Я поспешила ретироваться, но подлый корень подставил мне подножку. Лютик поймал меня в полете, подхватив под локоть. Мой взгляд упал на его изящную ладонь с длинными пальцами.

— Вам совсем плохо. В таком состоянии никуда идти нельзя.

Я подняла глаза, чтобы возразить, но утонула в невероятной зелени его глаз. На мгновение мне показалось, что я почувствовала запах весны и услышала трель соловья, настолько они напоминали молодую зелень.

— Мне кажется, вам лучше прилечь. — Он поправил рыжую прядь, заправляя ее за острое эльфийское ухо.

Ничего себе! Они тут настолько повернутые, что даже пластику ушей сделали, а как хорошо смотрится, никаких шрамов, очень лаконично и аккуратно. Не задумываясь, я протянула руку и потрогала шедевр пластического хирурга.

— Госпожа, я польщен, но не могу принять ваши ухаживания, не зная даже имени.

Не понимая, о чем он говорит, я отвела взгляд от ушей и увидела, что скулы мужчины покрыл румянец.

— Ой, тут у вас какие-то свои традиции? Я просто удивилась, как хорошо сделано. Вам даже идет. Хотя сама я не сторонница хирургических вмешательств.

— Простите, но я вас не понимаю.

— Ну конечно, вы, наверное, в образе.

Мужчина приложил руку к моему лбу:

— У вас жар и небольшое обезвоживание. Видимо, из-за этого вы бредите. Я настаиваю на том, чтобы приступить к лечению немедля. Ложитесь.

— Может мне еще раздеться?

— А вам настолько жарко? — Зеленые глаза с интересом остановились на моей груди.

— Ни стыда ни совести. — Я скрестила руки, но от этого моя грудь лишь выше поднялась в вырезе.

— Кажется, мне необходимо провести полный осмотр. Я плохо чувствую потоки, и верхнюю одежду лучше снять…

Волк угрожающе зарычал.

— Ладно, я могу и на ощупь попробовать.

— Не надо пробовать меня на ощупь. Если действительно хотите мне помочь, то дайте воды и парацетамол.

— Воду я сейчас принесу, она в моем заплечном мешке, но прошу, сначала лягте, я боюсь, что вы упадете, если я отойду.

Дружок подошел сзади и толкнул меня под колено, видимо, он тоже считал, что я нуждаюсь в помощи. Сдавшись, я огляделась по сторонам и, приметив местечко помягче, согласилась там прилечь.

— Из меня никудышный лекарь. Полагаю, вы не это ожидали услышать от эльфа, но я считаю, что должен признаться вам сразу, — произнес Ранункулюс, протягивая мне флягу из тыквы, наполненную водой. — Но отсутствие у себя лечебных сил я стараюсь компенсировать познаниями в травах. Вот этот сбор должен помочь при простуде. — Мужчина помахал перед моим носом пучком с какой-то травой.

— Лютик, я понимаю, что у вас тут тематическая деревня, но я далекий от всего этого человек. Не надо ставить на мне опыты. Просто вызовите врача, а если ни у кого нет телефона, то объясните, как дойти до цивилизации. Ближайшая заправка мне прекрасно подойдет.

— Обычно друзья зовут меня Ран. И я по-прежнему плохо вас понимаю. Но так как на территорию эльфов вам нельзя, я бы не советовал вам отказываться от лекарства.

— Клуб со взносами? И почем сейчас людей дурят?

— Сожалею, но никакие взносы не помогут. Королевство эльфов запретно для всех других рас.

— А накладных ушек у вас с собой нет? — Не то чтобы я очень хотела в это их королевство, просто была надежда, что там у кого-нибудь найдутся лекарства, не все же они гомеопаты, должны быть и нормальные люди.

— По-вашему, эльфы от людей отличаются только ушами?

— Да… — не слишком уверенно протянула я, честно говоря, давненько я про этих эльфов читала и могла что-то подзабыть. У кого там из фэнтези-рас два детородных органа? Кажется, у нагов…

— Значит, правду говорят, что людское королевство деградирует.

— А вот сейчас обидно было!

— Я не имел в виду вас. Я говорю в принципе.

— Насколько я помню, орки из эльфов получились, так что еще неизвестно, чья деградация хуже.

— Орки?

— Я не понимаю, кто тут ролевик, я или вы?

— Может быть, ты уже обернешься и разъяснишь, о чем говорит эта женщина? — Ран посмотрел на волка.

Ну все, приехали. Лучше бы я и воду у него не пила, а то неизвестно, что они в этой общине туда подмешивают.

— Мне уже лучше, я, пожалуй, пойду.

— О, так на тебе тоже проклятие! — обрадовался Ран, пристально разглядывая моего дружка.

— Удобно, когда все можно объяснить проклятием. Просто говоришь начальнику: «Я опоздала на работу, потому что на мне проклятие, я просто обречена опаздывать, прошу вас, войдите в мое положение».

— Сбор от простуды тут уже не поможет. Я даже не уверен, в моих ли силах вас излечить, но мой долг лекаря — попытаться.

— Я не коллектор, и ваши долги меня не интересуют. Спасибо за заботу, мы с Дружком уже опаздываем.

Зверь лег, придавив меня лапами.

— То есть ты тоже считаешь, что мне нужно лечиться? — возмутилась я. — От тебя я такой подставы не ожидала!

— Не нужно так переживаться, я сейчас быстренько смешаю вот эти травы и сделаю лечебный отвар, и от простуды, и от головы, два в одном!

— А вы уверенны, что так можно?

— Нет. Но это мы как раз выясним.

Ну все, кажется, я обречена. Волк с довольным видом устроил свою морду у меня на груди, и, пригревшись, я быстро уснула. Разбудил меня невыносимый запах.

— Я не буду это пить!

— Не капризничайте, вы же не маленькая девочка.

Вздохнув, я поднесла к губам отвратительно-зеленого цвета напиток с запахом перегнившего компоста. Вкус был настолько же противный, как и запах, мое лицо непроизвольно скривилось.

— Лекарства всегда горькие на вкус, сладкими бывают только яды.

Обреченно закатив глаза, я задержала дыхание и залпом выпила мерзкое пойло. Живот жалобно завыл, а через минуту его скрутило острой болью. На лбу выступила испарина.

— Что-то мне нехорошо, доктор…

Грудь стало сдавливать, я начала хватать воздух ртом.

— Кажется, что-то пошло не так. Мне надо проверить свои записи, — заволновался Ран.

Волк подскочил на ноги и забегал кругами вокруг.

— Быстрее, мне тяжело дышать… Кажется, вам удалось сварить горький яд.

— Сейчас-сейчас… Так, где тут у меня. Ага… ясно. Корень вараги и стебли жаровника входят в состав парализующего снадобья…. Я смешал их вместе, потому что жаровник помогает от простуды, а варага успокаивает буйных больных.

— Это я буйная? — возмущенно прохрипела, чувствуя, что синею.

— Нужно срочно отыскать золотой лист. Поручаю это тебе, ты быстрее найдешь его по запаху, — Ран обратился к Дружку, — а я пока буду помогать ей дышать.

Волк убежал, а Ран опустился к моим губам. Если он хотел сделать искусственное дыхание, то явно прогулял все уроки ОБЖ. Мужчина неумело терзал мои губы, больше мешая мне дышать, чем помогая. Я попыталась отпихнуть его, но руки едва меня слушались.

Закатывая глаза, я почувствовала зависшую надо мной тень смерти.