Остаток дня прошёл до неприличия спокойно.

Принц, как и планировал ранее, отлучился во дворец.

Девушки сплетничали о том, как осадили одну из фавориток, и выдвигали версии, кто мог быть протеже Рамона. А я наслаждалась тишиной.

Все были слишком заняты, и никому не было дела до какой-то там ассистентки.

Даже змея-фиалка уползла в свою нору — ни на обед, ни на ужин не спускалась.

Такой же спокойной выдалась и вся следующая неделя.

Найти нового распорядителя оказалось непросто. Или же они так тщательно готовились к отбору финалисток?

Чудище так точно готовился. Все эти дни он почти не появлялся в Академии. А когда появлялся — вызывал меня к себе, осматривал тёмными глазами, узнавал новости и снова исчезал.

Всё произошедшее между нами напоминало сон.

Только лёгкий поцелуй в волосы и его новое "ЮЛИ" напоминали о том, что что-то неуловимо изменилось.

В остальном же всё оставалось по-прежнему.

В отсутствие принца декан Арсо развлекал девушек за золото.

Я же, наслаждаясь отсутствием поручений от начальства, вела праздный образ жизни: спала, ела гадости придворного повара, болтала с Моникой и читала историю Империи.

Как оказалось в конце недели — занималась я совсем не тем, чем следовало.

***

В этом странном мире, я провела уже без малого три месяца и за всё это время только один вопрос даже не появлялся в моей голове: ТАНЦЫ.

И вот, во время очередного завтрака, спокойствие закончилось и три буквы “БАЛ” зазвучали как мой приговор.

А ведь утро начиналось как обычно.

Мы собрались на завтрак: расслабленные девушки и Арсо — горделивый и напыженный, как единственный петух в курятнике.

Подозрительно тихая и хмурая фиалка.

Всё как и в предыдущие дни.

И только громкие шаги за спиной заставили всех собраться.

Принц-ректор наконец вернулся в Академию и решил удостоить нас всех своей компанией с самого утра.

Хотелось застонать от досады.

Не скажу, что я не рада Фердинанду.

Редкие встречи в кабинете, невесомые поцелуи в лоб и тихий шёпот в волосы заставляли сердце стучать быстрее.

При всём этом возвращение принца означало только одно: передышка окончилась. Император определился с новым распорядителем отбора, и пытка продолжается.

Запланированный, вполне приятный день со свистом полетел в бездну.

Ректор уверенно и с той же маской чудища шагал к своему месту. А на лицах участниц разочарование сменялось натянутыми улыбками.

Кажется, не одной мне понравилось праздное существование.

Конечно, экскурсии, изысканные трапезы и демонстрация новых артефактов куда интереснее, чем какие-то там испытания.

К тому моменту, как Фердинанд дошагал до стола, все мигом вспомнили, что пришли сюда не покрасоваться и отведать королевскую кухню.

Принц величественно замер у своего стула, с тем же королевским выражением осмотрел девушек и поднял руку, призывая к молчанию.

— Приветствую, леди. Передышка закончилась. В конце недели состоится тот самый Первый Бал претенденток, после которого останутся только пять девушек, — объявил он, а потом указал рукой на вход.

Сюрприз за завтраком был не один.

Тяжёлые шаги сообщили, что у нас гости, и спустя минуту в зал вальяжной походкой вошли двое мужчин.

Заметив первого, я едва подавила желание уйти и спрятаться подальше.

Вбивая каблуки в каменный пол, в столовой появился тот самый Главный Инквизитор — лорд Вельцер.

Всё с той же жуткой улыбкой, которая наверняка будет сниться мне в кошмарах, он пристально осмотрел конкурсанток и встал рядом с Фердинандом.

Я уже покрылась мурашками ужаса, предположив, что инквизитор и есть новый распорядитель.

Ошиблась, но не слишком.

Следом вошёл ещё один мужчина. Взрослый, лет сорока, русые волосы и необычно теплые карие глаза. Я бы даже не обратила внимания на второго гостя, если бы в какой-то момент не ощутила на себе его пристальный взгляд.

Незнакомец встал рядом с инквизитором и улыбнулся ошарашенным претенденткам.

На фоне Фердинанда и Илариона этот джентльмен смотрелся почти нелепо. Он выглядел как добрый дядюшка и улыбался почти правдоподобно.

И это никак не сочеталось с хмурым Арсо, застывшим с величественным видом Фердинандом и угрожающим оскалом Илариона.

— Лорд Иларион Вельцер и лорд Сильвен Трейс, — торжественно объявил принц, указывая на стоявших рядом мужчин.

Пока все изучали гостей, я то и дело ловила на себе их взгляды.

Очевидно, Император предупредил новых наблюдателей о весьма специфической ассистентке нашего жениха. Теперь, помимо Арсо, который за эти дни почти обо мне забыл, появилось ещё два надсмотрщика.

Примерно это же сказал принц-ректор:

— Лорд Вельцер поставлен Императором наблюдать за порядком на оставшихся испытаниях и в Академии, а лорд Трейс стал новым распорядителем Отбора, — начал свою речь чудище.

Впервые за время Отбора Фердинанд расщедрился на то, чтобы говорить самому.

Не кивать, передавая слово то Рамону, то Эвелиусу, а открыть рот и произнести целую речь.

Оказалось, тот самый “добрый дядюшка”, как мысленно прозвала я лорда Трейса, был личным организатором Императора.

Он оказал нам невероятную честь, став распорядителем Отбора. Ведь Сильвен был незаменимым во дворце и заправлял всеми банкетами, приёмами и мероприятиями.

Без его чуткого руководства не обходилось ни одно торжество. Даже советники обращались к лорду Трейсу за советами по организации тех или иных праздников.

Для принца-ректора получить такого ценного мага в услужение — это честь. Как и для нас — попасть на Отбор с таким титулованным аристократом-организатором.

Что ж, это многое объясняло.

Кроме одного: какие именно испытания придумает новый распорядитель? И зачем здесь Иларион?

В целом, пока все осознавали выпавшую честь, я сидела и старалась казаться незаметной.

Реклама лорда Трейса меня не проняла, зато взгляд Илариона пробирал до самых костей.

— Надеюсь, что оставшаяся часть Отбора пройдет гладко и никаких задержек больше не последует, — наконец закончил свою речь Фердинанд и устроился на стуле-троне.

Девушки в зале восторженно зашептались, а фаворитки за главным столом наперебой кинулись знакомиться с новым распорядителем.

Уж он как никто другой сможет подсказать им выгодного жениха — а, возможно, даже познакомить. И в отличие от высокомерного Рамона, Сильвен кивал и искренне улыбался лживым комплиментам.

Держать лицо он умел получше, чем коротыш.

Единственный, кого не обрадовала смена организатора, был Арсо.

Судя по злобному взгляду, Эвелиус уже был знаком с лордом Трейсом. А судя по тому, как он кривился, наш декан его явно недолюбливал. А возможно, и вовсе метил на его место при дворе.

Но это были мои догадки. И меньшее, о чём стоит думать Юляше, — карьерные амбиции Эвелиуса Арсо.

Особенно учитывая то, как пристально и открыто за мной наблюдал Главный Инквизитор.

Что-то подсказывает, что этот холодящий душу взгляд — вовсе не оттого, что Иларион воспылал страстью к юной ассистентке принца.

Он хотел забраться ко мне в голову. И, к счастью, пока это не удавалось.

Также вполне вероятно, что Император прислал его наблюдать не только за порядком. Но и проверить ассистентку, которая внезапно забралась в постель к младшему брату. И очень удачно отравилась хитирусом накануне Отбора.

По крайней мере, на его месте я поступила бы именно так. Уж слишком разительные перемены произошли с Юлианной за короткий срок.

Стараясь не замечать чужие взгляды, я делала вид, что ем, с трудом запихивая в себя подобие сладкой манной каши, превращенной в желе.

Ничего более отвратительного повар Императора еще не готовил.

Хотя нет — был в первый день печёночный паштет с сладким соусом. Любимое блюдо монарших особ, от одного воспоминания о котором меня начинало мутить.

— За время, пока вас не было, я повторил с претендентками основные танцы, Ваше Высочество. Если желаете, вечером можем устроить репетицию. Нехорошо, если леди от нервов оконфузятся перед Императором, — нарочно громко сказал Арсо, и чай, который я пила, чуть не пошел носом.

Приложив к губам салфетку, я уставилась на чайник напротив.

Из всех существующих танцев в памяти нашёлся только школьный вальс на выпускном. И воспоминания эти были весьма плачевными. Во время репетиций, я регулярно оттаптывала ноги Пухлику — единственному, кто согласился со мной танцевать.

Если бы не золотая медаль и постоянная помощь одноклассникам, меня бы давно загнобили в школе. Одно время из-за неудачного танца на дискотеке мне даже придумали прозвище “Каракатица”.

К счастью, ненадолго. Итоговые экзамены и контрольные быстро напомнили, кто в классе медалистка — и я снова стала “Юляша, помоги”.

Шпаргалки, подсказки и даже решённые на коленке контрольные. Это спасло меня, мою психику и воспоминания о школьном времени.

Но вот минуту позора во время прощального вальса и красное лицо Пухлика, я не забуду никогда.

Пока я с ужасом замерла, вспоминая школьные годы, Фердинанд и Арсо обсуждали репетицию банкета.

— Сегодня не выйдет, нужно подготовить зал. Расставить столы и составить программу, — поставил финальную точку в разговоре лорд Трейс.

Понимая, что пытка откладывается, я выдохнула — и, кажется, сделала это недостаточно тихо.

Погружаясь в воспоминания, я совершенно забыла, что за мной наблюдают.

Зато наблюдатель не забыл обо мне.

— О, ну что вы, леди Свон, не расстраивайтесь. Для подготовки мне понадобится всего день-другой. Вы ещё успеете показать своё мастерство на паркете, — прозвучал ехидный голос декана Арсо. — Ведь мои занятия вы упрямо игнорировали. Во время учёбы бегали на свидания к лорду Пруту, а во время Отбора прохлаждались в своей комнате или вместе с ведьмами.

Так вот почему заносчивый гад не любил Юлианну.

Вместо учёбы она вовсю наслаждалась своей влюбленностью. И, судя по хмурому виду Фердинанда, он об этом не знал.

Или же чудище напрягся из-за напоминания о том, что Юлианна была невестой друга?

В любом случае, один урок за время Отбора я усвоила: со скользкими гадами лучше не спорить. Чем больше я буду огрызаться, тем сильнее это раззадорит Арсо.

Выбрав уже привычную тактику, которая работала все эти дни, я сделала вид, что ничего не слышала, и продолжила пить чай.

Как правило, это убавляло запал Эвелиуса — он быстро переключался на других финалисток и продолжал делать вид, что меня не существует.

Сегодня тоже сработало бы. Однако за столом была ещё одна гадина.

— До бала еще есть время. Возможно, вам стоит дать леди Свон несколько уроков, — прошелестело наигранно смущенным тоном.

Впервые за последние дни я услышала голос Мишель.

После той ссоры с Фердинандом она либо ссылалась на недомогание и не приходила в столовую, либо сидела так, что о ней никто не вспоминал.

И вот, сверкая невинным оскалом, Мишель Сантэй хлопала глазками и даже изображала сочувствие.

От меня явно ждали реакции на выпад декана, только вот я не могла определиться со словами.

Отрицать — глупо. Я не умею танцевать, тем более местные танцы. И с этим не поможет даже ведьма.

Моника не посещала приёмы и балы.

Взгляд сам скользнул к Фердинанду, но тот смотрел куда-то мимо меня.

Ясно. От принца помощи тоже ждать не стоит.

Признаться и принять уроки у Арсо?

У меня банально нет столько золота. Да и занятия эти будут скорее напоминать пинание слепого щенка. Он наверняка соберёт всех девушек, чтобы показать, какая неумеха закончила Академию.

Хуже того, если выяснится, что я не умею танцевать от слова "совсем", возникнет вопрос, как именно я вообще эту Академию закончила.

Вспомнив о той ночи с Фердинандом, я почувствовала, как вспотели ладони.

Стоит Арсо пустить слух, что Юлианна Свон была не только невестой декана Прута, но и его любовницей — теперь никто не докажет обратного.

Если разгорится скандал, Фердинанд не станет признавать нашу связь. А разоблачение декана-подлеца и его “подопечной” станет для Арсо желанной сенсацией.

Провалы в моей памяти сыграют злую шутку и со мной, и с Николасом. И никто не станет ничего выяснять.

Вздохнув, я снова отпила из чашки, наконец определяясь с реакцией.

— Спасибо за заботу, леди Сантэй. Но мне не нужны дополнительные занятия, — сказала как можно холоднее, а потом посмотрела на подозрительно прищурившуюся фиалку.

Что ж, играть — так играть до конца.

Арсо мне этого не забудет, но они не оставили мне выбора.

Жить хотелось больше, а ложь как-то сама сложилась в гладкую историю.

— Мне оплачивали частного преподавателя по танцам, как раз в то время, когда были занятия у декана Арсо. По этой причине я их и пропускала. Ни к чему ждать своей очереди или терпеть, как тебе затопчет ноги маг с Бытового, когда можно наслаждаться ривентаром в паре с опытным наставником, — врала я уверенно, наблюдая за реакцией двух подлецов.

Вышло, кажется, убедительно. Услышав название танца, глаза Мишель округлились, а Арсо вопросительно выгнул бровь.

По правде говоря, я понятия не имела, что это за танец. Только то, что его изучают на факультете красоты, и девушкам он дается сложнее всего.

Благодаря ведомостям и подслушанным разговорам я врала, как казалось, вполне уверенно — и, судя по виду наблюдателей, они купились.

Даже Фердинанд удивлённо смотрел на меня, будто пытался понять, вру я или нет.

То же загадочно-задумчивое выражение было у нового распорядителя.

Только Главный Инквизитор сидел и по-прежнему лукаво улыбался. Судя по взгляду, он единственный, кто ни на секунду не сомневался, что я лгу.

И я встретила взгляд, в котором мерцали фиолетовые отголоски. А потом с вызовом смотрела прямо в глаза — пока Иларион сам не перевёл взгляд на принца.

Фердинанд будто прочёл его мысли и не позволил Арсо вмешаться или съязвить.

— Что ж, немногие леди могут похвастаться отменным знанием ривентара, леди Свон. Пожалуй, вы первой продемонстрируете нам свои навыки. Уверен, такое выступление оценит даже Император, — холодно произнес он.

Принц-ректор не поверил в мои слова, но, судя по виду, задумался.

Неужели предполагал, что отец и правда нанимал Юлианне преподавателя?

Или с этим танцем было что-то не так?

Нет, к Монике я всё же наведаюсь.

Прежде чем оправдываться — нужно понять, что именно я ляпнула и чем это может грозить.

Арсо попытался еще что-то сказать, но поднятая рука и строгий взгляд ректора оборвали его очередную попытку отыграться.

— У меня нет на это времени. После завтрака приступайте к подготовке, Эвелиус. Все свои таланты девушки покажут во время репетиции. Если вам хочется поспорить или поумничать – делайте это без меня, — почти рявкнул Фердинанд и хлопнул по столу.

Остаток трапезы прошёл в тишине, а потом принц и его новые союзники быстро покинули зал.

— Вы совершили глупость, леди Свон, и я докажу, что свой диплом вы получили вовсе не за знания, манеры или владение магией, — громко сказал декан и, мазнув взглядом по Мишель, направился к выходу.

Фиалка даже не стала притворяться невинной овечкой — впервые ехидно улыбнулась, посмотрела на меня, будто одержала победу в какой-то схватке, и ушла следом за гадом Эвелиусом.

Кажется, за время отсутствия Фердинанда Мишель обзавелась новым союзником.

А ещё — они явно решили не просто убрать Юлианну с Отбора, но и разрушить остатки её и без того жалкой жизни.

Ну-ну. Это мы ещё посмотрим, кто кого. Я им не Юлианна.

⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻

Сильвен Трейс.

⸻⚜⸻༺❖༻⸻⚜⸻