Два трупа в один день, в одном и том же месте! Время смерти удалось определить только приблизительно, но и Кларисса, и Трейн были уверены, что и трактирщика, и вышибалу убили почти одновременно, может, с разницей в полчаса!

Но почему?

Полюбовавшись на вид из окна в переоборудованном из двух спален кабинете трактирщика, дознавательница решила, что он мог видеть, как вышибала заводит преступника с черного хода. Для этого бедолаге нужно было встать рано, но персонал, в принципе, подтверждал — убитый страдал хронической бессонницей. Что, если он заметил что-то подозрительное, спустился выяснить, что происходит, и стал свидетелем убийства?

Кларисса отметила эту версию в блокноте, но выглядела она, если честно, не очень. С какой стати преступнику тащить труп трактирщика в кабинет? Убил бы на месте, в чулане!

Повторно осмотрев место преступления, дознавательница пришла к выводу, что так и есть — тело никуда не перемещали. Получается, убийца расправился с вышибалой, поднялся наверх, к трактирщику, и убил его.

Или наоборот?

Может, трактирщик стал первой жертвой, а вышибалу убрали как свидетеля?

Дознавательница решила найти господина Трейна. Хмурый, невыспавшийся следователь обнаружился внизу, в зале — он допрашивал официантку, ту самую друидку с носками в лифчике. Девушка рассматривала его с суеверным ужасом в круглых глазах и в целом выглядела так, словно вот-вот лишится сознания от ужаса. Она, очевидно, еще не привыкла к постоянным убийствам.

— Господин Трейн, на минуточку, — кашлянула Кларисса.

Она отвела следователя в сторону, оставив друидку за столом, и спросила, в каких выражениях его известили о трупах в анонимном сообщении на кристалл. Сколько там было упомянуто жертв, одна или две?

— Кхм, леди Кларисса, я с уважением отношусь к вашим заслугам, но, признаться, иногда вы перебарщиваете с профессиональным цинизмом, — осторожно произнес господин Трейн. — Или у вас так принято?

Дознавательница фыркнула, с трудом удерживаясь от того, чтобы не отправить собеседника к Багровому демону и приспешникам.

— Спасибо за комплимент. И все-таки?

— Преступник писал только про труп дракона в чулане, — сообщил следователь. — Я тоже обратил на это внимание, леди Кларисса.

Дознавательница кивнула и сделала пометку в блокноте: про второй труп преступник не написал. Почему? Сюрприз решил сделать? Посчитал, что эта деталь несущественная, внимание она не заслуживает? Или трактирщика вообще убил кто-то другой? Кларисса не знала, что и думать.

Следующие полчаса или час она пыталась проводить осмотр места преступления так, чтобы не мешать при этом господину Трейну и оперативной группе, которую все-таки пришлось выдернуть. На Клариссу все смотрели как на неизбежное зло. Дознавательница прекрасно понимала беспокойство коллег — ей был тоже не понравилось, если бы во время работы в Розенгарде рядом крутился представитель каких-нибудь иностранных следственных органов со своим никому не нужным мнением.

Наконец второе тело повезли в морг. Господин Трейн пообещал Клариссе держать ее в курсе и ушел отсыпаться.

Дознавательница проводила его взглядом и подошла к канаве, жалея, что они с лордом Магарычем вчера не подумали задержаться. Если в ее работе и было что-то, что она ненавидела больше, чем совещания и отчеты, так это дела, в которых преступник продолжал орудовать под носом у следствия, уничтожая улики и убивая свидетелей.

Достав из кармана платья блокнот, дознавательница полистала страницы, нашла портрет дракона, отравленного грибами, и поспешила обратно в трактир.

Осиротевшие сотрудники уже повесили над входом табличку, что заведение не работает. Только избавиться от внимания леди Клариссы это, конечно, не помогло. Вновь оказавшись в трактире, дознавательница осмотрела весьма расстроенные этим фактом физиономии и сказала, что хочет снова пообщаться с официанткой-друидкой. Та обнаружилась в зале — протирала столы.

— Нужно поговорить, — растянула губы в улыбке дознавательница.

— Но я же все рассказала! — жалобно сказала девушка.

— Не совсем. У меня появились вопросы, не касающиеся сегодняшних убийств, — расстроила ее Кларисса. — Вернее, касающиеся, но весьма косвенно.

Они с официанткой сели за ближайший стол. Кларисса открыла блокнот и показала портрет дракона, отравленного грибами:

— Как часто этот лорд сюда приходил? Пожалуйста, не делай вид, что ничего не знаешь.

— Заглядывал как-то, — призналась друидка.

А потом добавила, что знает дракона, отравленного грибами, в основном потому, что им целую неделю устраивали допросы, устанавливая алиби друида Цветоноса. Но подозрений это не вызывало, потому что случилось, как поняла Кларисса, задолго до убийства Старого Короля.

— А этот? — дознавательница взяла карандаш и набросала портрет немолодого друида в очках в тонкой оправе. — Он приходил?