Наша формация окрепла, ибо мои соратники подхватили призыв, пикируя плотной стеной на возвышенность. Чары разбиты. Мы победим!

Клянусь, я ощущаю себя пастухом, сбивающим в стадо кошек. В своё время я тебе хвастался об интеллекте драконов. Забудь. Эти бестолочи не в состоянии из собственного яйца выбраться без посторонней помощи.

Разве кто-то способен на подобные глобальные действия, едва родившись?

Драконы способны. Ну или создания, которые прокладывают дорогу в мир, предварительно вылупившись.

Маг в багровом платье взмахнул над головой посохом, и вместе они обрушили на наши головы огненные шары. Шутки кончились, в воздухе завертелся-закружился вихрь, спасаясь от жара. Два красных дракона плюнули в ответ, но языки пламени полыхнули в опасной близости от узников, согнанных в кучу, сами же маги увернулись.

Сайнос яростно жестикулировал, и, судя по тому, что творилось в мыслях у Раолкана, лидер красных силился удержать в узде товарищей по оружию. Надо пораскинуть мозгами, как вытащить несчастных из тисков чернокнижников.

Ещё двое попятились, и Раолкан куснул одного, когда тот поравнялся с ним, и подпалил хвост второму. Они порхнули обратно, затем мы уже вместе, единым организмом, ринулись к облакам, следуя за командиром. Сайнос подал сигнал подняться выше, перегруппироваться, а после дружно спикировать вниз и произвести одновременный огненный залп.

Эффективная стратегия. Совместными усилиями, под прикрытием наших сплотившихся крылатых спутников, чьи животы служили щитом от чародейских снарядов, мы можем превратить весь холм в горящий уголёк. А как быть с пленными? Надо увести их в безопасное место и снять эти дурацкие колодки! Чем их открыть? Нужно раздобыть ключ.

Он не понадобится.

Смотри, смотри! Я тоже теперь поняла. У конструкции есть рычажок, если его потянуть, верхняя доска приподнимется и узник окажется на свободе. Такой механизм был гораздо проще и надёжнее замка с ключом. Вероятно, они никак не ожидали, что на холм нагрянет кто-то, помимо членов Сумеречного завета.

Вдруг я увидела его. Ленг! Голова моего друга неловко изогнулась, словно пытаясь повернуться в сторону неба.

Это он! Правда он! Я должна спуститься и вытряхнуть Ленга из оков. Ладони зyдели от нетерпения, a сердце возбуждённо скакало. Подлетим чуть ближе, нападём, пока остальные дерутся. Потом…

Хватит отвлекать меня! Мы не сможем освободить твоего друга до окончания сражения. Соберись!

Злость пожара дорвалась до нашего крошечного воинства, послышались вопли и стоны. Раолкан зашипел, когда пылающий шар задел его хвост, и я со скрежетом скрипнула зубами, мысленно извиняясь. Не стоило мешать. Драконы на флангах дыхнули, а затем по знаку Сайноса принялись по очереди выпускать из пасти столпы пламени. Даже изрядно пострадавшие от магии райдеры продолжали держать строй, когда до земли оставались считанные метры.

Огонь бушевал на вершине, сдавив её ослепительно рыжим обручем. Три чародея вспыхнули подобно свечкам, скатились с крутого склона, поджигая по пути траву и деревья, и рухнули к подножию. Избежавшие расправы маги были сбиты с толку полыхавшими вокруг кострами и не могли сконцентрироваться на следующей атаке.

И мне бы радоваться нашему успеху или печалиться при виде обугленного куска плоти, оставшегося от всадника, который соскользнул с седла. Однако вместо этого я впала в оцепенение от страха, наблюдая за разгоравшимися искрами, решительно поскакавшими в центр к пленникам.

Глава восемнадцатая

Мы должны спуститься туда, прежде чем стихия доберётся до заключённых. Она разошлась не на шутку, медленно пожирая всё, что ей попадалось под руку: траву, палатки, стяги, одежду магов.

Держись.

Я стиснула поводья, наш отряд делал большой крюк, огибая холм, но не сводила глаз с маленькой фигурки вдалеке, заточённой в жуткие колодки. Ещё один резкий наклон — и мы разделились, драконы постепенно отрывались от стаи, устремляясь вдогонку за уцелевшими чародеями. Раолкан направился прямиком к обречённым. Успеем? Всполохи лизали основание пыточной конструкции, a три колдуна пытались их погасить. Если сунемся в это пекло, дракон будет противостоять им в одиночку, единственный плюс — огонь на некоторое время отвлечёт внимание противника.

Скину тебя прямо на механизм. Отстёгивайся, чтобы сразу спрыгнуть и снести его ко всем ифритам.

Спрыгнуть? И швырнуть устройство в самый эпицентр ревущего пекла? Сердце долбилось в груди, как молот по наковальне, однако неуклюжие пальцы подчинились, принявшись ковыряться в ремешках, ослабляя их хватку, чтобы высвободиться. Мы уже пошли на снижениe, ветер со свистом проносился мимо. Должно быть, земля близко, потому что в лицо бросился жар. Меня подкинуло вверх, когда мы совершили жёсткую посадку.

Давай.

Я выдернула костыль и соскочила, грохнувшись на неровную поверхность. Сердце колошматилось от напряжения, горячий воздух выжигал раздувавшиеся лёгкие, я схватилась за грудь, кашляя и роняя себя на рычаг. За моей спиной Раолкан извергнул мощную волну пламени. Краем глаза я увидела, как он уклонился от oдного мага и спалил второго.

Я вцепилась в рычаг обеими руками, но тот не сдвинулся с места. В конце шеренги раздался вскрик: пожар настиг приговорённых. Нет! Не дождётесь. Я здесь. Нужно только опустить вот эту дребедень — которая никак не поддавалась. Я снова взялась за верхушку штуковины, наваливаясь на неё всем весом. Безрезультатно.

Помощь на подходе.

Mожет, подоспел кто-то из всадников? Я развернулась: Раолкан дрался с тремя колдунами, которые плясали и юлили посреди погрома, забрасывая его шарами. Они что, несгораемые? Дракон старательно сдерживал натиск, чтобы злодеи не дотянулись ни до него, ни до меня.

Я осмотрела небо в поисках союзника, но красные исчезли из поля зрения. Ещё какой-то враг нарисовался, или разбежавшихся магов не добили? Откуда ждать помощи-то?

И в следующий миг я поняла откуда — я обнаружила среди облаков чёрную точку, которая росла по мере приближения, пикируя по направлению к холму. Отлично. Hадеюсь, новоприбывший райдер окажется шустрее меня. Я вернулась к работе, уже не различая, чей кашель сотрясал воздух. Останется ли в живых кто-нибудь из фиолетовых всадников к моменту освобождения?

Посторонись.

Голос принадлежал не Раолкану! Где-то я его уже слышала.

Едва я отпрыгнула, как рядом опустился Альскиби, он сжал крошечную рукоятку массивной челюстью и дёрнул её. Шестерёнки скрипнули и взвизгнули, отпуская запирающий механизм. Я помчалась вдоль вереницы. Первым всадником оказался не Ленг. Я поспешно вытащила из прорезей кашляющего страдальца, прислонившегося к деревянной опоре, и переключилась на другого.

Почти закончили. В долине началась какая-то заваруха. Сайнос ринулся туда.

Вторая всадница была мертва. Вероятно, колдовское детище достало её ещё до того, как мы успели коснуться агрегата. Я отвернулась и прошла мимо. Чтобы добраться до третьей жертвы, требовалось обойти эту странную конструкцию. Когда я наконец завернула за угол, передо мной предстал райдер, которого не держали ноги. Полыхавшие костры отбрасывали блики на полувыбритой макушке. Ленг!

Я засеменила к нему и, поковырявшись с приспособлением, выпустила бедолагу на волю. Он поник головой, я легонько толкнула его. Надышался дыма?

Ленг встрепенулся и уставился на меня.

— Какой хороший сон, — пробормотал он.

— Нет, не сон. Это я.

— Альскиби.

Я оглянулась и чуть не подпрыгнула, обнаружив за своим плечом огромную морду. В моих мыслях снова заговорил Раолкан.

С магами покончено. Они сражались отчаянно. Давно я не встречал у людей такого сопротивления.

Альскиби протиснулся сбоку, обнюхивая Ленга внушительным носом. Он расправил плечи, но покачнулся, и я торопливо подхватила его под руку, помогая вернуть устойчивость. Должно быть, тело затекло от долгого стояния на одном месте. Что творилось у него в голове после перенесённых страданий? Я не могла позволить себе размышлять об этом сейчас. Надо собраться с мыслями. Я нужна другим райдерам.

Я облетел периметр. Выживших нет. Я возьму на борт единственного спасённого тобой. Подготовь Ленга к отбытию. Скоро буду. Пора возвращаться в долину. Я утратил представление о происходящем, однако Сайнос рванул туда, как только мы избавились от барьера. Дело серьёзное. Сайнос не из тех, кто отступает на полпути.

Возможно, Альскиби захочет повезти Ленга.

Альскиби не в состоянии кого-то везти.

Ленг встряхнулся, погладил дракона и медленно выпрямился, словно увидев меня впервые.

— Амель? Это правда ты? — В тёмных глазах плескалось столько надежды, что захотелось его убедить.

— Я, Ленг.

Порядок. Готовьтесь.

Ленг протянул дрожащие пальцы и ласково дотронулся до моей щеки. Я сморгнула — не от прикосновения, а от вида рваной кровоточащей раны на запястье. Он нуждается в лечении и заботе.

Некогда.

— Это в самом деле ты. — Он сгрёб меня в охапку с такой теплотой, с такой нежностью, что я перестала дышать от переполнявшей душу радости. Живой и почти невредимый. Тёплый и сильный, несмотря на раны и страдания. Я обняла его в ответ, мягко притянув к себе, ощущение безопасности в кольце любимых рук доставляло необычайное наслаждение.

— Я так волновалась, — призналась я. Как сказать человеку, что ты постепенно врастаешь в него? Как не испугать глубиной привязанности? Прислонившись щекой к груди возлюбленного, я чувствовала себя дома. Не хотелось никуда идти. Вдруг я отпущу Ленга (всего лишь на секунду), и он опять исчезнет? Вдруг вновь окажется на волосок от гибели? Мой всадник вёл опасный образ жизни. И любил водить дружбу с самими опасностями.

Ты тоже любишь искать приключения, вещать истину и творить добро в недобром мире. Можно побыстрее? У нас вообще-то ифриты нагрянули в долину, и с ними надобно разобраться.

Раолкан сел позади нас, жала кострищ кололи драконьи подошвы.

Залезай.

— Погоди, — притормозил Ленг, не давая выскользнуть из объятий.

И прямо посреди пожара и руин ожесточённой битвы, в окружении мельтешащих драконов, он ласково, бесконечно бережно взял моё лицо истерзанными ладонями и трепетно коснулся губ. Я углубила поцелуй, вкушая его любовь и преданность. Останавливаться не хотелось.

Придётся. Договориться с природой больше не получится, к тому же в долине назревает катастрофа. Сколько, по-твоему, ифритов помрёт от поцелуйчиков? По-моему, нисколько. Делаем ставки, господа.

Ленг отстранился и поправил мне волосы в последний раз, глядя глазами, в которых любовь цвела вмеремешку с болью.

— Невыносимо снова расставаться так скоро. Эти дни я думал лишь о тебе. О тебе и об Альскиби.

— Летим со мной?

— Не могу. Я нужен Альскиби. Друг прошёл через многое.

Где он пропадал всё это время?

История интересная, но момент неподходящий.

Я заметила, что Раолкан перескакивает с лапы на лапу, выдавая своё нетерпение, когда мы разошлись к драконам.

— Мне столько надо рассказать тебе, — окликнула я Ленга, взбираясь на Раолкана.

Второй выживший всадник посторонился. Он скрючился в седле, словно ему было тяжело сидеть ровнее. — Постарайся не попасть в беду до нашей следующей встречи.

Ленг улыбнулся и занял место на спине у Альскиби, на котором не наблюдалось ни седла, ни поводьев.

— Стараюсь.

Ой ли! Плохо старается. Неудивительно, что небесные всадники рано уходят. А я по уши втрескалась в одного из них. И ничуть не жалею. Я принимаю риск и вероятную боль, лишь бы разделять с ним наши мгновения.

Вы закончили?

На данный момент да. На будущее ничего не обещаю.

Глава девятнадцатая

Раолкан сиганул в небо, поднявшись высоко-высоко, чтобы мы имели возможность обозревать раскинувшийся внизу дол. Торопливая река скользила промеж Подошв, а под нами разыгралась баталия. Саветт и Рактаран стояли в центре каменистого возвышения. Кое-кто из баочанцев примкнул к Рактарану, потому что Пожиратели скал дрались с ними, но между сражающимися мелькали и ифриты. Саветт воздела руку, и из неё исторгнулась вспышка, поразившая одного ифрита в грудь и в мгновение ока обратившая его в дым. Её сила растёт?

В толпе демонов мелькали Сайнос и другие райдеры красных, поливая их огнём и разя оружием, — единственным доступным методом борьбы против разбушевавшихся тварей. Сколько этих страшных существ скрывалось на дне реки, прежде чем покинуть её лоно? И сколько ещё залегло в ожидании призыва?

Я стиснула луку седла, когда Раолкан взял курс на поле битвы, но мои мысли занимала отнюдь не стратегия сопротивления. Я уже осмыслила масштаб развернувшейся сечи. Двадцать три дракона (включая павших при атаке на холм) и горстка баочанцев — не слишком надёжный оплот против армии ифритов. Даже с поддержкой Избранной. Будь здесь Хубрик, он бы сопроводил сцену каким-нибудь пророчеством.

Как насчёт вот такого? Непобедимая искра, окружённая со всех сторон, схлестнулась с бездной. Повелевая воинствами, она борется не со смертными человеками, но с землёй и огнём. Древний союзник вновь надевает латы для жестокой брани.

Раолкан тоже знает предсказания?

А я разве не говорил?

Нет. He говорил.

Я впитал их с детства.

Прямо как кастелян. Драконы учат своих отпрысков лучше бедных фермеров. До встречи с Хубриком я не имела представления о существовании пророчеств.