–Ты уверена, что это хороший план?

Эвелин замедлила шаг, прежде чем ответить Матиасу. С тех пор как с девушки сняли блокировку слуха, общаться с ней стало значительно легче.

– Конечно! Это твоя идея, хотя мы и поработали над ней вместе. После того как мы много раз все обсудили, у тебя все еще есть сомнения?

– А какой смысл притворяться, что мы вместе?

– Я должна повторить тебе еще раз?

Почему ты так раздражена? Иногда я совсем не понимаю тебя.

Эвелин вздохнула и добавила:

– Все должно быть очевидно.

– Очевидно, что в качестве моей девушки ты сможешь войти в наш дом, иначе это было бы не так просто. Мне всегда было сложно привести домой друзей. Но теперь я доволен, потому что чем меньше у меня своих людей, тем лучше, но в детстве я очень страдал от этого, – признался Матиас.

Но, возможно, именно потому, что ты стала для меня настолько важна, я и не хочу знакомить тебя с моей семьей. Может, причина в том, что я не хочу, чтобы легенда, где ты – моя девушка, была просто уловкой, ложью, и я до сих пор не понял, воспринимаешь ли ты ее так же, как я.

Он прервался, некоторое время пиная перед собой камешек, который вскоре оказался на середине дороги. Метким ударом ноги Матиас вернул его на тротуар, к Эвелин.

– Я просто не знаю, как мои родители воспримут это, вот и все, – попытался объяснить он.

– Ты передумал? – спросила она.

Все намного серьезнее, Эвелин.

– Нет, нет. Успокойся.

– Если так, то пойдем. Теперь я выгляжу хорошей девочкой, у которой нет никаких активных блокировок, – решительно продолжила спутница. – В конце концов, они же предполагают, что рано или поздно ты приведешь домой кого-то, верно?

Матиас не ответил. Он продолжал пинать камень до ворот своего дома, затем зашвырнул его подальше и позвонил в видеодомофон.

Эвелин взяла юношу за руку и склонила голову к его плечу, стараясь тоже попасть на камеру домофона.

Десять против одного, что ты сейчас сюда придешь.

Действительно, вместо того чтобы услышать щелчок автоматических ворот, управляемых из дома, он увидел, как к калитке смешной походкой, широко расставляя ноги, со свойственной ему флегматичностью направляется Надзиратель. Это был Лука, дежурство которого только что началось.

– Она с тобой? – спросил мужчина.

Матиас кивнул. Эвелин прижалась к нему еще крепче, обняв за талию, чтобы не оставить никакого повода для сомнений.

– То есть девушка тоже должна войти? – заключил Лука.

– Подумай сам. Или ты хочешь, чтобы я оставил ее снаружи, привязав, как собаку, к воротам?

Надзиратель подождал несколько секунд, прежде чем открыть дверь.

– Ты знаком с процедурами, – сказал он, глядя в пространство.

Матиас кивнул и отошел от Эвелин.

– Пожалуйста, расставьте руки и ноги, – велел Надзиратель, доставая металлоискатель.

Проверив им гостью, он попросил ее открыть рюкзак и внимательно, но аккуратно изучил его содержимое.

Матиас с восхищением наблюдал за ним. У этого человека имелась некая грация, и, несмотря на оружие в кобуре на боку и броню мускулов, он никогда не терял определенной изящности.

– Эвелин, – внезапно удивила она Надзирателя, протягивая ему руку.

Что такое? Ты смущен?

Матиас, наверное, впервые видел, как Лука не знает, что делать. И не был удивлен этим. Эвелин умела производить нужный эффект.

Самообладание вернулось к Надзирателю, и он поспешно пожал ее руку.

– Есть кто-нибудь дома? – спросил Матиас.

– Только ваша мать. Ваш отец уехал по делам.

Смотрите-ка, по делам! Должно быть, отправился на шопинг. Больше он ни на что не способен.

– Хорошо, спасибо, – кивнул Матиас и, взяв Эвелин за руку, пошел по дорожке к дому. Если необходимо разыгрывать комедию, нужно делать это хорошо. И ему это было совсем не сложно.

Надзиратель тщательно оглядел пространство перед воротами, затем закрыл калитку и последовал за парочкой в дом, где сразу занял свое обычное место.

Молодые люди поднялись наверх и вошли в комнату юноши. Матиас закрыл за собой дверь и осмотрелся. Он никогда никого сюда не приводил, уж тем более девушку. Уборщица разложила все вещи по местам, но результат ему не нравился. С привычным беспорядком комната выглядела бы более живой. Сейчас же она была безликой, похожей на гостиничный номер. У юноши было ощущение, что он не узнаёт свою комнату. Как будто никогда в ней не жил… Может быть, просто проводил там время?

Интересно, о чем ты думаешь.

Эвелин, казалось, это совсем не интересовало. Она уже сидела на кровати, слегка подпрыгивая на матрасе. Совершенно спокойно. Он внимательно посмотрел на нее. Девушка была красива. Очень красива.

– Можно ведь? – спросила она.

Но ты уже сидишь там.

– Конечно.

– Когда ты меня с ней познакомишь?

– С моей матерью?

– Да.

– Мы не должны ее беспокоить. Она сама нас найдет, Лука наверняка сообщил ей о моем возвращении и, самое главное, о том, что ты здесь.

Матиас был совсем не против побыть с девушкой наедине. Внезапно комната перестала казаться ему безликой. Эвелин кивнула. В дверь постучали. Матиас посмотрел на гостью, как бы говоря: «Ну вот, видишь?»

Всего три минуты, и она уже здесь!

– Да?

В комнату вошла Правительница, она была в темно-синем платье-футляре с голубым шарфом на шее. Эвелин была поражена ее сдержанным нарядом.

Все трое молчали, изучая друг друга.

– Матиас, не познакомишь меня со своей подругой? Нечасто ты кого-нибудь приводишь домой…

Никогда не привожу. Вот так было бы точнее. И ты хорошо знаешь почему.

Гостья сделала шаг вперед.

– Меня зовут Эвелин, – представилась она.

– Добро пожаловать, Эвелин. Ты останешься на обед?

Без каких-либо колебаний девушка тут же согласилась.

Правительница взглянула и на сына, который ограничился кивком головы.

– Сожалею, что не могу побыть с вами. Как-нибудь в другой раз. Мне пора выходить, сегодня у нас заседание Совета, и я опаздываю. Твой отец тоже не вернется до обеда. Накроешь стол в зале? Горничная уже ушла.

– Я предпочитаю поесть на кухне, там менее официально. Разморожу быстренько что-нибудь готовое, – ответил Матиас.

Правительница улыбнулась.

– Ладно, как хочешь, – сказала она и попрощалась сначала с Эвелин, а потом с сыном. Вышла, неплотно прикрыв дверь.

Подростки снова остались одни.

– Не такая уж и плохая твоя мать, – шепотом сказала Эвелин.

Ты так думаешь?

Стук каблуков по лестнице постепенно стих.

– Что будем делать? – спросила девушка.

Матиас открыл дверь и сделал ей знак следовать за ним.

– Сейчас я слишком хочу есть, а когда я голоден, то не могу думать.

Они молча пошли по коридору к лестнице. Эвелин осматривала дом Матиаса: он был не таким, как она ожидала. Да, богатый, но не из тех помпезных, где стены увешаны портретами в золотых рамах, а мраморные полы покрыты персидскими коврами. Интерьер тут был скорее элегантным, но в то же время удобным. Каждая деталь хорошо продумана, каждая вещь находилась на своем месте и отлично вписывалась в общий дизайн жилища.

Неужели тебе на самом деле все это нравится?

– Домом занимается отец. Я ненавижу наш дом, как и все, что он делает, – коротко пояснил Матиас, когда они спустились на кухню.

Эвелин не успела возразить, как он продолжил:

– У меня есть план, – быстро заявил юноша вполголоса.

– Конечно, он у нас давно есть.

– Я не об этом. Хотя… Ну да, об этом, то есть почти, просто…

Их глаза встретились. Заинтригованная, девушка подошла поближе.

– Но мы должны сделать это прямо сейчас! Поверь мне, это самый подходящий момент, неизвестно, когда моих предков снова одновременно не будет дома, да еще и горничной нет, – прошептал он и вдруг замолк, как будто его что-то напугало.

Внезапно со смущенным видом, он притянул девушку к себе и коснулся губами ее губ. Эвелин всего на мгновение застыла, а затем позволила сделать то, что он хотел. Краем глаза она тоже заметила приближающегося Надзирателя, который, услышав их голоса, направлялся на кухню, чтобы проверить, что там происходит. Бросив на молодых людей взгляд столь же пытливый, сколь и равнодушный, он сразу же вернулся на свое место.

– Мы не можем этого делать, Матти! Нужно придерживаться того плана, что был согласован! Сегодня важно просто познакомить меня с твоими родителями и вместе осмотреть дом, чтобы уточнить детали. Лучше не импровизировать… – прошептала девушка, не отрываясь от него, даже когда Лука уже исчез из поля их зрения.

Матиас посмотрел ей в глаза и попытался воспользоваться своим главным козырем – восхитительной улыбкой, как в рекламном ролике много лет назад.

– Конечно, мы можем это делать. Не найти более подходящего момента. Поверь мне!