Бабигейл никто не стал возражать. Пэри старательно училась: по утрам ходила в школу с друзьями, а в обед возвращалась в замок и приступала к занятиям с профессором Шариэлем.

А по вечерам сама Пэри тренировала Астраль – юную паучиху, которая должна будет выступать на конкурсах вместо Шанталь. На этих тренировках присутствовала и Верховная. Она делилась с внучкой секретами целебных растений, а та рассказывала ей о прошедшем дне: о докладе-страшилке про фей, который подготовила с близнецами Минором и Мажором, о языке магов, которому обучал её наставник, о характерной походке зомби. Ещё Пэри говорила с бабушкой про обёртывание мумий и устройство биоморфов, хвасталась, как хорошо у неё стало получаться летать на метле.

– Все даже рот в восхищении открыли! – хихикнула Пэри и составила перед Астраль полосу препятствий из камушков.

После ужина будущая Верховная, уставшая, но счастливая, отправилась спать. А хуже всего то, что даже Энору всё устраивало.

* * *

– Гадкого тебе дня, – как и каждое утро, пожелал папа.

– И вам того же, – ответила Пэри, щёлкнув по крышке банки с Корнишоном. Он помахал ей ручкой.

Мадам Пимс начала перекличку в классе. Мумиштейн. Здесь. Альфир. Здесь. Этель и Эстер. Тоже тут. Мэлиша. Здесь. Тулкас…

Ученики переглянулись. Тулкас… Это имя они слышали впервые. Стул рядом с Пэри отодвинулся, и появился мальчик, похожий на привидение.

– Здесь! – раздался голос. – Извините, мне не всегда удаётся проявить себя. Мой папа – невидимка. Мы совсем недавно переехали в Ужассию.

Учительница продолжила перекличку. Стул подвинулся к столу, и изображение Тулкаса задрожало.

– А меня зовут Пэри, – прошептала юная колдунья. От смущения она жутко покраснела.

– Я знаю. Ты… ты наша будущая Верховная, – ответил он и совсем растворился в воздухе.

Сердце в груди Пэри так и забилось. Тулкас был очень красивым…

Тем временем Бабигейл подсматривала за внучкой через хрустальный шар.

– Шанталь, кажется, у нас на глазах завязывается новая история, – улыбнулась она. – Похоже, Пэри влюбилась.