Я беспомощно глянула на друга, который не спешил меня спасать, но будто завороженная послушно шла с человеком, который еще вчера меня жутко напугал.

Марат открыл мне дверь и усадил на сидение, сел за руль и выехал на проспект.

— У вас давно такие… сложные отношения с мужем? — глядя на дорогу, уточнил он.

— Со вчерашнего дня, — я отвела взгляд в окно.

— Это как-то связано с собеседованием?

— Нет, — усмехнулась я, судорожно вздохнув. — Имейте ввиду, я не планировала к вам возвращаться. И вряд ли передумаю.

— Я понял с первого раза, — кивнул Марат. — Что у вас с мужем произошло?

Я промолчала.

— Я не из любопытства спрашиваю, Марта.

— Вы хотите, чтобы я написала на него заявление? — хмуро бросила я в ответ.

— Умоляю вас… Эффективнее его убить, а труп закопать в лесу. — он прищурился и помолчал, а у меня мурашки побежали по спине.

— Не надо, пожалуйста, — вмиг севшим голосом попросила я и попыталась откашляться.

Марат усмехнулся, не глядя на меня.

— Вам не кажется, что вы не ответили на мой вопрос?

Я прикрыла глаза и вздохнула. Мне было очень неловко, но я все же собралась с силами и постаралась как можно спокойней ответить:

— Я вчера вернулась с собеседования раньше, чем обычно возвращаюсь с работы, и застала мужа с любовницей. Ушла к подруге с ночевкой… Ну и вот итог.

Марат хмыкнул, помолчал немного.

— Значит, так, — спустя пару минут задумчиво произнес он, — запишите мой номер и скиньте на него следующую информацию: ваши данные, адрес, предположительно какие документы уничтожены, где работаете. Если потребуется еще что-то, я сообщу.

Спустя буквально минуту, машина остановилась во внутреннем дворе большого жилого комплекса.

Марат вышел, открыл мне дверь, подал руку.

Мне никто никогда не помогал выходить из машины. А тут это выглядело так буднично.

Я несмело вложила руку в открытую ладонь и встала.

— Нормально себя чувствуете? — уточнил Марат, серьезно глядя на меня.

— Да, спасибо, — я смущенно отвела взгляд от серых, глубоких глаз. — Где мы?

— Чуть позже объясню. Пойдемте.

Мы прошли в подъезд. Марат пропустил меня в лифт, который поднялся на самый верхний, тридцатый этаж. Выйдя первым, он открыл дверь и пропустил меня вперед. Я зашла в большой светлый холл и зябко поежилась.

— Проходите, располагайтесь. — Марат кинул ключи на комод и, сняв туфли, прошел на кухню. — Чай или кофе?

— Чай, — отозвалась я и несмело прошла следом.

Зачем мы приехали сюда? Это же его квартира, похоже…

Марат закинул таблетку чая в кофемашину и поставил стеклянную чашку.

— Я на неделю уезжаю в командировку. Вы пока поживете у меня. За это время мы решим вопрос с большинством уничтоженных документов… Если будут проблемы с мужем, их тоже решим. Я в душ. Располагайтесь.

Я сидела на кухне и тихо офигевала от происходящего. Толи похмелье так на меня действовало, толи поведение Толика, я не знаю, но у меня даже в мыслях не было спорить с Маратом.

Я услышала, как открылась дверь ванной и тихую речь. Прислушалась.

— Максим, добрый день. Нужно подобрать объект… Можно, да… Верхний… Ммм, четыре-пять.

Марат зашёл на кухню, всё ещё с телефоном возле уха, быстро глянул на меня, застегивая пуговицу на рукаве рубашки, включил кофемашину, вышел.

Я сполоснула чашку, вышла в холл. Увидела себя в зеркало и смутилась: взъерошенная, растрепавшаяся коса, мешки под глазами, темные тени от туши, нос красный.

Господи, какое страшилище! Я быстро подтерла рукавом кардигана осыпавшуюся тушь, распустила волосы и переплела их в хвост. Обернулась и увидела Марата, оперевшегося о дверной проем и с интересом наблюдающего за мной, покраснела.

* * *

Егор

— Не хотел вас отвлекать, — усмехнулся он и, отлепившись от двери, прошел мимо, на кухню.

Я несколько раз глубоко вдохнула, успокаиваясь, и пошла следом. Марат стоял возле окна и пил кофе.

— Извините, Марат, — позвала я тихонько. Он обернулся.

Безупречная внешность. Безупречный стиль. Каждое движение точное, плавное. Просто хищник. Я собрала мысли в кучу, буквально за шкирку возвращая себя в реальность.

— Мне очень неловко. Я могу пожить у подруги. Да и документы, к слову, восстановить могу сама. За диплом и рисунки расстроилась, но и это не критично.

— Вы рисуете? — вздернул брови мужчина. — Чем предпочитаете?

— Акрил, масло. Но я очень давно не рисовала.

— Отлично. Завтра вам привезут краски.

— Марат, я…

— Послушайте, — серьезно перебил меня он, — я уже понял, что вы из железа. По крайней мере, на собеседовании вы как жертва себя точно не повели.

У меня, казалось, начала отъезжать челюсть. Это что, проверка была?! Марат продолжал:

— И уж если вас так выбило из колеи поведение мужа, что вы заплакали при посторонних, то это о многом говорит.

Я почувствовала, как в носу снова защипало и шмыгнула. Марат сполоснул чашку, обернулся ко мне.

— У вас есть возможность несколько дней побыть слабой девочкой. Поспите. Погуляйте. Порисуйте. На работу предоставят больничный. Не смущайтесь, что напрягаете меня. Это нормально, когда мужчина помогает женщине. Единственная личная просьба, — с мужем, пожалуйста, не соглашайтесь на встречу пока что. Хочется быть уверенным, что он не представляет опасность для вас.

— Хорошо, — шепнула я, обхватывая себя за плечи. — Спасибо вам.

Марат немного склонил голову, в очередной раз с интересом глядя на меня, затем кивнул:

— Пожалуйста. Вынужден вас покинуть, меня уже ждёт машина. Возникнут вопросы — пишите, буду отвечать по возможности. Полотенца, постельное, — все найдете в шкафу. До встречи, Марта.

Марат ушел. От того, как он произносил мое имя, то и дело бросало в жар. В этот момент в его голосе мне слышались интимные нотки, будоража изголодавшуюся фантазию. Понимаю, что кажется, но тело снова непроизвольно покрылось мурашками.

Я закрыла за ним дверь и подошла к окну. От высоты кружилась голова.

Далеко внизу стояла машина. Я увидела, как Марат вышел из подъезда и, отдав водителю небольшой чемодан, сел на заднее сидение. Машина тронулась.

Я отошла от окна, прошла в комнату, где стояла большая кровать и, сев на край, осмотрелась. Очень необычный ремонт. Черные стены с лёгким фиолетовым отливом и черный потолок, черная мебель и шторы. Было странное ощущение. Как чувство благоговения перед ночным звездным небом, например… У дизайнера явно неординарный вкус.

Пискнуло сообщение. Толик.

— Так и будешь молчать?

Я усмехнулась и, немного подумав, все же написала.

— ПОШЕЛ НА ХУЙ.

Почувствовав невероятное облегчение, упала на мягкую кровать и прикрыла глаза.

Я заснула.

Когда открыла глаза, была уже глубокая ночь. Однако, в спальне не было абсолютной темноты, так как на потолке над кроватью светились крошечные светильники. Они были похожи на звёздочки в ночном небе. Я огляделась. Стены мерцали фиолетовыми всполохами. Кровать была настолько мягкая, что я будто парила в невесомости. Все вместе создавало эффект, будто я нахожусь где-то в открытом космосе.

Я усмехнулась. Идея — класс! Богатая фантазия у того, кто это придумал!

Услышав щелчок входной двери, я резко подпрыгнула и в этот же миг окна стали светлеть. Как оказалось, за окном уже светило солнце!

На секунду офигев от уровня высоких технологий, я выглянула в коридор.

Возле входной двери стояли пакеты с логотипом известного магазина художественных принадлежностей. Спустя секунду, входная дверь снова открылась и совсем молодой парень с мольбертом в руках замер, удивленно глядя на меня. Он был одет в спортивный черный костюм, кеды, круглые очки с красными стеклами. Довольно высокий и крепкий, короткостриженный.

— Здравствуйте, — настороженно поздоровалась я.

— Здравствуйте, — пробасил он в ответ и занёс мольберт. — Я помощник Марата Александровича, Егор. Он сказал привезти вам вот это. Если что-то нужно ещё, говорите.

Я немного помялась, потом уточнила:

— У тебя нет сейчас срочных дел?

— Нет, я в вашем распоряжении.

— Отвези меня, пожалуйста, до ближайшего торгового центра. Я буду готова через десять минут. Сделать тебе кофе?

— Нет. Жду вас внизу, — пожал плечами Егор и, ещё раз глянув в мою сторону, ушел.

Что-то не нравится мне, как он смотрит. Слишком подозрительно.