Феличчия, как всегда, сотворила чудо, втиснув меня в выбранное отцом платье. После штанов, к которым я привыкла за время тренировок и полетов, это было не слишком удобно – сесть в седло с таким количеством юбок точно будет непростой задачей. Зато выбор ткани для жакета оказался удачным. Бархат оттенка выдержанного красного вина с искусной золотой вышивкой отлично скроет пятна, если вдруг раны снова начнут кровоточить.

– Твой Лео этой ночью был здесь, – тихим, лишенным эмоций голосом проговорила жена отца.

Я вздрогнула, пальцы стиснули ткань платья.

– Крылатая, что? Когда? Как он? Отец…

– Не беспокойся, он ничего ему не сделал, – успокоила Феличчия. – Сколь бы сильно твой напарник ни мешал его планам, Андон не рискнет переходить к активным действиям до коронации, поскольку его величество уже предупрежден о прибытии двоих наездников. Так что охрана просто прогнала его. И дракон… Грумер сказал, что он бесновался всю ночь. Царапал прутья, рвался к тебе. Но когда Лео Гросс ушел, он затих.

– Драконы чувствуют, когда с их наездником что-то не так.

– Правда? – Она вздохнула. – Наверное, это приятно – осознавать, что кому-то не все равно.

«Мне не все равно. И Гроссу тоже. Но Кассия закрывается. Почему?»

«Потому что мне тоже не все равно», – подумала с грустью, зная, что среди хаоса моих мыслей дракон вряд ли сумеет это услышать.

Я не хотела, чтобы Лео, Игнивар или кто-нибудь из саталийских Гроссов пострадали от моего упрямства. И если для этого нужно держать себя в руках… Что ж, у меня было полжизни, чтобы научиться.

К дракону я вышла уже полностью собранная и готовая лететь за Лео. Однако тут меня ждал сюрприз. Игнивар, которого я выпустила на волю из тесного вольера, сообщил, что Гросс и наставники уже ждут нас на месте ритуала. Как, а главное, зачем напарник посреди ночи отправился в королевскую резиденцию, крылатый ящер сообщать отказался. В мыслях, обращенных ко мне, сквозила обида.

«Кассия не хочет отвечать, кто сделал ей больно. Гросс хочет помочь. Зачем закрываешься?»

Заговорить с драконом я не смогла бы при всем желании – на пороге появился отец в сопровождении Феличчии, помощников и охранников. Бросив на меня короткий взгляд, он повелительно кивнул на стоявшую у парадного крыльца карету.

– Поедешь с нами. Дракон пусть летит следом. Хочу, чтобы ты предстала перед королем как полагается наследнице рода Бернарди.

Перечить не стала, хоть в глубине души и хотелось поскорее оказаться в небе. Благо, дорога заняла не так много времени. Не прошло и часа, как мы подъехали к древнему храму Крылатой у подножия Мунцибелло. Вокруг него уже собирался народ, некоторые еще с вечера заняли лучшие места и теперь отчаянно зевали и пытались согреть дыханием замерзшие пальцы. Более влиятельные и состоятельные сциллийцы расположились в амфитеатре, полукругом обхватывавшем пустую каменную площадку с троном посередине.

К неудовольствию отца, королевской кареты нигде не было видно. Зато стоило нам и Игнивару показаться возле храма, как в нашу сторону направились наставники и Лео.

На напарнике красовался парадный черный дублет и штаны с широким красным поясом, длинные волосы были собраны в аккуратный хвост. Выглядел Гросс, правда… в общем-то, именно так, как должен выглядеть человек после бессонной ночи. Глаза покраснели, меж бровей залегла тревожная складка Я понятия не имела, что из случившегося вчера пересказал ему Игнивар и почему он приходил ко мне прошлой ночью, но взгляд, полный беспокойства, мне не понравился.

Обогнав мастеров, Лео направился прямо ко мне.

– Кассия, удели мне несколько минут. Нам надо поговорить.

Я даже дернуться не успела. На плечо опустилась тяжелая рука отца.

– Полагаю, это и есть молодой наездник Гросс, – проговорил он, не обращаясь напрямую ни ко мне, ни к Лео. – Наслышан. Сожалею, но сейчас не время для интимных бесед. Скоро прибудет его величество, а значит, вам пора готовиться к ритуалу.

– Кассия. – Проигнорировав моего отца, парень вновь посмотрел на меня, ожидая ответа. – Я был вчера у резиденции Бернарди, но меня не пустили даже на порог. Игнивар нервничал. Ты не отвечала. Что происходит?

Пальцы Андона Бернарди сжались, намеренно задев едва затянувшуюся полосу от хлыста. Игнивар низко зарычал, ощутив вспышку моей боли. Лео нахмурился. Я же поняла, что пора действовать на опережение, пока оба не натворили глупостей, и, собрав все силы, улыбнулась дракону и его наезднику.

– Все в порядке, Лео. Отец прав. Сейчас самое главное – выполнить то, за чем нас прислали из академии. Игнивар, тебе знаком коронационный ритуал? Я как раз успела освежить в голове порядок действий. Напомнить?

«Я все знаю, – лаконично откликнулся дракон. Черные глаза гипнотизировали меня, словно пытаясь заглянуть в душу, но я намеренно поддерживала хаос в мыслях, сбивая магического ящера с толку. – Кассия…»

– Что ж, тогда летим. Церемония начнется с первыми лучами солнца. Лео, сядешь вперед? В этом платье во втором седле мне будет удобнее.

А еще я не хотела, чтобы Гросс случайно прикоснулся к моей спине. Или увидел что-то, чего ему видеть не обязательно.

Парень подозрительно нахмурился.

– Ты какая-то чересчур оживленная. И слишком уж легко отступилась от почетного места первого наездника. Думал, тебе захочется самой управлять драконом во время церемонии.

– Я доверяю тебе, – улыбнулась беспечно. – Ты же идеальный схолар, а значит, должен все сделать как по учебнику. Ну что, летим? Не будем терять время.

– Кассия, жду тебя у трибун сразу же, как только закончится церемония, – проговорил Андон Бернарди, прежде чем разжать пальцы. – У нас есть дело, которое не терпит отлагательств.

– Хорошо, отец.

– Не подведи меня, Кассия.

– Не подведу.

Рука исчезла. Я чуть ли не бегом бросилась к Игнивару, пока Лео, не приведи Крылатая, не решил задать еще какой-нибудь неуместный вопрос. Небо уже золотилось на востоке, знаменуя скорое начало ритуала.

Пора.

***

Мы оказались в воздухе как раз вовремя. Стоило Игнивару воспарить над площадкой, как первые лучи солнца, восходящего из-за вулкана, коснулись начала тропы, ведущей к подножью храма Крылатой. И одновременно с этим на светящиеся золотом камни шагнул из кареты будущий король.

По толпе прокатился зачарованный вдох. Ритуал коронации был уникальным зрелищем. Многие из тех, кто стоял сейчас вдоль пути Рожера Четвертого к трону, впервые стали его свидетелями. Да и я, признаться, видела его лишь на страницах учебников и старых гравюрах. И сейчас была заворожена не меньше других.

С высоты все выглядело еще более захватывающим. Двигаясь вслед за солнцем, будущий король, казалось, был окружен золотым ореолом света, а простые белые одежды придавали его образу величия и благородства.

Шаг за шагом, ступенька за ступенькой его величество в одиночестве преодолевал путь к каменному креслу, что символизировало упорство и чистоту помыслов. И лишь дойдя до границы площадки, остановился.

– Крылатая да осенит меня своим благословением, – громким, хорошо поставленным голосом произнес Рожер Четвертый, поворачиваясь лицом к сциллийцам и спиной к трону.

Я коснулась ладонью гладкой чешуи.

Наш выход.

Быстрой серебристой молнией Игнивар устремился вниз, приземлившись четко позади будущего сциллийского монарха. Повинуясь нашей команде, дракон встал на дыбы, расправив огромные крылья.

По толпе пронесся завороженный вздох. Для тех, кто стоял вдоль уходящей вниз дороги, показалось, верно, что у Рожера Четвертого выросли крылья.

Насладившись произведенным эффектом, его величество повернулся к нам, с достоинством встретив немигающий взгляд ящера. Я невольно залюбовалась королем – совсем немного. В свои тридцать лет Рожер Четвертый выглядел отлично и, в отличие от собственного деда, прежнего короля, явно был куда более умеренным по части еды и вина. Держался уверенно, смотрел прямо.

Но сердца не тронул.

Выдержав положенное ритуалом время, Игнивар посторонился, демонстрируя, что на сциллийской земле все, включая могущественных повелителей воздуха и пламени, подчиняется избранному правителю. Под одобрительный гул с трибун Рожер Четвертый поднялся к стоящему на возвышении каменному трону.

Мы с Лео спешились. С этой минуты и до конца ритуала никто, не считая дракона, не должен был быть выше его величества.

Из числа свиты вперед выступил жрец главного храма Крылатой. На бархатной подушечке в его руках лежала корона, инкрустированная драгоценными камнями, добывавшимися в горах, богатых магической рудой. В центре сверкал прозрачный магический накопитель размером с голубиное яйцо.

Встав перед драконом, жрец протянул к нему королевский артефакт.

– Благослови своей силой правление Рожера Четвертого Сциллийского, крылатый, от имени твоей Прародительницы. Пусть светит она ему в час тьмы и сомнений и помогает найти верный путь.

Черные глаза Игнивара сверкнули.

«Да будет так».

– Да будет так, – хором повторили мы с Лео слова дракона.

«Благословляю».

– Благословляю.

Игнивар припал на передние лапы, словно готовясь к прыжку. Я почувствовала, как собирается вокруг дракона магия, гораздо более сильная, чем та, что всегда ощущалась в присутствии крылатых ящеров, поддерживая в древних существах жизнь и даруя им силы летать по небу. Глаза сощурились, пасть приоткрылась. Жрец дрогнул. Однако король, стоявший прямо за ним, даже не шелохнулся, что заслуживало уважения.

Концентрация магии все росла и росла, пока наконец дракон не выплеснул ее в одном единственном резком выдохе. Из распахнутой пасти не вырвалось ни огня, ни дыма – только чистая сила.

Миг – и корона в руках жреца засияла. Повернувшись к королю, мужчина возложил артефакт на голову монарха. Свечение стало еще ярче, затмевая собой даже солнце, окончательно поднявшееся над острым пиком Мунцибелло.

Все, от министров до последнего пахаря, опустились на колено, снимая шапки. Склонились и мы, хотя мне это далось непросто.

– Его величество Рожер Четвертый Сциллийский! – громко объявил жрец.

Игнивар встал на дыбы, оглашая окрестности победоносным ревом. Крик подхватили трибуны, а оттуда он покатился вниз по дороге, передаваемый из уст в уста.

Новый король Сциллии, признанный людьми и осененный благословением и магией Крылатой, взошел на престол.

***

Едва только лапы дракона коснулись земли, Лео стащил меня с седла и отвел к дальним трибунам, где спросил прямо и твердо:

– Что с тобой?

Я отвела взгляд, высматривая отца среди представителей знатных семейств.

– Лео, мне нужно идти. Меня ждут.

– Подождут. С тобой что-то не так. Игнивар не понимает, что именно, но я же вижу. Ты странно двигаешься, и плечи у тебя словно каменные.

– Ты бы сам попробовал сесть в седло в таком платье. Если бы можно было лететь в штанах, не рискуя смутить этим его величество…

Шутку Гросс не оценил.

– Ты плохая лгунья, Кассия Бернарди. И то, как ты настойчиво пытаешься уйти от темы, меня откровенно пугает. Я уже понял – когда происходит что-то действительно серьезное, ты пытаешься все свести в шутку.

Он шагнул ближе, мягко опустив руку мне на плечо. От случайного прикосновения к спине я вздрогнула. И это сказало Лео больше, чем нужно.

– Так… – Гросс решительно развернул меня, снял верхний жакет. Пальцы коснулись плотной шнуровки лифа. – Позволь мне взглянуть.

– Вот уж не думала, что ты такой прыткий, – попыталась отшутиться я. – Позавчера на привале ты совсем меня измотал, а уже опять хочешь? Не боишься осквернить священное место всех сциллийцев? А вдруг нас опять кто-нибудь застанет в самый интересный момент? А если твои родители узнают?..

– Не заговаривай мне зубы, Касс. Я тебе не враг. Скажи честно, что с тобой происходит? Почему твой отец не подпускает меня к тебе? Что случилось ночью? Ты…

Он замолчал, не договорив. Ленты шнуровки с тихим шорохом выскользнули из его рук.

– Что это?

Я вырвалась, обжигая парня сердитым взглядом.

– Для сына лекарки ты как-то плоховат в диагностике. И вообще… Феличчия немало сил потратила, чтобы запихнуть меня в это платье, а ты испортил ее работу.

Гросс проигнорировал мой сарказм.

– Хорошо, спрошу по-другому. Кто это сделал? И почему твоя мачеха, которая, как ты говоришь, тебя одевала, никак не отреагировала?

– Сам догадайся. – Я потянула за ленты, чтобы хоть как-то привести одежду в порядок, и зашипела от боли, когда корсет сдавил спину.

Подавшись ко мне, Лео перехватил мои руки и сам зашнуровал лиф – слабее, чем Феличчия, но достаточно аккуратно. А потом, не дав мне сбежать, встал передо мной, преграждая путь.

– Кассия, это я. Ты можешь мне доверять.

Я рвано выдохнула. Как будто откровенность могла мне чем-то помочь.

– Допустим, могу. Но…

– Это твой отец, да? – перебил меня он. – Ты не хотела лететь на Сциллию. Ты просила, чтобы мы повернули обратно. Ты всегда закрываешься, когда речь заходит о твоей семье. И ты умеешь обрабатывать раны… Это себя ты вынуждена лечить всякий раз, когда отец решает выместить на тебе свой гнев?

– Не только себя, – криво улыбнулась я, забирая из его рук жакет. – Служанок. Феличчию. В нашем доме…

Не знаю, зачем, но я рассказала ему все – о детстве, о том, как отец растил меня, чтобы сделать хранительницей сциллийского дракона и любовницей старого короля. Но все пошло слегка не по плану – сначала Игнивар выбрал сразу двоих, а потом и старый король, благоволивший мэру Саталии, приказал долго жить, и отцу пришлось срочно принимать меры.

– Он был зол. Очень зол, когда мы опоздали на два дня. Да еще и я вздумала перечить, отказавшись согревать постель новому королю Сциллии. Такого стерпеть он уже не смог.

Глаза Лео расширились.

– А… со старым королем… он тебя…

Я отвела взгляд.

– Я его убью, – ровным, пугающе будничным тоном проговорил Гросс.

Я вцепилась в его рукав, прежде чем он, чего доброго, и правда решил бы попытаться.

– Не смей! Мы еле-еле отбили тебя, когда ты дал в челюсть мастеру Дрейку. А тут нападение на мэра Саталии, да еще и на глазах половины острова!

– Могу попросить Игнивара его съесть. Пусть думают, что Крылатая отозвала свое благословение в отношении одного конкретного сциллийца. Против воли богини никто не посмеет возражать.

«Без проблем. Мэр ядовитый, невкусный. Но ради Кассии съем его с удовольствием. Хрум-хрум».

– Прекратите оба! Не нужно глупостей! Лео, твоя семья живет в Саталии. Отец и так считает, что ты представляешь угрозу для его положения…

– Постой-постой. – Гросс опасно сощурился. – Он что, угрожал моей семье?

– Твоей семье, тебе, всем… Лео, пожалуйста… Мой отец очень влиятельный человек. Не связывайся с ним. Я не хочу, чтобы для тебя это плохо кончилось.

– Не волнуйся, – с какой-то странной уверенностью проговорил Гросс. – Есть способ закончить это раз и навсегда. Тебе только нужно будет повторить рассказ о том, что творил твой отец.

Я нахмурилась.

– Повторить? – Сама мысль об этом спазмом сдавливала горло. – Зачем? Кому? О чем ты?

– Наездники неприкосновенны. Нападение на них приравнивается к государственной измене. С того момента, как схолар попадает на территорию академии, он перестает быть просто сциллийцем, таллийцем или маяном, переходя под юрисдикцию Драконьего Союза. Его законы защищают нас, независимо от того, к какой стране мы принадлежим. Разве ты не поняла этого по процессу над мастером Дрейком?

– Да, но… Отец же не нападал. Я ему не чужая. Он…

– Только не надо искать ему оправданий, – жестко осадил меня Гросс. Но увидев, как изменилось мое лицо, смягчился, добавив уже тише, с каким-то бесконечным сочувствием во взгляде. – Касс, так нельзя. То, что он делает, неправильно. Пожалуйста, не позволяй этому продолжаться. Ты же смогла выступить против мастера Дрейка. Сделай это еще раз.

– Дрейк – это другое, – ответила с горечью. – Я не знала его. Мне было проще. А отец… это отец.

– Это не значит, что ему позволено больше, чем другим. Семья должна защищать, поддерживать, помогать. Не делать больно… – Он мягко, почти невесомо скользнул тыльной стороной ладони по моей руке от плеча до запястья. – Это разрушает весь ее базовый принцип, превращая из лучшего, что только может быть в жизни человека, в нечто гадкое, извращенное, неправильное…

– Но, Лео… Твоя семья…

– Драконий Союз не позволит, чтобы с ними что-нибудь случилось. Мэр Саталии силен, но не всесилен. И я не хочу… не хочу, чтобы ты подставляла себя под удар, пытаясь защитить меня и моих родных.

– Я не знаю…

– Я поддержу тебя, что бы ни было. – Крепкие пальцы сжали мою ладонь. – Игнивар знает, что с тобой происходило. Мастер Норт знает. Это к нему я пришел ночью и рассказал все, что сумел узнать от Игнивара. Нужно только твое слово, чтобы Андон Бернарди больше не мог никому навредить.

– Но он…

С губ сорвался тяжелый вздох. Я хотела сказать – действительно хотела! – что отец не был опасен для других, он ведь причинял вред только мне…

Но это было не так.

Он избивал Феличчию, избивал слуг. И о его махинациях с городской казной мне было известно достаточно, чтобы навсегда опозорить род Бернарди перед короной.

Не признавая действительность, я лишь глубже загоняла себя в паутину лжи, позволяя отцу творить все, что вздумается.

Точно так же, как молчание других девушек привело к тому, что инструктор Дрейк лишь сильнее убеждался в своей безнаказанности, с каждым разом позволяя себе все больше и больше.

Молчать… молчать было неправильно.

«Да. Да. Расправь крылья. Это не страшно, когда есть те, кому ты важен. Мы с тобой».

Я глубоко вдохнула и, собравшись с духом, сжала руку Лео в ответ.

– Хорошо. Я готова.

***

Отец заметил меня, когда я разговаривала с наставником и Лео, и сразу же направился к нам.

– Кассия, – тоном, не терпящим возражений, позвал меня он после короткого обмена приветствиями с мастером Отвиллем и мастером Нортом. – Почему ты все еще здесь? Я заранее договорился об аудиенции сразу после ритуала. Нельзя заставлять его величество ждать.

– Представление наездников состоится сегодня перед ужином, – сухо уведомил мастер Отвилль.

– Речь идет о семейных делах, – возразил отец. – Кассия, пойдем.

Я не двинулась с места.

– Кассия.

Лео сжал мою руку, помогая сохранить самообладание.

Это не укрылось от отца. Его глаза сузились, губы сжались, что говорило о том, что Андон Бернарди на грани того, чтобы впасть в бешенство.

– Не вынуждай меня повторять, – сквозь зубы процедил он.

Молчание.

От слов отец быстро перешел к действиям. Но тут случилось неожиданное. Оба мастера синхронно шагнули вперед, закрывая меня и Лео от едва сдерживавшего себя Андона Бернарди. Охранники отца выступили на защиту нанимателя. Но, как оказалось, королевская стража прохлаждалась неподалеку от нас не просто так.

Оценив ситуацию, отец отступил, продолжая сверлить меня яростным взглядом.

– Как это понимать, Кассия?

– Андон Бернарди, – ответил за меня мастер Норт. – Уведомляю вас, что любое физическое насилие в отношении драконьего наездника считается посягательством на безопасность Драконьего Союза и ведет к серьезному разбирательству.

– Что? – Отец изобразил удивление. – Какое еще физическое насилие? Это моя дочь вам наплела? Ваши обвинения безосновательны.

– Кассия легко может доказать факт совершенного насилия.

– Я подтвержу, – твердо добавил Лео. – Я видел следы побоев.

Лицо отца на мгновение исказилось от ярости. Но пока он еще мог взять себя в руки.

– Повторяю, у вас нет доказательств, – холодно произнес он. – Допустим, моя дочь решила вовлечь вас в свои игры и рассказала что-то, что показалось вам убедительным. Это не делает вам чести, но все возможно. Однако где подтверждение, что к ее фантазиям имею отношение именно я?

Я стиснула зубы. Ну вот, опять все те же слова – «игры», «истерики», «фантазии». Лео прав. Те, кто творят насилие над слабыми, мыслят совершенно одинаково. И не важно, идет ли речь о летном инструкторе или влиятельном мэре.

Гросс тоже не собирался сдаваться.

– Доказательства найдутся.

– Найдутся, – с усмешкой передразнил отец. – Вот именно, найдутся. В будущем времени. Потому что прямо сейчас у вас нет ничего, кроме слов. Зато я прекрасно вижу сговор. Вы пытаетесь очернить меня, но так просто я этого не оставлю…

– У меня есть доказательства.

Мы все повернулись к Феличчии, неожиданно решившей заговорить. Жена отца выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок – лицо было бледным, губы почти синие. Но она держалась, держалась из последних сил.

– Я готова подтвердить слова Кассии и Лео Гросса, – ломким голосом проговорила она. – У меня есть окровавленное платье, и я покажу, каким хлыстом были оставлены отметины на спине моей дочери. У него есть особенности, любой судья без труда поймет, что именно это орудие использовалось, чтобы навредить Кассии.

– Феличчия, – угрожающе прошипел Андон Бернарди. – Она тебе даже не родная. Что ты творишь?

– Мне все равно, родная она или нет. Это надо было сделать уже давно.

– Предательница.

– Мастер Норт, – добавила я аргументов будущему делу. – Я была свидетелем, как Андон Бернарди угрожал убить наездника Гросса и членов его семьи.

– Я подтвержу, – бесстрастно кивнула Феличчия. – Я тоже это слышала.

– Ты! – Отец сжал кулаки, бросаясь на супругу. – Заткнись! Разве я не научил тебя, что надо молчать, когда мужчины разговаривают?!

Он был в такой ярости, что, наверное, убил бы жену, если бы стражники и мастер Отвилль не перехватили Андона, прежде чем тот успел сделать хоть шаг. Отец рвался из крепких рук, ругался сквозь зубы, а я думала только о том, что уже видела такое – и не думала, что увижу еще раз.

– Андон Бернарди, согласно законам Драконьего Союза, вы арестованы, – четким голосом проговорил мастер Норт. – В деталях дела разберется суд. А пока вы будете помещены под стражу. Уводите.

Стражники скрылись из виду.

Феличчия, державшаяся на ногах исключительно благодаря железной воле, бессильно всхлипнула. Оторвавшись от Лео, я бросилась к ней и впервые за всю свою жизнь сгребла в крепкие защищающие объятия. Она обмякла, тихо заплакав на моем плече.

Я неловко погладила ее по дрожащей спине, на которой так часто замазывала заживляющей мазью красные полосы.

– Все позади, Фел. Все позади. Все кончилось.

***

Воцарившуюся тишину разорвали негромкие одиночные хлопки. Мы обернулись и встретились взглядами с королем Рожером Четвертым. Его величество стоял позади и, видимо, некоторое время наблюдал за разворачивавшейся драмой.

– Ну вы и устроили тут шоу, – с усмешкой проговорил он, когда убедился, что завладел вниманием присутствующих.

Высвободившись из объятий Феличчии, я подошла к королю и присела в глубоком реверансе.

– Прошу прощения, ваше величество.

– Не извиняйтесь, наездница Бернарди, это было важное разбирательство в интересах безопасности Драконьего Союза. Благодарю, что вы предоставили своего дракона для коронации.

– Это большая честь, ваше величество.

Мастер Норт кашлянул.

– Вы хотите обсудить будущее наездницы Бернарди и наездника Гросса?

– Будущее? – Король перевел на него внимательный взгляд. – Полагаю, оно будет блестящим. После выпуска из академии отбоя не будет от желающих заполучить столь опытного и магически сильного дракона, да еще и сразу с двумя наездниками.

– Если вы заинтересованы, у Сциллии есть приоритет в найме.

– Нет. Не заинтересован, – ровно и твердо отрезал Рожер Четвертый, чем привел и наставников, и нас с Гроссом в полное замешательство. – Разумеется, было бы неплохо иметь наездника из Сциллии в моей свите. Но мне нужна свежая кровь. Семьи, которым особенно благоволил мой дед, зарекомендовали себя не лучшим образом, и я бы хотел свести их влияние при дворе к минимуму. Надеюсь, вы понимаете мою позицию, наездница Бернарди.

– Как схоларка, чья жизнь и верность принадлежат Драконьему Союзу, пока у меня есть крылья, понимаю и полностью поддерживаю, – склонила голову я. – Но хочу попросить, если вы не сочтете это за дерзость, чтобы разбирательства в отношении рода Бернарди не коснулись жены отц… моей мачехи Феличчии. Она не имеет отношения к махинациям отца. И мне бы хотелось, чтобы ей позволили прожить тихую и спокойную жизнь.

– Это приемлемая просьба.

– Благодарю вас, ваше величество.

– Уверен, вы принесете немало пользы Драконьему Союзу, наездница Бернарди и наездник Гросс. Но только не в Сциллии, а где-нибудь еще, где дракона с двумя всадниками смогут оценить по достоинству. Я же предпочту кого-нибудь, кто уже достаточно послужил. Вот вы, например, – обратился он к мастеру Норту, – не хотите стать хранителем этого острова?

Наставник, явно не ожидавший такого поворота событий, закашлялся.

– Благодарю за предложение, но мое место в академии.

– Ну, может быть, вы рассмотрите его, когда задумаетесь оставить преподавательскую деятельность? У нас отличный климат и прекрасные гордые и смелые женщины.

– Я женат.

– Я тоже когда-нибудь буду, – хмыкнул король. – Но, полагаю, брак не помеха работе.

Мастер Норт издал какой-то странный булькающий звук и, скомкано отговорившись, заторопился прочь. Его величество же повернулся к нам.

– Желаю удачи в дальнейшей жизни. Буду рад, если вы останетесь на празднования, но после не смею вас задерживать.

***

Простившись с королем, мы направились к Игнивару, ожидавшему нас возле пустующего каменного трона. В душе, несмотря на хаос, чувствовалась странная легкость. Впервые у меня больше не было заранее определенного пути, по которому надо было следовать. И это…

Нет, не пугало.

Скорее дарило надежду.

Я повернулась к Гроссу. Парень выглядел задумчивым, отрешенно глядя на сверкающий пик Мунцибелло.

Смутившись, я осторожно коснулась его руки.

– Лео…

– Да?

– Прости, – сказала тихо. – Я понимаю, что ты, наверное, хотел остаться на Сциллии ближе к семье. А из-за меня и моей фамилии это оказалось невозможно.

– Да ну, брось, – фыркнул Гросс. – Задумка твоего отца была обречена на провал с самого начала. Король явно предпочитает наездников постарше. И да, – честно признался он, – я, конечно, был бы рад жить рядом с родными. Но главное, чего я хотел, – это помочь им. Заработать денег на расширение трактира, дать братьям и сестрам шанс получить достойное образование и найти свое место в мире. А этого я смогу добиться в любом месте, где бы нам ни пришлось служить на благо Драконьего Союза. Наездники высоко ценятся во всех странах. Не обязательно жить на Сциллии. Перед нами открыты любые дороги, и я уверен, что мы с тобой сможем выбрать ту, которая нам обоим по душе. Вместе. Что же касается семьи… Тут главное – встретить правильного человека. И тогда…

Он посмотрел на меня так, что щеки вспыхнули.

Я чуточку нервно хмыкнула.

– Постой-постой, и на что это ты намекаешь, Лео Гросс?

– Ну… – Парень нервно взъерошил шевелюру.

«Замуж зовет, – не дал Лео собраться с духом Игнивар. – Он давно хочет это сказать. Просто стесняется».

Я захихикала.

«Не вмешивается он, как же! Крылатый сводник!»

Лео вдруг покраснел так, что вспыхнул даже кончик носа.

– Касс... – сдавленно пробормотал он. – Игнивар говорит, что ты согласна. Это правда?

Я только глаза закатила, чувствуя, как в голове звенит от драконьего смеха.

– Согласна, – сказала прямо. – Чтобы успокоить твою маму. Но если жрец в Дракхавне спросит, как мы вдруг оказались в храме, если еще полгода назад я тебя ненавидела, предупреждаю, что отвечу чистую правду. Это…

«Зачем ждать? Мы уже в храме. И королевский жрец еще не ушел. А если ушел – поймаю и принесу обратно. Даже не надкушу».

Я посмотрела на Лео, который тоже все слышал. Парень подмигнул в ответ.

– Это все дракон, – закончил за меня он.

Я рассмеялась, обнимая его за шею под довольное урчание Игнивара.

– Это все дракон.

Наш дракон.

КОНЕЦ