Афганистан, провинция Бадахшан

Я склонился над телом мага, активируя диагностическое заклинание.

Как это возможно? Я лично вырезал проклятие. Видел, как оно исчезло, обратилось в ничто. Проверил после этого ауру и убедился, что она была чистой.

— Господин, вертолёты прибыли! — доложил гвардеец, заглянув в комнату.

— Вертолёты? — переспросил я, не отрывая взгляда от тела мага.

— Да. Обещанная эвакуация от СБИ.

— Собирайтесь. Мне нужно кое-что закончить, — сказал я, не поворачиваясь.

Мне нужно понять, как этот человек смог убить себя, несмотря на уничтоженное проклятие.

Аура мертвеца уже начала распадаться, но я успел увидеть главное. Там, где раньше было проклятие, остался след моей операции, ничего не поменялось. Но в совершенно другом участке ауры виднелись остатки другой тёмной структуры.

Другое проклятие. Или то же самое, но восстановившееся в новом месте.

— Юрий Дмитриевич! — в комнату ворвался Демид Сергеевич. — Воронцов на связи. Говорит, нужно срочно уходить. К базе движется колонна боевиков.

— Минуту, — отмахнулся я.

— Господин, у нас нет минуты!

— Садитесь в вертолёты, я сейчас буду, — процедил я, продолжая изучать ауру.

Капитан топтался у двери, нервничая.

Вот оно. Я наконец понял. Проклятие не восстановилось само по себе. Его структура была другой — более грубой, менее сложной. Словно кто-то наспех слепил копию из того, что было под рукой.

Либо сам маг наложил его на себя, как только пришёл в сознание, либо это проклятие настолько хитрое и сложное, что может копировать само себя. Такое возможно, если где-то глубоко в ауре были спрятаны его небольшие сгустки.

В любом случае, я сделал всё правильно. Операция прошла успешно, проклятие было удалено. Просто я не мог предположить, что пленник наложит на себя новое в ту же секунду, как очнётся.

— Господин! — Демид Сергеевич уже почти кричал.

— Уходим, — я встал и отряхнул руки.

Мы выбежали во двор. Там уже стояли два вертолёта, громко шумя винтами и поднимая тучи пыли. Мои гвардейцы грузили в них последние ящики с трофеями.

Шрам подбежал ко мне.

— Всё погрузили, господин! Пленных тоже.

— Хорошо. Полетели отсюда, — кивнул я.

Забрался в вертолёт последним. Машина тут же оторвалась от земли и взяла курс на север.

Внизу остался дымящийся караван-сарай. Через несколько минут сюда прибудут боевики и найдут только пепелище.

Я откинулся на жёсткое сиденье и закрыл глаза.

Жаль, что маг умер. Ценный источник информации потерян. Но я всё-таки узнал кое-что важное.

Перед смертью маг прикоснулся к метке касты у основания шеи. Возможно, это не просто татуировка, она обладает каким-то скрытым потенциалом. Это значит, что взять живым члена Чёрной касты практически невозможно.

Но с этим знанием можно придумать какой-то способ блокировать саму способность к наложению проклятия. Или действовать так быстро, чтобы пленник не успел ничего предпринять.

Я пока не знал, как это сделать. Значит, мне ещё есть куда расти как целителю и как ауральному хирургу…

Российская империя, город Санкт-Петербург, штаб-квартира Службы безопасности империи

Воронцов положил трубку и откинулся на спинку кресла.

Операция прошла успешно. Даже лучше, чем он рассчитывал. Ахмад-хан захвачен, пленные освобождены. И всё это силами небольшого отряда, которым командовал граф-целитель.

Да, конечно, там были гвардейцы рода Курбатовых — опытные вояки. Да и бойцы Сереброва прошли родовую войну и тоже имели за плечами опыт суровых боёв. Но всё равно это почему-то казалось невероятным.

Полковник потянулся к другому телефону и велел соединить его по защищённой линии связи с афганскими союзниками.

— Генерал Расули? Это полковник Воронцов. У меня для вас хорошие новости.

Следующий час прошёл в переговорах. Координаты складов, которые выдал капитан Карими, были переданы афганскому командованию. Маршруты караванов, имена посредников, расположение тайников — всё, что офицер сумел выяснить перед тем, как Ахмад-хан взял его в плен.

Информация оказалась бесценной.

Уже через пару часов афганские военно-воздушные силы нанесли удары по трём крупным складам в горах. Два из них оказались полностью уничтожены, третий через время захвачен правительственными войсками. Там обнаружили оружие, артефакты и документы, подтверждающие связь Ахмад-хана с Чёрной кастой.

Перевал, который контролировал полевой командир, был перекрыт. Солдаты официальной власти перерезали главную артерию контрабанды между Пакистаном и Афганистаном. Канал поставок, работавший годами, прекратил существование за один день.

Воронцов получал доклады один за другим и не мог сдержать улыбки. Это был серьёзный удар не только по местным боевикам, но и по Чёрной касте.

Они потеряли важный источник финансирования. Потеряли логистический узел, через который шли тёмные артефакты. Потеряли влияние в регионе, которое выстраивали много лет.

И всё благодаря одному молодому графу, который согласился помочь.

Ахмад-хана передали афганским властям на следующее утро. Показательный суд был назначен на ближайшую неделю. Полевой командир, которого многие считали неуловимым, предстанет перед камерами в наручниках и, скорее всего, будет публично казнён. Это деморализует его сторонников лучше любых военных операций.

Воронцов снова взял телефон и набрал номер Сереброва.

— Как добрались, Юрий Дмитриевич? — спросил он, когда граф ответил.

— Отлично, Юрий Михайлович. Мы на вашей базе где-то в другой провинции. Здесь довольно уютно, — сдержанно ответил Серебров.

— Хочу лично поблагодарить вас. Операция превзошла все ожидания.

— Рад слышать, Юрий Михайлович.

— СБИ теперь в неоплатном долгу перед вами. Поверьте, это не просто слова — я позабочусь, чтобы вы получили всё, что заслужили, — произнёс Воронцов.

— Спасибо. Я ценю это.

— Самолёт до Новосибирска вам предоставят в течение суток. Все трофеи с базы Ахмад-хана, как мы и договаривались, остаются вашей законной добычей. И кроме того, вы получите денежное вознаграждение за успешную миссию. Сумму обсудим позже, но могу заверить — она будет достойной, — пообещал полковник.

— Благодарю.

— За вашими людьми в Хашиме уже вылетел вертолёт. Они присоединятся к вам, и вы все вернётесь домой на одном борту.

— Очень любезно с вашей стороны, — вежливо произнёс Серебров.

— Это меньшее, что я могу сделать, ваше сиятельство. Если вам когда-нибудь понадобится помощь Службы — обращайтесь. Я лично прослежу, чтобы вашу просьбу рассмотрели в приоритетном порядке. Удачного пути домой, Юрий Дмитриевич. И ещё раз спасибо, — сказал Воронцов.

Положив трубку, он задумчиво потёр подбородок, глядя в стену.

Граф Серебров. Целитель, глава возрождённого рода, владелец успешного бизнеса. Человек, который за последний год успел столько, сколько иные не успевают за всю жизнь.

И теперь ещё это.

Как целитель смог в одиночку сразить боевого мага Чёрной касты? Того самого мага, который годами ускользал от афганских спецслужб и держал в страхе целый регион?

Воронцов открыл папку с досье на Сереброва. Перечитал отчёты агентов, проанализировал события последнего года.

Слишком много удачных совпадений и невероятных успехов. Да, безусловно, Юрий — неординарный человек, но всё это начинается становиться подозрительным.

Граф из неудачника за считанные месяцы превратился в одного из самых влиятельных молодых аристократов империи. Его методы лечения поразили европейских специалистов, чем не могут похвастаться даже придворные лекари, которые тоже ездят в Европу по обмену опытом. Его бизнес растет как на дрожжах. Его враги терпят поражение за поражением.

А теперь — боевая операция в горах Афганистана, проведённая с блеском, которому позавидовали бы опытные офицеры спецназа.

Либо Серебров обладает невероятной удачей, либо невероятным даром.

Либо… чем-то ещё. Чем-то, о чём он предпочитает не распространяться.

Воронцов закрыл папку и убрал её в сейф

Пока граф полезен Службе, копать под него не имеет смысла. Но присмотреться повнимательнее стоит. На всякий случай…

Полковник сделал пометку в блокноте: «Серебров Ю. Д. — усилить наблюдение. Деликатно».

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Несколько недель спустя

Наступило лето.

После возвращения из Афганистана я с головой погрузился в дела. Их накопилось столько, что первые две недели я практически не выходил из кабинета, разгребая бумаги, проводя встречи и решая накопившиеся вопросы.

Завод «Аргентум» работал на полную мощность. Мой бывший одногруппник Артём, который всё-таки устроился к нам технологом по эликсирам, успешно влился в коллектив. Даже более того — Лев выбрал его как одного из ассистентов для работы в новом отделе стратегических разработок.

Отдел, к слову, получил от рода щедрое финансирование, на которое были закуплены передовое оборудование, необходимые артефакты и редчайшие ингредиенты. Что быстро дало свои плоды — Бачурин и его команда за пару недель завершили работу над финальной рецептурой эликсира для усиления целительского дара. Мы назвали его «Симбиоз».

— Все испытания пройдены, господин! Эффективность подтверждена. Побочных эффектов не выявлено. Откат минимальный, — докладывал Лев, сияя от гордости.

— Патент оформлен? — уточнил я.

— Да. И лицензия на продажу тоже! Можем запускать серийное производство, — ответил алхимик.

Я кивнул. «Симбиоз», без ложной скромности, стал прорывом, и не только для нашего рода, и даже не только для нашей страны. Эликсир, усиливающий целительский дар на тридцать-сорок процентов на целый час — такого не было ни у кого в мире. Целители будут драться за право его купить.

Но это было ещё не всё.

— А что с универсальной версией? — спросил я.

Лев расплылся в улыбке.

— Тоже готова. Я дал ей название «Импульс», с вашего позволения. Усиливает магический дар у стихийных магов примерно на треть. Действует около десяти минут, но для боевых ситуаций этого достаточно.

— Испытания провели?

— Да, на добровольцах из нашей гвардии. Результаты превосходные.

— «Импульс» отправь на тестирование в Министерство обороны. Пусть оценят. Если им понравится, заключим контракт на поставки, — распорядился я.

— Слушаюсь, господин, — поклонился Лев.

Когда он ушёл, я откинулся на спинку кресла и позволил себе минуту удовлетворения. Дела шли хорошо. Даже лучше, чем я планировал.

Параллельно я начал всерьёз заниматься легендой коллекционера. На нескольких аукционах приобрёл редкие артефакты — старинный персидский кинжал с зачарованием, несколько китайских ваз и нефритовых фигурок, фрагмент египетской фрески из гробницы верховного жреца и ещё несколько любопытных вещиц. Не все из них были артефактами — некоторые просто реликтами ушедших эпох. Хотя магической аурой обладали почти все.

Всё это были красивые, дорогие и совершенно бесполезные для моих целей предметы. Но они создавали необходимый образ. Молодой граф, который быстро разбогател и увлёкся коллекционированием редкостей — что может быть естественнее?

Для коллекции требовалось место, и я решил переоборудовать подвал усадьбы — ту самую защищённую комнату, где когда-то хранился артефакт Пустоты, принадлежащий Мессингам.

Вызвал дизайнера и объяснил ему, что хочу получить. Укреплённые стены, магическая защита, система контроля влажности и температуры. И, конечно, витрины для артефактов и древностей с красивой подсветкой, чтобы всё выглядело эстетично и я мог любоваться своей коллекцией, как в музее.

— Это обойдётся недёшево, ваше сиятельство, — предупредил дизайнер.

— Деньги не играют роли. Приступайте, — повелительно махнул рукой я, поддерживая образ заправского коллекционера.

Чтобы придерживаться легенды, приходилось тратиться. Но это были необходимые расходы. Когда я начну искать информацию о Вратах Пустоты в Европе, никто не должен заподозрить истинную причину моего интереса.

«Хозяин, а зачем тебе все эти старые штуки?» — спросил Шёпот, когда я разглядывал очередной лот на интернет-аукционе.

«Для прикрытия. Чтобы люди думали, что я просто собираю редкости».

«А на самом деле?»

«На самом деле я ищу следы Пустоты. Но об этом никто не должен знать», — ответил я.

«Понятно. Хитро!» — рассмеялся дух.

Да уж, хитро. И дорого. Но другого выхода не было.

К тому же, начав этим заниматься, я вдруг вошёл во вкус. Было интересно находить редкие и раритетные вещи, торговаться за них на аукционах, пускай теперь это были лишь онлайн-аукционы. Элемент азарта плюс удовольствие от владения вещью, которой не обладает больше никто в мире, — это оказалось приятно.

Российская империя, город Новосибирск

Строительство рабочего посёлка на старых землях Серебровых продвигалось быстрее, чем я ожидал.

Первые дома были уже готовы — аккуратные кирпичные коттеджи с небольшими участками. Первым делом мы предоставили жильё семьям сотрудников плантаций, как тем, кто работал на наш род дольше остальных.

Стоит сказать, что далеко не каждый дворянский род, даже в столице, предоставлял своим работникам бесплатное жильё. Это очень увеличивало престиж Серебровых, не говоря уж о том, насколько повысилась лояльность сотрудников. Конкурс на вакансии в будущий цех «Аргентума» вырос до двадцати человек на место. Это было нам на руку — хотя отдел кадров и зашивался от наплыва кандидатов, мы могли выбирать лучших.

Кроме домов, уже построили продуктовый магазин и разбили небольшой сквер.

Ещё двадцать домов в посёлке должны быть готовы к осени, а к весне, скорее всего, достроим детский сад и школу. Пока небольшие, но со временем сможем пристроить к ним дополнительные крылья или поставить новые.

Сеть аптек, которую мы запустили вместе с родом моего одногруппника Антона, тоже расширялась. В Новосибирске открылись три новые точки, и мы уже вели переговоры о выходе в Красноярск. Теперь мы можем продавать свои эликсиры напрямую покупателям, не говоря уж о том, что наладили связи с другими производителями. В том числе князь Баум стал поставлять нам продукцию своей «Виты» — по льготной цене, само собой.

Параллельно шла подготовка к свадьбе Светы. Сестра носилась по усадьбе, как ураган, обсуждая с Татьяной платья, цветы, меню и ещё сотню мелочей. Борис Строгов приезжал почти каждый день, и они с сестрой часами сидели в саду, держась за руки и строя планы на будущее.

Я старался не вмешиваться. Свадьба — дело женщин. Моя задача — обеспечить безопасность и оплатить счета. С первым мне помогал Шрам, со вторым я справлялся сам.

Даже не верилось, что дела идут настолько хорошо. Меня не покидало ощущение, что где-то на горизонте зреет буря, и я даже знал, кто эту бурю планирует обеспечить.

Уж очень давно граф Белозёров не заявлял о себе…

То, что он притих, означало лишь одно — Тимур Евгеньевич готовил очередной удар.

Большую часть наших финансовых дел теперь контролировал Дмитрий, но время от времени я проверял счета и отчёты аналитиков. И вот однажды моё внимание привлекли подозрительно хорошие цифры в прибыли кемеровской фабрики.

Я попросил Дмитрия зайти ко мне и спросил:

— Я правильно понимаю, что вы в прошлом месяце купили материалы втрое дешевле обычного?

— Правильно. Ты забыл, Юра? Я же тебе рассказывал. Когда ты был в Афганистане, нам предложили очень выгодную сделку.

— Как-то вылетело из головы, извини. Что там было? — уточнил я.

После возвращения из Афгана голова у меня и правда шла кругом. Слишком много дел и проектов навалилось сразу. И, похоже, что я чуть не упустил нечто важное.

— Григорий Павлович позвонил и сказал, что есть отличное предложение. Несколько партий качественного сырья для производства тары по очень низкой цене, — терпеливо разъяснил Дмитрий.

— Откуда сырьё?

— Одна фирма из Екатеринбурга разорилась и распродавала остатки со складов, чтобы расплатиться с кредиторами.

— Хм. Вы хорошо их проверили? — спросил я, чувствуя неладное.

— Конечно. Я позвонил Васе, он всё пробил. Фирма чистая, с Белозёровым никак не связана, если ты об этом, — поправив очки, ответил Дмитрий.

— Ты прав, я сразу же подумал про Белозёрова.

— Вот и я тоже так подумал. Но можешь быть спокоен, никаких следов мы не нашли. Цена была очень хорошая, Юра. Втрое ниже рыночной, нельзя было такое упускать, — произнёс Дмитрий.

Конечно, он был прав. И раз Василий всё проверил, можно было лишь порадоваться, что нам удалось заключить выгодную сделку. Но сомнения меня всё равно не отпускали.

Я был уверен, что Белозёров готовит нам очередной подвох. И, учитывая ту историю с телефонами, на этот раз он решил действовать осторожнее и хитрее. И у него вполне хватит ресурсов, чтобы качественно замести следы.

Подстава с оборудованием для клиники провалилась — благодаря Екатерине мы вовремя узнали о подмене. Но граф-то до сих пор об этом не знал и до сих пор не попытался никак использовать. Это значило, что он готовит дополнительные подставы, чтобы ударить по нам с нескольких сторон одновременно.

Как любопытно. Похоже, мы с ним избрали одинаковую стратегию…

Слишком выгодная сделка — это прямо как в учебнике: если предложение кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой — значит, так оно и есть.

— Ладно, раз сделка уже заключена, назад не отыграешь. Но я хочу перестраховаться… — сказал я.

— Как? Если тебя что-то беспокоит, то это сырьё до сих пор на складе, его ещё не пускали в производство, — сказал Дмитрий.

— Прекрасно. Тогда я приглашу независимых специалистов. Пусть проверят качество всех партий и официально задокументируют результаты, — кивнул я.

Дмитрий пожал плечами.

— Если тебе так спокойнее — пожалуйста. Но я уверен, что всё в порядке.

А я вот не был уверен. Поэтому лучше перестраховаться.

Специалистов я нашёл через графа Арзамасова. Наше с ним сотрудничество продолжалось, «Бодрец» с эксклюзивным вкусом по-прежнему отлично продавался в спортклубах графа. Он посоветовал мне хороших экспертов, они приехали на кемеровскую фабрику и три дня проверяли всё сырьё, купленное у екатеринбуржцев.

Что меня насторожило — так это то, что владельцев закрытого «УралХимСнаба» найти не удалось. Их было двое, и оба уехали за границу, вроде бы навсегда. Аккаунты в соцсетях закрыли, номера телефонов заблокировали. И адресов нового места жительства не сыскать. Странно. Обычно люди так себя ведут, когда им есть что скрывать.

Я ждал результатов экспертизы с нетерпением.

Фабрика тем временем работала как часы. Модернизация, проведённая за последние месяцы, дала результат — мощность выросла вдвое. Теперь мы полностью обеспечивали собственные клиники и заводы лабораторным оборудованием и даже начали поставки сторонним организациям.

Через несколько дней Дмитрий пришёл ко мне в кабинет.

Он выглядел слегка настороженным, а в руках нёс папку с документами. Он положил её на стол передо мной и сказал:

— Юра, есть результаты проверки. Лучше взгляни сам…