Спуск на удивление прошел благополучно, особенно для меня. Спускающийся первым Дол, как настоящий горный баран, легко прыгал с одного бревна на другое, пока не добрался до последнего и не поскользнулся на разлитой на нем непонятной жиже, соскользнул с него и плюхнулся на дно ямы, залитой этой самой жижей, завязнув в ней по самое горло. Я спокойно наступил ему на голову и шагнул в боковой отнорок, который, слава богам, находился выше края разлившейся жижи.

Будучи бараном, Дол не догадался мотнуть головой, чтобы его любимый хозяин искупался вместе с ним, а когда догадался, я уже был в безопасности, а ему на голову уже наступал следующий спускающийся. Шахту огласило гневное блеяние и плеск жижи, в которую был сброшен один из наших рудокопов, а на рогатую башку опускалась уже следующая нога.

Тихое шуршание и рядом со мной встал Резак. Тот вообще спускался по стенам, прыгая от одной до другой, преодолев спуск в четыре прыжка.

— Двигай вперёд, — приказал я ему, — разведай как там и что, только далеко не заходи и камней с чернильными пятнами не трогай.

Резак молча кивнул и исчез в темноте. Я тоже поспешил отойти подальше от входа и как оказалось не зря: там собралось уже с десяток человек, когда сверху пролетел Пушистик и поднял такую волну жижи, что она не только вынесла Дола в коридор, но, заодно, и пару тонн этой вязкой жидкости, опрокинувшей стоявших рядом, залившей их с ног до головы и накрывшей сверху выплеснутым бараном.

Отличное начало путешествия, всё прям как в том анекдоте про цирк: все в дерьме, а я один в белом фраке.

— Дорин, дел полно, хорош валяться: давай, показывай, куда тут идти.

На самом деле, выбор направления был не слишком широк, туннель был один и двигать можно было только в две стороны: или обратно, или по крутому уклону, спускаясь вниз, просто мне не хотелось прерывать поход в самом начале, наступив куда-нибудь не туда, и телепортировавшись внутрь скалы, оставшись там окаменевшей тушкой на радость будущим археологам. Дорин, ворча как столетний дед, напрочь отсидевший свой геморрой, выполз из кучи малы, щёлкнул пальцами активируя у себя на лбу татуировку в виде непонятного китайского иероглифа. Та из чёрной быстро превратилась в красную, моментально прошла оранжевый и жёлтый спектр, и уже через секунду пылала чистым белым светом, похожая на мощный прожектор, бьющий далеко вперёд. Прикольная штука, только для боевых классов совсем не подходящая. В тёмных шахтах это всё равно, что нарисовать у себя на лбу мишень и заодно вопить дурным голосом: я здесь, все ко мне, ломайте меня семеро! Понятно почему их вчера здесь так много раз выносили, хотя в любом случае, здесь особо негде спрятаться и, если враждебные существа появлялись в прямой видимости, уклониться от боя не было никакой возможности. Я подготовил раздирание — лучшее заклинание для того, чтобы моментально остановить противника, и зашагал вслед за Дорином. Это оказалось не так-то просто, крутой спуск без всяких ступеней, Дорин шёл по нему свободно, будто подошвы его ботинок прилипали к скользкой поверхности, а мне приходилось балансировать, хватаясь за всё что только можно. Здесь неплохо было бы сесть на санки и с гиканьем скатиться вниз, вот только неизвестно, что встретит меня в конце спуска. Не хватало ещё на всей скорости наехать на какие-нибудь сталагмиты, на ровном месте лишившись тщательно сохраняемой невинности.

Сталагмиты там были, так же, как и сталактиты, только торчали они почему-то из стен под углом в сорок пять градусов, заставляя чувствовать меня несколько не в своей тарелке от постоянного желания склонить голову набок, чтобы придать пространству правильную ориентацию. Пришлось остановиться и спокойно постоять, привыкая к неправильности этого мира, заодно рассматривая место, куда мы прибыли, хотя особо рассматривать здесь было нечего: стандартная серая пещера, чей, в общем-то, небольшой объём скрадывали вышеупомянутые сталактиты со сталагмитами, сейчас преграждающие нам путь, эдаким сильно пьяным лесом. Единственное, что оживляло данное серое пространство — это его обитатели, один из которых странно подрыгивая эластичными конечностями сейчас мчался в нашу сторону. Дорин остановился как вкопанный, взметнув вверх вычурную кирку, я тоже уже протянул руку, чтобы остановить эту человекообразную фигуру заклинанием, когда откуда-то с потолка, вниз свалился Резак, на лету рассекая противника парой кинжалов. Рассёк от самой головы до пояса, после чего чёрная фигура, потеряла своя очертания, оплыла, и расплескалась по дну пещеры густой чёрной жижей, будто кто-то выплеснул на камни бочку нефти. Но пострадал не только противник: ухмыльнувшийся нам из-под капюшона Резак, в приветствии взмахнул рукой, и в тот же миг его фигуру будто прошибла чернильная молния и он с хлопком лопнувшего мыльного пузыря исчез в воздухе.

— Не понял, — моя начавшая подниматься в ответном приветствии рука замерла на одном месте, а потом опустилась назад, — и куда он делся?

— Червоточина, — шмыгнув носом, ответил Дорин, — видимо задел при приземлении, и сейчас он где-то внутри горы, метрах в тридцати-сорока отсюда. Если внутрь камня занесло, через минуту окочуриться, если в полость попал, придётся включать самоуничтожение.

Броневой Резаку

Ты как там? Если помер, догоняй нас быстрее, нам ждать некогда. Если не помер, я тебя телепортом обратно вытащу.

Я подождал минуту, но ответа так и не последовало.

Если ты пытаешься с ним связаться, — правильно понял мой застывший взгляд Дорин, — то это бесполезно, здесь связь не работает. Совсем.

— Плохо, ладно, надеюсь он сам догадается вернуться как можно быстрее.

Сверху раздались матерные вопли, усиливающиеся с каждым мгновением, и я еле успел отскочить к стене, когда измазанная непонятной жижей толпа проехала мимо меня, остановившись только когда врезалась в первый сталагмит, поломав его тушей Странника. Через миг, оттуда же приехала туша Пушистика, просвистев мимо и смачно впечатавшись в только начавшую расплетаться толпу. Раздался отчетливый хруст костей и тут же пришло сообщение:

Член вашей группы Гермиона погиб.

Зашибись, блин. Бардак какой-то. Пора брать все в свои руки.

— Пушистик, — сверху съехала мелкая пигалица, бросившаяся к куче мале, — пуханчик мой, ты не пострадал?

— Да, что с этой тушей сделается, — проворчал я, — все, кончаем этот цирк! Все встали! Странник, Дорин, вперед, остальные смотрим под ноги, не наступаем на червоточины, мы и так уже двоих потеряли еще ничего не сделав.

После краткой остановки, во время которой Дорин собрал с убитого существа несколько склянок горючей жидкости, дающей негасимый огонь, мы, всё-таки, тронулись в путь, пробираясь меж торчащих из стен сталагмитов. Слава богам, так как мы, по сути дела, находились внутри брони защищающей летающие существо, все расстояния здесь были не очень большими, и хотя мы ещё дважды подвергались нападению странных человекообразных существ, после смерти растекающихся лужей горючего масла, до очередного этапа нашего путешествия мы добрались без потерь. Новый этап выглядел, как разлом в стене, закрытый упругой чёрной плёнкой. Когда мы до неё добрались, она вся дрожала и вытягивалась, взбухая горбом, который в конце концов вывалился в нашу пещеру, и перетекая из одной формы в другую, начал подниматься на дрожащие ноги. Подняться не успел, получив молотом Странника по только начавшей намечаться голове, растёкшись дурно пахнущей лужей.

— Вчера, когда мы эту пещеру исследовали, их целая куча из этой щели вылезла, — поделился с нами Дорин, — никогда раньше не видел, чтобы из данжа наружу мобы лезли. Мы нескольких кирками забили, всё же они не больно сильные, но, в конце концов, они нас всех положили.

— Из данжа? Это что вход в данж?

— Сам посмотри — пожал плечами Дорин.

Я положил руку на упругую плёнку и тут же получил сообщение:

Внимание! Вы хотите… Внимание! Внимание? Войти в сломанный данж? Внимание… Данж предназначен для прохождения группой… Данж пять игроков. Сломанный для уровней 156. Вход в Данж возможен… Невозможен… необходим раз в три… четыре… шесть часов. Возможен… Сломанный…

Пока я рассматривал это крайне странное сообщение, последняя цифра поменялась на сто пятьдесят семь, а потом сразу прыгнула на сто пятьдесят девять.

Когда она дошла до ста шестидесяти пленка опять начала изгибаться и натягиваться, выпуская наружу ещё одно существо. Рождалась оно со страшными воплями и завываниями, вывалившись наружу в судорогах и содрогании, а умерло быстро и буднично, под очередным ударом молота.

Цифра допуска в данж опять сменилась, только теперь уменьшившись до ста пятидесяти.

— Ага понятно, — пробормотал я, правда до конца не осознав, что же мне понятно, но это не помешало мне принять решение:

— Я ещё раз попытался связаться с Резаком, но он не отвечает, ждать его нет времени, мне не нравится, как здесь всё выглядит, как бы этот данж не переглючило совсем, так что Дорин, пойдёшь с нами вместо него. Странник, Снег и… — я пригляделся к сестрёнке Снегиря и удивлённо спросил, — серьёзно такой ник? Заноза в заднице? Надеюсь, что не в моей. И как тебя лучше называть Заноза, ЗЗ или просто задница? Впрочем, неважно, идёшь с нами, остальные подумайте, если мы не сможем пробиться сквозь данж, как можно сделать это отсюда. В любом случае нам надо спуститься вниз, через пробитую вами шахту или каким-то другим способом. Ну что, все готовы? Тогда спускаемся.

— Погоди, ты сам-то готов? Возможно, данж закрытый, ты точно затарился всем необходимым?

После встречи с богом и вчерашней подставой, где я растратил большинство запасённых эликсиров, я был слишком занят своей молодой супругой, чтобы пополнить их запасы. Хорошо хоть у меня на этот случай в быстром поиске на аукционе забит готовый список всего необходимого, вернее три списка: «Так, на всякий случай», «Серьёзный список» и «Подготовка к армагеддону». Особые случаи, наподобие встречи с богом, рассматривались отдельно и нужные эликсиры подбирались индивидуально, здесь же явно не тот случай, и обычной подготовки к армагеддону будет вполне достаточно.

Я выбрал нужную кнопку, жалобно взвизгнул кошелек, одномоментно полегчав на сто двенадцать тысяч золотых.

У меня от этой цифры аж глаза на лоб полезли, на прошлой неделе этот же набор обошёлся мне меньше, чем в восемьдесят тысяч. Не слабая инфляция нынче, слишком много в игре появилась богатых Буратин.

Я с горькой усмешкой вспомнил деревню Любимово и первые эликсиры, которые можно было взять пучок за серебрушку. Конечно, они восстанавливали всего по двадцать пять единиц здоровья, но всё же, всё же… Хорошие были времена, беззаботные. Скорее надо возвращать замок и набирать своих крафтеров, а то с такими ценами мы быстро по миру пойдем.

— Теперь все готовы? — Ещё раз переспросил я, — Заноза, твой толстячок пролезет в эту щель?

— Конечно, он просто пушистый, а не толстый, естественно, пролезет.

— Ну, как скажешь, — не стал спорить я, — тогда двигаем, — и ещё раз положил руку на упругую плёнку.

Внимание! Вы реально хотите не хотите желаете сунуться в сломанный сломаный сломатый данж? Идущие на смерть пожаловать добро!

Прочитав данное послание, я уже было вознамерился отказаться, но тут, не дожидаясь моего ответа, плёнка, отгораживающая вход, потекла по моей руке, с громким чпоком всосав меня внутрь себя.

Поздравляем! Ваш клан первым вошёл в разрушающийся данж. Известность клана +1. Все члены клана + 1 к внимательности.

Плёнка всосала меня и тут же выплюнула с другой стороны. Рядом тут же раздался придушенный вопль Дола, а на меня, закрывая свет магического огонька, навалилась липкая чернота, обжигая кожу своим прикосновением, пытаясь задушить, выдавить глаза, забраться в носоглотку и ещё дальше внутрь, заполнив собой все мои внутренности.

Неожиданное начало прохождения, главное непонятно что делать, я слёту оказался будто в ванной с жидкой резиной, погрузившись в неё с головой, к тому же сзади меня тут же начали толкать вновь пребывающие члены клана, а затем внутрь протиснулся долбанный Пушистик, как поршнем вдавив меня в эту резину метра на три вглубь.

Чернота вокруг меня застонала, начала лопаться, стекая жижей по лицу и одежде, заливаясь внутрь сапог. При этом чернота продолжала заливаться всё глубже в меня, затекая теперь не только в нос, но и в уши, видимо пытаясь добраться до скукоженного мозга. Я кое-как вывернул руки ладонями вперёд и скастовал два больших ледяных копья, вбивая их в окружающую меня массу будто два гигантских гвоздя.

Поздравляем! Заклинание большое Ледяное Копьё эволюционируют в Ледяной Гарпун и Рой Ледяных Стрел.

Урон + 50 %.

Шанс сильной заморозки +25 %.

Шанс обледенения плюс 25 %.

Шанс вызвать кровотечение 90 %.

Шанс вызвать сильное кровотечение 50 %.

Шанс обездвижить сроком на 20 секунд 5 %.

Шанс подтащить к себе противника 50 %.

Возможный дополнительный урон от 10 до 50 %.

Время каста 3 секунды.

Кулдаун 30 секунд.

Рой Ледяных Стрел.

Одним заклинанием вы посылаете в противников минимум десяток ледяных стрел (количество стрел зависит от силы духа мага) с уроном в 20 % от урона Большого Ледяного копья.

Шанс сильной заморозки +25 %.

Шанс обледенения плюс 25 %.

Шанс вызвать кровотечение 50 %.

Шанс вызвать сильное кровотечение 25 %.

Время каста 3 секунды.

Кулдаун 10 секунд.

Тьму отшвырнуло назад, выдёргивая её отростки из моих ноздрей, и я, не глядя на замелькавшие логи, воспользовался образовавшимся передо мной небольшим пространством начал каст Ледяного Бурана. Чёрная живая стена передо мной моментально покрылась толстым слоем инея, а затем в неё ударил ураганный порыв ветра, обильно сдобренный ледяными кинжалами, разломавший, опрокинувший и разметавший её, замораживая, смешивая с кусками льда и унося вглубь узкого хода пещеры. Стена разделилась на отдельные несформировавшиеся фигуры, замерзшими глыбами, завалившими пещеру почти до самого, не такого и низкого, свода. На меня посыпались сообщения о гибели множества противников:

Поздравляем! Вы уничтожили: Порождение смерти кумкварта. Уровень 67–70 (14 шт).

Я еще раз перечитал сообщение и мотнул головой: так это была не жидкость, а просто куча этих гуттаперчевых существ, которые то и дело прорывались на ту сторону. Здесь они просто заполнили своими телами весь объем пещеры. Неужели и дальше весь данж будет полностью залит их телами? Судя по тому, что нам удалось отжать их назад — это не совсем так. Но все равно их тут просто дофига, хорошо хоть, что уровни у них смешные и задавить нас смогут только массой. Груда тел зашевелилась и из нее задним ходом выбрался покрытый инеем Дол, бросил на меня злобный взгляд, развернулся и, взяв короткий разбег, врубился чугунным лбом в груду заиндевевших тел. Сразу несколько из них развалилось на куски, замороженной крошкой осыпавшись на пол. На счет упала пара капель опыта. Слишком долго. Я отозвал Дола, еще раз ударил по груде бураном, промораживая ее получше и скомандовал:

— Ник, Дорин, вперед, эта работа для вашего оружия.

Молот и кирка взметнулись вверх, поочередно опускаясь на вставшую перед нами промороженную преграду. Та начала быстро таять, превращаясь в потоки горючего масла, которые прижимистый Дорин сначала упаковывал в небольшие колбочки, а потом плюнув, вылил в себя остатки пива из объёмистого бочонка, и начал сливать ценный ингредиент туда. Так дело пошло гораздо быстрее, и мы бы продвигались ещё увереннее, если бы запланированный под прохождение игроков данж не был повёрнут градусов на семьдесят вдоль своей оси, и тропа по которой мы должны были спускаться сейчас не шла бы сбоку от нас, а мы бы не передвигались по бывшей стене, которая не отличалась ровностью, состоя, кажется, лишь из впадин и покрытых шипами холмов, которые к тому же постоянно сотрясались от локальных землетрясений.

В первый раз нас подбросило чуть ли не на метр, а поднявшего молот Странника завалило замороженными противниками, поверх которых из глубины пещеры полезли новые порождение пещеры, практически полностью затапливая своими телами только что освобождённый коридор.

Я поднялся с Занозы, на которую приземлился при падении. Правду сказать, лучше бы упал на камни, меньше бы отбил свое тело, чем о ее торчащие во все стороны кости и не услышал бы о себе столько нелицеприятных слов о, якобы, легендарном Броневом, в реальности оказавшемся кривоногим идиотом.

Впрочем, пререкаться с ней мне было некогда: толпа гуттаперчевых фигур затопила и упавшего танка, а также начавшего отступать рудокопа и поток стрел Снегиря их не мог остановить, хотя они пробивали сразу по несколько тел. Огонь, учитывая непонятную структуру противника, я использовать опасался, так что придется опробовать эволюционировавшее заклинание, тщательно не разобравшись с тем, как оно действует.

Рой Ледяных Стрел занял место ледяного копья в слоте быстрого доступа и моих ладоней тотчас коснулся смертельный холод зарождающегося заклинания.

Волна существ, больше похожая на неудержимый селевой поток, достигла потолка, грозясь затопить и нас с головой, когда воздух перед моими ладонями сгустился, заискрил, разделяясь на десятки вихрей, сворачивающихся все туже, превращаясь в толстые, метровые, хищные, смертоносные стрелы, глянцево мерцающие полированными гранями, которые через миг сорвались со своих мест со скоростью неуловимой простому глазу. Вернее, создалось впечатление, что они только что были здесь, а через неуловимое мгновение смертоносным роем уже пронзили тела противников, будто тараном останавливая набравшую ход волну, создавая в паре метров от нас пробку из замороженных тел.

Ого, неплохо, один двойной каст породил не менее четырёх десятков ледяных стрел, по размерам больше схожих с небольшими копьями, чем со стандартными стрелами. На небольшом разделяющем нас расстоянии, они разлетелись в стороны совсем не широко, но в небольшом объёме пещеры этого хватило, чтобы довольно равномерно покрыть весь этот объём. Стрелы пробили десятки тел сколачивая, скрепляя, связывая, замораживая их между собой, не давая тем пошевелиться. А сейчас между торчащими из тел древками стрел, забегали злые морозные искры, прокладывая между собой дорожки из инея, которые буквально на глазах утолщались, превращаясь в ледяную непробиваемую корку.

— Хватит уже заниматься самолюбованием, — донеслось сзади ворчание Занозы, я двоих долго не вытяну.

Я бросил взгляд на размахивающую жезлом девушку и на поток золотистой энергии, льющейся от нее туда, где под грудой тел были погребены наши товарищи и зло хрустнул пальцами. Чёрт с ним с деньгами, надо браться за дело серьёзно.

Выбирая стиль игры я практически все свободные очки характеристик бросал в силу магии, добиваясь всё большей убойности своих заклинаний, в ущерб количеству энергии духа, в итоге, в таких случаях как этот, где много слабого противника и где девяносто пять процентов моей мощи уходило впустую, нанося сотню тысяч урона по противнику, которому хватило бы и пяти, я становился сильно зависим от очень не дешёвых эликсиров восстановления энергии духа, но сейчас не время считать финансы, терять половину команды в самом начале прохождения данжа никак не позволительно.

Первые ряды противников, впрочем, как и вторые моментально умерли, но дальше за ними бушевало целое море этих странных, ни на что не похожих существ. Значит надо крушить и морозить, морозить и крушить, и очень быстро, так как, похоже, где-то там они спавнятся, не переставая. Я ещё раз хрустнул пальцами, активировал пару эликсиров на увеличение запаса маны, и на сокращение кулдауна заклинаний, и больше не мешкая, начал кастовать.

Первым делом проломил стену. Воздух передо мной опять потемнел, превращаясь в гудящий диск, сорвавшийся со своего места, с хрустом и хлюпаньем прорубающий себе дорогу сквозь бесчисленные тела, а я не дожидаясь пока через образовавшийся пролом на пол перед нами выпадет груда сплетенных тел, и не глядя на логи повествующие о гибели нескольких десятков противников, направил на разрушающуюся баррикаду ледяной ураган. В закрытом помещении тот взревел будто десяток реактивных самолётов, всей силой разбуженной стихии отталкивая баррикаду на несколько метров назад и вновь замораживая её.

Крушить.

Ещё одно переключение и ещё одна до сель не испытанная магия. И так ледяной воздух охладился ещё больше и у меня перед грудью начало образовываться нечто, что я никак не мог бы назвать гарпуном. Скорее ледяной столб, увенчанный острейший пикой, от которой в стороны торчали гранёные сосульки, а от самого столба к моим рукам потянулись призрачные ледяные цепи. В отличие от стрел, гарпун разгонялся вроде бы неспешно, но врубился в баррикаду подобно бронепоезду, уходя внутрь баррикады на всю трехметровую глубину, заставляя ту взорваться осколками льда и тел. Те, звеня посыпались на дно пещеры, а баррикада вновь разрушилась, рассыпаясь вслед за ними ледяными обломками.

Я активировал флакон маны восстанавливая её запас и начал было новый каст, как вперёд бросился Снегирь, на ходу развеивая многочисленные трупы и выхватывая из-под груды обломков Дорина, отшвыривая почти уже умершего соклана назад к нам под ноги, и сам начал пятиться назад спиной, не отрывая взгляда от очередной пробоины, через которую к нам вновь начали лезть неугомонные твари.

Рой стрел, ещё один ледяной буран, гарпун, а теперь всё повторить по новой. Через два цикла добрались до Странника, который благодаря своей раскачке, чувствовал себя гораздо лучше, чем наш рудокоп. Его вынимали из промёрзших обломков уже все вместе и, оставив на попечение Занозы, продолжили свой заход.

Стрелы, глотнуть эликсира, буран, гарпун, дать пару секунд на то, чтобы развеять врагов расчистить место для наступления, скастовать стрелы. Грохот, вой, визг разрываемых на части противников, опять грохот. Всё слилось в единую беспрерывную какофонию, пока очередной буран, взревев будто раненый медведь, не врезался в преграду, выплёвывая её наружу, чтобы эта «Наружа» из себя не представляла.

Я с трудом сжал промороженные насквозь пальцы и махнул головой:

— Пошли, глянем, что там впереди.