Вернувшись из Коломны, Катя Ершова и ребята сразу стали усиленно готовиться к выпускному вечеру. Программа включала в себя традиционный фестиваль песни и мини-спектакль.

После того как Катя двадцать пятого января, в день рождения Владимира Высоцкого, рассказала детям о нём и ребята послушали записи и посмотрели фрагменты выступлений знаменитого барда, выбор песни к окончанию года стал очевидным – «Вершина».

Тема театрализованной постановки стала известна весной – «Путешествие», а страну выбирали с помощью жребия: четвёртый «Б» вытянул Испанию.

– Нам повезло! – обрадовалась Слава. – Я была там несколько раз, видела, как танцуют фламенко, можем попробовать.

– Я попрошу свою знакомую, она хореограф, прийти к нам и помочь поставить танец, – сказала Катя. – Хорошая идея, – поблагодарила она девочку. – У нас должно получиться.

– Да, Екатерина Михайловна! – кивнула Слава. – Мы и мальчишек наших сможем задействовать. Диму Думцева, например, тем более что он уже год занимается в кружке спортивного рок-н-ролла.

– Я вовсе не против, – откликнулся мальчик. – Можно выбрать любой испанский танец, не обязательно фламенко. Я знаю, что есть ещё хота, севильяна, пасодобль.

– С завтрашнего дня начинаем репетировать! – объявила Катя. – Готовьтесь к тому, что придётся задерживаться после уроков, – предупредила она детей.

– Я в школе готова каждый день до позднего вечера быть, – призналась Танечка. – Только бы подольше с вами не расставаться, – добавила девочка.

Вечером Катя позвонила своей приятельнице Любочке Берестовой, хореографу детской танцевальной студии, рассказала, что в мини-спектакле ребятам придётся исполнить испанский танец, и попросила помочь с его постановкой.

– Какие вы молодцы! – восторженно произнесла Люба. – Конечно, я приеду, выберем музыку, порепетируем… Завтра же и начнём.

– С кем ты говорила? – спросила Маргарита, заходя в комнату сестры.

– Ритуська! – обрадовалась Катя. – Помнишь Любашу Берестову, мы с ней вместе в институте работали над танцевальным проектом, и она учила меня основным движениям вальса?

– Да-да, – кивнула головой Маргарита. – Как забыть? Ты всё время повторяла раз-два-три, раз-два-три и кружилась.

– Теперь она поможет мне с постановкой испанского танца, – сказала Катя. – Приходи обязательно на наш выпускной, мы будем петь «Вершину» Высоцкого. И Макса бери с собой, ему понравится, я уверена.

– Обязательно! – Рита подошла к сестре. – Катеринка моя! Хорошо, что ты у меня есть.

– А ты у меня, – улыбнулась Катя. – Вот выйдешь замуж, видеться реже будем. – Она обняла Маргариту.

– Да ты что, Катеринка, – воскликнула Рита. – Ты так просто от меня не отделаешься! Кстати, что слышно от Игоря? Он собирается возвращаться?

– Обещал скоро приехать, – ответила Катя. – Вчера мы говорили по телефону, и он, прощаясь, сказал: «Жди, буду на днях».

Репетиции начались уже на следующий день после уроков. Любочка Берестова привезла с собой музыку для севильяны.

– Похоже на фламенко, – объяснила она. – Только хореография здесь попроще, как раз для начинающих. Это самый известный народный танец в Испании, всегда исполняется на праздниках, жители страны знают движения с детства, поэтому севильяну танцуют и маленькие дети, и пожилые люди. Сколько человек участвует? – спросила Берестова у Екатерины Михайловны. – Мальчики в группе есть?

– Конечно, – ответила Катя. – Дима Думцев, Гоша, Макар и Даня Веселков, – перечислила она.

– Прекрасно! – Любочка была довольна. – А девочки?

– Девчонок побольше, – улыбнулась Катя. – Ничего страшного? Рисунок танца от этого не пострадает?

– Что ты! – Берестова энергично покачала головой. – Севильяна тем и хороша, что в ней может быть сколько угодно мальчиков и девочек. Магнитофон здесь, диск тоже, танцоры на месте! Приступим, пожалуй!

Она нажала на кнопку проигрывателя, и по холлу разлилась зажигательная испанская мелодия. Из кабинетов стали выглядывать учителя и дети и с интересом наблюдать за происходящим.

– Плечи не поднимаем, кисти рук работают, правая нога впереди, и… пошли! – командовала Любочка. – Дима, не убегай от музыки, слушай, слушай, чётче ритм!

– У меня руки с ногами не дружат, – мрачно сообщил Веселков. – Не могу их синхронизировать.

– Не огорчайся! – подбодрила мальчика хореограф. – После десятого раза всё получится.

– После какого? – Макар вытер лоб. – Я уже вспотел.

– Терпи, друг, – прошептал Гоша. – Выступление скоро, мы не можем подвести класс и Екатерину Михайловну.

– Ребята, не волнуйтесь! Мы попросим Настю выйти вперёд, она прекрасно танцует, – сказала Любочка. – Вам останется просто повторять за ней движения. Так будет легче?

– Да! – радостно крикнули все.

– Вот и славно, – улыбнулась Берестова. – Встали в позицию, музыка, вступление, начали!

После полуторачасовой репетиции севильяна стала получаться более-менее сносно и хореограф отпустила детей домой.

– Все молодцы! – удовлетворённо кивнула она. – Завтра в это же время, попрошу не опаздывать.

– Ты с ними как со взрослыми, – сказала Катя. – Правильно, так и нужно, это воспитывает ответственность.

– И я так считаю, – согласилась Любочка. – Вы уже обсудили костюмы мальчиков? Платья для девочек?

– Нам родители помогли, – ответила Катя. – И ребята на уроках технологии постарались: шили, детали интересные придумывали вместе с учителями.

– Хотела бы я учиться в вашей школе! – подмигнула Берестова.

Наступил день выпускного для всех четвёртых классов. Школьный актовый зал был празднично украшен: повсюду висели разноцветные шарики, ленты, флажки. Нарядно одетые дети, учителя и родители суетились в последних приготовлениях перед началом спектаклей и фестиваля песни.

– Екатерина Михайловна! – закричала Яся. – Сюда, скорее, у нас тут катастрофа приключилась! Юбка моя, юбка!

– Что такое? – Катя подбежала к девочке. – Порвалась?

– Нет, – мрачно ответила Бегункова. – Резинка не держит, юбка спадает с меня.

– Ты, Ясь, наверное, от волнения вчера ничего не ела, – пошутил, проходя мимо, Лёнька. – Вот юбка и падает.

– Иди, Старостин, куда направлялся, – посоветовала мальчику Яся. – А то рискуешь не дойти.

– Дети, не ссорьтесь, – сказала Катя. – Сейчас мы всё исправим, подтянем резинку. Настюша, – попросила она девочку, – на моём столе в кабинете ножницы лежат, принеси, пожалуйста.

– Екатерина Михайловна, Веселкова до сих пор нет, – сообщил Думцев. – Он не отвечает, я звонил раз двадцать.

– Наверное, телефон дома забыл, не переживай, Димочка, сейчас Даня прибежит, – уверенно произнесла Катя.

– Екатерина Михайловна! – позвала Таня. – Кажется, я не помню ни одного движения в танце.

– Это от волнения. – Катя подошла к Тане. – Как только ты услышишь музыку, всё вспомнишь.

– А стихи, Екатерина Михайловна? Что, если я запнусь? – с тревогой спросила Лиза.

– У меня есть все тексты, – заверила её Катя. – Если что, подскажу.

– Веселков пришёл! – перевёл дух Дима. – Когда начинаем?

– Прошу всех в зал, ребята! – позвала учительница музыки Ольга Петровна. – Пятиминутная готовность.

– Ну что же, – вздохнула Катя. – Мы готовы. Вперёд, мои дорогие!

Сначала отыграли мини-спектакли. Каждый выпускной класс представлял ту страну, которую вытянул жребием: Франция, Англия, Испания. Ребята читали стихи национальных поэтов и танцевали.

Вскоре подошла очередь выступать четвёртому «Б». Девочки в строгих чёрных гимнастических купальниках и разноцветных юбках в испанском стиле, мальчики в элегантных стилизованных костюмах выстроились в ряд на сцене.

В тишине зала каждый участник представления декламировал стихи об Испании, а Настя прочла отрывок из любимого Катиного стихотворения «Плач гитары» Гарсиа Лорки в переводе Марины Цветаевой.

Севильяна в исполнении учеников Кати Ершовой заставила зрителей пританцовывать вместе с ними. А потом пришло время фестиваля песни.

Четвёртый класс «Б» выступал последним. Катя встала впереди, как дирижёр. Кивнула головой учительнице музыке, сидевшей за роялем. Ольга Петровна заиграла вступление.

– Не волнуйтесь, – одними губами сказала Катя ребятам. – Я с вами, если что, подскажу слова.

Ребята стояли, вытянувшись в струнку, и сосредоточенно смотрели на своего классного руководителя. Дети были собранны и серьёзны, только Дима Думцев едва заметно улыбнулся.

Катя запела вместе с ними, одновременно отбивая ногой ритм и дирижируя руками, где нужно закончить музыкальную фразу, а где заново вступить.

Последний куплет подхватили все зрители, сидящие в зале:

Ольга Петровна взяла последний аккорд, песня закончилась, в переполненном актовом зале раздались громкие аплодисменты. Кто-то из родителей вскочил со стула и закричал «браво», первоклассники дружно скандировали «мо-лод-цы», учителя обступили Катю.

– Какую серьёзную песню вы взяли! Высоцкий! – повторяли они. – Невероятно!

– На вырост! – Ольга Петровна была очень довольна. – Умница, Катюша, не побоялась! Смелая! Только так! Первая вершина взята!

– Ребята! – обратилась Екатерина Михайловна к своему классу. – Как я вами горжусь! Вы невероятные! А сейчас пойдёмте в класс – чай, пироги, мороженое ждут нас.

– Ура! Мы закончили начальную школу! – закричал Дима Думцев.

– Ура! – подхватили остальные.

Классы организованно начали выходить из зала, чтобы продолжить праздник в своих кабинетах.

Маргарита Ершова протиснулась сквозь толпу родителей, окруживших сцену, к сестре.

– Катеринка! – Рита обняла Катю. – Поздравляю! Это действительно вершина, и ты взяла её! Всё, я побежала. Макс уже, наверное, внизу. Мы ждём тебя дома, дорогая!

– Беги, беги. – Катя поцеловала сестру. – Мы с детьми ещё немного посидим, и я приду, – пообещала она. – А завтра мы в парк идём, отмечать начало летних каникул.

– Неугомонная! – засмеялась Маргарита. – Ненормальная училка, но я очень тебя люблю, сестра!

«Вот и закончился этот длинный день, – думала Катя, выходя на крыльцо. – Очень важный и для меня, и для детей. Четвёртый класс окончен, впереди средняя школа, столько всего – радостного, грустного, всякого! – ждёт моих дорогих будущих пятиклашек. Как-то они справятся с трудностями, сохранят ли искренность в себе, как будут они без меня?»

Вечерние сумерки окутывали город, асфальт остывал от непривычного майского зноя, уличные фонари ещё не зажглись. В воздухе пахло цветами. Во дворе дома было безлюдно, только на детской площадке возле качелей стоял человек с охапкой сирени в руках.

Катя остановилась, сердце забилось так сильно, что невозможно стало дышать, слёзы подступили к глазам. Она не видела лица мужчины, но узнала его. Это был Игорь.