“Жизнью за жизнь заплатит ваше потомство. Древние силы пощадили невинную душу в обмен на жизнь моих детей. Девочка, которая не будет принадлежать ни одному из миров, ни маг и ни эльф, первая в своём роду, последняя в своём роду, вернёт моих детей и оплатит долги своих предков,” — возведя руки вверх, перечисляла условия королева Дракира, и вокруг призрачной фигуры закружился тёмный вихрь.

“Возмездие драконов, договор свершился,” — выдохнула призрачная фигура, оплетенная чёрными нитями.

***

Касити де Форест.

Громкий рык, от которого заложило уши, а потом монстр отшатнулся так, что вся пещера задрожала и погрузилась в пыльное облако.

Откинув меня непонятно откуда возникшей лапой, Дарк принялся тереть обожженный нос и что-то рычать на своём языке.

“Это не магия жизни,” — заявила я очевидное и прислушалась к силе.

Магия бурной рекой наполняла тело и скапливалась где-то в районе груди.

“Да ты полна сюрпризов, маленькая полукровка,” — прорычал зверь, наконец перестав тереть свой нос.

“Полукровок не бывает,” — уверенно возразила дракону.

“Не бывает, но вот она ты,” — заявил ящер.

Ещё раз принюхавшись, он наклонил клыкастую морду и задумчиво добавил, — “Твои предки знатно разозлили духов Хаоса или… Наоборот, получили то, чего не заслуживали. Как знать, как знать.”

“И что теперь? Возможно, что король эльфов просто пытался меня защитить?” — спросила скорее себя, чем чёрного монстра, но тот не стал молчать.

“Или контролировать,” — подсказали мне более вероятный вариант.

Да уж, эльфы и защита — звучало как-то почти сказочно.

Учитывая, как их короли устраивали браки правителей Туманных островов и с какой скрытой целью, амулет, подавляющий магию, вызывал подозрения. Сложно было поверить, что король Элвинтор действительно стремился меня защитить. Возникал лишь один вопрос: знал ли об этом отец и почему молчал?

Никак не реагируя на заявление черного ящера, я зажгла светлячок. Вышло намного ярче, а внутри всё буквально пело. Магия требовала выхода. Но сначала я хотела кое-что проверить.

“Он не опасен?” — спросила своего древнего друга, показывая клинок.

“Направь магию в артефакт и узнаем,” — не стал врать Дарк.

Хмыкнув, я попыталась соединить то, что в принципе не могло существовать в одном теле: стихии разрушения и созидания, которые пыталась одновременно направить в эльфийский артефакт.

Вышло далеко не сразу и не без оскорбительных комментариев старого дракона. Дарк что-то безустанно бурчал и требовал свою честно заработанную магию, а ещё бранился то на понятном языке, то на своём.

“Хотела бы я понимать, что ты там рычишь, вероятно что-то оскорбительное. Я не боевой маг, я вообще не считала себя магом. Или помоги, или помолчи,” — рыкнула в ответ и от злости всё же влила магию в артефакт.

Клинок вспыхнул, какое-то время переливался разными цветами, будто не мог определиться, а потом потух.

“И всё?” — принялась вертеть оружие, и дракон так же разочарованно хмыкнул.

“Магия. Дома будешь играть со своей иголкой, Касссити,” — снова напомнили мне про обещание.

“Мне нужна клятва,” — строго заявила, заглядывая прямо в красный глаз дракона.

“Мг, кровная клятва, человеческое дитя. Но только взамен на магию. Много магии и не только сегодня,” — слишком просто согласился дракон, и это насторожило.

А еще напрягло его уточнение про “не только сегодня”.

“С чего бы мне помогать дракону? Вы освободитесь и сожрете всех магов. Неизвестно, что хуже — парочка упырей или дракон,” — задала я следующий вопрос.

“Только я способен убить короля вампиров. Дракон или магия Хаоса. У вас есть маг хаоса?” — спросил Дарк и тут же ответил на свой вопрос, — “Очевидно, нет, раз король Илиос еще жив. А упыри бродят неподалёку от королевского дворца. Зато будет дракон, если мы договоримся.”

Несколько минут я бродила по пещере.

Дракон спас меня от упыря, помог избавиться от медальона, рассказал то, о чём всё это время молчал отец. Но вот в его бескорыстность, как и в доброту, я не верила. Если верить сказкам отца, крылатые ящеры были не намного лучше эльфов, если не хуже.

Ему явно нужна не только магия, точнее, магия нужна, чтобы освободиться. А что сделает дракон, когда освободится? Именно этот вопрос я задала следующим.

“А что потом? Вы выберетесь из пещеры, убьёте Илиоса, что потом?” — строго посмотрела на монстра.

С чего бы ему соглашаться и оказывать магам услугу, помогая уничтожить упырей?

“Потом, я вернусь на положенное место, Касссити. Я последний дракон, девочка. Мой род уничтожен по моей вине. Чего ещё мне желать?” — строго прорычали в моей голове.

“Не понимаю, зачем вам помогать магам? Зачем выбираться из скалы? И где гарантия, что вы не пожелаете отомстить?” — засыпала ящера вопросами, и он фыркнул, выпуская пар.

Очевидно, дракона возмущало такое недоверие, граничащее с неблагодарностью.

Меня спасли от магического ограничителя, от упыря, якобы предложили выгодный союз, а я не стала сразу соглашаться на все условия и задаю вопросы. Неудобные вопросы. На которые дракон, полу-рыча, неохотно, но ответил.

“Чтобы отправиться к предкам, юное создание. Не лежать камнем в пещере, а достойно покинуть этот мир. Тебе не понять, человеческое дитя,” — выдавил из себя Дарк и поскреб острым когтем по каменному полу, намекая, что теряет терпение.

“Допустим. Но, вы не станете нападать на магов или королевства, не причините вреда потомкам де Форест и не станете мстить за свой вид. А ещё, не станете помогать вампирам, отправите короля Илиоса в хаос,” — перечислила все условия, которые в этот момент казались выгодными.

Если крылатый ящер уничтожит вампиров, маги смогут спокойно выдохнуть, а де Форест не будет опасаться мести короля Илиоса.

Без магов королевства Лесов, старый король вампиров, уже давно захватил бы континенты, и эльфийский, и человеческий. А сейчас, он снова выполз из своего убежища и собирает войско.

Только в одном дракон был прав: магии Хаоса больше нет, как и могущественных ведьм Савояра. Сёстры де Форест победили орков, но сейчас от их магии остались лишь капли. А значит, новая война принесёт ещё больше потерь и разрухи на оба континента.

Помочь одному монстру, который победит множество других, — вполне приемлемая цена. Это лучше, чем война. Я действительно считала, что это лучше, чем война.

Обдумывая слова крылатого ящера, а заодно и условия клятвы, я вспомнила его требование. Сегодня я смогу выполнить обещанное и передать дракону магию жизни. А что потом? Меня запрут в покоях, пока не отошлют в де Форест.

“Как часто вам нужна магия? Меня снова отошлют, на этот раз надолго. А еще, запретили выходить из комнаты,” — спросила, прежде чем объявить свое решение.

“Не часто, человеческое дитя. Чтобы выбраться из скалы и окрепнуть. Если сегодня ты отдашь достаточно, повторить можно через несколько месяцев. Я погружусь в магический сон, пока ты снова не придёшь. Моя собственная магия восстановится, но это не быстрый процесс,” — поразмыслив, ответил дракон.

“И как долго вы будете спать?” — решила всё же уточнить.

Не хотелось, чтобы пока я буду в де Форест, по Туманным островам бродил очнувшийся дракон.

“Несколько лет, маленькая полукровка. До твоего следующего возвращения я точно не покину пещеру, даже если смогу выбраться из камня,” — снова шкребясь по полу, прорычало чудище в моей голове.

“Хорошо, вот мои условия,” — ещё раз я потребовала у дракона гарантии безопасности для континентов и магов, а потом посмотрела в его красный глаз, не понимая, что делать дальше.

Взвесив мои слова, Дарк выдохнул облако пара и подвинул лапу, — “Ткни своей иглой и повторяй за мной,” — пробурчали в голове.

Никогда раньше я не видела, как работает кровная клятва, и всё оказалось проще, чем представляла.

Дракон рычал слова на понятном мне языке, затем повторил их на своём. А потом заставил поклясться в том, что, находясь на континенте, я буду передавать ему магию, помогу освободиться от скалы, а ещё потребовал сохранить наш уговор в тайне.

“Никому ты не сообщишь о нашем уговоре. Не расскажешь прямо или намеками о том, что дракон очнулся. Не станешь говорить, что этой ночью встретила упыря в городе драконов,” — прогремел Дарк, заставляя меня повторить слова клятвы.

Как только монстр изменил слова, я поступила так же. Не придумала ничего лучше, чем потребовать еще и обучить меня древнему языку крылатых ящеров и рассказать про их магию. Зачем? Не знаю, скорее из вредности, чем для дела.

“Клятва свершилась, человеческое дитя. А теперь ступай,” — вздохнул дракон, снова прикрывая глаза.

“Несколько месяцев. Но если получится, я приду до того, как отправлюсь в де Форест,” — ещё раз уточнила у монстра сроки того, как часто ему нужна моя магия.

В ответ, чёрная лапа молча подтолкнула меня к выходу. Высокомерный зверь устал и желал отдохнуть. Или устал от меня. Не столь важно.

Нутром я чувствовала, что что-то упустила, но списывала это тянущее ощущение на свой страх и стыд. Я действовала за спиной отца, и от этого было тошно. Но выбора не было.

Если король Фредерик узнает про дракона, узнает и король Элвинтор.

Как поступит правитель эльфов с полукровкой, разбудившей дракона? Не стоит гадать — меня просто казнят. Зато, если проснувшийся дракон убьет Илиоса, то, возможно, помилуют. Ну или хотя бы оставят в покое и не станут обвинять в том, что разбудила дракона.

***

Кое-как закрепив раскрытый замок амулета, который снова надела, я поплелась домой.

Возились мы с новым союзником всю ночь.

Вряд ли кто-то заметил, как я выскользнула из дворца в сумерках, но возвращение на рассвете точно увидят — следовало поторопиться.

Следующие несколько дней я только и делала, что читала учебники по магии. Имея силу, я желала понять, что с ней делать. А ещё начала снимать амулет. Как ни странно, Дарк не разломал замок, всего лишь расстегнул застежку, тем самым разрушив странную магию короля Элвинтора.

Казалось бы, ничего не изменилось, но кулон больше не давил, а возможность снимать его, когда вздумается, грела душу.

Особенно когда няня описывала, как сияет Калиста, кичась своим огромным животом и родовым артефактом де Форест. Больше меня не злила эта потеря, ведь благодаря ей я обрела несравнимо больше — свою магию.