Зара
Худшее завершение худшего дня…
Я лежу в нашей с Даниэлем спальне, чувствую, как ноги сводит судорогой от перенапряжения. Весь вечер на каблуках — то еще испытание. Во всем виноват мой круглый живот, будь он неладен.
Впрочем, он у меня ненадолго, да и красота требует жертв.
И ладно бы беспокоили меня только больные ноги, но ведь вечер был ужасный.
Я была вынуждена ждать Даниэля почти все время одна за столом, как какая-то брошенка.
Какие неблагодарные люди работают у него в компании, это какой-то кошмар. Я организовала для них такое мероприятие, а они игнорировали меня, и на этом все…
Сидела там, как дура, ждала этого козла!
А он с Ка-а-атенькой разъезжал.
Шпилились, небось, прямо в машине. Фу…
Самое паршивое — мне доложили, что он ушел с Катей, мои же люди. Те самые, кого я наняла для того, чтобы научить бывшую жену моего мужа уму-разуму. А я ведь ради того, чтобы их нанять, продала свой сапфировый гарнитур.
Это было ударом в самое сердце.
Сколько я выстрадала из-за своей любви к Даниэлю, какие неимоверные усилия прилагала…
Дергаюсь от звука жужжащего телефона.
«Почитай этот пост», — пишет Сирануш.
Милая моя золовка, единственная родная душа в стане врагов, которая мне помогает.
Открываю пост и любуюсь собой.
А фото-то какое удачное! Я стою рядом с Даниэлем, с любовью смотрю в камеру, при этом шикарно выгляжу.
Кто был прав? Я была права! Вот, благодаря своей настойчивости стала звездой статьи. О корпоративе моего мужа пишут в местном канале о сильных мира сего.
Читаю заголовок и холодею:
«Бриллианты есть, мозга нет».
Дальше идет разгромная статья о том, что вставлять бриллианты в зубы — ужасно не модно, что это прошлый век. И что целостности зуба теперь никак не вернуть…
Они дебилы, что ли? Они не понимают, сколько это стоит? Это ж вам не вшивые стразы за тыщу рублей, которые может налепить себе на зубы любой. Это бриллиант чистейшей воды.
Дальше больше — подробное обсуждение моего платья и драгоценностей, все в негативном ключе.
Читаю все это и покрываюсь липким потом от ужаса.
Гады! Твари! Сволочи! Слепцы! Завистники!
Не успеваю отдышаться, как в коридоре раздается скрип половицы. Шаги Даниэля замирают у спальни. Он тихо стучит в дверь.
Мою!
О-о, ну хоть что-то хорошее за сегодня.
Даниэль впервые постучал ко мне в спальню ночью…
Это после того, как он демонстративно перенес свои вещи в гостевую спальню еще в начале нашей совместной жизни.
Чего он хочет? Хотя понятно чего. Меня.
— Да, да, входи, — говорю нежным голосом.
Даниэль и вправду заходит.
Только он почему-то одет по-уличному — в джинсы и рубашку, на нем даже легкая ветровка.
От его вида у меня в груди нехорошо екает.
— Куда ты собрался? — спрашиваю с подозрением.
— Зара, я поговорить хотел…
Вижу в его взгляде вину.
Ничем не прикрытую.
Так, стоп, неужели он…
Только хочу встать, но Даниэль меня опережает:
— Не вставай, просто выслушай.
С этими словами он садится на край кровати, снова смотрит на меня с долей вины.
Нет-нет-нет! Неужели он все-таки…
— Зара, не получается у нас семьи, — припечатывает он меня. — Я уже собрал вещи, и…
Ах вот чем он там шумел в соседней комнате последний час. Я тут свою жизнь оплакиваю, а он вещи собирает. Козел!
Не знаю, как у меня это получается, но я натурально начинаю скулить, как побитый щенок.
— Что ж ты делаешь… Что ж ты творишь со мной…
Мне так себя жалко, что просто умереть не встать.
— Через время ты поймешь, что нам необходимо было развестись, — заверяет он меня. — Мы не подходим друг другу, и нам не стоило так быстро жениться…
— А как же я? Как же наш малыш? — Я уже буквально захлебываюсь рыданиями.
— Я хотел дождаться родов, но потом подумал — какой смысл? — пытается он объяснить. — Мы все равно не полюбим друг друга, скорее уж сожрем друг другу мозг, чем мы, собственно, и занимались эти два месяца. А какой это будет пример для ребенка?
— Что значит — мы не любим друг друга? — выкрикиваю, все-таки садясь в кровати. — Я люблю тебя, как ты этого не видишь? Я ведь все для тебя…
— Зара, ты меня, конечно, извини, но единственный человек, которого ты любишь, — это ты сама. Мне лучше уйти. И лучше сделать это сейчас, чтобы до родов ты как-то свыклась. А когда ребенок появится, мы разделим обязанности и как-то научимся сосуществовать.
— К ней пойдешь? — спрашиваю с издевкой. — Учти, я все знаю про твои шашни с бывшей женой!
Он меряет меня жестким взглядом, показывая, что я лезу не в свое дело. Но все-таки отвечает:
— Пока что не к ней, если это так уж для тебя важно. Я возвращаюсь в дом, где жил до этого.
— Лучше бы ты его продал! — кричу на него. — Ведь собирался… Даниэль, не уходи пожалуйста, что же я буду без тебя делать?
Он молчит, хмурит лоб, а потом имеет наглость меня успокаивать:
— С тобой все будет хорошо. Я тебя не брошу, буду помогать, обеспечу ребенка. Вы можете остаться в этой квартире, я перепишу ее на тебя после развода.
С этими словами он встает с кровати, разворачивается и уходит.
Я же остаюсь на месте, совершенно обессиленная, внутренне опустошенная.
Надо же, какой правильный этот мужчина. Не любит он меня, видите ли. Не хочет показывать ребенку плохой пример… Развод ему подавай.
Я что, похожа на лохушку Кэт, с которой все это прокатит?!
Я — не она.
Если он думает, что я это так спущу ему с рук, то он глубоко заблуждается.
Есть… Есть козыри в рукаве! Король, дама, а еще туз или даже джокер…
Пора пускать их в ход.
Эх, хотела я быть благородной, но некоторые не понимают благородства!