Используя эту идею, мы можем восстановить последнюю версию онтологического аргумента таким образом, что он не будет зависеть от того, имеются ли некоторые просто возможные вещи, которые не существуют. Вместо разговора о возможном существе, имеющем в том или ином мире максимальную степень превышения, мы можем говорить о свойстве быть максимально превышающим или о максимальном превышении. Тогда посылка, соответствующая (25), просто говорит, что максимальное превышение имеет возможное проявление, то есть что

(29) Имеется возможный мир, в котором максимальное превышение имеет проявление.

И аналоги суждений (27) и (28) выявляют, что включено в максимальное превышение:

(30) Необходимо, что существо является максимально превышающим, только если оно имеет максимальное превосходство в каждом мире

и

(31) Необходимо, что существо имеет максимальное превосходство в каждом мире, только если оно всеведуще, всемогуще и морально совершенно в каждом мире.

Заметим, что (30) и (31) не влекут, что есть возможные, но несуществующие существа, — в степени большей, чем, например,

(32) Необходимо, что вещь есть единорог, только если она имеет один рог.

Но если (29) истинно, тогда имеется возможный мир W такой, что если бы он был действительным, тогда существовало бы существо, которое было бы всемогущим, всеведущим и морально совершенным. Это существо, больше того, имело бы все эти качества в каждом возможном мире. Отсюда следует, что если бы W был действительным миром, то было бы невозможным, чтобы не было такого существа. То есть если бы W был действительным миром, то суждение

(33) Не имеется всемогущего, всеведущего и морально совершенного существа

было бы невозможным. Но если суждение невозможно в по крайней мере одном возможном мире, тогда оно невозможно в каждом возможном мире; то, что невозможно, не изменяется от одного мира к другому. Соответственно, суждение (33) невозможно в действительном мире, то есть невозможно без всяких исключений. Но если невозможно, чтобы не было такой вещи, тогда действительно существует существо всемогущее, всеведущее и морально совершенное. Больше того, это существо имеет эти качества существенно и существует в каждом возможном мире.

Что можно сказать об этом аргументе? Он определенно верен; из посылок заключение вполне следует. Единственный интересный вопрос, с моей точки зрения, является ли истинной его главная посылка — что максимальное превышение является возможно проявленным. Я полагаю, что она истинна, и поэтому считаю эту версию онтологического аргумента обоснованной.

Но мы должны быть здесь осторожны. Мы должны задаться вопросом, является ли этот аргумент успешным фрагментом естественной теологии, доказывает ли он существование Бога. И ответ должен быть в том, что он этого не доказывает. Аргумент в пользу существования Бога может быть обоснован, в конце концов, и без какого-либо полезного смысла доказательства существования Бога[52]. Поскольку я верю в Бога, я полагаю обоснованным аргумент:

Либо Бог существует, либо 7 + 5 = 14.

Ложно, что 7 + 5 = 14.

Следовательно, Бог существует.

Ясно, что это не доказательство, никто не примет заключения, прими он даже первую посылку. Рассматриваемый нами онтологический аргумент не похож, конечно, на только что приведенный, но нужно понять, что не каждый понимающий и осуждающий его центральную посылку — что существование максимально превышающего существа возможно — примет аргумент. И все же ясно, я полагаю, что нет ничего противоречащего разуму и ничего иррационального в принятии этой посылки[53]. Моя позиция по отношению к аргументу состоит в том, что он устанавливает не истинность тезиса, но его рациональную приемлемость. И поэтому он достигает по крайней мере одной из целей традиционной естественной теологии.