Выйдя на улицу и направившись в сторону школы, Пиноккио вдруг услышал громкую весёлую музыку, звучавшую из раскрашенного балагана на площади.

– Интересно, что там такое? – воскликнул он.

– Как что? – ответил какой-то мальчишка. – Да это же кукольный театр! Плати четыре сольдо и заходи.

– Где же их возьмёшь! Разве только продать что-нибудь, но что? – Пиноккио заволновался и вдруг сообразил: – А вот кому новенькую «Азбуку», всего четыре сольдо! – во всё горло запищал он.

Какой-то старьёвщик заплатил за книгу четыре сольдо, и Пиноккио, купив билет, юркнул в двери балагана.

Стоило ему появиться в зале, как один из кукольных актёров на сцене, Арлекин, радостно закричал:

– Глядите – это же Пиноккио! Эй, давай к нам!

Не ожидавший такого радушного приёма, деревянный человечек тут же вскочил на сцену, и все куклы принялись плясать вокруг него. Но внезапно сцена задрожала от тяжёлых ударов и раздался громовой голос:

– Дармоеды! Кто позволил останавливать спектакль?! Ну, и достанется же вам вечером, бездельники! – С этими словами из-за кулис явился Манджафоко, хозяин театра, чудовищный великан с длинной чёрной бородой.

Спектакль кое-как доиграли, а после этого хозяин грозно сказал Пиноккио:

– Мой очаг совсем потух, а дров-то нет. Поэтому, деревянный хулиган, лезь в огонь!

Пиноккио упал на колени.

– Сжальтесь, синьор! Пожалейте моего несчастного отца!

– У тебя что, есть отец? – удивился великан.

– Есть.

И Пиноккио рассказал про бедного сапожника.

– Ну, раз так… – Кукольник пожал плечами. – Тогда вместо тебя в очаг полезет Арлекин.

– Нет-нет! – зарыдал Пиноккио. – За что же его? Лучше уж бросайте в огонь меня!

Поражённый, Манджафоко даже рот разинул от таких слов.

– Чёрт побери! Эдакого героя, да ещё среди кукол, я отродясь не видывал. Люблю таких храбрецов. Вот, бери и передай своему отцу! – И он протянул Пиноккио пять золотых монет.