-то посерьёзнее. Она понимала, где находится и куда идёт, возможно, даже осознавала, кто она. Вот только сделать с этим осознанием ничего не могла.

Астерот быстро шёл, украдкой поглядывая на красоту по бокам от себя. То, что вело его, чем бы оно ни было, завело их в небольшую аллею. По центру шла дорожка из аккуратно подогнанных камней, по бокам были ухоженные клумбы, статуи из тёмного камня и широкие дубы, скрывающие тропинку в тени. Статуи изображали самых приближённых к Тьме людей — Ниакры, кстати, среди них пока не было: видимо, она была дальше, как-никак, правая рука Госпожи, кто ж её на вход поставит? — от каких-нибудь алхимиков и учёных и до наиболее известных боевых магов, возглавляющих Тёмные войска.

Войн, конечно, у Тьмы давненько ни с кем не было, если не считать гражданскую. Недавний удар Скверны подпортил красоту аллеи несколькими обезглавленными бюстами: вандализм настиг слепки предателей, переметнувшихся к врагу. Под их памятниками не было ни табличек с именами, ни небольших портальных артефактов, переносящих к домам. Артефакты работали в обе стороны, так что, скорее всего, аллея также использовалась для быстрого сбора знати.

Дальний конец аллеи был у парадного входа в резиденцию Госпожи, возле которого дежурила троица стражников. Приблизившись, Астерот понял, что двое из них — Иссушённые, и третий, стоящий ближе к двери, — маг. Первые похвастать красивой одеждой не могли: обычные кожаные доспехи, чего с них взять, а вот маг щеголял тёмно-синим мундиром, расшитым чёрными плетениями. Зачарованную одежду какой-нибудь простенький вояка позволить не мог, так что с высокой вероятностью он был из местного дворянства.

Сам же парадный вход представлял из себя высокую арку, в каждый камушек которой было запечатано плетение. За аркой был небольшой ров, отделяющий аллею, отсюда больше похожую на парк, от высокого замка из тёмного камня. Острые шпили башен, окружающих центральную постройку с треугольной крышей, казалось, ввинчивались в небо над головой. В стенах между башнями пестрели узкие окошки-бойницы, а на самих тонких шпилях, поддерживающих небосвод, красовались красивые, высокие витражи вперемежку с обычными стеклянными створками.

Башен было восемь и стояли они, образуя ровный круг, в центре которого возвышался, судя по всему, дом Госпожи. Астерот всё ещё не понимал, откуда, но он знал, что им нужно именно туда.

Аспер до посеревших воинов дошёл первее своих спутников, поэтому ему пришлось постоять их подождать. Всё это время его бесстыдно разглядывал маг из стражи, похоже, гадая, кого на этот раз привела Ниакра. Вскоре подошёл Иссушённый-слуга и тут же подбежал к своим собратьям, потряс разорванным кадыком, тихо с ними шепчась, и те отошли с прохода, пропуская пришедших к магу, что смотрел на них уж слишком хмуро. Его лицо чуть разгладилось, когда он увидел Ниакру:

— Это его ожидает Госпожа? — Коротко поинтересовался он, кивнув на Астерота.

— Да. Пропустишь?

— Ну, по-хорошему надо бы… — со смесью яда и улыбки в голосе начал дворянин-охранник, но, поймав уставший взгляд Ниакры, усмехнулся. — И не надо на меня так смотреть! Да, мне доложили о вас, но скучно же вот так стоять! Ладно, чего встали? Проходите.

Маг подошёл к арке со стороны замка, приложил ладонь к одному ему известному камню и быстрым шёпотом прочитал заклинание. Несколько мгновений ничего не происходило, но потом над бушующей рекой мрака из воздуха начал проявляться мост. Минуту назад его тут не было, а сейчас он появился, настолько органично вписавшись в пейзаж, будто он всегда тут стоял.

Ниакра, кивнув, приглашающе махнула рукой и пошла по мосту. Астерот, поддавшись жажде как можно скорее увидеть Госпожу, шагнул вслед за ней, и вместо того, чтобы почувствовать под подошвами ботинок камень моста, почувствовал, что падает.

***

Это уже становилось доброй традицией: вокруг пустота, ничего не видно, никого рядом, казалось бы, нет, но присутствие чьей-то воли явно ощущается. Как будто всем так нравится вести переговоры в междумирье…

Астерот, чьё сознание уже гораздо легче подстроилось под странную и непривычную для обычного смертного концепцию этого места, разглядел вдали тусклый фиолетовый свет других миров. Да, эти крохотный точки лишь отсюда казались крохотными, на деле же там жили, живут, и, наверное, будут жить в далёком будущем сотни тысяч, если не миллионы, а то, может, и миллиарды смертных.

Личность, зависшая в пространстве перед нами с Аспером, перебивала своей внутренней (и не только) мощью свет сотен ближайших миров. Все Души этих жалких смертных не шли ни в какое сравнение с силой, которой обладала Она. Тёмная Госпожа, Владычица Мрака, Великая и Всеобъемлющая Тьма. Можно я сейчас не буду продолжать тебя воспевать, ладно?

— Позволяю. — Властный голос с таким пренебрежением освободил меня от того, чем я и не должен заниматься, что захотелось уточнить список моих обязанностей.

Владычица Мрака говорила из одной точки и вместе с тем из каждой тени, сгустившейся около миров и за самим Астеротом. Она была рядом, но где — это слишком сложно для понимания смертных. Гораздо проще сказать, что она просто была.

— Должно быть, неуютно находиться в подвешенном состоянии, да, Кайхорой? — «Участливо» поинтересовалась Она, сосредоточив всё своё внимание на Астероте, который от такого зябко поёжился. — Что же, это можно исправить.

Всего один удар сердца лежащего на мостовой Астерота, и нас с ним перенесло в просторную гостиную. Тепло трещал у стены камин, в котором синеватое пламя пожирало угольки, на стенах висели шкуры и головы неизвестных в большинстве своём Астероту животных, а на полу лежал пушистый чёрный ковёр. Самого же Аспера бросило в кресло, да с такой силой, что он удивился тому неожиданному факту, что не упал.

У входа замерли его Иссушённые, а перед ним стояло два мягких дивана, на одном из которых лежала Ниакра. Рядом с ней стояла массивная тумба с тарелкой идеально ровного винограда. Посланница Тьмы ела его, не снимая перчаток, и притом совершенно не боясь их испачкать.

На втором диванчике пока было пусто, но вскоре огонь в камине задрожал, вместе с ним задрожали тени, отбрасываемые креслом и диванами. Окна, впускающие в комнату свет, в один миг почернели, погружая помещение во мрак, факела на стенах тихо зашипели, будто их кто-то задул. Вдоль стен пронеслась волна уже знакомой Астероту воли, и, метнувшись к дивану, обрела там физическое воплощение.

Теперь там сидела дама лет сорока, а то, может и чуть постарше. Но несмотря на свой видимый возраст, она была красива, а сила, чувствовавшаяся даже когда она не двигалась, вызывала молчаливое восхищение. Завидовать ей не имело смысла — узнает и убьёт, завистники в своих рядах ей не нужны.

— Обязательно было тащить сюда Огрызок? — Устало вздохнула она, потерев тонкими пальцами переносицу. Как и Ниакра, Госпожа носила длинные перчатки до локтя, будто скрывая что-то. Платье на ней было без рукавов: их роль играли тёмные ленты, обвивающие предплечья и спускавшиеся под перчатки. — Нет, не утруждай себя ответом. Это не удивляет: ещё бы мой старый друг, — столько яда было в этом слове, что у меня аж уши свело (если б они ещё у меня были), — отказал себе в возможности за тобой проследить. Но ничего, нам он пока не мешает, так что пусть смотрит. Главное, чтобы не лез. А так, ты можешь быть нам полезен, слышишь, Зелень?

Ещё б тебя не слышать, стара… Стараюсь вслушиваться, не пропускать твои слова.

— Нагло. — Коротко подвела итог Госпожа и повернула голову к Астероту, перестав разглядывать потолок. Сидели они так, что Астерот был напротив обеих Тёмных, и это бы однозначно напрягло обычного смертного, но Асперу внезапное осознание своей необходимости — вряд ли его воскресили просто так! — придало уверенности. — Должно быть, у тебя столько вопросов… Задавай. Можешь начать с главного: зачем я тебя возродила.

— Разумеется. — Улыбнулся Аспер, уловив намёк. — Зачем я Вам понадобился, Госпожа Владычица? Почему мне нельзя было просто умереть?

— Это долгая история… Но я отвечу коротко. Ты был избран для этого ещё давно, и твоё попадание в Витер не было случайным. Там я за тобой наблюдала, стачивала то, что почему-то на тебя наросло за время твоей жизни в Тирии, но так уж случилось, что ты промахнулся. Ошибся. Умер. А у меня не так много доверенных магов, чтобы я ими разбрасывала… — Ей не дал договорить приступ кашля, от которого всё тело затряслось. Тонкие пальцы в перчатках вцепились в подлокотники дивана с такой силой, будто этот диван — единственное, что могло сохранить в ней жизнь. Наконец, прокашлявшись, она подняла взгляд на Астерота. — Поэтому я приняла решение тебя воскресить, чтобы не терять такой важный кадр. Отведаешь чаю? У вас, в Тирии, такой не делают, а разговор нам предстоит долгий.