– Может, ну его? – спросила я, не торопясь слезать с лошади.

– Ну что мы, зря, что ли, сюда ехали?

– Мало ли, соскучился по своей подружке, хотел поздороваться… – Я покосилась на темный провал пещеры. Совершенно обычный такой провал. Можно даже сказать – банальненький.

– Она мне не подружка. – Зеленые глаза хищно сверкнули. – Это демон, и теперь она у меня на службе.

– М-да? – скептически спросила я. – И почему же?

– Я связал ее договором, – невозмутимо ответил маг.

– И поэтому ты подлец? – уточнила я.

Темный маг улыбнулся. Нехорошо так, демонически.

– Потому что Пегеро славна тем, что никому и никогда не подчиняется. А заключить договор с ней еще никому не удавалось.

И тут я поняла, что вообще ничего не знаю ни о демонах, ни о демонологах, ни об их договорах.

– А… – начала я, но Валентайн меня прервал:

– Я готов прочитать тебе целый курс «Демонология для начинающих», но попозже. До заката нам нужно вернуться в академию. Если ты, конечно, не хочешь переночевать со мной в городе… или еще раз прогуляться по Туманным чащам.

– Слезаю-слезаю, – буркнула я.

Валентайн помог мне спуститься, привязал мою лошадку, на которую с любопытством посматривал его конь, и повел ко входу в пещеру.

– А корзины? – поинтересовалась я.

– Принесут, – отмахнулся парень.

– Как удобно, – хмыкнула я.

– Ага… иногда.

Пещера была огромной. Судя по стенам, вход в нее расширили вручную, но результат все равно впечатлял. Тут и там валялись лопаты, кирки, тачки, какие-то инструменты, о назначении которых я могла лишь догадываться. Как будто люди побросали все прямо посреди рабочего дня.

– Что здесь произошло? – спросила я, усилием воли давя в себе желание прижаться к Валентайну.

Парень подкинул в воздух голубой магический светильник, движущийся вместе с нами куда-то в глубь пещеры, обнял меня за плечи и начал рассказ:

– Здесь одни не очень умные и совсем неудачливые темные маги решили призвать высшую сущность для помощи в разработке породы. Ну и, как ты видишь, сущность осталась, а людям пришлось сбежать.

– А почему она не вырвалась?

Валентайн немного подумал, прежде чем ответить.

– Пегеро странная, – признался маг. – Она опасна только для неодаренных людей.

– А для светлых магов?

– До них, равно как и до темных, ей нет дела. Ну неужели ты думаешь, что я бы тебя повел в опасное место?

– Ты же спрашивал разрешения войти, – пожала плечами в ответ.

– Дань вежливости. Ну и военная хитрость, – хмыкнул Валентайн.

– Чем больше демонов у демонолога, тем он сильнее? – догадалась я.

– Опаснее, – поправил Валентайн. – Чем больше демонов на договоре, тем больше возможностей.

Мы шли по плотно утоптанному грунту с небольшим уклоном все глубже и глубже под землю. Проход постепенно сужался, и из гигантского коридора превратился сначала в просто большой, а потом и в обычный. На стенах остались крепежи для светильников или факелов, пару раз в темных углах холодное голубое пламя выхватывало чьи-то обглоданные до белизны кости. Не будь я целителем, наверняка бы упала в обморок. Ну или там завизжала от ужаса. А я лишь шла мимо и равнодушно отмечала, что по костям никак не определить насильственную смерть, разве что меж ребер клинок обнаружить или позвать некроманта.

Наконец, когда, по моим внутренним ощущениям, мы прошагали уже добрый километр, коридор внезапно оборвался.

Валентайн взмахнул рукой, и магический светильник, ускорившись, помчался вперед, распадаясь на части, разлетавшиеся в разные стороны, пока наконец света не стало достаточно, чтобы увидеть.

Равнодушный голубой свет заполнил огромную, бесконечно огромную пещеру. Впереди лежало озеро, вода в котором заволновалась при нашем приближении, замерцала, отражая свет. За озером все терялось в мерцающей мгле. А над головой, переливаясь мириадами бликов, распростерся свод пещеры, усыпанный самоцветными камнями.

Я ахнула, и эхо подхватило мой голос, разнося по пещере. Валентайн подошел со спины и обнял меня за талию. Я накрыла его руки своими ладонями, и даже не знаю, в какой момент наши пальцы переплелись. Темный молчал и не торопил, давая мне насладиться этим поистине чудесным зрелищем.

Не знаю даже, сколько времени я так простояла, любуясь дикой красотой, которую по несчастному и счастливому случаю не разрушили люди.

– Это потрясающе… – прошептала я и обернулась на темного мага.

– Тебе очень идет улыбка, Николетта, – тихо сказал он, рассматривая мое лицо. В ярко-зеленых глазах отражались блики самоцветов, и казалось, что взгляд мага пылает.

И я совершенно внезапно смутилась и от этого комплимента, и от его широких, горячих ладоней у себя на животе, и от того, что мы, кажется, остались одни в целом мире.

– Как тебе пришла в голову эта идея? – спросила я, отворачиваясь и высвобождаясь из объятий.

– Пожалуй, это самое необычное и красивое место из всех, что я видел. Под стать самой необычной и красивой девушке, что я знаю.

– Ты мне льстишь, – не оборачиваясь, произнесла я.

– Хотел бы польстить – отвез бы в какую-нибудь столицу в помпезный ресторан, – возразил Валентайн. – Идем.

– Куда? – удивилась я, подумав, что маг обиделся и хочет вернуться.

Но темные на мелочи не обижаются.

– Обедать, конечно, – невозмутимо ответил Валентайн и, взяв меня за руку, повел в глубь пещеры, обходя озеро по часовой стрелке.

Через две дюжины шагов я увидела плиту из серого камня, выступающую из породы и отполированную до зеркального блеска.

– Что это? – спросила я с любопытством.

– Понятия не имею, – невозмутимо ответил темный. – Но нам подойдет.

– Валентайн!

– Я совершенно серьезно, – ответил он и позвал: – Игнис.

Вдруг стало ужасно, нестерпимо жарко, а пещера заискрилась ярче, словно кто-то зажег тысячи факелов. Я завертела головой, ища демона, но его не было видно.

– Девушка хочет отдохнуть. Ей должно быть тепло.

На меня снова пахнуло жаром, а потом все пропало. Я даже поежилась от таких перепадов температуры, а Валентайн позвал еще одного демона. Того, что приволок ему письма в прошлый раз в таверну. Только на этот раз демон аккуратно поставил две наши корзины с провиантом.

– Не знаю, как ты, а я зверски хочу есть, – доверительным тоном сообщил темный маг, распаковывая провизию.

Я хмыкнула и принялась помогать ему, а когда мы уселись, с удивлением обнаружила, что под пятой точкой камень чуть потеплел.

– Вот это сервис! – восхищенно прокомментировала я.

– Естественно, тебе ведь еще наших детей рожать, – невозмутимым тоном проговорил темный маг, и я чуть не пронесла кусок хлеба мимо рта. – Что? – улыбнулся он. – А то у тебя такая серьезная мордашка сделалась, смотреть грустно.

Я фыркнула.

– И откуда ты знаешь про это место?

– О, это довольно интересная история! – Валентайн откусил от копченой куриной ножки и чуть не заурчал от удовольствия. – Однажды мы с Алариком и Максом удрали с пар…

– Как? – удивилась я. – Как вы прошмыгнули мимо Красавчика?

– О, ну… мы были моложе, смелее…

– Дурнее…

– Дурнее – обязательно, – кивнул темный. – Без дурости не бывает приключений. В общем, мы пошли через некрополис… Макс был крайне воодушевлен ровно до первого лича. Тогда я впервые в жизни узнал, насколько быстро умею бегать.

Я непростительно хрюкнула:

– Убегающий могущественный демонолог – это, наверное, эпично.

– Насчет могущества ты сильно преувеличиваешь, – покачал головой Валентайн, отправляя в рот горсть крошечных помидорок. – Тогда я был хоть и перспективным темным магом, но совершенно необученным. А в магии, как ты знаешь, сила решает ровно половину. Вторая половина – это мастерство.

– И далеко вы убежали?

– О да! С той стороны пещеры есть проход через горы в некрополис. Я так думаю, здесь было какое-то капище. Но город давно мертв, и сюда никто не пробирался. А потом у подножия гор появился Дарктаун, и кто-то разведал про это место. Как и всякие цивилизованные люди, горожане решили пещеру разграбить. И тут их ждала очень сердитая и очень одинокая Пегеро, успевшая за долгие века заточения как следует соскучиться. – Маг хмыкнул.

– Вы тоже с ней познакомились?

– Да, и даже поболтали. Есть демоны, добровольно заключающие контракт, есть те, кто, заключая контракт, пытаются обдурить мага и, кхм, подчинить себе. Вот Пегеро из вторых.

– И ей не удалось?

– И ей почти не удалось, – кивнул Валентайн. – Аларик и Макс все же были рядом и, хоть не демонологи, но кое-чего понимали…

– В общем, отсюда вам тоже пришлось драпать? – улыбнулась я.

– Нет, отсюда мы вышли медленно и торжественно, назло демонице.

– А почему она не покидала пещеру раньше?

Валентайн вздохнул.

– Это сложные материи. Но если коротко – она была прикована не к месту, она прикована к условиям.

– Ясно. Но все равно очень смешно.

– О да. Особенно смешно было, когда мы вернулись в академию. Как ректор орал, мм… меня аж контузило.

Я вздохнула:

– А у меня вот не было таких веселых историй. Я – образцово-показательная студентка!

– Образцово-показательная студентка с маленьким домиком в самом криминальном городе материка. Хм!

– Нет, ну правда…

Не знаю, сколько мы просидели так, болтая о студенческих годах, о своих проделках, смешных случаях и дурацких историях. Но прямо посреди вдохновенной речи Валентайна о том, как он подбил одну ведьму облить дверь в кабинет ректора зельем, повышающим либидо, и все входившие особи мужского пола вне зависимости от возраста и весовой комплекции начинали на него кидаться, воздух дрогнул и сплелся в Индарга.

– Время, господин.

– В общем, выперли бедную ведьму в Пресветлую академию, а тебя так удачно отправили к нам, – скомкал окончание рассказа Валентайн, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку. – Пора возвращаться, пока не стемнело.

И, едва я поднялась, позвал:

– Лагрус.

Воздух подернула рябь.

– Убери здесь.

Предметы мгновенно исчезли, а вместо них в воздухе закружилось несколько конвертов. Валентайн недовольно цокнул и, поймав письма, тут же вскрыл их. А пока читал, становился мрачнее и мрачнее с каждым листом.

– Что там? – не выдержала я.

– Да так… некоторые затруднения с моим воскрешением, – пряча бумаги во внутренний карман куртки, ответил Валентайн. – Придется ненадолго съездить домой.

Я невольно нахмурилась, а темный маг, кинув на меня взгляд, широко улыбнулся:

– Не переживай, это всего лишь скучные бюрократические заморочки. Займет один день, не больше.

– Да я-то что, это же твои дела.

– Ну да, то-то такая мордашка недовольная.

– Ничего не недовольная!

– Ага…

Я немного попрепиралась с Валентайном, пока мы шли на выход из пещеры, хотя на самом деле темный маг был абсолютно прав. Я только-только начала по-настоящему узнавать его, и мне нравился этот человек. Точнее, этот маг. И я знала, что «пара дней» у аристократов имеют свойство превращаться в недели, а то и месяцы. Но числиться мертвым для наследника наверняка очень некомфортное состояние, поэтому и необходимость такой отлучки я понимала. Хотя приятнее для меня она от этого не становилась.

Валентайн проводил меня до станции наемных экипажей и посадил в самый шустрый и комфортабельный экипаж.

– Будь хорошей девочкой и не попадай в неприятности, – негромко сказал он. – Хотя бы один день, пока меня нет.

– Я постараюсь, – улыбнулась в ответ.

Валентайн прижал мою ладонь к своим губам, на мгновение прикрыл глаза и, отпустив, шагнул в сторону.

– Трогай! – крикнул он вознице, и экипаж покатился по улицам.

Я откинулась на спинку сиденья и смотрела в окно, ни о чем особенно не думая. Пальцы все еще ощущали касание губ темного мага, и это заставляло меня улыбаться.

Улочки сменились уже знакомой предгорной дорогой, которая плавно превратилась в серпантин. Я, кажется, даже успела задремать, потому что не поняла, в какой момент экипаж остановился и стала слышна отборная ругань: два экипажа не могли разъехаться, и их возницы ругались, кто кого должен пропустить.

Поняв, что это может длиться вечно, я вышла, полная решимости освободить себе дорогу до академии.

И, пожалуй, это было худшее решение в сложившейся ситуации.

– Николетта? Какая неожиданная и очень приятная встреча, – проговорил пассажир встречного экипажа.

– Дядюшка, как я не рада вас видеть, – кисло ответила я.

* * *

– Заставила же ты меня поволноваться, – погрозил пальцем опекун.

– Правда? – искренне удивилась я.

– Конечно. Все волновались, Николетта. Герцогиня, невеста принца, высококлассный целитель – и вдруг пропадает. Сбегает, как дворовая девка. И куда? К темным магам! Уму непостижимо.

Да, такой лакомый кусочек – и сбежал прямо с тарелки. Жуткая несправедливость, согласна.

– А давайте я просто отрекусь от титула, и дальше вы как-нибудь без меня? – предложила я, размышляя, как бы просочиться мимо дядюшки вместе со своим экипажем и дать деру в Темнейшую.

– Увы, даже твоя фиктивная гибель не может спасти тебя от обязательств перед короной.

– Вы хотели попросить некромантов поднять мое бренное тело, чтобы отдать его замуж? – ахнула я.

– Пресветлый, как тебе такая пакость в голову пришла! – скривился опекун. – Нахваталась всякой грязи у этих… темных.

– Это вы совершенно правы! Они меня так испортили, так испортили… – Я судорожно подбирала какое-нибудь максимально мерзопакостное сравнение, но фантазия, как назло, отказывала. – Так испортили, что меня теперь определенно нельзя показывать принцам! Это будет практически оскорблением – выдавать испорченную меня за наследника трона!

Дядюшка на пару мгновений задумался. Я прямо по его медленно округляющимся глазам видела, как фантазия у опекуна работает на полную, подкидывая разные варианты порченности, один другого краше. То есть жутче. Даже немного подуспокоилась – может, нафантазирует достаточно, чтобы отцепиться от меня раз и навсегда?

Ах, если бы.

– А это не мне решать, дражайшая племянница, – наконец сообщил опекун. – Если вернут тебя от жениха, то, конечно, просьбу твою про отречение от титула удовлетворят мгновенно. А пока есть королевский указ доставить тебя Адриану Риордану, и, хочешь ты того или нет, я тебя туда доставлю. Иначе неисполнение контрибуции будет дорого стоить нашему королевству.

Я скрестила руки на груди.

– Уж не собрались ли вы, любимый дядюшка, применить ко мне грубую физическую силу?

– Ну что ты, Николетта. Как можно.

Любимый дядюшка улыбнулся, как самая милая гадюка в мире, а потом… свет померк.

Очнулась я, когда уже светало. Карета, а это уже была карета, медленно катилась куда-то. Напротив сидел дядюшка с таким довольным видом, что захотелось срочно его залечить.

– Доброе утро, – с невозмутимым видом поздоровался опекун.

– Я его сейчас вам испорчу, – пообещала я.

– Наверняка, – хмыкнул мужчина. – Вот только это не изменит ровным счетом ничего. Мы приедем во дворец. Там тебя приведут в порядок. И я отконвоирую тебя Риорданам. Можешь молиться своему новому темному богу, чтобы сжалился над тобой. Ведь все мы слышали, как Бешеный принц скор на расправу.

– И вы вот так отдадите родную кровь этому психу? – спросила я.

Не то чтобы я сомневалась, но должна же быть какая-то мотивация у этого поступка. И дядюшка не подвел.

– Отдам, и с превеликим удовольствием, – охотно ответил дядюшка. – Светлая, ищущая защиты у темных, целительница, помогающая им выжить, герцогиня, избегающая своих прямых обязанностей, – ты просто отвратительное пятно позора на всей семье.

Я отвернулась к окну. Ну, с точки зрения образцово-показательных вассалов короны, дядюшка-то, конечно, прав. Но я давно уже не смотрела с этой стороны. Жизнь простой горожанки слишком мне нравилась, чтобы хоть на минуту допустить мысль о возвращении в замок, корсет и этикет.

Но если меня не поволокут под венец прямо сейчас, то есть шансы сбежать где-нибудь в процессе примерки платья. Целительский дар всегда позволял мне подкупать и привлекать на свою сторону людей фактически бесплатно. На голом энтузиазме.

– А чтобы ты осознала весь ужас своего положения, я поясню, что приказал своим людям напоить тебя вытяжкой из корня оруца.

Ах ты старый хрыч! Корень оруца блокировал магию, приравнивался к ядам и был запрещен во всех странах континента. Действовал он, правда, временно, но кто знает, какую дозу в меня влили, пока я была в отключке? Может, на пару часов, а может, и на пару недель.

– Каждый раз, когда я думаю, что вы не можете впечатлить меня сильнее, вы меня удивляете.

Опекун хмыкнул, не удостоив меня ответом. Я же отвернулась к окну, тем самым завершая разговор. И всю дорогу до дворца вспоминала план здания.

Если они думают, что могут, как вещь, обменять меня для личной выгоды, их ждет большой сюрприз.