После разговора с начальником дворцовых складов Лена окончательно поняла две вещи.

Во-первых, переворот действительно готовился, и это был уже не просто слух.

Во-вторых, государство держалось исключительно на страхе, хаосе и людях, которые слишком устали задавать вопросы.

Потому что нормальная армия не теряет половину поставок по пути от склада до казарм.

Нормальные чиновники не переписывают отчёты по ночам, прячась от посторонних глаз.

И уж точно нормальные министры не начинают резко нервничать при словах «проверка документов» — их обычно тошнит от одного упоминания ревизии.

Лена сидела над бумагами уже третий час подряд и чувствовала, как у неё медленно портится характер.

Хотя, если честно, портиться там уже было особенно нечему — характер давно ушёл в запой.

На столе лежали списки поставок на несколько месяцев вперёд.

Масло, зерно, оружие, ткань для армейских палаток — всё исчезало где-то по дороге между столичными складами и северными гарнизонами.

Причём исчезало удивительно организованно, будто кто-то нарисовал карту и аккуратно вычёркивал нужные пункты.

— Это уже не воровство, — мрачно сказала Лена, рассматривая очередную пропажу. — Это логистика предательства.

Напротив неё сидели бывшие наложницы, и теперь они выглядели не как гарем, а как крайне подозрительное тайное общество.

Мира лениво перебирала письма, забирая себе только самые важные.

Тая копировала подписи с такой точностью, что настоящие владельцы почерка сами бы не отличили.

Нисса лежала на полу и рисовала схему перемещений дворян, причём делала это с таким увлечением, будто готовила ограбление века.

Хотя, если подумать, технически всё к этому и шло — только вместо банка была целая империя.

— Я выяснила, кто встречается с генералом Равейном, — сообщила Мира, не поднимая головы от бумаг.

Лена тут же подняла взгляд, потому что генерал Равейн был одним из главных подозреваемых.

— Откуда? — спросила она.

— Случайно услышала разговор.

— Где?

— В мужской бане.

В комнате повисла та самая тишина, которая обычно предшествует либо большой проблеме, либо большому скандалу.

Лена медленно отложила перо и посмотрела на Миру с выражением, которое сложно было назвать одобрительным.

— Прости… где, ты сказала?

— В бане, — повторила Мира совершенно спокойно, будничным тоном.

— Почему ты была в мужской бане?

Мира посмотрела на неё с лёгким удивлением, словно вопрос был совершенно глупым.

— В платье служанки никто не обращает внимания на женщину с полотенцами.

Нисса восхищённо присвистнула и даже приподнялась на локтях.

— Это гениально, — сказала она.

— Это незаконно! — возразила Лена, хотя уже понимала, что спорить бесполезно.

— Зато эффективно, — заметила Мира, и спорить с этим действительно было сложно.

Потому что благодаря этой абсолютно безумной операции они теперь знали: часть дворян собиралась поддержать переворот.

Причём, как выяснилось, не из идеологии и не из любви к отечеству.

Исключительно из жадности и страха что-то потерять.

Как выяснила Лена за последние месяцы, большинство заговоров в истории человечества вообще происходит из-за людей, которым очень хочется денег и власти, но совершенно не хочется работать.

А когда не хочется работать — начинается самое интересное.

— Кто ещё участвует? — спросила Лена, возвращаясь к реальности.

Мира перебрала бумаги, доставая одну за другой.

— Граф Эстэр, министр торговли, двое генералов, начальник столичной стражи и, возможно, казначей.

— Почему «возможно»?

— Потому что он слишком активно прячет документы, — ответила Мира. — Человек, которому нечего скрывать, не сжигает бумаги каждую ночь.

Тая вдруг подняла голову и протянула Лене очередной лист.

— Кстати о документах, — сказала она.

Лена посмотрела на бумагу и почувствовала, как у неё дёрнулся глаз.

Это был приказ о переводе оружия из северного гарнизона в неизвестном направлении.

С печатью, с подписью, идеально оформленный — настоящий образец бюрократического искусства.

Кроме одной маленькой проблемы.

— Это подделка, — сказала Лена, внимательно разглядывая подпись.

— Да, — спокойно подтвердила Тая.

Лена подняла на неё глаза.

— Ты подделала приказ армии?!

— Чтобы проверить схему, — невозмутимо ответила Тая.

— Каким образом это вообще пришло тебе в голову?!

Тая слегка нахмурилась, будто Лена задала какой-то странный вопрос.

— Мне было интересно, заметят ли они замену документов, — сказала она.

— И?

— Не заметили, — разочарованно ответила Тая. — Даже не перепроверили.

Лена медленно закрыла лицо руками, потому что иногда ей казалось, что она уже полностью адаптировалась к местному безумию.

А потом происходило что-то подобное, и она понимала, что адаптация даже не начиналась.

— То есть ты хочешь сказать, — очень осторожно произнесла Лена, опуская руки, — что армейские поставки можно перенаправить одним фальшивым приказом?

— Да, — кивнула Тая.

— И никто это не проверяет?

— Нет, — ответила Тая с лёгким сожалением в голосе. — Совсем никто.

В комнате повисла тяжёлая пауза, нарушаемая только треском свечей и тихим дыханием.

Нисса первой нарушила молчание, и голос её звучал удивлённо и даже обиженно.

— Это даже как-то обидно, — сказала она.

— Что именно?! — не поняла Лена.

— Заговорщики слишком легко устраивают переворот, — пояснила Нисса. — Никакого вызова, никакой интриги. Просто взяли и решили.

И это была настолько ужасающе точная фраза, что Лена даже не нашлась с ответом.

В дверь коротко постучали, и все мгновенно напряглись — как стая кошек, почуявших опасность.

Тая накрыла документы тканью, даже не дыша.

Нисса сунула схемы под стол, куда-то в тень.

Мира спокойно взяла чашку чая с видом женщины, которая вообще случайно оказалась рядом с государственной изменой и теперь просто пьёт напиток.

В комнату вошла служанка с испуганным лицом.

— Госпожа… министр финансов снова требует встречи.

— Снова? — устало спросила Лена, потирая виски.

— Он очень нервничает, — добавила служанка шёпотом.

— Прекрасно, — усмехнулась Лена. — Значит, мы движемся в правильном направлении.

Служанка поклонилась и вышла, тихо притворив за собой дверь.

Лена повернулась к остальным, собираясь с мыслями.

— Ладно, — сказала она. — Что у нас есть кроме поддельных приказов и людей, которые мечтают разрушить империю ради собственной выгоды?

Нисса довольно улыбнулась, и в этой улыбке было что-то хищное.

— Компромат, — бодро ответила она.

— Не произноси это так радостно, — попросила Лена. — Это пугает.

Но Нисса уже раскладывала бумаги на столе с видом фокусника, достающего кролика из шляпы.

— Вот список тайных платежей на счета генералов. Вот письма графа Эстэра с обещаниями должностей. Вот счета за оружие, которое никто не покупал официально.

Лена посмотрела на последний документ и нахмурилась.

— Откуда ты достала счета?

— Из кабинета министра торговли, — буднично ответила Нисса.

— Как?!

— Через окно, — сказала Нисса, будто это было самое очевидное в мире решение.

Лена уставилась в потолок, пытаясь осознать, что её окружает.

— Почему вы все умеете проникать в здания? — спросила она у пространства.

— Гарем очень развивает нестандартное мышление, — объяснила Мира.

— И криминальные навыки, — добавила Тая.

— Особенно криминальные навыки, — с гордостью согласилась Нисса.

Лена начинала подозревать, что дворец десятилетиями выращивал идеальных шпионок и просто не замечал этого.

Потому что никто никогда не воспринимал женщин гарема всерьёз — их считали украшением интерьера, милыми игрушками, неспособными ни на что, кроме интриг друг против друга.

А зря. Очень зря.

Например, Нисса могла пройти через половину дворца незаметно, словно её и не было.

Мира за один вечер вытаскивала из пьяных дворян больше информации, чем государственные дознаватели за месяц пыток.

А Тая подделывала почерк так идеально, что Лена однажды случайно подписала собственную копию документа и не заметила разницы.

И самое страшное — теперь у них появилась цель и достаточно времени, чтобы её достичь.

— Значит так, — сказала Лена, собирая волю в кулак. — Нам нужно прямое доказательство связи между генералами и министрами. Не косвенное, не подозрения, а то, от чего они не смогут отмазаться.

— Уже почти есть, — спокойно ответила Мира.

— Что значит «почти»?

Мира положила на стол письмо, бережно разгладив его рукой.

— Это копия приглашения на тайную встречу заговорщиков.

Лена быстро пробежала глазами текст, и с каждым словом её лицо становилось всё мрачнее.

Место, дата, полный список приглашённых, темы для обсуждения — всё было расписано до мелочей.

И внизу стояла подпись графа Эстэра, одного из самых влиятельных людей в Совете.

Сердце неприятно сжалось, потому что это уже был не просто заговор.

Это был настоящий, хорошо подготовленный переворот, с чёткими планами и распределёнными ролями.

— Где оригинал? — тихо спросила Лена, откладывая копию.

Нисса довольно улыбнулась с видом кота, который только что съел чужую сметану.

— У них, — сказала она.

— Тогда откуда копия?

Нисса посмотрела на неё почти оскорблённо — как на человека, который сомневается в её профессиональных качествах.

— Лена. Я пролезла в кабинет министра через окно второго этажа. Конечно, я успела сделать копию. Думаешь, я туда просто так лазила?

Иногда Лене очень хотелось спросить, где именно в гареме преподавали промышленный шпионаж, основы взлома и искусство оставаться незамеченной.

Но она боялась услышать ответ, потому что он мог оказаться слишком честным.

Тая вдруг тихо сказала то, о чём все боялись думать вслух:

— Они собираются устроить нехватку продовольствия в столице.

Комната мгновенно замолчала — даже свечи, казалось, перестали трещать.

— Что? — переспросила Лена, поворачиваясь к ней.

Тая показала документы, которые нашла среди бумаг министра снабжения.

— Если склады северного округа не получат поставки вовремя, начнутся беспорядки и голод. Армия будет вынуждена отвлечься на усмирение бунтов. А потом генералы введут войска в столицу под предлогом наведения порядка и защиты императора.

Лена почувствовала, как внутри всё холодеет — не от страха, а от осознания масштаба.

Вот оно. Настоящий план. Не просто коррупция, не просто жадность и желание нажиться.

Полноценный, продуманный до мелочей государственный переворот.

Причём люди погибнут ещё до того, как кто-то официально объявит о мятеже — просто потому, что кому-то нужен хаос.

— Сколько у нас времени? — спросила Лена, стараясь говорить спокойно.

Мира задумалась, прикидывая что-то в уме.

— Неделя, — сказала она. — Может, чуть меньше, если они решат ускориться.

Лена медленно выдохнула, чувствуя, как тяжесть ложится на плечи.

Потом посмотрела на бывших наложниц — на Миру с её бесстрашием, на Таю с её подделками, на Ниссу с её ловкостью.

И внезапно поняла одну очень важную вещь.

Министры, генералы и дворяне совершили огромную ошибку, которая будет стоить им всего.

Они решили, что женщины гарема бесполезны и неопасны. Что они ничего не понимают, ничего не замечают, ничего не могут. А теперь против государственного заговора работала группа женщин, которые годами выживали в атмосфере постоянных интриг, лжи и скрытой ненависти.

То есть буквально лучшие специалисты по дворцовому безумию во всей Империи.

Нисса мрачно улыбнулась той самой улыбкой, от которой у нормальных людей начинается нервная дрожь.

— Ну что, — сказала она. — Уничтожим им жизнь? Медленно и со вкусом?

Лена посмотрела на неё, потом на бумаги, потом снова на неё.

— Иногда меня очень пугает, насколько быстро вы все стали похожи на организованную преступность, — призналась она.

Нисса расцвела в улыбке.

— Спасибо, — растроганно сказала она.

— Это всё ещё не комплимент, — вздохнула Лена.

— Но уже звучит теплее, — ответила Нисса. — Прогресс.