Дима распахнул дверь и, не давая мне опомниться, затащил внутрь за руку.

Едва дверь захлопнулась, он набросился на меня с такой жадностью, с такой первобытной страстью, что я потеряла дар речи.

Его поцелуи были жаркими, влажными, требующими. Он целовал мои губы, шею, ключицы, не давая мне перевести дыхание.

Я даже не заметила, как оказалась практически полностью раздетой. Платье скользнуло на пол, бюстгальтер остался валяться у порога забытым символом ушедшего приличия.

И на секунду, всего на долю мгновения, я заколебалась. Смущение, неуверенность в собственной привлекательности, в праве на эту внезапно обрушившуюся на меня волну страсти.

Но он, словно почувствовав мою секундную заминку, нежно коснулся моего лица, заставив посмотреть ему в глаза.

Его взгляд был полон восхищения, неподдельного, искреннего.

— Ты невероятно красивая! — прошептал он, и эти простые слова словно растопили лед в моем сердце.

Я увидела в его глазах не похоть, а признание. Признание моей женственности, моей красоты, моей… меня.

Он взял мою ладонь и медленно, но дерзко положил себе на пах. Мои глаза расширились. Ого! Я почувствовала под своей ладонью его напряженное, пульсирующее мужское достоинство.

— Видишь, как ты меня возбуждаешь? — прошептал он хриплым голосом, его дыхание обжигало мою щеку. — Это не гормоны, это ты, София. Ты сводишь меня с ума. Уже очень давно…

И он снова поцеловал меня. Этот поцелуй был другим. Не таким безумным и требовательным, как первые. Этот поцелуй был нежным, ласковым, полным обожания.

— Боже, как долго я об этом мечтал! — прошептал он, оторвавшись от моих губ. — Ты такая сладкая на вкус, София. Невероятная.

Затем он начал опускаться поцелуями вниз по моему телу. Медленно, чувственно, дразняще. Моя грудь вспыхнула от его прикосновений. Я задыхалась от желания, мои руки перебирали его волосы, пытаясь прижать его еще ближе.

Он опускался все ниже и ниже, целуя мой живот, мои бедра. Мое тело горело, желая большего напряжения.

Дима прижал меня спиной к холодной стене, и контраст температуры только усилил мои ощущения. Я прикрыла глаза, отдаваясь во власть его любви.

— Давай проверим, везде ли ты такая сладкая на вкус, — прошептал он, и я почувствовала его горячее дыхание между моих ног.

Языком, только языком, он довел меня до грани, до самого края пропасти, а потом — толкнул в нее. Дважды.

Дважды мое тело содрогалось в конвульсиях неистовой страсти, дважды я кричала от восторга, не веря, что способна на такие ощущения.

Я была в шоке, как мое собственное тело реагирует на него, как оно изнывает от жажды, как откликается на каждое его прикосновение.

А потом он поднялся. Вернулся к моим губам, которые все еще ловили воздух, задыхаясь от пережитого.

Его поцелуй был глубоким, нежным, со вкусом меня на его губах. Он подхватил меня на руки, словно пушинку, и понес.

Я снова засмущалась.

— Что ты делаешь? Поставь меня! Спину сорвешь, нам не нужен тренер с радикулитом!

Он рассмеялся, его смех был низким и бархатным, обволакивающим.

— Не выдумывай! — Он продолжал нести меня, и оставил у подножия кровати, словно поднося к алтарю.

— Но я слишком много…

— Будем возвращать твою потерянную самооценку, красавица, — прошептал он, опустившись на одно колено. Его взгляд был полон нежности и похоти. Сочетание противоположности. — Шаг за шагом. Сантиметр за сантиметром. Каждый изгиб твоего тела достоин поклонения.

Он провел пальцем по моей ноге, медленно поднимаясь выше. Затем повторил то же самое поцелуями.

— И когда ты поймешь, как сильно я боготворю тебя, — его голос звучал хрипло, едва слышно, — тогда я… может быть… разрешу тебе встать с постели.

Он снова поцеловал меня, а я хихикнула. Какой самоуверенный и дерзкий! И мне это чертовски нравилось!

Его ласки были огнем, каждый поцелуй, каждое прикосновение заставляли мое тело гореть все сильнее и сильнее.

Он распалил меня до предела, до точки невозврата, когда разум отключается, а остается только желание, всепоглощающее, властное, требующее немедленного удовлетворения.

Я была готова сорваться, умолять его о продолжении, отдаться ему страсти без остатка.

И вот он лег на меня сверху. Идеальный. Мощь, сила, красота — воплощенный в мужчине, тело бога, мускулистое, накаченное, подарок свыше.

Я ощутила его вес, тепло, его бешено бьющееся сердце, словно отсчитывающее секунды до окончательного слияния.

Но в самый последний момент, когда он уже уперся в меня и собирался войти, я остановила его.

Слова вырвались хрипло, с трудом:

— Дима… я… гормоны… предохранение…

Он посмотрел на меня и в его взгляде не было разочарования, не было досады, только… обожание.

Будто вероятная беременность станет для него лишь приятным бонусом, нежели побочным последствием.

Невероятно.

— Кем я буду, если не стану исполнять желание самой красивой женщины на свете? — прошептал он, и его губы коснулись моего уха.

И я приняла его.

⋆꙳̩̩͙❅*̩̩͙‧͙ ‧͙*̩̩͙❆ ͙͛ °₊⋆

Ночь прошла как в тумане.

Это было настоящим откровением.

Я никогда в жизни такого не ощущала, не просто телом, но его всем своим существом: жаркую кожу, сильные руки, твердые мышцы.

Он целовал меня везде: губы, шею, грудь, живот. Его язык ласкал каждый сантиметр моего тела, изучая его, боготворя.

Я отвечала ему тем же, исследуя его тело, отдаваясь потоку страсти.

Его член двигался во мне то плавно, то дерзко резко. Я задыхалась от наслаждения, мои мышцы сжимались вокруг него, и я его чувствовала каждой клеточкой.

Он стонал мне на ухо, повторяя мое имя. Наши тела двигались в едином ритме, приближаясь все ближе и ближе к пику.

И вот — взрыв. Меня накрыла волна оргазма, такая мощная и всепоглощающая, что я потеряла ощущение реальности.

Я кричала его имя, мои ногти впились в его спину. Он двигался все быстрее и быстрее, пока и сам не разрядился во мне, утопая в моей страсти.

Мы долго лежали в объятиях друг друга, тяжело дыша, не в силах оторваться друг от друга. Я чувствовала его тепло, его обожание.

— Ты даже не представляешь, как долго я об этом мечтал…

— Кажется… я тоже.

Столько заниматься сексом за одну ночь — это же невозможно! Или… да?

А главное, я понимала, что это еще не предел…

Вся ночь была наполнена поцелуями, ласками, стонами, криками.

А потом не только ночь, но и утро. И следующий день. И следующий. Мы не могли остановиться, изучили друг друга досконально, познали все тайны и желания.

Я никогда не чувствовала себя такой… новой. Перерожденной. Избавившейся от всех комплексов и сомнений. Я была желанной. Я чувствовала себя женщиной.