–Имей в виду, мы тебя ни о чем не просили. Ты не какой-то особенный, для нас ты такой же, как и все остальные молодые люди в Союзе, запомни это. Так что не строй из себя сына Главы Правительства! И тем более со мной!

Но я и есть сын Главы Правительства!

Матиас не понимал. Что это за выражение лица у Эвелин? Недовольство, разочарование, досада, обида, удивление? Ведь он минуту назад рассказал ей о том, что произошло в кабинете его матери.

Действительно, до того Матиас отправил своему ангелу несколько взволнованное сообщение о том, что им нужно немедленно поговорить, что у него есть срочная информация, которая не ждет. Но тот снова не появился.

Эвелин, ты действительно здесь?

– Почему ты приехала? – спросил он ее самым сухим тоном, на который только был способен.

Еще бы! Ведь девушка велела ему не строить из себя сына Главы Правительства! Ему, который всю жизнь пытался избавиться от этого ярлыка! Вместо того, чтобы поблагодарить за приверженность общему делу, которую он продемонстрировал, и за информацию об отношениях Sensaction с Правительством из первых рук. Кто еще мог предоставить ее Союзу?

В одно мгновение его швырнуло от гордости за то, что он сделал, к сожалению об этом. Они хотят обойтись без него? Без Матиаса, который даже уже набросал план, хотя его об этом и не просили? Ну, давайте тогда, делайте все сами!

– Отныне я буду твоим ангелом, – ответила девушка.

На самом деле, мне кажется, ты всегда им была.

– Почему? Саймон слишком занят, чтобы общаться со мной? – спросил юноша, сохраняя тот же тон.

– Это решение сверху.

– Похоже, ты недовольна таким поворотом, – вырвалось у Матиаса.

Эвелин растерянно уставилась на него.

– Почему я должна быть недовольной? Я делаю то, что мне говорят. Не надо задавать слишком много вопросов о распоряжениях. Руководство лучше знает, что нужно для дела.

Матиас почувствовал легкое разочарование. Он бы предпочел быть выбранным, а не навязанным.

– Ах вот оно что, значит, руководство, – он ограничился тем, что подчеркнул интонацией это слово.

– Мы не должны действовать разрозненно, понимаешь? Нельзя допустить, чтобы инициатива одного человека, какой бы похвальной она ни была, поставила под угрозу весь план.

Ага, значит, у вас тоже есть план.

– Например, если ты видел человека из Sensaction, то, значит, он тоже видел тебя… – попыталась объяснить Эвелин.

– И что?

– Было бы лучше, если б этого не произошло.

– Но почему?

– Господи, как же ты наивен!

Если ты будешь продолжать в таком духе, клянусь, я уйду.

Эвелин заметила, как Матиас инстинктивно отодвинулся от нее на скамейке. Возможно, она и впрямь переборщила.

– Извини, если я слишком распаляюсь, но лишь потому, что считаю это очень важным и не хочу, чтобы мы совершали ненужные ошибки. Я все время забываю, что ты новичок и моя задача – познакомить тебя с нашим методом работы…

Матиас заметил, что она стала выражаться мягче, и немного расслабился.

– Наши имена и лица никогда не должны ассоциироваться с Союзом, – продолжала девушка. – Мы не должны иметь контактов с Sensaction. Придет время, когда мы будем действовать скоординированно, но до тех пор лучше не выдавать себя и оставаться в тени.

– Понял, – ответил Матиас, не особо ею убежденный.

Неужели Эвелин думала, что люди из Sensaction не узнают Матиаса? Хотя его мать делала все возможное, чтобы отделить свои обязанности от семейных дел, лицо ее сына было хорошо всем известно. Откровенно говоря, Эвелин сама казалась ему наивной, если она верит в свои слова.

– То, что ты обнаружил, в любом случае очень ценно, – успокаивающим тоном произнесла девушка.

– Правда? – Матиас оживился.

– Ты подтвердил прямую связь между Sensaction и Правительством. Конечно, мы знали, что они находятся в тесном контакте, но у нас никогда не было доказательств того, что они вхожи в кабинет самой Главы Правительства. Мы думали, что их влияние распространяется лишь на высокопоставленных чиновников. Теперь благодаря тебе у нас есть уверенность в их связях на самом высоком уровне, и это мы должны учитывать.

То есть не так уж плохо, что Глава Правительства – моя мать?

– Ха-ха, – только и сказал он.

– Что это значит?

– Ты о чем?

– Что означает это твое «ха-ха»? – повторила девушка.

– Мне казалось, тебя раздражает то, что моя мама – Глава Правительства, а на самом деле это может быть полезным.

– Никогда не говорила, что подобное меня раздражает и уж тем более – что не может пригодиться. Я просто обратила внимание на то, что мы ничего не просили, а ты сам все сделал.

– Ладно, ладно, я понял. Вы меня об этом не просили, но, я думаю, такую уникальную возможность было бы глупо не использовать.

Эвелин закончила читать фразу на экране и повернулась к нему.

– Тогда я сообщу руководству о том, что ты узнал. Посмотрим, что они решат.