Обсуждение утопических идей со временем утратило актуальность. Религиозные преследования и атеистическая идеология советского периода отвечали скорее эсхатологическим ожиданиям, нежели надеждам на обретение земного рая.

Сегодня как своеобразное проявление утопических идей можно рассматривать представления о сохранении старообрядческих традиций в каких-то удаленных общинах, в Сибири или на Алтае.

Интересно: «А говорят, есть такие староверы, в тайге живут. Все у них как в старину было, и одеваются, и молятся. В газетах даже писали. [Это вы про Лыковых говорите?] Нет, те другие. Целую деревню будто бы такую нашли, много их там, человек пятьдесят, наверно. Ты не читала? [Нет.] Ты узнай все точно, где они живут, сколько их, напиши нам, ты же читаешь книги много. А то я читала-то и забыла, потерялась теперь та газета».

Эсхатологические и утопические легенды, подчиняясь общим универсальным закономерностям построения народного герменевтического текста, обладают еще и содержательным, концептуальным сходством. Посредством особого образного ряда в тех и других конструируется совершенно другой мир. В утопическом нарративе он идеально прекрасен, в эсхатологическом — страшен.

Искусственно созданный мир полностью противоположен реальности. Он содержит возможность не только совпасть с ней, но и полностью ее вытеснить. Именно это подогревало старообрядческие ожидания «последних времен» и походы в «далекие земли».

Эсхатологические предания являются для старообрядцев способом объяснить и принять социальную реальность. Все незнакомое, осмысленное в категориях собственной культуры, становится понятным и привычным. Предметы, явления, события, распознанные как приметы последних времен, не отторгаются, а органично вплетаются в повседневную жизнь.

^{Шамарский крестный ход к месту упокоения иноков Константина и Аркадия (РПСЦ). Свердловская обл. 2022 г.}

^{Фотография Ф. Телкова, Россия}

Интерпретативная функция эсхатологического рассказа обеспечила его стабильное воспроизведение в старообрядческой среде с начала церковного раскола и вплоть до сегодняшнего дня. Активное бытование утопического рассказа, для примера, завершилось к началу ХХ в.

Тематические сюжеты устных эсхатологических и утопических преданий основаны, как правило, на древних книжных источниках, и в ряде случаев изначальные смыслы книжных образов могут заменяться на более близкие к действительности.