Полина Станиславовна давно ушла, а Настя по-прежнему смотрела на дверь. Допрос оставил горечь во рту и тяжесть на душе. Хотелось закрыть глаза и ни о чём не думать, но получилось только первое. Мысли теснились в голове, путались, смешивались в яркий калейдоскоп. Память услужливо подкидывала картинки счастливого прошлого.

Вот Насте нужна консультация по диплому, и руководитель знакомит её с молодым аспирантом. Промелькнул момент их первой встречи: залитый солнечным светом Василий стоит напротив окна в лаборантской. Вокруг его головы сияющий ореол, так напоминающий нимб.

Светлые волосы, пронизанные лучами, похожи на искрящееся счастье. Широкие плечи, умный взгляд, уголки рта приподняты в вежливой улыбке. Сердце Насти замерло и сбилось с ритма. Она никогда не была сильна в экономике и до сих пор не понимала, зачем вдруг включила подобный раздел в свою работу. Наверное, только ради этой встречи.

В начале их знакомства Василий был такой внимательный, терпеливый. Отвечал на глупые вопросы, объяснял ей каждый пункт до тех пор, пока она не поймёт. В такие моменты Настя чувствовала себя неразумным ребёнком рядом с всезнающим отцом, и ей это нравилось. Василий Ильич в любой ситуации оставался настоящим мужчиной: сильным, уверенным в себе и точно знающим, что ей нужно.

Это касалось не только диплома. Настя сама не заметила, как начала советоваться с куратором по всем вопросам. По его уверенной рекомендации переписала несколько глав. Руководитель одобрил. Купила хорошую стиральную машинку взамен сломавшейся, именно той фирмы, что посоветовал мужчина, ставший для неё очень важным. Бабушка была в восторге.

Иногда Настя пыталась спорить, чем вызывала у Василия Ильича покровительственную улыбку. Она никогда не затрагивала его глаз, серо-зелёных, как её браслет из жадеита. Насте нравилось, когда удавалось вызвать его одобрение. Тогда в глубине радужек появлялись золотистые искорки. Она сама не заметила, как начала делать всё, чтобы видеть их чаще.

Однажды они засиделись над её дипломом до темноты, и Василий предложил подвезти её домой. Возражения застряли в горле под его укоризненным взглядом. Василий проводил Настю до квартиры и церемонно представился бабушке. Она знакомство одобрила.

Вот и ещё одна причина забыть о неприглядной сцене в доме свекрови. Год назад умер дед, всего месяц не дожив до девяностолетия. Бабуля моложе на семь лет, но одиночество её совсем подкосило. Она заметно сдала после переезда внучки в семейное гнёздышко; Настя уже подумывала перевезти её к себе и даже поговорила с мужем. Возражать он не стал, но от холода в его взгляде кожа покрылась пупырышками.

Может, дело в этом? Не надо было предлагать перевезти ба к себе… У них и так всё сложно. Когда-то давно мама сказала маленькой Насте, что по своей сути все мужчины одинаковые, но когда-нибудь среди них найдётся её единственный. Надо только верить и ждать, не отвлекаясь на ерунду. Папа тогда счастливо улыбнулся и нежно чмокнул её в висок.

Родители так редко появлялись в жизни девочки, что эти слова запали ей в душу. Она решила: первым и единственным её мужчиной будет муж. Предложения подружек посмотреть на мобильном взрослое кино она игнорировала, сама ничего подобного не искала, книг и фильмов с рейтингом «восемнадцать плюс» избегала.

Конечно, полностью изолировать себя от потоков информации было нельзя, но сохранить и взлелеять наивную веру в принца Насте удалось. Она каким-то чудом ни разу не влюбилась в школе, не обклеивала стены в комнате постерами с музыкантами и актёрами. Подруги над ней по-доброму подтрунивали, пытались просветить или хотя бы познакомить с хорошим парнем. Настя крепко держалась за принципы. Только когда она увидела Василия Ильича, сразу поняла — это ОН.

Муж потом говорил, что был покорён её доверчивостью и наивностью. Таких девушек больше нет — это чудо, ставшее реальностью. Поэтому он сделал предложение, пока её не заметил кто-то другой. Они и правда устроили скоропалительную по современным меркам свадьбу: уже через месяц после знакомства заявление лежало в ЗАГСе, и первая брачная ночь у них действительно стала первой.

Предсвадебный мандраж и страх с предвкушением Настя помнила очень хорошо. Организовывало торжество её подруга Марина, но Василий крепко держал руку на пульсе, и ни одна деталь не прошла мимо его требовательного взора. Однако тогда он ещё не забывал интересоваться Настиным мнением.

— Рыбка моя, ты уверена, что хочешь розовый дизайн банкетного зала?

Жених обвёл недовольным взглядом зал, напоминающий комнату Барби. Стены, занавеси, гардины, скатерти — всё было разных оттенков розового, и даже атласные скатерти оказались жемчужно-розовыми, а не белыми. Василий специально пришёл на эту встречу, чтобы проконтролировать девчачьи фантазии. Увиденное ему явно не понравилось, и настроение Насти быстро скатывалось по наклонной. Слёзы были где-то совсем близко, но она старалась сдержать их, чтобы не расстраивать своего мужчину.

— Розовый — тренд сезона! — возмутилась Марина. — Все звёзды его используют.

Настя дружила с ней ещё со школы. Подруга выбрала колледж и уже несколько лет занималась организацией всяческих торжеств. Невеста с радостью поддерживала все её предложения, и встреча с упёртым женихом стала неприятным сюрпризом.

— Это было бы красиво… — неуверенно пролепетала Настя. — Сейчас многие мужчины носят розовый, и им идёт.

Ей вдруг стало ужасно обидно. Она уже привыкла к своему образу среди всего этого великолепия и расставаться с мечтой не хотела. Раньше ей не слишком нравился «девчачий» цвет, но свадьба — это же что-то особенное, необычное и должно запомниться. К тому же тренд сезона…

— Настенька, свадьба — твоё вступление во взрослую жизнь, делать его похожим на спальню новорожденной — неуместно, — Васенька укоризненно посмотрел на невесту и перевёл потяжелевший взгляд на Марину. — Я нормальный гетеросексуальный мужчина и предпочитаю классику.

— И как нам быть? — окончательно растерялась Настя.

— Оставьте розовые аксессуары: цветы, салфетки, торт, — Василий уверенно диктовал пожелания пыхтящей от недовольства Марине. — Остальное пускай будет в нейтральной гамме.

— Васенька, ты про какой цвет говоришь? — заволновалась Настя.

— Это же свадьба, как можно делать её серой и скучной! — возмутилась организатор.

— Правильно. Мероприятие для взрослых. А значит, надо помнить, что и гости тоже будут совершеннолетние. Детей в ресторан никто не потащит, — жених взял Настю за руку и нежно поцеловал каждую косточку. — Поэтому наш выбор — классика: белый, бежевый, серый, голубой. Вот пара неплохих банкетных залов с приемлемыми ценами.

Он достал из портфеля папку с буклетами и подвинул её к Марине. Та поморщилась, но взяла. Даже если клиент — подруга, приходится учитывать все пожелания, раз уж не удалось продвинуть свои.

— Наверное, ты прав, — Настя моментально размякла от прикосновений жениха и была согласна на всё и даже больше. — Можно будет купить розовое платье.

— Рыбка моя, по традиции цвет невинности — белый, я хочу видеть свою невесту именно в нём, — теперь он поцеловал её в висок и проникновенно заглянул в глаза. — И обязательно длинная фата, договорились? Ты ведь сделаешь это для меня?

— Раз ты так хочешь.

Упоминание о невинности окончательно выбило из колеи. Щёки опалило жаром. В последнее время она постоянно думала о том, каким будет её первый раз. Безумно хотелось, чтобы он стал волшебным и незабываемым. От таких мыслей сладко ныло в груди и кружилась голова. Тем более что Васенька время от времени напоминал об этой пикантной детали. В эти моменты Настя как никогда радовалась своему решению сохранить девственность до свадьбы. И пускай над ней смеялись, зато теперь она точно будет счастлива.

— Не забудьте показать мне фото платья, — проворковал Василий.

— Жених не должен видеть его до свадьбы, — попыталась возмутиться Марина.

Она с надеждой покосилась на Настю, но поддержку не получила. Всё, о чём она могла думать, — интимные прикосновения к ладошке, от которых по телу разбегались щекотные мурашки.

— Именно поэтому я прошу прислать мне фотографии того, что вы выберете, — Василий продолжал поглаживать руку невесты. — Удалим то, что мне не понравится, и традиция не будет нарушена: я же не узнаю, в каком именно платье будет невеста.

— Но как же фотосессия молодожёнов? — продолжала страдать Марина.

Всё, что они так тщательно обговаривали с Настей, летело под откос. Мужчины редко так сильно вмешивались в организацию торжества, обычно им отводилась роль кошелька. Но, похоже, не в этот раз.

— Что с ней не так? — вздёрнул бровь жених.

— Сейчас все снимаются за день до свадьбы, чтобы молодожёны были в нормальной форме и можно было спокойно выбирать ракурсы.

Настя слышала объяснения подруги, как через слой ваты. Ей всё труднее было сохранять ясность ума рядом с женихом. Стоило ему к ней прикоснуться, как она полностью терялась.

— Вот ещё глупости! Мы оплачиваем двух операторов и двух фотографов, ты говорила, они профессионалы, пускай отрабатывают гонорар. Свадьба утром, у них будет достаточно времени. Сейчас позвольте откланяться.

Василий встал, поднимая за собой Настю. Она не понимала, чем вызвано его раздражение. Вроде обо всём договорились, и она со всем согласилась, но он всё равно хмурился. Только когда речь зашла о свадебном путешествии, он немного расслабился. Эта поездка давала возможность хоть немного пожить вдали от проблем.

После свадьбы молодые планировали переехать в дом мужа, где властвовала свекровь. Тогда Настя ещё не знала, как трудно жить с ней под одной крышей. Васенька старался сделать всё, чтобы они как можно реже встречались. Собственно, до свадьбы Настя общалась со свекровью всего два раза: жених привозил её знакомиться с матерью, а потом уже Ольга Дмитриевна побывала в гостях у невесты и её бабушки. Обе встречи оставили неизгладимое впечатление.

Первая случилась, когда у Насти с Василием Ильичом только начался конфетно-букетный период. Они уже гуляли в парке, ели одно мороженое на двоих, три раза вместе пообедали в университете. По вечерам он подвозил её домой. И даже пригласил в театр. Настя млела и томилась, он загадочно улыбался и красиво ухаживал. Её слегка беспокоило, что Василий ничего не говорил о своих чувствах. Вдруг показалось?

В тот злополучный вечер они бурно обсуждали один из принципиальных моментов диплома. Обычно тихая девушка не на шутку разошлась, доказывая свою правоту. Они склонились над распечатками, тесно прижавшись друг к другу. В лаборантской места почти не было: всё свободное пространство занимали многочисленные стопки бумаг и приборы, расставленные даже на стульях.

Они сами не заметили, как начали целоваться. И без того млеющая в присутствии Василия, Настенька потерялась в незнакомых ощущениях. Вцепилась в своего аспиранта, как астматик в кислородную маску, и дышала им, наслаждаясь каждым касанием. Сам факт, что желанный мужчина её поцеловал, заставлял её взрываться гейзером чистого удовольствия.

— Это что за нецелевое использование мебели⁈ — надменный женский голос опрокинулся на Настю ведром ледяной воды. — Боже мой, у нынешних девиц совершенно стёрты моральные ориентиры, остались только аморальные и извращённые!

Девушка дёрнулась и обнаружила себя сидящей прямо на собственной дипломной работе. Её ноги были закинуты на талию мужчины и скрещены у него за спиной. Сам он плотно прижимался к её промежности, и его энтузиазм ощущался весьма твёрдо. О таком завершении первого «взрослого» поцелуя она точно не мечтала.

— Мама, как ты сюда попала? — Василий Ильич аккуратно отстранился и закрыл Настю собой.

Она едва дышала и была готова провалиться сквозь землю от стыда, но старый линолеум не спешил расходиться под ногами. Подтянутая пожилая женщина в ярко-синем платье и с чалмой на голове замерла в трагической позе перед баррикадой из бумажных башен. Однако, это не мешало ей метать взглядом молнии в Настю и протягивать руки к Василию Ильичу.

— Скорее иди ко мне, сынок, я защищу тебя от этой распутницы. Отойди от него, греховодница! Василий, ты срочно должен написать заявление на имя декана о домогательствах, — дама виртуозно меняла интонации и театрально заламывала руки. — Мне говорили, но я не хотела верить, а зря! Теперь своими глазами убедилась, каким опасностям подвергается твоя честь в этом поруганном храме науки.

— Мама, прошу, держи себя в руках, Настя — моя девушка, и в том, что мы слегка увлеклись, нет ничего предосудительного.

— Её репутации вряд ли что-то может повредить, а о себе ты подумал⁈ — губы женщины, накрашенные тёмно-бордовой помадой, скривились, как у глотнувшего несвежей крови упыря. — Она сколько угодно может развратничать у всех на глазах, а нести ответственность придётся тебе.

— Боже мой, мама, перестань смущать девушку, — Василий тихонько сжал руку Насти, от чего ей сразу стало легче дышать. — Ты, как всегда, преувеличиваешь. Кто нас может здесь увидеть?

Лаборантская находилась в дальнем конце длинного коридора. Рядом были административные помещения и несколько закрытых на ремонт аудиторий. Сюда действительно редко кто-то заглядывал.

— Например, я. И точно так же абсолютно кто угодно, — Женщина подошла ближе, обдав влюблённых ароматом парфюма: запах сухой листвы и хлопка удивительно шёл этой даме. — Я всегда в первую очередь забочусь о твоём благополучии, а оно сейчас находится под угрозой.

Настя тогда чудом не потеряла сознание от стыда и страха. Только заступничество любимого уберегло её от немедленной расправы. К сожалению, первое впечатление можно произвести только один раз. Ольга Дмитриевна с упоением лелеяла в своей памяти грехопадение невестки и не упускала случая об этом напомнить.

Настя с полным основанием подозревала, что свекровь похоронила в себе великую актрису. По крайней мере, в школьной самодеятельности та всегда была на главных ролях. Похоже повзрослев, она возродилась энергетическим вампиром чудовищной силы. Каждый раз после общения с Ольгой Дмитриевной у Насти жутко болела голова и ощущался полный упадок сил.

* * *

Настя вздохнула, отогнала от себя неприятные воспоминания, медленно вылезла из воды и завернулась в огромное полотенце. Размерами оно напоминало махровую простыню. От собственного вида в зеркале стало совсем худо: лицо красное, глаза полностью с ним сливаются, нос распух и волосы висят сосульками.

Холодная вода и фен мало чем помогли. Конечно, её волосы надо высушивать естественным способом, но ничего не поделаешь. Теперь они пушились, ухудшая и без того ужасное настроение. Не хватало антистатической расчёски и привычной несмывашки.

Настя аккуратно повесила фен на специальный крючок. Полина Станиславовна сказала, что вещи в комнате. Девушка приоткрыла дверь и осторожно выглянула. Вдруг здесь кто-то есть, а она не одета? Муж такое точно не одобрит. Вообще непонятно, как ему рассказать о ситуации, в которую сама себя и загнала.

Одежда оказалась аккуратно разложенной на кровати. Настя вздохнула. Если попросить утюг, это будет большой наглостью или нет? Джинсы ещё ничего, они стрейч, а футболка и курточка далеки от идеала.

Настя сама себя поторопила: нечего голышом топтаться по чужому дому. Выйти из комнаты одна она не рискнула и подошла к большому окну.

Похоже, в этом коттеджном посёлке живут не самые бедные люди. Все дома из кирпича, заборы в основном кованые, кондиционеры, спутниковые тарелки. В открытую форточку тянет дымком и запахом шашлыка. Вдруг её взгляд зацепился за что-то знакомое.

Невдалеке, всего через ряд участков на параллельной улице, над деревьями возвышалась знакомая башенка с флюгером. Ольга Дмитриевна хвалилась его уникальностью: кованый филин достался ей по наследству — его сняли со старого деревенского дома родителей. Солнечный луч вдруг прорезал тучи, позолотил крыши и сверкнул на оперении железной птицы. У матери мужа вообще страсть к таким пернатым: весь дом в совах.

А вообще не бывает таких совпадений! Не могла она уйти из дома свекрови и потом вернуться с шефом на соседнюю улицу. Правда, сколько Настя ни пыталась вспомнить свой путь к шоссе и обратно, у неё так ничего и не получилось. Но если так, то надо срочно бежать к Васеньке — вдруг ему нужна помощь!

И мне тоже нужна помощь: ставьте лайки, комментируйте и делайте репосты! Вам просто, мне приятно!