Арнак
Я выхожу из ресторана и сразу окунаюсь в прохладу весеннего вечера.
Бодрит! Даже несмотря на то, что я в смокинге.
Делаю глубокий вдох. Кажется, еще секунда в том душном зале — и я бы задохнулся. Фото младенца все еще пульсирует в голове вспышками.
Дочь.
У меня есть дочь, между прочим!
Однако крыльцо ресторана оказывается не слишком хорошим местом, чтобы избежать толпы.
Меня моментально видят родственники, которые вышли немного попортить легкие. Делать бы им больше было нечего, как за свои же деньги травить себя дымом.
— Арнак джан, иди к нам, — зовет все тот же бессменный дядюшка Рубен.
Вижу, как они собрались в беседке чуть поодаль от входа. Там настоящее веселье — смех, звяканье рюмок и прочее. Дядя Рубен что-то рассказывает, размахивая руками, остальные ржут как кони. Будто у них там отдельная свадьба идет. А может, им и лучше там, чем слушать бесконечные тосты и речи.
— Арнак, чего застыл? — зовут родственники.
А меня даже не хватает на вежливый ответ.
Сил нет улыбаться и изображать радостного жениха. Внутри все кипит, голова раскалывается. Пока они там веселятся, у меня мир встал с ног на голову.
Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и спешу в сторону, где припаркован белый лимузин, который должен отвезти нас с Егине в гостиницу после ресторана.
Забираюсь на заднее сиденье, прошу водителя:
— Выйди.
Дядька в костюме смотрит на меня удивленно, но спорить не решается. Видимо, лицо у меня такое, что лучше не связываться.
Оказавшись в салоне один, выдыхаю.
Тишина.
Только гул машин с улицы и отдаленная музыка из ресторана.
Руки немного потряхивает, когда достаю телефон. Сердце колотится так, что, кажется, сейчас выскочит из груди.
Набираю номер Риты.
Сколько раз я ей звонил восемь месяцев назад? Десять? Двадцать? Сотню?
Она никогда не брала трубку.
Сначала я злился, потом смирился. Решил, что она просто не хочет со мной общаться после развода. В общем-то, если посмотреть на ситуацию отрешенно, бывшие жены вообще редко хотят общаться с экс-супругами.
А она, оказывается, была беременна! От меня беременна! И молчала, как партизанка под пытками.
На какую-то долю секунды мне кажется, что в трубке раздаются гудки. Однако…
Выключена!
Нормально она сейчас поступает, а? Пра-а-авильно… Сбросила мне на голову информационную бомбу и в кусты. Видимо, чтобы осколками не задело.
Аж зубами скриплю от злости.
И что теперь? Она сидит в своей Испании, качает мою дочь и снова делает вид, что меня не существует?
Но мне просто необходимо хоть с кем-то поговорить. С кем-то, кто по умолчанию в курсе.
Скрепя сердце набираю номер бывшей тещи.
Анна Владимировна.
Ледяная королева собственной персоной.
Три года брака она методично долбила Риту одним и тем же: «Доченька, если что — приезжай в Испанию, тут так хорошо живется, тут такие мужчины…» Я для нее всегда был временной неприятностью. Помеха в грандиозных планах по устройству дочкиной судьбы.
И вот, похоже, мечта тещи сбылась. Ее дочь в Испании, судя по бирке моей дочки. И никто не догадался сказать отцу ребенка, что она уехала туда беременной.
Длинные гудки просто вымораживают. Но хотя бы она доступна…
Чуть не подпрыгиваю на месте от ее «Алло».
— Анна Владимировна, здравствуйте, это Арнак, бывший муж вашей…
— Ты у меня записан, — перебивает она.
Надо же, меня не стерли.
Набираю в грудь побольше воздуха, выдаю:
— Я получил очень странное фото сегодня…
— Что за фото? — В голосе тещи, как всегда, сквозит ледяной холод.
Даже через телефон чувствую, как она поджимает губы.
— Фото младенца, — уточняю делано равнодушным тоном. — Так понимаю, это Рита мне его отправила, а потом удалила сообщение… Я прав? Вы говорили с ней? Она родила ребенка?
Сам не понимаю, как мой голос становится все резче и резче. Держать себя в руках сил больше нет. В горле все сжимается от злости.
— Да, — отвечает она.
Ее ответ бесит. Неужели нельзя подробнее?
Одно слово. Одно чертово слово. Будто я спросил, какая сегодня погода. А речь идет о том, что у меня родился ребенок.
— Что «да»? — спрашиваю гораздо резче, чем хотел.
— Да, Рита родила, да, я говорила с ней, и да, она отправила тебе фото, — сообщает она замогильным тоном.
Это ее тройное «да» как финальный хедшот. Конец игры. Нокаут.
Рита молчала в тряпочку восемь месяцев, а потом, видно, решила — а подарю-ка я Арнаку подарок на свадьбу… Просто офигенный план мести, ничего не скажешь! Понять бы только, за что.
Восемь, сука, месяцев молчать в тряпочку, и в день свадьбы выдать…
Я сжимаю телефон так сильно, что, кажется, он трещит. Хочется швырнуть его в окно лимузина.
— Почему она раньше не сказала? — Я откровенно кричу на тещу. — У нее язык отнялся? Или в вашей Испании у всех приезжих забирают телефоны? Отрезают языки?
— Арнак, успокойся. — Она невозмутима.
Этим своим «успокойся» бесит меня еще больше. Будто не понимает причину моих нервов. У меня дочь родилась, о которой я не знал! Будто это какая-то ерунда, мелочь жизни. «Успокойся, Арнак, что такого-то случилось?»
— Что она от меня ждет сейчас? — спрашиваю с надрывом. — Что я вот так сорвусь и…
— Арнак, она давно ничего от тебя не ждет! — отрезает Анна Владимировна. — Никто из нас не ждет!
На этом она торжественно кладет трубку.
Класс…
Мать моего ребенка ничего от меня не ждет… Огонь!
В момент, когда кажется, что я не могу разозлиться больше, в салон лимузина забирается Егине.