Антрацитово-черные внедорожники застыли клином, полностью перекрыв движение на полосе. Массивные, мощные, похожие на бронированных чудовищ, они не давали даже намека на возможность протиснуться мимо. Сильно тонированные стекла поглощали солнечный свет, не позволяя рассмотреть, кто внутри.

Таксист вопросительно повернулся ко мне.

– Сеньор?

– Сиди, – буркнул я, открывая дверь и ставя ногу наружу.

Бетонка эстакады встретила жаром от нагретой поверхности, по соседним магистралям проносились машины, за ограждающим выступом виднелись высотки. Дул слабый ветер, принося прохладу от зависшего в небе солнца.

Стоило появиться из такси, как захлопали дверцы внедорожников. Вышло несколько крепко сложенных мужчин в темных строгих костюмах, по повадкам напоминающих телохранителей.

Я ждал. Водитель такси тоже реагировал спокойно, видимо подумав, что пассажира таким оригинальным способом перехватили знакомые. Центр города – никто прямых нападений не боялся. Не так открыто. Надо быть отмороженным, чтобы устраивать разборку в зеленой зоне Скайфолла. Если ты, конечно, не террорист и не собираешься потом навечно уходить в подполье.

– Может, вызвать полицию, сеньор? – из бокового окна высунулась голова с пышным афро. Похоже, таксист тоже вспомнил о недавних террористических атаках, прогремевших на весь город.

Но вышедшие из темных внедорожников не были похожи на доморощенных боевиков из различных фронтов освобождения. Скорее наоборот, напомнили представителей власти.

– Нет, – я коротко махнул рукой, советуя не вылезать из машины.

То, что ждали нас, не вызывало сомнений. Точнее меня. Но зачем? И почему на дороге? Демонстрация силы? Возможностей? Глупо. Достаточно дать взятку офицеру из службы уличного наблюдения и отследить искомый объект через городские камеры безопасности. Всем подряд такую информацию не дадут, даже за очень большие деньги, но если постараться, то возможно все. Ситуация из разряда: можно, но не всем. Эти выглядели, как те, кому можно.

Один из бодигардов открыл заднюю дверцу правого внедорожника. Наружу вышла девушка. Блондинка, в деловом брючном костюме, белой блузке и туфлях на каблуках. Высокая и подтянутая, волосы стянуты в небрежный пучок, движения неторопливые, чувствуется ленивая расслабленность хорошо тренированного тела.

Стоило незнакомке поднять глаза, как меня пронзило воспоминание…

«…посреди импровизированной улицы стояло нечто, выглядевшее, как сгусток мрака. Человекоподобная фигура из темного металла с пульсирующей внутри злой энергией. Покатые плечи выступали над головой наростами, на кончике каждого дрожала сфера сжатой энергии.

Энергия стекала вниз тяжелыми волнами, насыщенно черный поглощал окружающий свет. Вокруг могучей фигуры кружили невидимые простому человеческому глазу защитные и атакующие колдовские конструкты.

Из-за плотности магических потоков силуэт КИБа выглядел смазанным. Темная поверхность корпуса выступала единым монолитом с черной аурой, по насыщенности перекрывающей человеческую.

За матовым черным забралом скрывалось лицо – девушка чуть старше меня, блондинка с туго завязанным хвостиком, с сине-зелеными глазами и удивительно правильными чертами лица. Я видел ее очень четко. Когда она это поняла, ее глаза в изумлении распахнулись…»

Именно она сейчас стояла на верхнем ярусе эстакады рядом с черными внедорожниками. Та, что входила в состав звена КИБов, брошенных на захват станции Кросс-Роуд. Мое первое сражение в этом мире, где я едва не погиб.

Мы двинулись навстречу друг другу одновременно. Один из телохранителей дернулся следом, но его остановил повелительный взмах.

Пока шел, в голове роились предположения: кто, зачем и, главное, что хочет? Что встреча неслучайна, понятно, но искать человека, выделяя для этого ресурсы, никто просто так не будет. Даже могущественный колдовской клан.

То, что девчонка оттуда, даже не вызывало сомнений. Слишком звено КИБов походило на клановое боевое подразделение. Больше, чем на обычных наемников. Да и само наличие в таком количестве магических бронекостюмов говорило о многом.

– Добрый день, – девушка улыбнулась.

Я молча кивнул, изучая лицо. Симпатичная, нет, красивая, той естественной красотой, что сразу привлекает внимание. Никакой пластики, никаких посторонних вмешательств, только доставшиеся от предков правильные черты. Породистое лицо, говорившее о ее обладательнице лучше любых документов.

Передо мной стоял продукт целенаправленной селекции сотен поколений, выращиваемых по заранее разработанным родовым программам.

Что самое ироничное, если бы я взглянул в зеркало, то увидел бы почти то же самое, только с поправкой на пол.

– Вилора Валенштайн, – представилась девушка, протягивая руку вперед.

Крепкая и узкая ладошка на мгновение повисла в воздухе. Поколебавшись, я все же сжал ее.

– Тимофей Мещерский.

Она снова улыбнулась.

– Да, я знаю. Я давно наблюдаю за тобой, Тимофей.

– После боя у Кросс-Роуд? – предположил я, в последний момент задавив ухмылку.

Перед глазами мелькнуло испуганное лицо. Когда серое марево утянуло за собой КИБ с сидящей внутри девчонкой и грязные нити Астрала начали выпивать из нее жизнь, она едва не ударилась в панику. Обратный перенос вызвал такой страх, что все звено боевых магов резво погрузилось в транспортный челнок и стартовало по экстренному протоколу эвакуации. До сих пор помню тот впечатляющий старт, больше похожий на выстрел.

– Мы можем поговорить? – Вилора чуть наклонила голову. Получилось немного игриво.

Она что, пытается заигрывать? Или просто заинтересовать? Чтобы с ходу не послал куда подальше. Как ни посмотри, а последняя наша встреча была по разные стороны баррикад, где она убивала моих бывших товарищей по отряду.

Вспомнился Кристоф, от которого после выстрела орудия КИБа ничего не осталось. Парня буквально испарило на месте. Он был, конечно, торчок и зануда, но его единственного я мог с натяжкой назвать другом в том лагере наемников на задворках цивилизации.

Впрочем, предъявлять претензии за смерть в бою глупо.

– О чем? – я пожал плечами.

– Это долгий разговор, если ты не против, проведем его в другом месте, – она показала на свой внедорожник. – Можем пообедать где-нибудь. Я знаю неплохой ресторан.

Отпустить такси и ехать с ней? И пропустить тренировку на полигоне мехов? Последнее решило вопрос.

– Я сейчас занят, – я демонстративно взглянул на запястье, где болтался браслет. На металлической поверхности высветилось время. – Собственно, я уже опаздываю. Если желаешь поговорить, то можем это сделать позже. Оставь свои координаты, я сообщу, где и когда.

Кажется, такого жесткого отказа она не ожидала. Брови на красиво лице дернулись, выдавая удивление. Клановая девочка привыкла, чтобы все было по ее правилам. Придется ее разочаровать.

Помедлив, она с легким прищуром оглядела меня, словно увидела первый раз, подумала о чем-то и коротко кивнула. Вновь вперед протянулась рука, на этот раз с открытым браслетом, скользнувшем из-под края рукава пиджака.

Глухо звякнули, соприкасаясь устройства, пересылая контактные данные. Кивнув на прощание, я развернулся и спокойно отправился к ожидавшему меня такси. Девчонка еще секунду подождала, словно не веря, что ее так жестко отшили, и лишь после этого отправилась к своим представительным внедорожникам.

Захлопали дверцы, телохранители погрузили хозяйку в машину, сели сами, и небольшой кортеж двинулся в сторону города, объехав нас по дуге.

– Сеньор? – водитель афро вопросительно посмотрел через боковое стекло.

Проводив внедорожники взглядом, я открыл дверь и сел внутрь такси.

– Поехали.

Таксист кивнул. В салоне вновь зазвучала ритмичная музыка с национальными переливами. Пользуясь пустотой на автостраде, машина резко набрала скорость и уже без остановок ехала до КПП, ведущего за пределы зеленой зоны Скайфолла.

Дальше пошли пригороды с его промышленными зонами и развлекательными кварталами. Очень быстро я потерял направление движения, в первую очередь ориентируясь по навигатору на дисплее в центре приборной доски. Поездка продлилась еще полчаса, прежде чем машина прибыла на место.

* * *

– Программы подготовки могут включать в себя разные степени обучения. В зависимости от того, что вы хотите получить по итогу. Первый этап, конечно, передвижение. Это базис, без него никуда. Другой вопрос, что некоторые учатся ходить и на этом заканчивают, не понимая, что мех ведет себя по-иному в разных ситуациях. Например, на мелководье даже разворот корпуса совершается по-другому, если бы шагоход оставался на твердой поверхности. Это очень важно, потому что от этого зависит ваша жизнь, – инструктор в комбезе пилота дернул за ремни безопасности, проверяя крепления. Мозолистые руки быстро и уверенно щелкали замками, фиксируя мое тело в кресле-ложементе кокпита. – На сыпучей поверхности мех ведет себя по-иному. В воде, на камнях, среди обломков зданий, в болотистой местности – везде по-разному. Это важно запомнить. Положение корпуса влияет на движение верхних конечностей, что воздействует на общее положение в пространстве.

Я кивнул. Понятно, стоишь в воде или на песке – всегда это учитывай.

– Готов?

Я качнул головой.

– Да.

– Тогда я на свое место. Запуск через минуту, осваивайся.

Инструктор полез наверх, во второе кресло. Кабина учебно-тренировочного меха имела простор для двух пилотов: ученика и учителя. Кресло последнего находилось чуть выше, давая лучший обзор и позволяя контролировать внешнюю обстановку.

– Сначала подключим нейронную связь в тестовом режиме. Прогоним диагностику и только потом уберем опоры. Ясно? – донесся сверху голос инструктора.

– Да.

Сзади выдвинулся порт нейроконнектора, затылок обдало холодом, в ту же секунду произошло соединение.

Это походило на падение в пустоту. На мгновение я полностью потерял ориентацию, не зная, где верх, а где низ. Вестибулярный аппарат взбрыкнул, чуть не став причиной извержения завтрака.

Дерьмо! Что ж так тяжко-то?

– Пока не двигайся, я все сделаю сам.

Двигаться… тут как бы не сблевать внутри кабины. Сознание мутило, в глазах двоилось, а иногда и троилось.

– Идет калибровка. Скоро закончится, – продолжал ободрять голос инструктора.

Пытаясь отвлечься от муторного состояния, я покосился на дисплей перед собой и боковые вспомогательные экраны. Везде индикаторы показывали зеленый допуск.

– Старт.

Мех вздрогнул, где-то далеко внизу разбегались техники. Захваты уходили вбок, освобождая шагоход из тисков фиксации. Энергетическая установка разгонялась, оживляя гигантский боевой механизм.

«FURIOS STREAM» тоже окончательно откалибровался, подстраиваясь под бортовую систему. Нейронные цепи вошли в контакт с мехом, воспринимая его своим продолжением. Все произошло мягко и почти незаметно, за исключением первоначальной тошноты. Могло быть гораздо хуже. Не зря за нейрочип заплачено семь миллионов, он полностью стоил заплаченных денег.

Слияние походило на ощущение легкой раздвоенности. Я – сидел в кокпите меха, и одновременно я – воспринимал его частью себя. Странное чувство, ни на что не похожее.

Инструктор наверху хмыкнул.

– Дорогая игрушка. Коннект почти мгновенный, – прокомментировал он работу нейрочипа. – Время отклика приближается к нулю.

Под конец в голосе мелькнули нотки презрения. Понятно, о чем подумал: избалованный мальчик решил поиграть в солдатики и не задумываясь выложил за новое развлечение кучу денег. Сумму, которую тому же инструктору не заработать и за пять лет.

Плевать. Никому и ничего я доказывать не собирался. Тем более оправдываться.

– Курс два, выходим из ангара.

Мех удивительно плавно для своих габаритов сделал шаг вперед. Показалось, что бетон под ногами стального чудовища хрустнул. Что, конечно, не так, в боксы регулярно заводили и выводили мехи, если бы вес каждого мог влиять на поверхность, то тут от пола давно бы осталось лишь мелкое крошево.

– Не пытайся перехватить управление, – строго напомнил инструктор. – Сначала веду я, потом ты.

– Понял, – я прислушался к собственным ощущениям. Создавалось впечатление, что сейчас у меня есть второе тело, в котором я нахожусь, но не могу контролировать. Очень необычный опыт, сильно отличающийся от нахождения в КИБе без нейрочипа.

Мех двигался по пересеченной местности, легко поднимаясь по наклонной плоскости и так же спускаясь. Широко остекленная кабина легко покачивалась в такт движению. В какой-то момент шагоход замер на открытой площадке с утоптанной травой.

– Готов попробовать? Только не торопись, сначала передам допуск на нижние конечности. Верхняя полусфера останется за мной, чтобы не уронил с непривычки. Игрушка у тебя в башке, может, и крутая, но страховка не повредит.

В ту же секунду ощущения изменились, став более четкими. Я помедлил, мысленно представляя, как двигаю правой ногой, и медленно сделал шаг вперед. Мех послушно повторил движение. Дальше последовал еще один шаг. За ним еще. Робот двигался плавно, почти не отличаясь от стиля движения инструктора. Но в этом была не моя заслуга, а влияние дорогого чипа с широкополосным портом нейронного подключения.

Сам нейрочип не имел программного обеспечения, только нейронный интерфейс, но по сложности и вычислительным мощностям легко мог поспорить с самыми крутыми бортовыми компьютерами. По сути, он брал управление на себя, сглаживая огрехи неопытного пилота.

Инструктор наверху завистливо крякнул, у него в затылке явно стояла более примитивная модель.

Все равно что сравнивать старую примитивную машину на механической коробке с продвинутым авто последнего поколения, напичканного электроникой под завязку и способного ездить чуть ли не без водителя.

Так и тут, «FURIOS STREAM» давал возможности, о которых с более дешевым нейрочипом пришлось бы только мечтать. Он помогал, сглаживал шероховатости и выполнял восемьдесят процентов работы, которая обычно ложилась на плечи более опытных пилотов.

– Неплохо. А теперь прибавь скорость, – приказал инструктор. В мужском голосе проскользнула ощутимая зависть.

Мужика можно понять. Все равно, что профессиональному гонщику видеть, как неопытный сопляк садится за руль шикарного спорткара. Он будет считать это незаслуженным и обидным. Ведь сопляк не сможет полностью выжать из авто все, на что оно способно.

Так или почти так рассуждал он. Но мне плевать. Как и говорил, оправдываться я не собирался.

Управлять металлическим великаном оказалось неожиданно увлекательно. Власть над мехом захватывала, вызывая восторг. Когда на центральном экране появилась прицельная сетка и боковые створки ракетной установки открылись, восторг взлетел до предела. А когда цель оказалась поражена, я, не выдержав, заорал:

– Да-а-а-а!!!

Мишень разлетелась на куски. Плотный куб из пластика, играющий роль вражеской техники, утонул в череде взрывов, превратившись в облако мелких осколков.

Это было что-то невероятное. Слияние произошло настолько плавно, что чувство раздвоенности вскоре пропало, оставив лишь ощущение соединения с мехом. Привыкание почти не потребовало усилий с моей стороны, что вызывало сначала легкую настороженность и удивление, а затем безграничный восторг.

Черт, я просто ловил кайф, управляя этой громадой. Выкупленные у полигона часы аренды пролетели незаметно. Большую часть инструктор даже не вмешивался, наблюдая за состоянием систем и позволяя подопечному резвиться, как хочет.

Я ходил, бегал, стрелял и снова ходил, привыкая к огромному металлическому телу.

Когда мех загнали обратно в ангар (управлял инструктор, вставать в бокс он мне не доверил) и произошло отключение, остро кольнуло потерей чего-то важного. Восприятие резко сузилось до крохотного человеческого тела, и еще несколько секунд я тупо сидел, глядя перед собой в пустоту, одновременно пытаясь прийти в себя.

– В порядке? – инструктор быстро помог высвободиться из ремней безопасности.

– Да, нормально.

На подкашивавшихся ногах я спускался вниз, внутри все ходило ходуном. И ведь это обычная прогулка с одиночной стрельбой. Что же будет в настоящем бою?

В настоящем бою тебя подстрелят и глазом не успеешь моргнуть, – мысленно отрезала более циничная, а значит, более рассудительная часть рассудка.

Пришлось с этим согласиться. Переходы по пересеченной местности и ракетные удары по статичным мишеням ни шли ни в какое сравнение с настоящим сражением против реальных врагов.

Нужна практика, практика и еще раз практика. А лучше повторно пройденный курс обучения на пилота меха. Нейрочип показал себя отлично, а значит время учебы должно значительно сократиться.

Другой вопрос, что обучаться лучше сразу на своем мехе. Это и дешевле, и эффективнее с точки зрения дальнейшего привыкания. Не придется осваиваться в другом шагоходе. Тимофей так и поступил, придя на курсы подготовки сразу со своим Ониксом.

Осталось решить вопрос: где бы достать мех подешевле?

Ладно, об этом позже, для начала надо встретиться с Карлом и узнать, как там дела у Майи. Я взглянул на часы, время приближалось к четырем пополудни. Пока приму душ, пока переоденусь, пока вернусь в город – уже будет вечер. Как раз успею со всем закончить. Заодно назначу встречу с Вилорой Валенштайн. Лучше сразу узнать, что она хочет.