Алисандра

Обратный путь оказался на удивление лёгким. Лес больше не давил на грудь липким страхом и не пытался пробраться в мысли тревожными шорохами. Я даже поймала себя на том, что иду и всё время жду подвоха – будто где-то за следующим поворотом снова ощутится прежняя тяжесть, снова сожмутся пальцы, а дыхание станет прерывистым.

Но ничего такого не случилось.

Деревья стояли спокойно, не шелохнувшись, и небо между кронами выглядело даже приветливо. Слишком спокойно. Я бы даже сказала подозрительно спокойно. Я всё ещё не могла поверить, что лес отпускает нас вот так, без происшествий.

Мы уже почти добрались до опушки, когда я заметила, как долго мой дракон молчит. Идёт рядышком – бесшумно, почти не ступая по траве, словно тень. Ни одной саркастичной фразы, ни подкола, ни фырканья. Я даже начала сомневаться – не сбежал ли, пока я задумалась?

Повернулась проверить – нет, не сбежал. Чешуйчатый шел чуть позади, и не проронил ни слова с тех пор, как мы покинули хижину Евдокии. Обычно к этому моменту он уже успевал отпустить пару колкостей или, в крайнем случае, драматично закатить глаза. Сейчас же — ни звука. Только мерный шаг и отстранённый взгляд, будто его и рядом не было.

Я пыталась убедить себя, что парень просто задумался. Возможно, переваривал сказанное или придумывал очередную шутку, чтобы выдать её в самый неподходящий момент. А когда мы выбрались из леса и добрались до знакомой тропинки, всё стало как-то буднично просто. Вон и карета стоит, будто мы не на приём к легендарной провидице ходили, а просто прогулялись за город. Дракон молча открыл дверцу, придерживая её, и я, не раздумывая, заняла своё место. Мой спутник уже привычно устроился напротив, а дальше нас обоих накрыла какая-то неловкая и гнетущая тишина.

Лошади потянули карету в сторону замка, пейзаж за окном медленно сменялся, а я всё ждала — сейчас-то он точно скажет какую-нибудь колкость. Или фыркнет. Или закатит глаза, как обычно. Но нет — сидел, уставившись в пространство, мрачный и задумчивый, словно пророчество о конце света.

Выдержать такое молчание было выше моих сил. Я резко повернулась к чешуйчатому и, не особо подбирая слова, выпалила:

— Слушай, можешь считать меня мазохисткой, но мне не хватает твоих колких и ехидных шуточек. Когда ты вот так молчишь — это пугает. Здается, ты мне не всё рассказал о том, что узнал у провидицы. Так ведь?

Дракон поднял на меня глаза. Помолчал ещё пару секунд, а потом — тяжело вздохнул, картинно развернулся на своём сидении и, с той самой грацией, что обычно оставляют для бала, опустился на одно колено прямо на коврике у моих ног.

— Принцесса, простите мне моё недостойное молчание, — начал он торжественным тоном. — Обязуюсь впредь ежедневно поставлять три порции сарказма, два с половиной обидных замечания и один эпичный фырк.

Парень театрально прижал ладонь к груди и чуть склонил голову:

— А теперь прикажите — вернуться в лес, сгореть от стыда или, по старой рыцарской традиции, повыть на луну?

Я сначала застыла, а потом не сдержалась — фыркнула, рассмеялась, и чем дальше, тем громче.

— Ну, вот, — выдохнула, вытирая слезинку со щеки. — Уже лучше. Я даже почти поверила, что все в порядке.

— Почти? — с деланным оскорблением вскинул он бровь. — Я что, должен ещё и носить твои тапочки?

— Хомяка покорми для начала, а там посмотрим, — подмигнула в ответ.

— Понял. Один шаг от принцессы — и теперь я уже штатный слуга с манией величия. Великолепно.

Мой собеседник легко вернулся на своё место и устроился поудобнее, скрестив руки за голой спиной и вытянув ноги вперёд. Я вновь посмотрела в окно с лёгкой улыбкой на губах. Ну вот. Теперь всё стало на свои места.

Хотя бы сейчас я могу немного расслабиться и хоть на минутку перестать думать о том, что так и не получила внятной подсказки по поводу своей магии.

— «Чуть сильнее, чем у остальных...» — хмыкнула я про себя, вспоминая слова провидицы. Будто это хоть как-то объясняет, почему меня всю жизнь держали под колпаком, а на каждом занятии рядом обязательно дежурил кто-то из учителей.

А стоило мне только попробовать использовать силу самостоятельно — как в тот день после инициации — и манекен превратилсяя в уголь, а я сама чудом осталась цела. Хотя, какое там чудо… Полупрозрачное крыло моего "подарка" тогда возникло быстрее, чем я успела испугаться. И кто знает, что было бы, не вмешайся парень в мою "тренировку".

Так что спасибо, конечно, Евдокия, за анализ, он просто "сокровище". Чуть сильнее, говоришь? Очень обнадеживает.

Кристоф Драгонийский

Вернувшись обратно в предоставленную мне комнату, я прошелся из угла в угол, машинально оглядываясь, словно ожидал, что из шкафа выпрыгнет ещё один артефакт с функцией слежки. Потом вышел на балкон, прикидывая расстояние. Нет, в пределах здания нить вела себя тихо — будто и не было её вовсе. Но стоило хоть мысленно представить, как кто-то из нас выходит за пределы замка, как внутри тут же начинало неприятно тянуть, будто кто-то дергал за позвоночник изнутри.

"Охранка" сработала, вопросов нет. Но меня терзало одно "но".

Евдокия говорила, что мы с принцессой связаны. Что нить между нами. Только вот... А что, если она ошибалась? Или — ещё интереснее — не ошибалась, но кое-что недоговаривала? Ведь магистр мог и не удосужиться привязывать меня напрямую к Алисандре. Что, если вся эта связь — не с ней, а с её браслетом?

Логично же. Предмет силы, артефакт, якобы контролирующий магию. И, вполне возможно, работающий как якорь для меня. Я прислонился к перилам и усмехнулся.

— Старуха говорила, я пойму, когда придёт время. Отлично. Ждать – не мой конёк. Так почему бы мне это самое время не поторопить?

А ещё у меня появилось стойкое подозрение, что мне не понравится ни один из вариантов. Я только начал размышлять, с чего бы начать этот гениальный план по «тороплению времени», как в поле зрения что-то шевельнулось. Я резко обернулся.

Кот прыгнул на подоконник. Устроился, как у себя дома, и махнул хвостом, будто так и сидел. Но нет, я-то точно знал: когда заходил в комнату, его тут не было. Я оглянулся на дверь — всё ещё закрыта изнутри. Ни щёлочки, ни шороха, ничего.

— Ты что, сквозь стены ходишь? — пробормотал я, нахмурившись.

Кот лениво зевнул, даже не удостоив меня внятным ответом, и начал вылизывать лапу, словно его не особенно интересуют мои экзистенциальные вопросы. Я прищурился, наблюдая за хвостатым. Тот всё ещё делал вид, что занят исключительно своим шерстяным хозяйством.

— Слушай, — негромко начал я, — между нами, ты, случайно, не тот самый кот, которого мне велели кормить?

Мягкий взгляд из жёлтых глазищ был невыразительным, но уж слишком осмысленным, чтобы списать его на кошачью пустоту.

— Если да, то нам стоит как-то договориться. Ты предпочитаешь молоко? Или сразу фазан под соусом? — Я подошёл ближе и остановился в паре шагов от подоконника. — Просто уточняю… вдруг ты гурман, а мне ведь жить с тобой, похоже. А к сожительству надо подходить с уважением.

Кот остановил вылизывание лапы, медленно повернул голову и… мяукнул. Тихо, негромко, но с каким-то подозрительным оттенком согласия.

— Отлично. — Я кивнул, скрестив руки на груди. — Значит, ты меня понимаешь. Или, как минимум, наслаждаешься моей болтовнёй. Что ж, в таком случае… добро пожаловать в мой и без того весёлый мир.

Я еще немного понаблюдал за хвостатым, который теперь устроился клубочком прямо на моей подушке, будто всегда тут жил.

— Ну что ж, раз ты меня понимаешь, пушистый, перейдём к допросу с пристрастием. — Я медленно опустился в кресло напротив, сцепив пальцы в замок. — Начнем с простого. Какого славра ты связан с Евдокией?

Кот даже ухом не повёл.

— Я серьезно. Не верю, что она просто так заботится о твоём питании, так что выкладывай. Ты шпион? Надзиратель? Или личный представитель этой ведьмы в моём временном аду?

Ответа, ожидаемо, не последовало. Зато кот потянулся, зевнул — демонстративно, с издёвкой — и перевернулся на другой бок.

— Ладно. Значит, будешь молчать. Тогда пойдём по-другому. Можешь ли ты мне как-то помочь избавиться от этой... привязки? — Я слегка поморщился, озвучивая вслух то, о чём старался не думать. — Ну, ты понял. Браслет, нить, взаимная привязанность, душевные страдания. Всё вот это.

Кот, видимо, выждав драматическую паузу, поднял голову и... икнул. Или это был смешок? Вот теперь я точно не уверен.

— Ага. Очень смешно. Значит, ты считаешь, что это бред, да? Или что я сам должен до всего допереть, как взрослая умная рептилия?

Ответа не последовало. Только очень невинное умывание, как будто мне только что не ткнули лапой в больную тему.

— Что ж, пушистик... Тогда, как говорится, чем ларг не шутит, — пробормотал я, вставая. — Если ты всё-таки не просто кот, а мистический пушистый посредник, то передай своей хозяйке, что я всё понял. Почти. Ну, или делаю вид, что понял. Это же считается?

Кот снова мяукнул. И я почему-то решил, что это было «считается».

Не знаю, может, это был разговор сам с собой. Но чем славры не шутят… В конце концов, всегда приятно поболтать с умным существом. Или в моем случае… с драконом. Я усмехнулся, поднимаясь из кресла и бросив последний взгляд на пушистого наглеца, растянувшегося на моей подушке так, будто это его комната, а не моя.

— Ладно, сторожи здесь, представитель магической разведки. Я пока пойду... принцессу проведаю. Надо узнать, как там дела с обедом-завтраком. Потому что я, между прочим, голодный, — проворчал вполголоса, направляясь к двери. — И если ты к тому времени не исчезнешь — приберегу для тебе пару кусочков. Только не привыкни.

Кот не ответил. Лишь по-человечески закатил глаза. Кажется, я его немного утомил.

— Вот так всегда, — хмыкнул. — Даже коты считают, что у меня слишком длинные монологи…

И отправился искать Алисандру.

А стоило мне выбраться из комнаты и сделать буквально первый шаг в коридор, как я тут же врезался… в Алисандру. Принцесса явно стояла перед дверью уже какое-то время — топталась на месте, словно не решалась постучать. Застигнутая врасплох, она ойкнула и отступила на полшага, а я усмехнулся:

— На ловца и зверь бежит, — прокомментировал встречу, окинув девушку ленивой улыбкой. — А я как раз к тебе собирался, — добавил, поправляя рукав рубашки. Да-да, в этот раз я уже был одет прилично и больше не напоминал сбежавшего из шахт каторжника в одних штанах.

— Ко мне? — удивилась она, вскинув брови.

Я кивнул самым серьезным видом:

— Есть-то мы сегодня будем? Если что, то я не поклонник новомодных диет, где надо целый день страдать от голода и делать вид, будто это мне приятно. Так что, если королевская кухня еще не объявила забастовку, я бы не отказался от чего-нибудь съедобного. Желательно в больших количествах и, разумеется, прямо сейчас.

— Да-да, конечно… я именно потому к тебе и шла, — быстро заговорила Алисандра, будто оправдываясь. — Кота нашёл? Я хомяка на всякий случай велела еще раз покормить. А то вдруг он действительно голодает… Ведь не даром же нам Евдокия про питомцев говорила, правда?

— Угу, говорила, — кивнул я, делая шаг в сторону и открывая перед своей собеседницей дверь. — Кот дрыхнет у меня на постели, как будто всегда там жил. Можешь сама посмотреть.

Я пригласил принцесску войти, а сам отошёл к стене и скрестил руки, наблюдая за тем, как она переступает порог. И тут началось самое интересное. Этот обожжённый гад, представляете, развалился на полу у самой двери, словно подслушивал нас весь разговор. А как только дверь распахнулась — вскинул голову, вытянулся, прижал уши и изобразил такую несчастную морду, будто я тут его как минимум пытался дрессировать с хлыстом в руках и без обеда.

— Да у него талант, — хмыкнул я. — Просто прирождённый драматург.

Алисандра переступила порог комнаты (а вместе с ним и шерстяного страдальца) и на пару секунд задержалась в проходе, будто набиралась смелости. Я жестом пригласил её войти, отойдя в сторону. Кот, словно истинный хозяин, даже не шелохнулся на скромненьком коврике у порога.

— Ты ведь еще что-то узнал от Евдокии? — Негромко начала принцесса, обходя взглядом комнату и останавливаясь у стола. — Я всё думаю об этой поездке... и у меня не уходит ощущение, словно ты что-то утаил. Нечто действительно важное. Такое, что, скорее всего, нам обоим не понравится.

Я молча пожал плечами, хотя внутри что-то откликнулось — она ведь и правда не ошиблась на этот раз.

— Так ведь? — спросила уже тише, в упор глядя мне в глаза.

Я только открыл рот, чтобы ответить, когда в комнату заглянула её помощница — девица в форме, с вечно торопливым выражением лица.

— Ваше Высочество, Его Величество ждёт вас у себя. Срочно, — девушка поклонилась. — А для вашего... г-гостя и его питомца накрыт обед в столовой. Прямо по коридору, потом налево.

— Отлично, — протянул я, пока Алисандра выпрямилась, сдерживая раздражение. — Похоже, нас с котом тоже наконец признали членами королевского дома. Почётное место возле миски и два куска жаркого вместо одного — чувствую, как растёт мой статус.

Моя собеседница хмыкнула, но на лице её застыла тревожная тень.

Мы вышли из комнаты вместе. В коридоре девушка свернула направо, тогда как я, по указанию горничной, собрался идти налево, но не сдержался и обернулся. Принцесса шла с прямой спиной, шаги ее были чуть резче, чем обычно, а вид настолько сжатый, что я все же не стерпел:

— Если станет совсем туго — просто дёрни за нить. Я вломлюсь и распугаю всех своей коронной улыбочкой. Работает безотказно, даже на особо стойких аристократах.

Принцесса обернулась и бросила на меня прищуренный взгляд, явно пытаясь понять, шучу ли я. Я же продолжил, как ни в чём не бывало:

— Можешь даже придумать для этого сигнал. Один — если тебе угрожает опасность, а два — если нужна моральная поддержка или… ну, спинку потереть, например.

Я расплылся в самой невинной и ободряющей улыбке, на какую только был способен, глядя прямо в глаза девушке. Алисандра застыла, тряхнув головой, а потом, конечно же, покраснела.

— Ты невыносим… — буркнула она и резко отвернулась, ускоряя свой шаг.

— Зато какой полезный! — крикнул я ей в спину, довольно усмехаясь.

Надеюсь, принцесске стало немного легче.