В окне что-то промелькнуло. Кто-то был в моём дворе. Но кто это мог быть в такую рань?

Я только проснулась и ещё не успела привести себя в порядок. Накинула куртку и направилась на улицу. Замерла на пороге, словно оленёнок, внезапно выскочивший на опушку. Утренний морозный воздух обжёг щёки, но я почти не почувствовала холода. Всё внимание было приковано к Егору, который, сутулясь, размахивал лопатой, отбрасывая в сторону искрящийся на утреннем солнце снег. Его движения, казалось, были наполнены каким-то особенным, притягательным ритмом.

Сердце заполошно забилось в груди, как птица, пойманная в клетку. Смешанное чувство удивления и какой-то робкой, нарастающей радости волной окатило меня. Егор… у меня во дворе… чистит снег. Сам. Без просьбы... Этот простой поступок, полный заботы и внимания, тронул до глубины души.

- Егор, что ты здесь делаешь?! А где Полина? Неужели ты оставил ребёнка одного? – возмущение прорвалось наружу.

Чувствовала, как к щекам приливает глухой румянец. Мне вдруг стало неуютно в старой пижаме и с растрёпанными волосами. Хотелось выглядеть идеально, прямо сейчас, чтобы произвести на него впечатление. Глупое, совершенно детское желание.

- Здравствуй, Алина! – Егор одарил своей фирменной, лучистой улыбкой. – Плохо же ты обо мне думаешь, – произнёс он с лёгким укором в голосе. – Сегодня няня приехала. Она заодно подменит Таисию Ивановну, пока та на больничном. А снег мне не тяжело, почищу. Печь у твоей соседки почти протопил, осталось уголь засыпать – и я свободен.

Вдруг нахлынуло ощущение, то самое волнующее предчувствие, которое бывает, когда надеешься на что-то большее, чем просто дружба. Смогу ли когда-нибудь сказать ему о своих чувствах? Или хотя бы намекнуть? Страх и робкая надежда переплелись в моей душе в причудливый узор.

- Здравствуй, Егор. Прости, что сразу накинулась, – смутилась, осознав поспешность своих слов. – Может, зайдёшь тогда горячего чаю выпить?

- Не откажусь. Ты за дровами вышла? – смогла лишь кивнуть, продолжая стоять. - Мне здесь всего два метра проезда осталось расчистить, — активней принялся за работу.

Ноги словно приросли к месту. Я не двигалась, наблюдая за Егором, пока он не поднял голову и не заметил меня.

- Алина, иди в дом, продрогнешь. Я дрова занесу.

Его улыбка осветила лицо, и я почувствовала, как все мои внутренние барьеры немного ослабевают. Возможно, всё не так уж и страшно. Возможно, это начало чего-то особенного. Возможно…

- Тогда пойду поставлю чайник, а ты заходи, как освободишься, — сказала и направилась в дом, чувствуя, как напряжение последних минут отступает.

Быстро поставила чайник и метнулась приводить себя в божеский вид. «Это же надо было показать себя во всей красе», — досадливый вздох сорвался с губ.

В доме царила утренняя прохлада, заставляя кутаться в тепло домашней одежды. Апельсин, рыжий комок настойчивости, требовал свою законную порцию корма. Попробуй только задержись – не миновать кошачьего бунта.

Из недр буфета извлекла варенье в хрустальной розетке, конфеты и рассыпчатое печенье. Нож ловко нарезал тонкие ломтики сыра и буженины, которые тут же отправились в лепёшки. Две минуты в микроволновке – и готов быстрый, сытный перекус. Достала мясную и сырную нарезку, порезала свежие огурчики и выложила зелень. Конфеты для Егора – как-то несолидно. Мужчина работал физически, поэтому следует подать что-нибудь посущественнее.

Я старалась создать атмосферу непринуждённости, чтобы сгладить неловкость от своего утреннего выпада...

Вскоре в дверь постучали, и Егор вошёл, неся охапку дров. Его щёки раскраснелись от мороза, а глаза искрились.

- Ну вот, сейчас затопим и тепла хватит до вечера, — сказал он, занимаясь укладкой сухих полешек в нутро печи. - На ночь можно уголь засыпать, тогда тепло до утра будет. У вас в дровняке есть немного, если не хватит до конца зимы, то можно заказать. Контакты у меня есть.

- Раздевайся и мой руки, чай уже вскипел. Он у меня не такой вкусный, как у твоей мамы, но тоже неплох, — улыбнулась и пригласила его к столу.

За чаем разговор тёк легко и непринуждённо. Мы вспоминали общих деревенских друзей, которых практически здесь уже не осталось — все разъехались. Я сама не ожидала, что мы пересекались когда-то компаниями на речке. Егор был старше и, будучи подростком, не смотрел особо на малышню, но городские внуки Лапушкиных ему были знакомы.

- Маленький шкет больше всех возмущался, когда мы приходили на пляж, — посмеивался Егор. - Его сильно возмущало, что старшие ребята не разрешали заплавать в глубину на надутых камерах. Местные больше помалкивали, так как все нас знали хорошо и боялись отгрести за дерзость.

- Братишка с детства отлично плавал, — заметила как бы между прочим. - Но дед тоже всегда ругал Димку за бесстрашие. Не каждый может справиться с течением, хотя речка не слишком глубокая, но отнести могло далеко.

Обсуждали мы последние новости и делились планами на будущее. Я рассказала о своей работе в городе, о новых проектах и о том, как скучала по тишине и спокойствию деревни.

- Алина, а ты не думала о смене работы? Мне бы не помешал толковый помощник, тем более навыки у тебя подходящие. Зарплату обещаю достойную, не обижу. Может, обдумаешь моё предложение? – прозвучало это как гром среди ясного неба, отчего я слегка опешила. – У нас есть сотрудники, работающие удалённо. Жена моего механика, к примеру, ведёт сразу несколько предприятий.

- Это мама Владимира, который грезит поступлением в Бауманку? Он помогал мне снег чистить в день моего приезда.

- Скорее всего, – протянул он задумчиво. – Настолько перспективный парень у нас только у Уваровых. Как раз его отец – механик в нашем фермерском хозяйстве.

Неожиданное предложение повисло в воздухе, заполняя собой всё пространство комнаты. Я машинально поправила воротничок, пытаясь собраться с мыслями.

Смена работы? Сейчас? С одной стороны — это вполне могло бы стать выходом для меня. Возвращаться в прежний коллектив мне совсем не хотелось. Ловить на себе многозначительные взгляды, работать рядом с людьми, которые предали — не то, чего бы мне хотелось на самом деле.

Но, с другой стороны, перспектива большей зарплаты и, возможно, более интересных задач тоже не давала покоя.

Я прикусила губу, стараясь не выдать своего волнения. «А что, если это мой шанс?» — пронеслось в голове. Работа в офисе, конечно, стабильна, но часто ли мы получаем такие предложения, открывающие новые горизонты? Фермерское хозяйство… я никогда не работала в подобной сфере. Но, в то же время, это могло бы стать захватывающим опытом.

- Мне нужно время... обдумать твоё предложение, — наконец, произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более уверенно. - Работа в фермерском хозяйстве — это что-то совершенно новое для меня. Нужно всё взвесить.

- Конечно, Алина, я понимаю. Подумай хорошенько. Я ни в коем случае не настаиваю. Просто, как говорится, информация к размышлению. Главное, чтобы ты знала, что я всегда рад видеть в своей команде таких профессионалов, как ты.

Егор улыбнулся, и эта улыбка словно сняла часть напряжения. Я благодарно кивнула, понимая, что теперь мне предстоит непростая задача — взвесить все «за» и «против», чтобы принять правильное решение. Решение, которое определит моё будущее.

Мужчина поделился своими заботами о хозяйстве, о подготовке к зиме и о том, и как радуется каждому дню, проведённому с дочерью.

Время ускользало, словно песок сквозь пальцы… Егор засобирался домой...

- Алин, спасибо за чай и эти восхитительные бутерброды. В знак благодарности приглашаю тебя завтра на обед в ресторане, если, конечно, ты не против.

- Не против... — смутилась немного. - Тебе, Егор, спасибо за помощь, – в моей улыбке плескалась неподдельная искренность. – Прости, что набросилась на тебя, как... как коршун.

- Пустяки, – в его ухмылке мелькнуло что-то озорное. – У тебя очаровательный вид спросонья, да и пижама весьма… симпатичная.

Смутилась, прикрывая рукой воротник своего шерстяного платья. Почувствовала, как румянец тронул щёки, наверняка лишь подчеркнув свежесть моего лица. Егор наблюдал за мной с неприкрытым удовольствием, и в его глазах играл лукавый блеск.

Вот жук!

- Не стоило, – пробормотала, опуская глаза. - Я просто не поняла сразу, кто у меня хозяйничает во дворе с утра пораньше.

Почему-то стало неловко от его слов, хотя в глубине души я чувствовала приятное тепло от его внимания. Егор, оказывается, умеет поставить в тупик одним лишь взглядом, брошенным невзначай комплиментом.

- Что же, мне теперь извиняться за честность? – Егор приподнял бровь, изображая невинность. – Впрочем, если ты настаиваешь…

Он сделал шаг ко мне, сократив расстояние между нами. Я замерла, почувствовав, как моё сердце забилось быстрее. Я знала этот взгляд, это приближение. Это было то, чего одновременно боялась и жаждала.

В этот момент зазвонил телефон. Благодарно схватила его, словно спасательный круг. Это был... всего лишь порыв...

- Прости, это, наверное, родители. – отвела взгляд и поспешно ответила на звонок, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Егор отступил назад, не сводя с меня глаз. В его взгляде читалась лёгкая досада и некая грусть. Время ускользало, и мы оба знали, что этот мимолётный момент близости, возможно, больше не повторится. Хотя...

- Я пойду. Подумай над моим предложением, — прошептал он, и тень его скользнула за порог. — До завтра.

- До завтра, — выдавила я из себя, словно слова царапали горло.

Обознались... Кто-то ошибся номером...

Я стояла, словно громом поражённая. Сердце бешено колотилось, в ушах стоял звон. Егор… Он хотел меня поцеловать. Сама мысль об этом разливалась по телу тёплом, заставляя щёки гореть. Его глаза так много обещали, его близость вызывала головокружение, а предвкушение касания его губ… это было почти невыносимо сладко.

И вдруг этот прокля́тый телефон! Дурацкий, совершенно не вовремя раздавшийся звонок. Досадный обман. Я почувствовала, как волна разочарования захлёстывает меня. Этот нелепый, ошибочный номер украл момент, который мог стать особенным.

Егор ушёл. Просто ушёл. Обида и разочарование смешались с лёгким привкусом неловкости. Почему он не остался? Не попытался продолжить? Может быть, я сделала что-то не так? Может быть, мне всё показалось?

В голове крутились обрывки фраз, его взгляд, тепло его руки… Понимаю, что теперь все эти воспоминания будут окрашены горечью упущенной возможности. Я хотела этого поцелуя, хотела узнать, что будет дальше. Теперь оставалось лишь гадать и надеяться - завтра Егор даст ей понять, что между ними всё ещё возможно. И что в следующий раз ни один телефонный звонок не сможет им помешать. Мне оставалось лишь ждать и надеяться, что это не просто случайное влечение, а начало чего-то важного.

На завтра Егор пригласил меня в ресторан... на обед... Это ведь свидание?