Эвелин, ах, Эвелин!

Я потерял дар речи, даже не мог проводить тебя до двери, когда ты уходила. Еще тогда, в цветочном магазине на вокзале, я понял, что ты особенная, и затем с каждой новой встречей ты завоевывала мое сердце все больше и больше, но никогда, никогда, я бы не поверил, что смогу зайти с тобой так далеко. Ты выглядела недостижимой, а оказалось, что тебя саму притягивало ко мне. Сейчас я лежу и смотрю в потолок, но все еще вижу тебя. Не желаю вставать, буду лежать так и дальше, клянусь. Я хочу видеть твою улыбку, пока она не лишит меня сна, и даже после этого хочу оставаться с тобой в самой прекрасной мечте, какую я только смогу создать в своем воображении. Мы вместе боремся за лучший мир, где не найдется места для Sensaction, где взрослеть будет проще и приятнее. Но я чувствую, что этот новый мир уже открылся для меня сегодня, и отныне ничто уже не будет таким, как раньше. Я не могу дождаться, когда…

– Почему ты лежишь в это время?!

Громкий голос отца заставил Матиаса спрыгнуть с кровати и встать практически по стойке «смирно». Не из послушания или уважения, просто юноша не ожидал столь внезапного вмешательства, которое мгновенно сбило его с приятных мыслей.

– Насколько я понимаю, сегодня утром к тебе приходили гости… Надзиратель сообщил мне, как только я вернулся домой.

Лука, его зовут Лука. И к тому же ты сам спросил его. При твоей-то мании держать под контролем все, что происходит в доме. Если бы ты не спросил, он бы никогда не рассказал тебе об этом сам. Лука докладывает обо всем только маме.

Отец вещал властным тоном, но было похоже, что он не злился. Скорее был заинтригован.

Вот видишь? Он даже не рассказал тебе о пожаре на кухне. Молодец, Лука!

– Приходила Эвелин, – ответил Матиас. Сообщил об этом с гордостью. Теперь он воспринимал их историю не как прикрытие, а как что-то настоящее.

– Ах, Эвелин… Красивое имя, не поспоришь. А ты уверен, что заслуживаешь ее?

А какие должны быть для этого причины? Ты думаешь, в жизни все нужно заслужить? Что-то или кто-то не может появиться просто так, не за что-то, а словно неожиданный подарок или сюрприз?

Вопрос отца не заслуживал ответа. Тем более учитывая его ироничную ухмылку, с которой тот его задал.

Тем временем отец осматривал комнату, словно бы ища следы визита девушки. Матиас проследил за его взглядом, не испытывая ни беспокойства, ни страха осуждения. Он чувствовал себя уверенно, им овладела неведомая внутренняя сила: Эвелин изменила его, сделала другим.

Отец сделал несколько шагов к двери. Обернулся на мгновение, чтобы взглянуть еще раз на сына, при этом его мысли и эмоции были Матиасу непонятны. Затем, ничего не сказав, вышел из комнаты.

Матиас подождал, пока не услышал его шаги по лестнице, и затем с нетерпением схватил мобильный телефон Союза, который прятал в кармане куртки. Он спешил отправить сообщение Эвелин.

Прежде всего хотел поблагодарить ее, а затем сказать, что никогда не был счастливее, чем с ней, и что вместе они будут делать великие дела, и что ему не терпится увидеть ее снова, и что им непременно нужно увидеться в этот же день, нет, прямо сейчас, в этот самый момент, и где бы она ни была, он мигом примчится к ней.

Эвелин ответит ему сразу. В этот раз его очередь сделать шаг навстречу.

Он перечитал текст и отправил. Послание казалось ему одновременно серьезным и романтическим. Таким же, как его новое «я».

Он не отрываясь смотрел на экран телефона.

Смотрел и смотрел на экран…

Эвелин?

Эвелин???