Легкие горели и резало так, словно я наглотался мелкой крошки стекла вперемешку с кривыми, раскаленными свинцовыми кубиками. Каждый новый вдох давался с надрывным свистом, а свежий воздух поверхности, вопреки ожиданиям, не приносил мне облегчения.

Здесь, наверху, в отличие от подземного смрада, оставленного сектантами. Воздух все равно был пропитан ароматами гари от буржуек и ещё чем-то приторным с нотками сладости. Кажется, именно такое амбре и ждешь от процессов разложения органики, который не выветрится даже за ближайшие десятилетия.

— Ловите его! Во имя нового человечества! — надрывный крик за спиной вынуждал меня сильно вжимать голову в плечи. — Не дайте ему уйти! Благодаря его крови наш хранитель сможет стать гораздо сильнее!

Я же, не вслушиваясь, продолжал рвать когти и нестись вперед, перепрыгивая через остатки легкового автомобиля, который уже начал ржаветь, постепенно превращаясь в бесформенную груду металлолома, облепленную со всех сторон какой-то причудливой растительностью.

Подошвы ботинок, истоптанные за недели переходов, нелепо скользнули по мешанине из камней и грязи. Но мне повезло удержать равновесие, погасив инерцию перекатом через плечо. Грязнее уже не стану. А вот травмирование… да. Потому что осколки витринного стекла какого-то бутика, неприятно захрустели под телом, впиваясь в ткань комбинезона.

— Алекс, ты очень плохо двигаешься, очень-очень! Ты напоминаешь мне старый и рваный мешок, наполненный навозом! — Вейла материализовалась прямо в поле моего зрения, плавно заскользив по воздуху спиной вперед. Её полупрозрачное платье развевалось на ветру, игнорируя любые законы физики и нормальности. А фиолетовые глаза горели неприкрытым огнем азарта. — Если ты сейчас же не ускоришься, эти веселые ребятки с заточками и огнестрелом устроят тебе очень нескучный вечер.

— Без… тебя… знаю! — натужно выдохнул я, пытаясь лишний раз не тратить силы на слова.

Сзади грохнули выстрелы.

Пули угрожающе засвистели где-то над левым ухом и над головой, выбивая крошку из облупившейся кирпичной стены старой пятиэтажки. Сектанты, судя по моим наблюдениям, вышли на поверхность многократно раньше, чем Марков успел об этом подумать. Не то, что успел реализовать. И теперь получалось так, что именно они ощущали себя здесь хозяевами.

Это было плохо. Очень плохо.

В одно короткое движение запрыгнул на мусорный контейнер, который кто-то услужливо выкатил прямо на дорогу, и оттолкнувшись от него, крепко вцепился пальцами в край козырька над входом в здание, подтягивая рывком тело вверх. Мышцы взвыли от напряжения, но остатки энергии внутри каналов, отозвались глухой, затухающей пульсацией.

— Хо-хо, посмотрите на него, экий акробат у нас тут завелся! — Вейла зависла надо мной, когда я карабкался по покосившейся пожарной лестнице, обходя обрушенные пролеты внутри самого здания. — Только вот маленькая деталь, партнер… Твои внутренние резервы почти пусты. Пси осталось… ну, скажем, что-то порядка семи процентов. Ты так старательно разбрасывался ей в том сражении, что сейчас напоминаешь собой подсевший фонарик. Еще чуть-чуть, и ты просто сдуешься.

— Умеешь… подбодрить, о, великая… — прохрипел в ответ, переваливаясь через низкий парапет крыши.

Сверху открывался величественный вид на мертвый город, зажатый в тиски энергетических потоков, срывающихся из стороны в сторону, наполняя собой осиротевшие улицы, чтобы там родилось нечто новое.

А окружающие, разбитые окна зданий, зияли непроглядной тьмой, редко принимая в себя блики вечернего солнца. Между ними, по заваленным хламом подъездам, метались невысокие фигурки в грязно-серых балахонах. Те самые свидетели перерождения человечества. Чертовы фанатики, верящие, что поверхность принадлежит им по праву «нового рождения» в хаосе мира.

Времени наблюдать за всем этим не было, и я не стал задерживаться.

Пробежав по крыше вперед, перемахнул через двухметровый зазор на соседнее здание. Прыжок, еще один, скольжение по наклонной жестяной кровле.

Никогда бы не подумал, что буду вот так… Внутри же вообще ощущал себя этакой тенью, проскальзывающей между разными гранями миров. Но те, кто выступал сейчас загонщиками, не торопились от меня отставать. Все ж таки тоже, одаренные, да и в пике сил. Но самую большую роль играло то, что они знали эти руины лучше меня, срезая углы через проломы в стенах, которые я не всегда успевал заметить даже с помощью способностей.

— Алекс, слева от тебя! — внезапно выкрикнула Вейла, показывая направление маленькой рукой. Её голос мгновенно лишился издевательских ноток.

Тело само собой среагировало на выкрик, превратившись в стремительный росчерк благодаря развитым животным инстинктам. У меня получилось уйти броском в сторону, ровно в тот момент, когда из-за вентиляционной шахты выскочил рослый мужик метра два с копейками… в ширину.

В его руках блеснул тяжелый, здоровенный молот, которым он был готов размозжить мне голову. Но к счастью, он прошел мимо меня, лишь слегка задевая рюкзак, с хрустом вмазываясь в грубую поверхность крыши.

Одаренный.

Конечно же, иначе и быть не могло. Особенно если обратить внимание на здоровенную дыру, из которой он пытался вытащить свое варварское оружие.

Но в мои планы не входило давать ему замахнуться ещё раз. Крутанувшись на месте, нанес резкий, короткий удар пропитанным энергией кулаком прямо в его оголенную грудь.

Можно было использовать что-то сильнее, но наставница несомненно была права. Семь процентов. В ситуации, когда нет возможность резко пополнить резерв, приходилось переходить на режим максимальной экономии.

Кости противника захрустели, а их владелец сдавленно захрипел, понимая, что теперь у него на одно отверстие в организме больше, и с удивлением во взгляде, повалился назад, исчезая глубоко под лестничными провалами.

— Грубовато, конечно, но нам выбирать не приходится… — продолжала сыпать комментариями Вейла, очередной раз обретя свой привычный, насмешливый тон. — Но их там еще человек тридцать со всех сторон набежало, и они чертовски сильно хотят насадить твою голову на пики. Может, всё-таки дашь чем-нибудь убойным, например, огненный шторм какой-нибудь? Ну, так, на все оставшиеся силы? Будет красиво!

— Перебьешься. — буркнул я недовольно, прыгая в открытый люк чердака. — Нам нужно…

БАХ!

Договорить я не успел, как прямо за спиной раздался взрыв, напоминая, что все начиналось неплохо… и даже хорошо.

Тишину, окутавшую технический тупик после ухода Лики, казалось, можно было потрогать руками. Настолько она была осязаемой. Я продолжил стоять рядом со ржавыми трубами, вертя в руках сложенный лист бумаги. Шершавая поверхность чертежа приятно холодила пальцы, а в голове уже выстраивались потенциальные маршруты моих передвижений.

— И всё же, партнер, ты слишком оптимистично относишься к информации, полученной не из самого надежного источника. — Вейла парила над головой, сложив руки на груди и глазами следила за тройкой виноградин, танцующих над ней. — Раз она была инженером, или кем-то там похожим, значит она спокойно могла подделать такую бумажку. А ты уже готов бежать туда сверкая пятками…

— Сомневаюсь. — коротко хмыкнул в ответ. — Не думаю, что у неё были причины лгать… с такой детальностью. — развернув карту, пальцами провел по тонким линиям. — К тому же, ты помнишь её реакцию на камень? Уверен, он правда мог дать ей шанс, а люди такие существа, которые за минимальные шансы держаться зубами.

Я вгляделся в чертеж.

Лика не врала, это был профессиональный инженерный план, на который поверх нанесли свежие метки. Двенадцать зон, выделенных номерами. Двенадцать пауков, держащих смежные районы в собственных мерзких лапах тирании.

— Можешь менее пафасно? — раздалось от наставницы, которая даже уронила свой виноград, вслушиваясь в мои мысли.

Я же решил это проигнорировать. Потому что мой взгляд зацепился за сектор, граничащий с девятым и десятым, где засел тот самый Шрам. Внизу, мелким почерком, было выведено прозвище нынешнего владельца этой территории: «Титан».

— Титан… — вслух произнес я. — Название звучное, как ты говоришь, пафасное. И либо он действительно огромный, как те самые, из мифов. Либо у него та ещё мания величия.

— Скорее всего, и то, и другое. — Вейла опустилась ниже, заглядывая в карту через мое плечо, полулежа на него укладываясь. — Не думаю, что тут как-то иначе можно выжить. Как было там в одной из книг… ммм… Перефразирую, если ты не титан, то ты еда. Ну, или раб.

Мой изначальный план, в котором фигурировала идея зайти через нейтральные зоны… в общем теперь она выглядела этаким самоубийством. А если проще, то в той зоне, как оказалось, было слишком мало ходов, где можно затеряться. Так что ты всегда получаешься на виду у тех, от кого наоборот надо прятаться.

Но территория Титана…

Судя по карте, и по небольшим заметкам, там людей было кратно больше. Особенно учитывая, что зона, где размещали жилые блоки, была переделана из старых складов и технических залов.

По идее, это должен был быть огромный муравейник, где тысячи беженцев и тех, кто стоял выше их, влачили жалкое существование под надзором самых-самых, именуемых хранителями.

— Идеальное место, чтобы затеряться в толпе, ну и заниматься поисками. — я ткнул пальцем в нужную зону. — Если получится пройти через его жилые сектора, то должно получиться выйти к депо Шрама с обратной стороны. Не думаю, что кто-то будет ждать гостей оттуда, да и вообще, с чего бы им в принципе ждать гостей?

— Ну-ну, или тебя просто там затопчут в толпе. — фыркнула Вейла, смешно показывая язычок. — Ты же видишь, как они живут? Это не люди, это тени. Если ты появишься там во всем своем чистом великолепии, то будешь единственной целью для того, чтобы её обобрать и заодно прикопать. Это несмотря на стыренный, и немного испачканный в крови комбинезон.

Я взглянул на себя сверху вниз. Она была права. Надо как-то сделать себя чуть более «жалким». Так что следующая пара часов пошла на подготовку. Пришлось порыться в вещах, оставленных другими выжившими, и мне наконец-то повезло. Нашелся старый брезентовый плащ, покрытый толстым слоем грязи и каких-то бурых пятен.

Оставшиеся вещи, чтобы не вызывали лишнего внимания, были спрятаны в рюкзак. Точнее внутрь контейнера. А те, что на мне, дополнительно измазал в протухшей воде и грязи с мокрых, влажных стен.

Получалось, что со стороны я напоминал типичного беженца или бродягу, каких были тысячи в этих тоннелях.

— Какое падение нравов. Фу, фу и ещё раз фу. — притворно вздохнула Вейла, когда я закончил свое преображение. — Вот раньше, помню, был благородный воин Эона, а стал… вот этим. От тебя даже пахнет теперь как от заправского жителя помойки.

— Это называется маскировка. — с умным видом, и поднимая палец вверх, ответил ей. — Идем, нам пора бы нанести визит местным руководителям.

Путь к нужной зоне, а именно к жилым блокам, где главным боссом был Титан, пролегал через бесконечные узкие переходы, где воздух становился всё более спертым и влажным.

Здесь, в отличие от главной станции, не было централизованного освещения. Так что встречались только редкие коптилки на стенах и здоровенные бочки, внутри которых горел всякий мусор. А рядом с ними… рядом с ними кучковались выжившие, протягивая друг к другу руки, в надежде, что кто-то поделится едой.

Зрелище было так себе. Поэтому особо старался на них не смотреть, чтобы лишний раз не разжалобиться ещё больше, чем уже успел. Но к счастью, отвлекали все новые и новые потоки людей.

Стоило подойти к границе выделенного сектора ближе, встречались большие группы выживших. Правда, они отличались и от обычных патрульных, и от матерых сектантов.

Кажется, что это были те, кто просто пытался найти приюта в безумии происходящего. Они сидели группами кто где. Некоторые на рельсах, некоторые по углам, укрываясь дырявыми одеялами, пряча пустые глаза, лишенные всякой надежды.

Я же продолжал двигаться размеренно, стараясь осторожно ступать, чтобы не задеть кого-нибудь ненароком. Даже пришлось ссутулить плечи, пряча лицо под драным куском того брезентового плаща.

Собственную пси, чтобы не выдать для чувствительных одаренных, сжал рядом собой до крохотной ауры, выступающей на считанные сантиметры. В таком состоянии, пожалуй, максимум, что было возможно — уловить прямую угрозу.

На подходе к массивным гермоворотам, отделяющих две смежные зоны, а именно территорию Титана от тоннелей в сторону области, образовался настоящий затор. Сотни людей прижимались друг к другу, создавая живую, душно пахнущую массу. Помимо этого, в воздухе стоял массивный гул голосов, кашель и плач маленьких детей.

— Как думаешь, партнер, куда они все так рьяно рвутся? — мысленно, и не открывая рта, прошептала Вейла, паря в полуметре над толпой. Её лицо выражало крайнюю степень брезгливости и озабоченности происходящим.

У меня же ответа не было, но к разговорам вокруг я решил прислушаться.

— Слышали… кто-то говорил, что сегодня «он» будет лично раздавать еду в честь «Дня восхождения человечества». — прохрипел замызганный старик, стоящий рядом со мной. Его кожа была землистого цвета, а пальцы, судорожно сжимавшие пустую миску, дрожали.

— Да какая там еда… — тихо, но с нотками страха отозвалась женщина с ребенком на руках. — Опять бурду дадут, и хорошо если из протухших магазинных остатков… А не из себе подобных… — было заметно, что она понимала о чем говорила. — Но если не прийти, кто знает, что может быть дальше. Возьмут и выкинут на улицу, а там смерть…

— Как-то мне казалось, что люди должны объединиться. — горько усмехнулся про себя. — А тут, куда ни глянь, сплошные чудовища.

Под такие мысли медленно влился в толпу, стараясь не выделяться на их фоне. Весь этот нестройный поток, в ответ, втягивал меня внутрь огромного зала, который когда-то служил распределительным узлом метро. Сейчас же он был разделен на уровни множеством самодельных настилов и лесов.

Настоящий город внутри города.

Правда чем-то больше походивший на средневековый. Потому что с самого верха кто-то вылил помои на ряды людей. Вот повезло, что не на меня. Да и не на еду… так как на небольшом возвышении, рядом с тем местом где красовалась зловонная лужа, под яркими прожекторами, стояли огромные чаны, от которых поднимался густой пар.

Вокруг чанов суетились люд. Большинство из них имели добротную амуницию. Кто-то вооружился дубинками, кто-то холодным оружием, а у других виднелись пистолеты с автоматами.

— Смотри на этих овец. — Вейла зависла перед моим лицом. — Они готовы разорвать друг друга за черпак этой жижи. И ты хочешь пройти сквозь них незамеченным? Ты здесь как инородное тело, Алекс. Твои движения, твоя осанка… Ты не пахнешь отчаянием так, как они.

У меня не было слов, чтобы ответить. Поэтому я продолжал неторопливо двигаться вдоль стены. План был прост, как швейцарские часы: пересечь зал, найти обходные проходы, и исчезнуть до того, как начнется раздача, которая неизбежно приведет к давке.

Мои глаза сканировали пространство.

Вот он — нужный мне коридор, прикрытый покосившейся дверью. Там стоял всего один часовой, который больше интересовался тем, что происходит у котлов, чем собственной службой.

Еще пара метров. Да что там говорить, я уже чувствовал прохладу, тянущую из глубин узкой кишки. Но в этот момент толпа позади меня колыхнулась. Кто-то споткнулся, кто-то толкнул соседа, и волна человеческих тел хлестко отбросила меня в сторону, прямо на свет прожекторов.

— Эй, ты! Полегче! — выкрикнул кто-то.

Я попытался восстановить равновесие, но край плаща, заменяющий мне капюшон, предательски зацепился за чей-то крючок, сползая и обнажая мое лицо.

— Опа… — голос, раздавшийся совсем рядом, заставил мое сердце пропустить удар.

Я медленно повернул голову. Прямо на меня, прищурив один глаз, смотрел невысокий, хромой человек в засаленном жилете поверх грязной куртки. Его лицо было мне слишком хорошо знакомо.

— Ба! Какие люди на нашем празднике жизни! — на губах Зямы расплылась кривая, торжествующая ухмылка. — А я-то думаю, чей это затылок мне кажется таким знакомым… Что, неужто решил нас так быстро покинуть?

Он набрал в легкие побольше воздуха, и прежде чем я успел хоть что-то предпринять, заорал на весь зал, указывая на меня пальцем.

— Эй! Ловите его! Это тот самый богатый хорек из бара! У него карманы набиты энергетическими камнями, он точно шпион!

Мир вокруг на мгновение замер, а затем сотни глаз — жадных, голодных и безумных, одновременно уставились на меня.

— Ну вот. — язвительно шепнула Вейла, картинно прикрывая глаза ладонью. — А я ведь так и знала. Беги, партнер.