Рассказ жертвы:

«Это случилось в пятницу вечером. Я задержался в офисе и чувствовал себя выжатым лимоном. Предстояли квартальные отчеты и важные совещания. Обычно я не отвечаю на звонки с незнакомых номеров, но тут машинально взял трубку.

На том конце представились службой безопасности банка и сказали, что мошенники переводят деньги с личного счета, причем действуют из-за рубежа. Я не поверил, но они назвали точную сумму денег, которая у меня хранилась.

– Сколько переводят? – спросил я.

– ВСЕ! – уверенно прозвучало в ответ.

В моей голове стали прокручиваться самые жуткие картинки: допрос в полиции, утечка информации, общественности становятся известны все нюансы операций личного характера и компании, это полностью разрушает мою репутацию, которую я создавал всю жизнь. Это катастрофа! На мне ведь столько обязательств: помощь всем моим близким, которые не справятся без поддержки. Если меня с позором уволят, я не смогу найти работу. Придется беспомощно наблюдать, как близкие люди отворачиваются от меня. А родственники, которым я оплачиваю лечение, и вовсе умрут!

Голос в трубке требовал срочно пройти по ссылке и назвать код – иначе деньги не спасти. Внутри меня что-то сопротивлялось, но, охваченный ужасом, я сделал все, что от меня требовали. Парадокс: спасая деньги, я их потерял. Мне очень стыдно…

К счастью, половину денег мне удалось сохранить благодаря тому, что банк заблокировал перевод».

В этом кейсе мошенники зажали героя между страхом и стыдом. Он боялся отвержения близкими людьми, смерти больных родственников и разрушения своего идеального внешнего образа из-за понижения статуса. В его истории жизни вскрылись две значимые непрожитые потери: тетя, которая когда-то заменила герою мать в эмоциональном плане, и которая впоследствии умерла, и первая любовь, погибшая в ходе несчастного случая. Мать и отец мужчины поощряли только его достижения и перфекционизм, отвергая сына, если он с чем-то не справлялся.

Убеждение «я нужен лишь тогда, когда силен и на коне» глубоко укоренилось в сознании, а чувство вины за то, что не смог спасти от смерти самых любимых людей, заставляло постоянно спасать кого-то другого. Окружающие этим откровенно пользовались.

Нужно было проработать непрожитые потери и чувство вины, а также стыд и страх последствий стыда. Конечная цель – прийти к поведенческой стратегии «быть, а не казаться».

Беседа строилась так:

Я: Представь, что все вскрылось, все узнали о случившемся.

Мужчина (М): Это ужасно! От меня отворачиваются родители, друзья, бросает жена.

Я: И куда тебя переносит это ощущение?

М: Я в школе. Меня задирают старшеклассники: бьют и говорят, что я слабак, чтобы не попадался больше им на глаза. Прихожу домой, отец узнает об инциденте, бьет меня по голове и говорит: «Правильно! Таких слабаков только так и учить». Мама игнорирует происходящее. Я иду к тете. Она утешает меня, поддерживает. Ее как раз недавно бросил муж. Я остаюсь у нее, живу какое-то время… А теперь меня переносит в воспоминание, где мне отец сообщает, что тетя умерла, и теперь «никто больше не будет вытирать тебе сопли»… Шок. Меня раздирает изнутри, трясет, ком в горле и груди.

Я: Похожие ощущения были от воздействия злоумышленников?

М: Да, очень похоже, но не так интенсивно.

Я: Теперь проживаем эти ощущения заново и разрешаем телу выразить все так, как оно хочет.

Сначала мы устранили негативные последствия переживания потерь, потом перешли к проработке школы и детско-родительских отношений, слоями вычищая страх, вину и стыд.

В работе над этим кейсом использовали интегративные техники регрессивных, образных и когнитивных методик и психоанализа. В процессе выпустили подавленные эмоции и непрожитую боль, переосмыслили деструктивное убеждение, искажающее восприятие.

«Я ошибочно считал, что нужен только в своей идеальной конструкции – сильный и с ресурсами; что хороших людей на свете очень мало; что никому нельзя доверять, нужно все контролировать. Теперь я понимаю, что нужен такой, какой есть, просто я пытался доказать это не тем людям. Приняв свою слабость внутри, я перестал ее стыдиться и волшебным образом ко мне стали тянуться совсем другие люди. Вокруг меня возникло новое окружение. А руководство сказало, что оно и так все видело, ведь чем больше скрываешь, тем больше этим сквозит. Я перестал стремиться во что бы то ни стало оправдать ожидания родителей. Да, помогаю, но спокойно и по мере возможностей. С женой разводимся, не хочет она финансовых ограничений. Теперь понятно, из-за чего она была со мной. Но зато моя естественность и открытость стали привлекать других прекрасных женщин. Честно говоря, стало легче жить, так что я не переживаю. Я понял: жена напоминала мне любимую девушку, которую я трагически потерял. Однако сейчас я признаю, что ее невозможно ни вернуть, ни заменить. Я ощущаю себя более свободным. В мире много людей, у меня еще есть время, чтобы построить свое счастье. Иначе вся моя карьера не имеет для меня никакого смысла».