В деревне пробуждение приходило гораздо раньше, чем в городе, поэтому за утро я могла переделать гораздо больше дел. Сон, даже если был и короче привычных восьми часов, дарил мне бодрость и свежесть. Вероятней всего, этому способствовал чистый воздух и необыкновенная тишина, нарушаемая лишь пением птиц. А может... и зарождающаяся влюблённость...
Я заранее обеспокоилась и сразу после завтрака разложила яркие шнуры разных цветов, рассыпала на белоснежном блюде блестящие бусины, которые мы купили в городе, и кое-что из своих старых запасов. Привычными движениями быстренько сделала несколько самых простых образцов плетёных браслетов. Когда-то это занятие меня очень увлекало, поэтому я хорошо понимала Полину и её желание научиться творить такую красоту пусть и не из бисера. Плетёные шнуры смотрелись ни чуть не хуже, по мне так даже более выигрышно благодаря своей фактуры.
Около десяти Егор привёз дочь. Получила с приветствием лёгкий поцелуй, который запечатлели на моих губах с таким непринуждённым видом, что я опешила, однако быстро взяла себя в руки.
«Мне нравится!» — вырвалось из глубин подсознания, и я не нашла в себе сил возразить или как-то возмутиться.
Малышка, словно маленький солнечный зайчик, озарила всё вокруг лучезарной улыбкой, и в её глазах плясало нетерпеливое желание поскорее погрузиться в волшебный мир плетения браслетов. Полина терпеливо ждала, когда отец отправится по своим важным делам, а мы с ней сможем заняться настоящим делом. Хотя она успела обнаружить все мои приготовления и, с широко раскрытыми глазами трогала все эти сокровища маленькими пальчиками.
Егор лишь тепло улыбнулся, наблюдая за живой реакцией дочери.
- Алин, сегодня после обеда собираюсь в райцентр. Если что-то нужно, скажи – привезу. Или хочешь со мной прокатиться? – предложил он, собираясь на выход. – Заодно навестим Таисию Ивановну.
- С удовольствием, – одарила его лучистой улыбкой. – Поеду с тобой. Как раз нужно кое-что прикупить, – мысленно перебрала список необходимых продуктов и подумала, что можно приготовить Таисии Ивановне в больницу, порадовать её домашними гостинцами.
- Вот и отлично, – Егор усмехнулся, и в его взгляде мелькнула довольная хитринка. – Полина, веди себя хорошо, – крикнул он на прощание дочери, которая уже с увлечением рассматривала образцы на кухонном столе и кое-что успела даже примерить.
Следующие три часа пролетели незаметно, мы с ребёнком погрузились в волшебный мир творчества. Меня поразила нежданная усидчивость и пытливое упорство Полины, которая ловила каждое движение. Сначала непослушные узелки дрожали в её пальчиках, но вскоре нить послушно ложилась в нужном направлении, и работа закипела.
- Смотри, Полин, это очень просто! Видишь шнурочек? Мы завязываем узелок, а потом нанизываем бусинку, — объясняла, демонстрируя простой узел.
Полина повторяла за мной, но узелок получался кривоватым, а бусинка никак не хотела лезть на шнур. Я терпеливо поправляла её движения, нежно касаясь рук девочки.
Первые браслеты получились немного неровными, и бусины сбивались в кучу, но Полина была очень горда своими творениями.
- У тебя очень хорошо получается! Видишь, каким красивым получается узор? — хвалила её за каждый маленький успех.
Постепенно малышка начала понимать основные принципы плетения. Я учила её чередовать цвета, создавать определённые узоры и подбирать бусины по размеру и форме.
Иногда Полина отвлекалась и начинала играть с Апельсином, который старался быть в центре внимания и отвлекался лишь на приём пищи. Для ребёнка пяти лет сложно долго удерживать концентрацию на одном занятии. Тогда и мы прерывались на перекус и вымешивание теста на кексы, которые я собралась испечь для соседки.
Сегодня мы успели сделать парочку красивых браслетов, которые Полина собралась подарить подружкам в группе, которую она посещает на развивающих занятиях. Но ребёнок решил не останавливаться на достигнутом и стребовал с меня слово, что мы будем продолжать свои занятия.
- Полин, я тебе положу в коробочку шнурки и бусины. Ты сможешь дома ещё немного потренироваться в свободное время, а потом я тебе покажу другие варианты плетения, — начала прибирать кухонный стол, так как время подходило к обеду и скоро должен был подъехать Егор.
- Тогда положи эти бусики и вот эти шнурочки, — пролепетала непоседа, указывая своим крохотным пальчиком на приглянувшиеся сокровища. — Они мне больше всех понравились.
Я не стала перечить маленькой моднице и бережно собрала для неё выбранные материалы. Незаметно пролетело время за обедом и чаепитием с ароматными кексами. Собрав гостинцы для соседки, я услышала шум подъезжающей машины. Вскоре зашёл в дом и Егор.
- Полюшка, собирайся. Меня задержали немного на ферме, вот и примчался к вам второпях, — произнёс мужчина, слегка запыхавшийся. — Сейчас отвезём тебя домой, и мы с Алиной поедем к Таисии Ивановне. Детям в больнице находиться нельзя, — сразу же пресёк любое желание ребёнка составить нам компанию. — Ты готова? — спросил он, обращаясь ко мне.
- Да, мы с Полиной напекли кексов, и ещё кое-что к чаю и на перекус приготовила, — я указала на пакет, скромно стоявший в углу. - Обедать будешь?
- Спасибо, но я успел перехватить дома, пока переодевался, — сказал с заметным сожалением. - Тогда фрукты купим по пути, — предложил Егор, и я, кивнув, согласилась с ним.
Собрались мы быстро, время давно перевалило за обеденное.
Елена Владимировна встречала Полину у крыльца. Заметив меня на переднем сиденье, она на мгновение замерла. На лице промелькнуло что-то, что я не смогла сразу идентифицировать – то ли удивление, то ли лёгкое осуждение. Егор помог нам выбраться из машины: мне открыл дверь и подал руку, а дочь аккуратно высвободил из детского кресла на заднем сидении. Губы няни скривились в натянутой улыбке, когда она произнесла:
- Добрый день, — голос прозвучал очень сдержанно, что совсем не соответствовало моим представлениям о ней.
Со слов Егора няня доброжелательная и милая женщина, которая готова прийти на помощь и отлично со всеми ладит. Вот только видела я совсем другое...
Когда Егор попытался представить меня, Елена Владимировна прервала его едва заметным движением руки:
- Егор Матвеевич, не будем задерживаться на морозе. Полине давно пора обедать и укладываться на дневной сон, — и взяв за руку девочку, быстро увела её в дом, оставив меня с ощущением лёгкого дискомфорта и недоумения.
Вся её показная приветливость словно растворилась в одно мгновение, оставив после себя лишь ледяную сухость. Егору это преображение, как и мне, пришлось явно не по вкусу.
- Я поговорю с няней, – сквозь его голос прорвались стальные нотки. – Подобное поведение недопустимо.
- Не стоит, если она хорошо справляется со своими обязанностями, – возразила я, не желая раздувать конфликт.
- Ты уверена? – Егор испытующе посмотрел на меня, будто пытаясь понять, что скрывается за моими словами. – Я не хочу, чтобы кто-то обижал мою любимую женщину, тем более человек, который заботится о Полинке. Это плохой пример для ребёнка.
- Конечно, уверена. Просто, возможно, у неё был плохой день. Все мы люди, и у всех бывают моменты, когда срываемся. Давай не будем делать поспешных выводов. Если это повторится, тогда и будешь принимать меры.
Время поджимало. Зимний день слишком короткий, а нам нужно было заехать ещё на рынок и купить фруктов. Некоторое время нас в машине окутывало тягостное молчание, и каждый был пленником собственных мыслей.
Егор вздохнул, а мне очень сильно захотелось прижаться к нему и ощутить его тепло и его сильные руки на своём теле. Само́й стало немного неловко от собственного желания. Что-то давно забытое, но живое вдруг заворочалось внутри меня, напоминая о себе.
В последние месяцы рядом с Игорем, закрутившись в водовороте рутины и бытовых проблем, я почти разучилась испытывать такие чувства. Может, я вовсе не любила его? Это могла быть просто благодарность за его внимание... Как всегда, придумала себе сказку... но ведь... мы собирались подавать заявление...
«А ведь Котов меня не любил на самом деле! Я была для него удобной, создавая комфорт и уют в квартире, заботилась о его внешнем виде», — пришло горькое понимание.
Я молчала, боясь разрушить эту хрупкую тишину, боясь выдать свои мысли. Вдруг Егор не чувствует того же, что и я? Что, если моё желание – лишь мимолётное наваждение, порождённое усталостью и одиночеством?
Но ведь он признался мне в своих чувствах! Это было настолько искренне, что я испугалась...
В животе порхали бабочки, а ладони предательски вспотели. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он вот-вот услышит этот безумный ритм.
Егор резко повернул голову, и наши взгляды встретились на миг. В его глазах я увидела отблеск того же желания, той же робкой надежды. И тогда все сомнения отступили, уступив место лишь одному – безотчётной потребности быть рядом с ним, ощущать его тепло и защиту.
- Не переживай, всё будет хорошо, – прошептала я, надеясь, что мои слова окажутся реальностью.
Однако в глубине души закрадывалось беспокойство. Что-то не давало мне покоя в поведении няни, какая-то фальшь, которую я чувствовала интуитивно. Возможно, это была всего лишь моя мнительность? У меня ведь очень хорошо получается накручивать себя и придумывать проблемы даже там, где их нет...
На рынок мы успели почти к самому закрытию. Я купила круп, корма котёнку и свежего мяса. Здесь же нашлись фрукты и нужные мне овощи, так что никуда больше ехать не пришлось, и мы прямиком направились в больницу.
- Алиночка, Егор! Радость-то какая! – встретила нас Таисия Ивановна, расцветая улыбкой. – Неужто болезную решили навестить?
- Здравствуйте, Таисия Ивановна! Вы прямо сияете, – галантно заметил Егор. – Может, скоро и домой?
- Ох, просилась уже, да доктор велел ещё десяток деньков потерпеть, – с грустью вздохнула женщина.
- Мы здесь гостинцев немного собрали. Полина вам привет передаёт, – принялась доставать из пакета угощения и раскладывать их на тумбочке. – Она помогала кексы испечь.
- Спасибо, дорогие, вам и Полиночке огромное, – голос соседки задрожал от наплыва чувств.
- Не скучно вам здесь? – участливо спросил Егор.
- Да что вы, последние дни совсем не до скуки, – лукаво блеснула глазами Таисия Ивановна. – В соседней палате внуки решили бабуле развлечение устроить. Притащили Галине Степановне «Монополию». Теперь всем отделением копья ломаем, кто главным врачом будет, – она расхохоталась так заразительно, что мы с Егором не удержались от улыбок, как и соседки по палате.
- То есть вы всем отделением играете? – изумилась, вспоминая хитросплетения правил этой настольной игры.
- Ну не все поголовно, конечно. Только те, кто на своих двоих или костылях передвигается, — указала на собственные приспособления для передвижения. - Вечерами присоединяются, когда только дежурный врач и медсестра на посту остаются. Они, правда, обещали нас не выдавать. И так каждую смену, – Таисия Ивановна утёрла выступившие от смеха слёзы.
- Вот это у вас здесь жизнь кипит! – восхищённо протянул Егор. – А кто же сейчас лидирует в вашей «Монополии»?
- Ох, рано ещё говорить о лидерах, игра у нас затяжная, со своими интригами и подковёрными войнами, – отмахнулась Таисия Ивановна. – Но могу сказать, что Галина Степановна, зачинщица всего этого безобразия, держится молодцом. Такая хватка у неё, дай бог каждому! Чувствуется, что человек с жизненным опытом.
В палату заглянула молоденькая медсестра:
- Таисия Ивановна, вас невролог ждёт на осмотр. Он как раз сегодня дежурит.
Девушка скрылась так же быстро, как и появилась.
- Ну вот, пора бежать. Спасибо вам, дорогие, за гостинцы и компанию. Прямо бальзам на душу! – Таисия Ивановна быстро поднялась на костылях и направилась к выходу. – Заходите ещё, буду очень рада видеть вас!
Мы с Егором, попрощавшись с Таисией Ивановной и её соседками, вышли из палаты, полные улыбок и удивления. В больничных стенах, оказывается, тоже может быть место для радости и веселья. И даже настольная игра способна объединить людей и скрасить их нелёгкое время.
Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула свежий морозный воздух. Мысли о Таисии Ивановне постепенно растворились в после новогодней суете городка. В голове вертелись собственные планы и заботы. Но образ энергичной пенсионерки, увлечённо играющей в «Монополию», ещё долго вызывал у меня улыбку.
Жизнь продолжалась, и маленькие радости находили своё место даже в самых неожиданных обстоятельствах. И кто знает, может быть, именно благодаря такой игре, как «Монополия», Таисия Ивановна и её подруги по несчастью чувствовали себя хоть немного, но победителями.
Уже в машине Егор задумчиво произнёс:
- Надо же, какая жизнерадостная у нас помощница по хозяйству! И как она ловко ушла от ответа про лидера в «Монополии». Прямо профессиональный политик, — усмехнулся, видимо, представляя себе баталии пенсионерок за право владеть должностью в настольной игре.
«Женщины ещё и не на такое способны, если заперты долго в одном пространстве. Молодцы! Даже в больнице нашли возможность для радости», — не стала озвучивать промелькнувшую мысль.
У моего дома мы прощались с Егором особенно тепло, словно невидимая нить продолжала связывать нас. Как ни манило меня тепло его объятий, как ни хотелось утонуть в этом внезапно вспыхнувшем чувстве, долг звал. Нужно было расставить все точки, завершить дела, и лишь потом, с чистой совестью, одарить его долгожданным согласием.
Перед сном обменялись тёплыми сообщениями и пожеланиями спокойной ночи. Кажется, в моей жизни забрезжил рассвет личного счастья…