Где-то в неизвестном месте

Я схватил Ивана за руку.

— Бежим!

— Куда? — прохрипел он.

— К выходу! — рявкнул я и потянул его за собой.

Курбатов едва держался на ногах, его резервуар маны был истощен. Я тоже обессилел, поэтому на ходу выпил порцию «Бойца», и протянул ещё одну Ивану.

Я знал, что эликсир может понадобиться, поэтому взял с собой несколько флаконов. Они лежали у меня в нагрудных карманах.

— Мечтал об этом всё время, — усмехнулся Иван, отбрасывая флакон.

Ощутив прилив сил, мы оба побежали быстрее. Коридоры рушились за нашими спинами — стены смыкались, потолок падал, пол уходил из-под ног. Трещины разбегались по камню, как паутина.

Я не знал, куда бежать. Это место не подчинялось законам нормального пространства. Но Рагнар сказал — вход и есть выход. Значит, надо найти то место, где я появился.

«Шёпот!» — позвал я.

Молчание. Дух всё ещё восстанавливался после своего подвига.

Проклятье!

Я сосредоточился, пытаясь вспомнить путь. Бесполезно — я блуждал здесь часами, и коридоры постоянно менялись.

Сейчас они больше не менялись, а просто исчезали.

За нашими спинами разверзлась бездна — чёрная, бесконечная пустота. Она поглощала пространство, приближаясь с каждой секундой.

Я продолжал тащить Ивана за собой. Он спотыкался, едва не падая, но я не давал ему остановиться.

— Не могу… — прохрипел он.

— Можешь! Давай! — прорычал я.

За очередным поворотом я увидел несколько высохших трупов. Знакомое место! Так, из какого коридора я пришёл? Кажется, из этого!

Курбатов снова споткнулся и едва не рухнул. Недолго думая, я подхватил его и закинул на плечи.

— Юра, мы так оба здесь умрём… — тихо сказал он.

— Молчи! Мы уже почти на месте, — ответил я.

Силы стремительно покидали меня, даже несмотря на эффект «Бойца». Ноги тяжелели, воздух обжигал лёгкие, пульс отдавался болью в висках. Но я продолжал бежать.

Впереди мелькнул знакомый зал, а за ним — тёмный провал портала.

Мы почти у цели!

Пол под ногами затрещал и начал проваливаться. Я обогнул одну трещину, чуть не рухнул в другую и по инерции врезался в стену. Покачнувшись, бросился дальше.

Десять метров до портала. Пять. Три.

Бездна за спиной уже дышала в затылок. Я прыгнул, и секунду спустя подпространство за моей спиной обратилось в ничто.

Меня окутали темнота и ощущение падения. Твою мать, может, я не успел? Может, так и ощущается небытие, и через пару мгновений мы исчезнем совсем?

Но тут я ощутил удар, когда рухнул на твёрдый каменный пол. По глазам резанул свет.

Я лежал на полу подземелья, хватая ртом воздух. Рядом стонал Иван. На постаменте сиял магический фонарь, который я оставил здесь перед входом в подпространство. А позади, где только что был портал, осталась лишь глухая каменная стена.

Значит, всё-таки успели…

Дальше я помнил урывками.

Чьи-то голоса. Руки, поднимающие меня. Лицо Алисы, белое от страха. Ступени лестницы, уходящие вверх.

Потом — ничего.

Я провалился в беспамятство, как в чёрную яму. Без снов, без ощущений, без времени.

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Очнулся я от солнечного света, бьющего в лицо.

Я лежал на жёсткой кровати в маленькой комнате с глинобитными стенами. Пахло травами и дымом. За окном виднелись горы.

Похоже, я в ауле. Это хорошо.

Попытался сесть — и к моему удивлению, это получилось. Тело слушалось, голова не кружилась, даже ауральные раны от когтей духов почти не болели.

Я продиагностировал сам себя и убедился, что состояние как минимум удовлетворительное. Плетение Дюваля снова меня выручило — оно работало всю ночь, восстанавливая меня.

И не только оно…

Я чувствовал ещё кое-что. Во-первых, на меня было наложено несколько восстанавливающих заклинаний — явно работа Алисы или нашего гвардейского лекаря. Хотя вряд ли он пришёл в себя после ранения.

Во-вторых, я ощущал едва уловимый след чужой энергии в своей ауре. Знакомый след.

«Рагнар», — позвал я.

«Проснулся, наконец», — в голосе Великого Ничто слышалось недовольство.

«Ты мне помог?»

«По-твоему, это так называется? Я спас тебе жизнь. Ты едва не умер от истощения, смертный. Уж поверь, потуги этой девицы мало тебе помогли… Ещё немного — и ты бы не проснулся», — фыркнул Рагнар.

«И что же ты сделал?» — уточнил я.

«Использовал Пустоту, чтобы подлатать твою ауру. Твоей же методикой, между прочим», — нехотя пробурчал он.

«Выходит, я тебя кое-чему научил», — я невольно усмехнулся.

Рагнар промолчал, но я почувствовал его раздражение.

«Знаешь, смертный, за всё время моего существования никто и никогда не использовал Пустоту для исцеления во всей Вселенной. Ты — первый», — произнёс он.

«Приятно слышать».

«Это не комплимент, просто констатация факта».

Я встал с кровати и подошёл к окну. Солнце уже поднялось высоко. Судя по всему, я проспал не меньше двенадцати часов.

«Как Иван?» — спросил я.

«Жив, по-моему. Та девчонка-целительница возится с ним», — ответил Рагнар.

Хорошо. Значит, Алиса справляется.

Я обнаружил на столике у окна глиняный кувшин. Он запотел, вода внутри была ледяной — видимо, недавно из колодца. Я с наслаждением выпил половину, а затем умылся.

«Спасибо, что спас меня, Рагнар», — мысленно произнес я.

«Не благодари. Я сделал это не ради тебя. Если ты умрёшь — я потеряю носителя. А искать нового долго и утомительно. И, если помнишь, у меня нет никаких гарантий», — фыркнул он.

Типичный Рагнар. Никогда не признает, что сделал что-то хорошее.

«Но впредь не рискуй собой из-за всяких ничтожных смертных. Твой так называемый друг не стоит твоей жизни. Никто из них не стоит», — добавил он.

«Это мои близкие, и ради них я готов рисковать», — нахмурившись, ответил я.

«Они — пыль, недостойная тех усилий, что я вложил в тебя! Послушай, мой Аколит — ты должен уехать отсюда. Вернуться домой и забыть об этом месте!» — повысил голос Рагнар.

От внезапного гнева меня окатило волной жара, а кулаки стиснулись сами собой.

«Не смей указывать мне, что делать. Ты — всего лишь Пустота, и не понимаешь, что значат для меня эти люди».

Я ощутил злость Великого Ничто едва ли не ярче, чем свою. Его присутствие заполонило моё сознание, и всё вокруг померкло. В наступившей тьме блеснули красным хищные глаза.

Его любимый фокус — создать иллюзию того, что я нахожусь в его власти.

«Следи за словами, смертный! И включи, наконец, свои ничтожные мозги. Ты слишком ценен, чтобы погибнуть в этой дыре!» — прокричал он.

«Ценен для тебя?»

«Для нас обоих. Или ты забыл, что наши судьбы связаны?»

«Мне дороги мои близкие, Рагнар. Иван — мой друг. Я не брошу его, даже если это будет стоить мне жизни. И если тебе это не нравится — твои проблемы», — твёрдо ответил я.

Рагнар промолчал и уменьшил своё присутствие. Я снова «оказался» в маленькой комнате.

«Ты глупец, смертный. Упрямый, самонадеянный глупец. Это место тебя погубит! Ты думаешь, что знаешь лучше меня? Ты не знаешь ничего!» — рявкнул он.

«Тогда расскажи мне. Что я должен знать об этом месте?»

«Нет».

«Почему?» — не унимался я.

«Потому что ты не готов. И, может, никогда не будешь готов», — отрезало Великое Ничто.

Я открыл рот, чтобы ответить, но Рагнар уже исчез. Растворился где-то в глубине моего сознания, отгородившись стеной молчания.

Всегда он так — появляется, когда ему удобно, и исчезает, когда разговор становится неприятным.

Ладно. Разберёмся позже.

Я оделся и вышел из дома под палящее солнце. Узкие улочки Хашима дышали тихой, размеренной жизнью. Местные занимались своими делами, не особо обращая на нас внимание — привыкли уже, ведь отряд Курбатовых долго здесь находится.

Козы блеяли в загоне, где старик накладывал им сено в кормушку. Весело кричали дети, бегая наперегонки у окраины аула. Женщины стирали бельё и варили какую-то еду в большом казане на улице.

Обычная, даже весьма приятная картина.

— Ваше сиятельство! Рад видеть вас на ногах. Как вы себя чувствуете? — откуда-то из-за угла появился Демид Сергеевич и сразу направился ко мне.

— Здравствуйте, капитан. Я в полном порядке. Как Иван? — поинтересовался я.

— Не приходит в себя, — помрачнел Демид Сергеевич.

— Где он?

— Идёмте, — капитан направился к другому домику, около которого дежурил гвардеец Курбатовых.

Алиса сидела у постели Ивана, держа его за руку. Увидев меня, она вскочила.

— Юра! Ты очнулся!

— Как он? — я кивнул на Курбатова младшего.

— Состояние стабильное, но аура сильно повреждена. Я сделала что смогла, но ему нужно время.

Я подошёл ближе и осмотрел друга. Он спал, но беспокойно — дёргался, бормотал что-то невнятное. На лице застыла гримаса боли.

Я понимал, что должен ему помочь, но у меня пока что не было на это сил. Физически я восстановился, однако резервуар маны далёк от наполнения, а повреждения ауры ещё не восстановились. Если я сейчас начну лечить Ивана, это будет плохо для нас обоих.

— Что ты сделала? — спросил я у Алисы.

— Наложила несколько заклинаний и создала восстанавливающую структуру, как ты меня учил. Плюс инъекции обезболивающих и физраствор, — Волкова кивнула на мусорное ведро, где лежали пустые ампулы, шприцы и пакет из-под физраствора.

— Хорошо. Следи за его состоянием. Вечером я им займусь, — пообещал я.

— Ты-то как себя чувствуешь? — Алиса подошла ближе и взглядом лечащего доктора заглянула мне в глаза.

— Всё в порядке. Мне нужно вернуться в подземелье.

— Зачем? Портал же закрылся, — удивилась девушка.

— Да. Но я уверен, там осталось кое-что интересное, — ответил я и вышел.

Бойцы Курбатовых несли дозор вокруг аула, несколько человек Матвей отправил на разведку. Разумно, ведь боевики уже приходили сюда, лучше держать ухо востро.

Но когда Курбатов-старший узнал, что мы снова собираемся вниз, то взял пару своих людей и пошёл с нами.

Мы спустились в подземелье — я, Матвей, Шрам и несколько гвардейцев. Воздух здесь был затхлым, но уже не давил, как раньше. Энергия этого места почти рассеялась после закрытия портала.

Матвей указал на боковой проход.

— Здесь мы нашли кое-что, пока вы были… там. Наш маг сказал, эта штука не опасна.

Курбатов протянул мне обломок чёрного кристалла размером с кулак. Я взял его и хмыкнул — это тот же материал, что был в артефакте Мессингов.

— Где вы его нашли? — уточнил я.

— В нише за алтарём. Там было что-то вроде тайника, — ответил Матвей.

Я убрал кристалл в сумку. Нужно будет изучить его позже, в спокойной обстановке.

— Что мы ищем, господин? Ещё такие же кристаллы? — поинтересовался Шрам.

— Не только. Ищите необычные предметы, может быть, книги или какие-нибудь свитки. И фотографируйте все письмена, какие видите, — я кивнул на покрытые символами стены.

— Понятно. Притворяемся археологами, — усмехнулся Богдан.

Мы разошлись по подземелью. Я и правда не знал, что конкретно искать, но решил, что надо собрать максимум информации об этом месте. Возможно, мои архивариусы или кто-то ещё смогут пролить свет на тайны храма.

Только, конечно, надо будет придумать какой-то повод, почему я вообще изучаю это место. То, что здесь был культ Пустоты — не такой уж секрет.

Прошло около часа. Я продолжал бродить по коридорам и комнатам, фотографируя всё подряд и выискивая возможные тайники. Каких-то особо любопытных находок не попадалось.

«Хозяин!» — вдруг подал голос Шёпот.

Я вздрогнул от неожиданности. Дух молчал с самого моего пробуждения, и я уже начал беспокоиться.

«Ты в порядке?»

«Да! Отдохнул и готов к новым подвигам!» — бодро заявил он.

«Ну раз так, то помоги мне. Полетай здесь, поищи что-нибудь. Сам не знаю, что именно, но что-нибудь, связанное с Пустотой», — сказал я.

«Скучно, но ладно. А здорово я вчера этих духов раскидал? Скажи, здорово!»

«Конечно. Ты большой молодец. Обязательно получишь вкусняшку, но позже. Сейчас у меня нет сил», — честно произнёс я.

«Ты видел, что я сделал⁈ Я сам не знал, что такое могу!» — не унимался дух.

«Видел. Полагаю, что твои силы растут вместе с моими, просто медленнее. Я усилил контроль Пустоты, получил новые навыки, и ты тоже кое-чему научился».

«Понимаешь, что это значит? Скоро Рагнар может дать тебе следующий ранг», — понизил голос мой питомец.

«Может быть. Не будем загадывать. В последнее время Великое Ничто не слишком мной довольно», — хмыкнул я.

«Ой, да и пошёл он! То есть, хм, лучше тебе с ним помириться».

«Посмотрим. Ну так что, поможешь?» — спросил я.

«Конечно! Полетел искать интересное!» — ответил Шёпот и ринулся вперёд, пролетев через стену.

Я продолжил исследовать подземелье и спустился на второй уровень, более разрушенный, чем первый. Некоторые коридоры здесь были перекрыты завалами, так что порой я попадал в тупик.

«Хозяин! Я нашёл кое-что интересное!» — Шёпот вдруг вынырнул откуда-то из-под пола.

«Что именно?»

«Там, за завалами, интересные картинки на стенах. Люди туда не пролезут, но я пролез!» — похвастался он.

Я огляделся. Гвардейцы осматривали боковые проходы, Матвей разговаривал с Шрамом. Никто не смотрел в мою сторону.

Я направился в указанный Шёпотом проход. Через десяток метров он закончился завалом — груда камней от пола до потолка перекрывала путь.

Оглянулся. Никого.

Сосредоточился и выпустил Пустоту.

Камни исчезли беззвучно, превращаясь в ничто. Через несколько секунд передо мной открылся проход.

Я шагнул внутрь и оказался в небольшой комнате, где стены были покрыты барельефами и письменами. Древние, полустёртые, но всё ещё различимые.

«Вот, хозяин! Смотри!» — Шёпот метнулся к одной из стен.

Я подошёл ближе и начал изучать изображения.

На барельефе изображался разрыв в реальности — такой же, как на алтаре наверху. Рядом — карта. Примитивная, схематичная, но узнаваемая.

Очертания Европы. И на них имелась точка, которая явно указывала на расположение других врат. Возможно, другого такого же храма.

Увы, из-за масштабов и весьма приблизительных очертаний карты нельзя было сказать, где именно это находится. Где-то в центре Европы, а может, ближе к восточной части.

«Рагнар», — позвал я.

Молчание.

«Рагнар, я знаю, что ты меня слышишь».

«Чего тебе?» — неохотно буркнул он, появившись в моём сознании.

«Что за место здесь обозначено? Другие Врата Пустоты?» — спросил я.

Рагнар вздохнул и проговорил:

«Тебе не надо копаться в прошлом, смертный. Сосредоточься на будущем».

«Ответь на вопрос, будь добр».

«Нет».

«Рагнар, я всё равно буду искать информацию. С тобой или без тебя», — сказал я.

«Ты не понимаешь, во что лезешь!» — резко выкрикнул он.

«А ты объясни».

«Это опасно. Интерес к Пустоте может тебя выдать. Ты забыл, что даже искать информацию о ней запрещено во всём мире?»

«Не забыл. Но я хочу знать», — ответил я.

«Зачем⁈»

«В смысле зачем? Я хочу понимать природу своей силы и её историю. Сколько есть Врат Пустоты в этом мире?»

Молчание.

«Сколько было носителей до меня?»

Молчание.

«Почему ты уже не в первый раз пытаешься поглотить именно этот мир?» — продолжал спрашивать я.

«Заткнись!» — рявкнул Рагнар.

Я почувствовал волну его ярости — такую сильную, что на миг перехватило дыхание.

«Ты ничего не понимаешь, смертный. Ты — песчинка, твоя жизнь — ничтожное мгновение. Я существую миллионы лет, я видел, как рождаются и умирают цивилизации, как гаснут звёзды и рушатся миры. А ты смеешь требовать от меня ответов?»

«Да, смею. Потому что, как ты сам сказал, наши судьбы связаны. И поэтому я имею право знать», — невозмутимо ответил я.

Рагнар замолчал. Я чувствовал его присутствие — тяжёлое, давящее, полное древней силы и древнего гнева.

«Ты получишь ответы. Когда будешь готов. Не раньше», — произнёс он.

«Когда это будет?»

«Когда я решу», — ответил он и снова исчез.

Мне оставалось только вздохнуть. Я сфотографировал барельеф с разных сторон, обыскал комнату. Убедившись, что здесь нет никаких тайников, вышел из неё.

Вопросов становилось всё больше, а ответов — всё меньше. Но я найду их. Рано или поздно, с Рагнаром или без него.

Я вернулся к остальным.

— Нашли что-нибудь? — спросил Шрам.

— Ничего особенного, — ответил я.

Он кивнул, не задавая лишних вопросов. Это мне в Богдане нравится — он умеет не лезть туда, куда его не просили.

Скоро мы поднялись наверх. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая горы в багровые тона. Воздух был чистым и холодным, так непохожим на затхлую атмосферу подземелья.

По дороге в аул я размышлял.

Значит, есть другие Врата Пустоты в Европе. Возможно, не одни. Рагнар отказывается говорить, но это не значит, что я не могу найти информацию самостоятельно.

Проблема в том, что он прав: любые поиски сведений о Пустоте — это уже преступление. За такое казнят без суда и следствия. Если спецслужбы узнают, что граф Серебров интересуется древними культами Пустоты, у меня будут очень серьёзные проблемы.

Нужна легенда. Достоверная причина, которая объяснит мой интерес к подобным местам.

И тут меня осенило.

Коллекционирование!

Многие аристократы собирают редкости — картины, оружие, драгоценности, артефакты. Почему бы графу Сереброву не увлечься тем же? Молодой, обеспеченный, амбициозный — вполне логично, если я решу заняться коллекционированием необычных вещей.

А где искать необычные вещи? В старых храмах, заброшенных крепостях, древних руинах. Прекрасная легенда.

Начну с малого. Обмолвлюсь родным и близким о новом увлечении. Куплю несколько артефактов на аукционах, обустрою комнату для коллекции. Слухи разойдутся сами собой — в дворянских кругах любят посплетничать.

А потом поручу архивариусам поискать информацию о древних культах в Европе. Не о Пустоте, конечно. Просто о культах, которые могли спрятать интересные артефакты. Места, где они хранили ценности, координаты их храмов и святилищ.

Если среди этих культов окажется тот, что связан с Пустотой… что ж, какое совпадение.

Неплохой план. Не идеальный, но рабочий.

«Хозяин, а зачем тебе всё это?» — спросил Шёпот.

«Хочу узнать больше о Пустоте. О Рагнаре. О том, что происходило до меня».

«А зачем?»

«Хороший вопрос. Затем что знание — это сила. Потому что Рагнар что-то скрывает, а я не хочу быть пешкой в чужой игре», — ответил я.

В ауле нас встретил запах еды.

Местные жители, несмотря на присутствие вооружённых чужаков, относились к нам гостеприимно. Матвей объяснил, что после того как их отряд разбил боевиков на подступах к аулу, их стали считать друзьями. Оказывается, боевики доставляли местным проблем — то грабили, то издевались над женщинами. Так что теперь нас здесь считали друзьями.

Все гвардейцы расположились во дворе большого дома, рассевшись на коврах вокруг низкого стола. На столе дымились глиняные миски с чем-то густым и ароматным.

— Присаживайтесь, господин, — Демид Сергеевич указал на свободное место.

Я сел рядом с ним. Хозяин дома, пожилой афганец с седой бородой, протянул мне миску и лепёшку.

— Шорба. Хорошо. Вкусно, — сказал он на ломаном русском.

Я попробовал. Густой суп с бараниной, нутом и какими-то местными травами. Действительно, очень вкусно — особенно после суток без еды.

— Благодарю, — кивнул я хозяину.

— Как вам местная кухня, господин? — спросил Шрам, макая лепёшку в суп.

— Неплохо. Не слишком люблю баранину, но эта отлично приготовлена, — ответил я.

— Вот и я так же. Видимо, местные барашки какие-то особенные, — усмехнулся Богдан.

Мы просидели за столом ещё около часа. После шорбы нам предложили чай с молоком, халву и дыню. Всё оказалось очень вкусным — я даже удивился, что в такой далёкой и на вид бедной деревне неплохо питаются.

Когда стемнело, я поднялся. После еды мои силы окончательно восстановились, поэтому пора заняться Иваном.

Он по-прежнему лежал без сознания, а Волкова по-прежнему сидела рядом с ним. Когда я вошёл, она как раз меняла ему компресс на лбу.

— Жар? — спросил я, войдя.

— Да. Заклинания не помогают, я уже хотела идти искать тебя, — ответила Алиса.

— Сейчас посмотрим, — сказал я, садясь на край кровати.

Иван выглядел плохо. Дыхание было поверхностным, прерывистым, пульс слабым.

Я положил руки на грудь Ивана и активировал диагностическое заклинание.

Твою мать…

Аура Курбатова была изодрана в клочья. Неудивительно, конечно, после той схватки с магическими духами. Но я не ожидал, что всё будет настолько плохо.

Я углубил диагностику, пытаясь понять масштаб повреждений.

Основные каналы — разрушены почти полностью. Вторичные — повреждены на семьдесят-восемьдесят процентов. Ядро ауры — едва теплится, как догорающий уголёк.

Дерьмо. Обычные целительские техники будут здесь почти бесполезны. Нужна ауральная хирургия, но я никогда не сталкивался с повреждениями такого масштаба.

Дверь скрипнула. Я обернулся — на пороге стоял Матвей.

— Как он?

Я понял, что не знаю, что отвечать.

Потому что аура Ивана выглядела хуже, чем у некоторых мертвецов…