Холод. Не тот звенящий, абсолютный вакуум, что царит в открытом космосе. Этот был другим — мерзким, липким, проникающим под кожу и, кажется, замораживающим саму душу. Он шёл от четырёх стеклянных гробов, уродливыми изваяниями застывших в центре секретной лаборатории Ло. В воздухе висел тошнотворно-сладкий аромат, от которого в памяти всплывали картинки из морга. Я не мог отвести взгляд от мутной, желтовато-серой жижи, что лениво перекатывалась за тёмным, армированным стеклом саркофагов.

Они были живы.

И это было в тысячу раз хуже, чем если бы я нашёл их растерзанные тела. Смерть поставила бы точку. А это… это было жуткое многоточие, растянутое в бесконечную, беззвучно кричащую агонию.

«Анализ завершён, — прозвучал в моей голове идеально ровный, лишённый эмоций голос И. — Биомасса в капсулах демонстрирует сложную, синхронизированную нейронную активность. Они в сознании, ЛЕКС. И им очень больно. Уровень страданий превышает все допустимые протоколы».

«Спасибо», — мысленно ответил я, сжимая кулаки до хруста в суставах.

Рядом, почти не дыша, стояла Лиз. Она упорно не смотрела на капсулы, её взгляд был прикован к большому настенному монитору. На нём, словно в предсмертном танце, хаотично скакали графики, отражая агонию тех, кто был заперт внутри этих стеклянных тюрем. Её лицо стало бледным, почти сливаясь с белизной лабораторного халата, а на лбу блестели мелкие капельки пота.

— Мы должны это прекратить, — её голос прозвучал тихо, но в стерильной тишине лаборатории он прозвенел как натянутая струна. — Просто отключить систему жизнеобеспечения. Дать им умереть. Это… это единственное милосердие, на которое мы сейчас способны.

Я медленно покачал головой.

— Нет.

— ЛЕКС, да посмотри же ты на это! — она наконец оторвалась от монитора и с отчаянием ткнула пальцем в сторону ближайшего саркофага. — Это не жизнь! Это ад в концентрированном виде! Мы не можем позволить им так страдать! Это бесчеловечно!

— Прости, Лиз, — мой голос прозвучал глухо и как-то отстранённо, словно говорил кто-то другой. — Но если есть хоть один призрачный шанс из миллиарда, что их тоже можно вернуть, я за него уцеплюсь.

«Вероятность восстановления их первоначальной формы на основе имеющихся на этой станции технологий равна нулю, — безжалостно констатировала И. — Даже если мы найдём способ отделить их сознания от этой биомассы, психика, скорее всего, будет повреждена необратимо. Ты получишь в лучшем случае трёх безумцев, как адмирал».

Я проигнорировал её логичные, но совершенно бесполезные сейчас выкладки. Мой взгляд скользил по тусклым металлическим табличкам на саркофагах: Элара, Йон, Феррамора. Имена. Не просто биомасса. Мои бывшие союзники. Люди, которые мне поверили. И теперь на моих плечах лежало нечто большее, чем просто месть старому «другу» Ло. Больше, чем власть над этой станцией. Ответственность. За них. И за тысячи жизней наверху, которые даже не подозревают, на каком фундаменте из боли, предательства и страданий стоит их хрупкий дом.

Я думал, что, разобравшись с Ло, я смогу спокойно улететь. Запрыгнуть в «Каплю» и отправиться на поиски Шамана. Вернуть Гейба. Это была моя цель, моя единственная путеводная звезда во всём этом дерьме. Но теперь… теперь я был прикован к этой станции невидимыми цепями. Если я уйду сейчас, всё рухнет. Та «чистка», которую я начал, превратится в кровавую баню, в войну всех против всех за освободившееся кресло правителя. А потом придёт Кристина или имперский флот и просто заберёт то, что останется, не встретив никакого сопротивления.

Я сам себя загнал в ловушку. Иронично, чёрт побери.

— Хорошо, в чём-то ты права, — наконец произнёс я, и Лиз с удивлением вскинула на меня глаза. — Но мы не будем их отключать. Пока что. Но и оставить всё как есть я тоже не могу.

Я заставил себя отвернуться от капсул и посмотрел прямо в глаза Лиз. В её расширенных зрачках я увидел немой вопрос.

— Я не могу оставаться здесь вечно, — продолжил я, тщательно подбирая слова. — Моя главная цель не изменилась. Но я не могу и бросить их всех на произвол судьбы. Нам нужна власть. Но не временная диктатура одного человека, как у Ло. Нам нужна система. Автономная, крепкая, способная работать и без моего постоянного присутствия.

— И что ты предлагаешь? — с недоверием спросила она. — Снова собрать Совет Пяти? Из кого? Все, кому можно было хоть немного доверять, — она кивнула в сторону капсул, — вот они, плавают в этой жиже.

— Нет, — я криво усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — Это будет не тот Совет. Это будет… назовём его Совет Теней. Временная структура. В него войдут те, кто, может, и ненавидит друг друга, но ещё больше заинтересован в том, чтобы эта станция выжила и процветала.

Я начал загибать пальцы, перечисляя.

— Первой будешь ты. Ты возьмёшь на себя всю техническую часть, информацию, связь и кибербезопасность. Мои глаза и уши. Второе — Гролд. Этот старый вояка и его ребята отлично себя показали. Он будет отвечать за безопасность. Третье — Рег. Его уши на нижних уровнях бесценны, он знает все слухи и тайные ходы. Четвёртое — Кристарх… — я поморщился при упоминании этого имени. — Он торгаш до мозга костей, скользкий и жадный. Но он умён. И он понимает, что стабильность и порядок для бизнеса выгоднее, чем хаос и распри. Он будет отвечать за экономику и торговлю.

— А пятый кто? — спросила Лиз, нахмурив тонкие брови.

— Анша, — просто ответил я.

Лиз удивлённо вскинула брови, а потом её лицо выразило откровенное недоумение.

— Эта суккуб? ЛЕКС, ты в своём уме? Она же абсолютно непредсказуема! И её способности… они пугают. Она же людям в головы залезает!

— Именно поэтому она будет под моим личным контролем, — отрезал я. — Её способности нам ещё очень пригодятся. Она — наш джокер в этой краплёной колоде. Наш козырь в рукаве. Пусть остальные члены совета её опасаются. Страх — отличный поводок.

Я посмотрел на неё. Уставшую, бледную, напуганную, но не сломленную.

— Я не прошу тебя доверять им всем. Я прошу тебя доверять мне. Мы создадим эту систему. Наладим оборону, восстановим торговые пути, вычистим остатки грязи, что оставил после себя Ло. Мы подготовим станцию к тому, что Кристина рано или поздно нанесёт свой удар. И только когда я буду уверен, что эта конструкция не рухнет без меня, как карточный домик, я уйду. Но до тех пор… до тех пор я остаюсь здесь.

Я снова перевёл взгляд на капсулы. На этот булькающий, беззвучно стонущий хор из моих мёртвых друзей.

— Я в долгу перед ними. И я верну этот долг. С процентами.

Лиз молча смотрела на меня долгую минуту, словно взвешивая что-то на невидимых весах. Затем коротко, отрывисто кивнула.

— Что мне делать?

— Собирай их. Всех, кого я назвал. Через час. В моём новом кабинете — бывшем кабинете Ло. Пора начинать строить.

***

Я снова стоял во главе огромного стола, вырезанного из цельного куска чёрного обсидиана. Его отполированная до зеркального блеска поверхность отражала моё лицо — уставшее, с резкими тенями под глазами. Садиться я не собирался. Это место всё ещё принадлежало призраку, а я не из тех, кто примеряет чужие короны, даже если они валяются в пыли.

«Нравится вид, босс? — съязвила И у меня в голове. — Кабинет диктатора. Тебе идёт».

Благодарю, но давай без иронии, и без того тошно.

Они начали входить, по одному, и эта странная компания смотрелась в роскошном интерьере до смешного нелепо. Первой, разумеется, была Лиз. Она сразу же разместилась за боковым терминалом, словно всегда тут и была. Её пальцы порхали над сенсорной панелью с такой скоростью, что казались размытым пятном. Она никогда не теряла времени даром, и за это я её ценил. Следом, не издав ни единого звука, в комнату просочился Рег, старый бармен. Далее Гролд. Он не пошёл к столу, а прислонился к стене, сложив на груди свои ручищи. Молчаливый и огромный, как скала, но его внимательные глаза сканировали всё вокруг, подмечая каждую деталь. Затем, почти извиняясь за своё существование, проскользнула Лианна. Она села на самый краешек массивного кресла и испуганно вжала голову в плечи, будто боялась, что её сейчас ударят. А вот Кристиарха на станции не оказалось, что несколько настораживало. Либо он и правда отправился по делам, либо уже сейчас отчитывается перед нашими врагами.

Последней появилась Анша. Она не вошла — она вплыла в комнату, и её появление мгновенно изменило атмосферу. Воздух стал густым, наэлектризованным, как перед грозой. Она окинула всех ленивым, хищным взглядом, задержав его на мне на долю секунды дольше, чем требовали приличия, и с грацией пантеры прислонилась к стене в дальнем углу. Спектакль мог начинаться.

— Я вновь собрал вас здесь не для того, чтобы раздавать медали за отвагу и слушать благодарности, — мой голос прозвучал ровно и холодно, без малейшего намёка на сантименты. Я не собирался быть для них добрым начальником. Я должен был стать тем, кого боятся и уважают. — Вполне возможно, что я скажу и так то, что вы знаете, но и молчать я не вижу смысле. Тем более теперь. Ло нейтрализован. Но это не победа. Это лишь короткая передышка перед настоящей бурей. Станция сейчас — как раненый зверь, истекающий кровью. Она слаба и уязвима. И наши враги это прекрасно знают.

Я сделал паузу, обводя их тяжёлым взглядом, задерживаясь на каждом на пару секунд.

— Старый Совет мёртв. В прямом и переносном смысле. Нам нужно что-то новое. Но я не собираюсь играть в демократию. Нам не нужно постоянное правительство. Нам нужен военный штаб. Временный Совет, который будет держать эту станцию в стальном кулаке, пока я не решу наши основные проблемы. И в этот совет войдёте вы.

Мой взгляд остановился на Лиз. Она оторвалась от своего терминала и посмотрела на меня. В её глазах не было ни удивления, ни страха. Только деловая сосредоточенность.

— Ты будешь моей правой рукой, Лиз. Главой этого Временного Совета. Вся гражданская администрация, логистика, технические службы, распределение ресурсов — всё на тебе. Ты — мозг этой операции. Мои глаза и уши, когда меня не будет рядом. Справишься?

Лиз не задавала лишних вопросов. Она просто коротко кивнула. Этого было достаточно. Мы понимали друг друга без слов уже много лет.

— Рег, — я повернулся к старику. — Твоя сеть баров и забегаловок — это идеальная разведывательная сеть. Лучше, чем у любой официальной службы безопасности. Все твои «уши» и «глаза» по всей станции теперь работают на нас. Мне нужна информация обо всём: о каждом подозрительном шёпоте в тёмном углу, о каждом недовольном взгляде в сторону патруля, о каждой крысе, которая попытается продать нас Дому Лау или кому-то ещё. Ты будешь моей службой контрразведки.

Старый бармен впервые за всё время улыбнулся. Улыбка у него была кривая и беззубая, но в глазах блеснул азартный огонёк хищника, учуявшего кровь. Он тоже кивнул.

— Гролд, - перевёл взгляд на громилу. – Как и договаривались, ты — начальник разведки и внутренней безопасности станции.

— Лианна. — Девушка вздрогнула, когда я назвал её имя, и съёжилась ещё сильнее. — Ты наш главный специалист по Дому Лау. Ты знаешь их «Призрачную сеть» изнутри. Ты знаешь, как они думают. Поэтому ты возглавишь наш отдел кибервойны. Твоя задача — не просто слушать их. Твоя задача — превратить их главное оружие в ловушку для них самих. Сеять панику, подсовывать дезинформацию, натравливать их друг на друга. Сделай так, чтобы они боялись собственной тени. Ты готова к этому?

Она испуганно посмотрела на меня, потом на Лиз, ища поддержки. В её глазах страх отчаянно боролся с чем-то новым — с решимостью отомстить за всё, что с ней сделали. Она медленно, но твёрдо кивнула. Это был её личный крестовый поход, и я давал ей оружие.

Осталась последняя. Я повернулся к тёмному углу, где стояла Анша, наблюдая за нами с лёгкой усмешкой.

— Твои… таланты… нам тоже пригодятся, — я намеренно сделал паузу, подбирая слова. — Ты возглавишь отдел специальных расследований. Допросы, поиск шпионов, работа с нашими новыми «активами» из списка Клыка. Вся грязная работа, от которой у остальных слишком нежные руки, — твоя. Мне нужны результаты, а не отчёты о соблюдении прав гуманоидов.

Анша лениво улыбнулась, и её улыбка была острее любого клинка.

— С удовольствием, герой. Люблю пачкать руки в грязи. Особенно, когда за это хорошо платят.

Я видел, как Лиз, услышав это назначение, недовольно поджала губы и бросила на меня короткий, осуждающий взгляд. Но она промолчала. Она мне доверяла. Даже когда мои решения казались ей безумными и аморальными.

— Вот ваш новый Совет, — заключил я, снова обводя их взглядом. — У каждого из вас есть свои полномочия и своя зона ответственности. Но конечное решение всегда остаётся за мной. Наша цель на ближайшее время — превратить эту станцию в неприступную крепость. Залатать все дыры, вычистить всю грязь, наладить оборону и подготовиться к визиту гостей. А они придут, можете не сомневаться. Дом Лау не простит мне такого унижения. Моя цель — не править. Моя цель — победить. И когда мы победим, я уйду. Но до тех пор — вы моя команда. И я не терплю предательства.

Я обвёл их последним, жёстким взглядом, вкладывая в него всю возможную угрозу.

— С Кристиархом я поговорю позже. А теперь — за работу. У вас много дел.