Ариадет.

Когда Жюльен и Камиль вернулись в комнату, я уже лежала с закрытыми глазами, делая вид, что сплю.

Ночь прошла беспокойно, а утром я без лишних раздумий начала собираться в город.

Похоже, сегодня самое время исполнить план и прогуляться на рынок в воздушном порту. Всё-таки Люсьен очень вовремя вернулся в Академию.

Сбежать от соседок незамеченной не вышло.

— Выглядишь мрачнее тучи, — сонно прохрипела Жюльен.

— Пришло письмо от бабушки. Одному из стариков совсем плохо. Придётся искать травы на рынке, в Привансе запасы исчерпались до весны, — почти не соврала я.

С кровати обеспокоенно поднялась Камиль.

— Всё так плохо? Какая трава тебе нужна? Может, она есть у профессора Фонтен? — спросила она.

— Нефритовый цветок, — сухо ответила я, пряча в карман список и адрес.

Камиль обреченно вздохнула, а Жюльен пожала плечами, не имея ни малейшего понятия, что за чудо-растение мне понадобилось с самого утра.

Никто, кроме зельеваров, не знал об этом редком цветке. Его использовали в зельях для тяжело больных. Он будил жизненную силу, как последний шанс чародея зацепиться за этот мир.

Редкий и дорогой цветок, растущий в пустыне Ладании. Лишь раз в год на каждом растении появлялся один-единственный бутон. И только опытный зельевар мог сохранить его чудесные свойства.

В моём случае бабуля надеялась, что чудо-растение разбудит спящую магию.

Мой Дар был единственным, что могло спасти меня от короля драконов. Навредить заклинательнице куда сложнее, чем обычной чародейке.

По её замыслу, если Валериан лишится трона, я покину Версалию, и мы отправимся ко двору короля Огюста Деторна. Уж ради заклинательницы тот точно не побоится разгневать даже короля драконов.

Не учла моя знаменитая родственница только одно — мою связь с Матиасом, о которой не знала.

И, пожалуй, впервые мой план отличался от того, что предлагала бабуля.

Я полностью разбужу Дар, создам артефакт для Валериана Торнвуда, сохранив за ним трон. А потом сделаю так, что Грегорис Драквор и его драконы забудут дорогу в Версалию на несколько столетий.

Злить заклинательницу не осмелится даже сам король драконов. По крайней мере, в это верила моя бабушка. Всё, что мне оставалось, — надеяться, что она не ошиблась.

Пока я собиралась, Жюльен что-то рассказывала о сегодняшнем представлении на площади. Потом — новые легенды о драконах.

За последние дни я научилась кивать в нужных местах и, не вслушиваясь в слова, поддакивать восхищению мужественной красотой Гаррика и изяществом Хелианты, которых они видели лишь на портретах.

Тем временем руки укладывали вещи, а в голове одно за другим всплывали названия ингредиентов. Рецепт зелья за ночь намертво отпечатался в памяти.

После очередного напоминания Камиль о том, что цветок должен быть целым, чтобы подействовать, я отправилась в мужское крыло.

Предстояло разбудить своего провожатого.

***

После вчерашнего отказа Люсьен явно вздохнул с облегчением. Не ожидая гостей, он распахнул дверь своей каморки в одном белье и с приоткрытым глазом.

— Что надо? Я ещё сплю, — пробубнил парень, лениво осматривая раннего посетителя.

Осознав, что перед ним не сосед по лаборатории, чародей мигом проснулся.

— Ариадет?! — хрипло выдохнул он.

Проследив за моим взглядом, молодой артефактор с грохотом захлопнул дверь у самого носа, щедро приправляя это действие руганью.

Кажется, я смутила своего няньку ранним визитом.

Однако, в отличие от него, я не ощутила ничего, кроме усталости. Ни голая мужская грудь, ни неприлично короткое бельё не заставили мои щёки покрыться румянцем. А бессонная ночь после письма бабушки не прибавила терпения.

Хотелось покинуть Шалот, забрать чемодан, сесть на дирижабль и вернуться в Маржоран.

Но бабуля строго-настрого приказала дождаться их с мамой здесь. Даже адрес трижды переписала и настойчиво требовала купить всё для зелья и сразу отправиться туда.

“Только там ты будешь в безопасности. Купи всё необходимое и немедленно иди по указанному адресу,” — подчеркивала она.

Подобный тон всегда заботливой родственницы лишил меня сна и покоя.

Я помнила ласковую улыбку бабули даже в те дни, когда путалась в травах. Она не смотрела на меня строго, даже когда я портила запасы редких растений. А теперь сквозь строчки читалось тревожное напряжение.

Это нервировало и пугало куда сильнее любых угроз.

Как назло, всегда расторопный Люсьен сегодня был раздражающе медлительным.

— Быстрее, Люсьен, нам нужно на рынок в порту. Поедим в городе, — прокричала я деревянному препятствию, за которым раздавались ругань и грохот.

В тот же миг дверь распахнулась.

— Ты собралась в порт? — удивлённо переспросил чародей.

Волосы растрепаны, брюки едва застегнуты, рубашка мятая, словно он в ней спал. Судя по хаосу за его спиной, это были еще самые приличные и чистые вещи.

— В порт, Люсьен. Просыпайся, я спешу, — повторила я.

Молодой чародей тут же помрачнел и потянул меня в комнату.

— Зайди, а то ещё, чего доброго, слухи пойдут. Тебе и без меня проблем хватает, — сонно пробурчал он.

Внутри было не лучше.

Вещи, книги, листки. Во всём этом хаосе порядок сохранялся только на столе с артефактами. Остальное валялось кучами, в которых невозможно было понять, что где.

— Миленькая комната, но я спешу, — пробормотала я, пока Люсьен рылся, кажется, в поисках ботинок.

— Я только вчера вернулся из дому. Прикупил новой одежды, ещё не успел разобрать, — оправдался он.

Найдя один ботинок, он полез в другую кучу вещей.

— Носки, кажется, висят на светильнике, — указала я на пару явно новых вязаных носков.

Последовало новое ругательство, а затем мой гостеприимный хозяин усадил меня на кровать, предварительно сбросив оттуда ворох вещей на пол.

— Терпеть не могу, когда кто-то вламывается в мою комнату. Сядь, не мельтеши. Лучше скажи, зачем тебе порт. Сегодня не лучший день для прогулок. Приходят суда и дирижабли из Юславии и Ладании, будет полно всякого сброда, — бурчал он.

— Мне нужен нефритовый цветок. А лучше три, — не стала скрывать я.

То, что именно сегодня пришли суда, казалось удачей. Значит, найти цветок будет проще.

Или я рано обрадовалась, судя по тому, как застыл чародей.

— Надеюсь, ты не собралась опоить дракона? — напряженно поинтересовался он.

Игнорируя мой удивленный взгляд, парень продолжил:

— Нефритовый цветок – редкий и дорогой ингредиент. К тому же слишком неоднозначный. Мне нужно спросить у Торнвуда. Вряд ли он даст деньги, чтобы за них же его одурманили, — роясь в новой куче вещей, как бы невзначай отказал он.

То, что Люсьен знал свойства нефритового цветка, меня не удивило. А вот его желание ждать разрешения Матиаса совсем не обрадовало.

Ректор появлялся в Академии непозволительно редко. А если узнает, как бабушка решила разбудить мой Дар, то ни за что не позволит.

Зелье могло сработать непредсказуемо. Зная куда больше о нашей связи, дракон не допустит такого риска.

Объяснять всё это Люсьену я не могла, поэтому сказала то, что не оставляло ему выбора.

— Мне не нужно его золото. Это для бабули. Она заплатит, — уверенно сказала я, показывая на свиток с монетами. — Я просто не хочу идти одна и потеряться. Жюльен и Камиль идут на площадь на какое-то представление, — попыталась приврать.

Чародей снова застыл.

— Ты уверена, что у вас есть столько золота? Ты хоть знаешь, сколько стоит этот цветок? — он развернулся и уставился на меня так, будто видел впервые. — В порт не ходят гулять, чтобы узнать цены. Это не рынок для любопытных этюданток.

Он даже перестал искать ботинок, явно рассчитывая, что я передумаю.

Пустые препирательства Люсьена только сильнее выматывали.

— Я не знаю, — выдохнула я. — Сколько бы ни было, это неважно. Мне нужен цветок для бабули. Срочно. Я всё равно пойду с тобой или без тебя.

Голос дрогнул не от злости, от усталости.

Строгий вид чародея сменился ехидной улыбкой.

— Всё равно, сколько значит… Ну-ну. Видимо, пока ты не поймёшь, что никакой цветок не вернёт дракона, не отстанешь, — пробормотал Люсьен, достал свитер и, швырнув его на кровать, направился к столу. — Ладно. Пойдём за твоим цветком. Но ты не отходишь от меня ни на шаг, — добавил он уже жёстче.

Проигнорировав намек на то, что я якобы собираюсь кого-то опоить, я скрестила руки на груди.

Мне нужен был не спор и не нравоучения. Мне нужен был проводник.

А судя по тому, как уверенно он себя вёл, Люсьен бывал в подобных местах не впервые.

— Как скажете, месье надзиратель. Оденься уже наконец, — устало сказала я.

Люсьен сделал всё с точностью наоборот: принялся разгребать артефакты, распихивая их по карманам.

— Ты будто на сражение собрался, — заметила я, наблюдая за очередным защитным амулетом.

Парень хмыкнул и добавил ещё парочку.

— Несмотря на наличие невесты, вряд ли Торнвуду понравится, если его любовницу увезут наложницей в Юславию, — язвительно бросил он.

Я поднялась с кровати и впервые внимательно посмотрела на боевые артефакты на его запястьях.

— Какая наложница? — устало спросила я. — Мы просто идём на рынок в порт.

Он явно пытался напугать меня.

Методично. Упрямо. Почти демонстративно.

Если бы в порту было действительно так опасно, Матиас ни за что не позволил бы мне туда идти. Ни с Люсьеном, ни даже с десятком стражей.

Но он позволил.

А значит, всё это игра артефактора и попытка потянуть время, чтобы я передумала.

Люсьен снова окинул меня взглядом и, не заметив ни растерянности, ни страха, только сильнее помрачнел.

— Огонёк, тебя что, в лесу растили? — огрызнулся он. — Каждый год глупых чародеек воруют и продают драконам. Магические пары редкость, а греть постель дракону нужно каждую ночь. Повезёт, если сразу в наложницы, а не в дом для утех, — процедил он, делая шаг вперёд.

Я отступила, посмотрела на него как на человека, который слишком увлекся собственными страшилками, и тихо вздохнула.

Если бы драконы из Юславии действительно воровали наших девушек, об этом знали бы все.

И в первую очередь — король и его кузен.

А я верила Матиасу куда больше, чем помощнику артефактора, который не хотел идти в порт.

— Я подожду тебя во дворе, — спокойно сказала я. — Если через полчаса не выйдешь, пойду сама.

И, не дожидаясь ответа, направилась к выходу.

Я и представить не могла, что эта ранняя прогулка позволит застать врасплох не только молодого чародея.

***

Протаптывая дорожку вдоль забора Академии, я не сразу заметила знакомый экипаж.

Точнее, не сразу поняла, что он не просто наёмный.

Лишь увидев широкую спину Матиаса, я ощутила, как сердце пустилось в пляс, и почти подбежала к дракону. Но тут же замерла, заметив, что он приехал не один.

Ректор стоял с протянутой рукой.

А когда из повозки показалась тёмная перчатка, радость рухнула куда-то вниз, с глухим, болезненным всхлипом.

Огромная колонна, у которой я ждала Люсьена, стала моим укрытием.

Отсюда я хорошо разглядела красивую женщину, вальяжно покидающую экипаж, и такого же беловолосого мужчину рядом с ней.

Принцесса и принц Юславии.

Похоже, невеста Матиаса прибыла раньше срока, о котором ходили слухи.

Непонятно, что задумал Грегорис, но он явно торопился.

С видом будущей королевы Хелианта осмотрела Академию и скривилась.

— Какое убожество. Матиас, я разочарована. Боюсь, планы отца открыть здесь факультет для драконов обречены на провал. Ни один уважающий себя дракон не отпустит потомка учиться в этой жалкой клетке, — капризным тоном заявила она.

Матиас расплылся в кривоватой улыбке.

— Именно поэтому я и предложил вам с братом осмотреть Академию. Здесь учатся простые рабочие чародеи. Она не рассчитана даже на аристократов Версалии, не говоря уже о потомках великих драконьих родов, — попытался он объяснить.

Донести мысль ректору не позволили.

Принц выступил вперёд, поднял руку и огляделся.

Что-то в его взгляде заставило Матиаса напрячься. Я видела, как он стиснул челюсть, а на лицо наползла тёмная тень.

— И тем не менее внучка заклинательницы была отправлена под вашу опеку, ректор Торнвуд, — неестественно мягко произнес Гаррик Драквор.

Слова совсем не сочетались с его цепким взглядом. Лицо дракона было вовсе не таким, каким его рисовали. Точеный подбородок, опасно суженные глаза и осанка такая, словно ему под плащ засунули швабру. Он выглядел как король, осматривающий новые владения.

И, несмотря на то что находился в чужом королевстве, смотрел на Матиаса не как на хозяина Академии, а как на досадную помеху на пути к цели.

Вспомнив письмо бабушки, я почти вжалась в колонну.

Неужели они приехали за мной?

Или это всего лишь любопытство? Посмотрят на заклинательницу, как на диковинную зверушку, и потеряют интерес?

Судя по сузившимся глазам Матиаса, шансов на то, что меня просто осмотрят, а не попытаются сожрать, не было.

А ещё глаза ректора угрожающе вспыхнули золотом, когда Гаррик водил взглядом по двору, словно выслеживал добычу.

Никто не должен был знать, что заклинательница в Шалоте. Но драконьему принцу откуда-то было об этом известно. И, судя по виду моего дракона, для него это стало очередным сюрпризом.

Похоже, драконий факультет был лишь поводом попасть в Академию, где скрывали заклинательницу. А добравшись сюда, они перестали играть в придворные игры.

Добыча была близко. Оставалось выследить и поймать.

Перегородив Гаррику дорогу, Матиас старался удержать улыбку.

— Внучка Натании ничем не выделяется. Она на равных с обычными буржуа и не нуждается в опеке, — выдавливая каждое слово, произнёс мой дракон.

Принц криво усмехнулся.

— Не верю, что вы не сторожите такое сокровище. Пусть она ещё не созрела, но уже и не ребёнок. Будет досадно, если и вторую заклинательницу уведут прямо из-под носа короля Валериана, — не скрывая яда, продолжил Гаррик. — Кстати, где она? Раз уж мы здесь и король отказался вызвать её во дворец, представьте меня юной мадемуазель. Немедленно!

Он даже попытался обойти ректора, но Матиас снова встал у него на пути.

Кулаки дракона сжались. На лице появилось то самое выражение, от которого по коже бежал холод. Казалось, он готов был растерзать принца, если тот рискнёт сделать хоть шаг в сторону общежитий.

Именно туда смотрел Гаррик Драквор, будто пытался угадать, за каким окном скрывают заклинательницу.

Куда только подевался хладнокровный, улыбчивый и хитрый ректор Академии Одарённых. Кажется, бабуля не ошиблась: оба дракона Версалии вот-вот проиграют в этой партии драконам Юславии.

И всё же Матиас пытался удержать свою игру.

Несколько глубоких вдохов и он уже открыл рот, чтобы ответить на приказ принца. Однако прежде, чем слова успели разрушить хрупкую иллюзию гостеприимства, на его плечо легла тонкая рука в черной перчатке.

— Я тоже хочу познакомиться с заклинательницей, Матиас. Ты же не откажешь своей паре в такой малости? — с притворной улыбкой произнесла Хелианта.

Не знаю, как работает у драконов связь магической пары, но глаза ректора стали ещё злее. И в то же время его губы растянулись в улыбке. Такой же фальшивой, какой одарила его “пара”.

— Конечно не откажу, Хелианта. Пойдём в мой кабинет, я вызову её туда, — процедил он сквозь сжатые зубы.

Когда драконы проходили через ворота, я старалась не дышать.

Смотрела, как Матиас ведёт под руку свою невесту, рассказывая о том, как строился Главный корпус, а следом, откровенно скучая, идёт Гаррик Драквор.

Кажется, принц был разочарован.

Получи он прямой отказ — был бы повод продемонстрировать силу и власть. А так оставалась лишь натянутая улыбка фальшивой пары и странная игра, правила которой я не понимала. И в этой игре Матиасу пришлось уступить Хелианте.

Неужели наша связь влияет на него так же сильно?

Я только успела об этом подумать, как услышала быстрые шаги. Они резко выбивались из размеренного скрипа неспешно плывущих по двору драконов.

Люсьен.

Понимая, что собирался дольше отведённых ему получаса, чародей почти бежал к воротам, но тут же застыл, заметив на пути аристократов.

Его глаза расширились от ужаса, взгляд метнулся к воротам, потом в мою сторону, и он торопливо поправил шарф, натягивая его на лицо.

Решил, что я ушла?

Или испугался, что я всё-таки попалась в лапы невесте ректора?

К счастью, в отличие от чародея, ректор не растерялся. Напротив, отцепив от себя невесту, Матиас, кажется, с облегчением вздохнул.

— А вот и тот, кто выполнит моё поручение. Идите прямо в Главный корпус, я отдам распоряжение, — нарочито громко заявил он, уверенно шагая к моему провожатому.

Хелианта и Гаррик неохотно поплелись вперёд, а ректор слишком быстро направился навстречу Люсьену.

Жаль, я не слышала их разговора. Но то, как взгляд Матиаса скользнул вдоль забора, подсказало: он уже понял, что послать за мной никого не выйдет.

Добыча ускользнула из-под когтистых лап принца. По крайней мере, на сегодня.

Заметно повеселевший Матиас догнал гостей и увёл их в главный корпус, а Люсьен, старательно кивая в ответ на инструкции ректора, быстро вернулся в общежитие.

После этого гулять одной по городу резко расхотелось. Я была уверена, что чародей вот-вот вернётся, и ждала его, всё так же прячась за огромной колонной.

Точнее, мне казалось, что прячусь.

— Быстрее, огонёк. Нам нужно уйти, пока ректор их отвлекает, — ухватил меня за руку внезапно появившийся рядом Люсьен.

За ворота меня выволокли почти силой, а затем он остановился у черного экипажа.

— Это экипаж ректора, — тут же одернула я парня.

— Я в курсе. Нам нужно увезти тебя подальше. Снимем комнату на постоялом дворе. Приказано, чтобы до конца следующей недели духу твоего в Академии не было, — почти зло ответил Люсьен, заталкивая меня внутрь.

Это вполне сочеталось с планом бабули, но оставалось непонятным, как именно Матиас преподнёс его Люсьену.

Прячет любовницу от невесты?

Спрашивать я не стала. Села на знакомую лавочку и плотнее закуталась в шубу.

Не хочу знать, что он думает.

По его взгляду было ясно: чародей зол и недоволен. Вместо короткой прогулки ему навязали роль няньки на целую неделю.

Листок с адресом, оставленный бабулей, больше не пугал. Он дарил надежду, что те, кто должен защитить меня до приезда мамы, не станут селить меня на постоялом дворе для буржуа.

С соседками в Академии и узкой койкой я смирилась. Но постоялый двор в Четвёртом квартале…

Нет. Этого я точно не вынесу. Лучше уж в пасть к дракону.