Он поднял руку и жестом велел ей следовать за ним.

— Нельзя терять время. Я встречаюсь с другом и заодно хочу нормально поесть.

— С каким другом?

— Какая ты любопытная. — Он выудил из кармана золотые часы и посмотрел вперед. — Чем меньше знаешь, тем меньше спишь.

Ну конечно… Но от этих слов она заволновалась еще сильнее.

Они шли бок о бок по узкой травянистой тропе, и Норт изучала деревья. Листва здесь была не такой пышной, как в других краях Страны Оз, она казалась более тусклой и блеклой. Она проходила мимо кустов, усыпанных сморщенными желтыми ягодами, которые выглядели совсем не аппетитно. Даже мелкие букашки, казалось, обходили их стороной, что, вероятно, означало их ядовитость.

Позади раздался шорох, затрепетали листья. Она обернулась, думая, что Эхо или кто-то из остальных вернулся. Но тропа и лес за ее спиной были пусты.

— Что такое? — спросил Тик-Ток. — Ты остановилась.

Глубоко сглотнув, она прищурилась:

— Я что-то слышала.

Сузив глаза, он сделал шаг мимо нее, склонил голову и принюхался.

— Я не чувствую ничего необычного. В этих краях полно всяких птиц и древесных духов — это мог быть кто-то из них.

Норт пожала плечами, понимая, что ведет себя глупо. Она слышала шорохи миллион раз в жизни. Но она была не дома. Это было незнакомое место, полное существ и фейри, которых она и вообразить не могла.

— Так, — протянул Тик-Ток, когда они снова двинулись в путь. — Каково это — родиться в семье «великих»?

Этот вопрос всегда напоминал ей об отсутствии магии, но он же заставлял думать и о хорошем.

— У меня есть всё, о чем можно мечтать в семье. Они отчаянно заботятся обо мне, как и я о них, хотя иногда мы и не сходимся во взглядах. Но в такие моменты у меня всегда был Бёрч.

— Бёрч? — Тик-Ток вскинул бровь. — Любовник?

— Нет… — Она почувствовала, как щеки краснеют, и ей захотелось, чтобы это прекратилось. — Он один из стражников, в основном, мой личный. Друг.

— И всё же ты покраснела, произнося его имя. — Тик-Ток ухмыльнулся, не собираясь делать вид, будто не заметил ее смущения. — Ну же, расскажи. Кто такой этот Бёрч на самом деле?

— Человек, который всегда видел во мне сестру. Мои дедушка и бабушка нашли его маленьким и отправили к моим родителям, которые воспитали из него стражника. Недавно я совершила ошибку, признавшись ему в чувствах, но он собирался сделать предложение другой, так что я…

— Пошла и нашла, с кем еще перепихнуться, — закончил за нее Тик-Ток, понимающе кивнув.

Всё тело Норт обдало жаром. Ей не хотелось рассказывать о том, что произошло в лесу после того, как она ушла от Бёрча, как она вела себя как дура, когда должна была вернуться домой. И уж тем более она не хотела, чтобы он узнал, насколько она на самом деле неопытна.

Издалека донесся легкий шум. Смех, музыка, разговоры. Приятный аромат свежеиспеченного хлеба коснулся ее носа, и ей захотелось наброситься на еду как зверь. Всё, что она съела сегодня перед встречей с Тик-Током, — это кусочек сушеного фрукта.

Когда они обогнули тропу, ее желудок тихонько заурчал от запаха жареного мяса. Городок кишел фейри. Группа кентавров рысцой пробежала мимо синих и желтых зданий с корзинами фруктов. Высокие феи смеялись и танцевали в центре; их крылья были не пернатыми, как у Озмы, а гладкими и переливчатыми. Тонкая ткань свисала с их запястий.

Вдоль каменной дорожки тянулись лавки разных размеров — перед каждым зданием стояли высокие изогнутые фонари, пока не зажженные. Все были заняты своими делами: покупками, едой или… Ее глаза округлились, когда у стены одного из зданий она увидела женщину, которой наслаждались сразу трое мужчин; ее голова была откинута в экстазе.

— Многие женщины приезжают сюда специально ради борделей. Мужчины-проститутки готовы на всё, что пожелают их покровительницы. На всё. За определенную цену, разумеется. — Голос Тик-Тока звучал вкрадчиво, затем он усмехнулся и указал в противоположную сторону. — Идем. Мы пойдем туда, где потише.

Он привел ее за желто-синее полосатое здание с балконом на втором этаже. Когда они обошли лавку сзади, Норт увидела площадку с четырьмя прямоугольными столами и скамьями. Бледно-розовый тент создавал приятную тень.

Она всё еще слышала звуки с соседней улицы, но здесь было гораздо тише, чем она ожидала.

— Я всегда бронирую это место, когда прихожу сюда. — Он вытащил сапогом скамью для нее.

Норт села, и в этот момент задняя дверь приоткрылась. Вышла пышная эльфийка в платье без бретелек из темно-синих перьев. Спереди ее волосы были уложены в несколько пучков на макушке, образуя аккуратный ряд, а остальные локоны свободно ниспадали до талии.

Она ослепительно улыбнулась Тик-Току:

— Я видела тебя в окно. — Она наклонилась и что-то прошептала ему на ухо, он ухмыльнулся.

Затем ее взгляд обратился к Норт:

— У тебя новая гостья? Я раньше ее с тобой не видела.

— Она здесь временно, Друзилла.

Норт нахмурилась. «Временно?»

— Тебе как обычно? Глазированный кабан с жареным картофелем? — спросила Друзилла.

— Нам две порции, а еще две тарелки овощного супа.

— Может, я занесу десерт на твой корабль позже? — Она подмигнула и, покачивая бедрами, скрылась в здании.

Норт прекрасно понимала, о каком «десерте» идет речь, и ей совсем не хотелось при этом присутствовать. Она старалась не смотреть на Тик-Тока, чтобы не видеть, как он отреагировал на слова эльфийки.

— Мне нужно отойти на минутку, — наконец сказал Тик-Ток.

Норт вскинула голову. Неужели он не может дождаться «десерта»?

— Ты оставляешь меня здесь одну?

— Я буду рядом. — Он указал на сад, окруженный декоративными деревьями — достаточно близко, чтобы он мог ее видеть, но достаточно далеко, чтобы не успеть схватить, если она решит сбежать. — Ты справишься?

— Справлюсь. — Она указала на оружие за спиной. — У меня есть топор, забыл?

Он наклонился к ней, его лицо оказалось совсем рядом, он совершенно не признавал личных границ, и от его слов ее сердце забилось чаще:

— Не волнуйся. Я не буду есть десерт с Друзиллой, но моя дверь будет открыта, если тебе захочется чего-нибудь сладенького сегодня вечером.

Норт моргнула, а он рассмеялся.

— Я тебя ненавижу.

— Люблю слышать от тебя эти слова. — Его лицо стало серьезным. — Заказывай что хочешь, пока я занимаюсь делами.

Пока Тик-Ток вальяжно шел к саду, Друзилла вынесла две тарелки супа и поставила на стол.

— Я всегда рада, если новые гости тоже присоединяются к десерту. — Она подмигнула девушке, и Норт подавилась собственной слюной, пока эльфийка с улыбкой уходила обратно.

Норт похлопала себя по груди, чтобы продышаться. Она сосредоточилась на дымящемся супе, не желая больше ничего слышать о десертах, и поднесла ложку к губам.

— Горячо! — прошептала-вскрикнула Норт и уронила ложку. — Боги! — Надо было подуть на жидкость или сначала попробовать. Обмахивая рот рукой, она оглядела стол в поисках воды — хоть чего-нибудь, чтобы унять жар. Ничего.

Тик-Ток уже разговаривал с мужчиной, у которого по бокам головы росли загнутые темные рога. Он был слишком далеко, чтобы она могла разглядеть другие черты лица.

Только она собралась встать и зайти внутрь за прохладным питьем, как сзади послышался хруст шагов. Норт резко обернулась, потянувшись к топору, но увидела копну спутанных медных волос.

— О, это ты, Ризмала.

Дварфийка плюхнулась рядом с ней на скамью с привычным угрюмым выражением лица.

— Я кое-что должна твоему отцу, — прохрипела Ризмала.

— Моему отцу? — Норт нахмурилась.

— Я должна ему это. — Рука дварфийки метнулась так быстро, что Норт не успела и глазом моргнуть. Острая боль пронзила грудь. — За убийство моего мужа и продажу его головы.

Слова доносились будто издалека, кровь подступила к горлу, удушая ее. Норт посмотрела вниз: на груди расцветало алое пятно там, где торчал кинжал. Голос в голове кричал: «Хватай топор, защищайся!», но сознание затуманивалось.

Затем Ризмала вырвала лезвие. Мучительный хрип сорвался с губ Норт; ее взгляд встретился со взглядом Тик-Тока, который уже бежал к ней.

Мир завертелся.

И она почувствовала, что падает, падает, падает.

Глава 11

Тик-Ток

Тело Тик-Тока двигалось само собой. Шаги были такими тяжелыми и быстрыми, что он чувствовал, как вибрация от каждого удара подошв о землю отдается в ногах. Но разум… разум будто завис. Парил. Застыл.

Прежде чем он успел толком поприветствовать своего связного, Ризмала выхватила кинжал. Вонзила его в грудь Норт. Несмотря на расстояние между ними, приглушенный вскрик Норт эхом отозвался у него в голове. Низкий, булькающий звук. Ответный рев Тик-Тока вырвался из самого нутра, обжигая горло; его связной бросился наутек в темный переулок вместе с заколдованным предметом, который был им необходим, чтобы скрыться от Солта.

Нет, нет, нет.

Только не Норт. Она была ему нужна. Она не заслужила такой насильственной смерти. И от рук его первого помощника? Он клялся, что с ней ничего не случится. Клялся. И теперь эта клятва была нарушена.

Его руки сжались по обе стороны головы дварфийки. Один поворот, резкий костяной хруст, и мертвое тело Ризмалы рухнуло на галечную землю прежде, чем она успела вымолвить хоть слово в свое оправдание.

Этому не было оправданий.

Одной рукой Норт вцепилась в край стола, другую прижала к фонтанирующей ране на груди. Ее глаза закрылись, тело качнулось. Тик-Ток подхватил ее, когда она повалилась назад, едва не упав со скамьи.

— Норт! — рявкнул он в ее бледное лицо. — Тебе нельзя умирать. Очнись!

В уголках ее рта запузырилась кровь, грудь тяжело вздымалась. Каждый вдох давался с хрипом, каждый выдох — со всхлипом.

— Проклятье! — Он вскочил, подхватывая ее и прижимая маленькое тело к своей груди. Респен. Им нужен Респена, но эльф на другом конце рынка. Он мог бы доставить ее к лекарю быстрее всех. Тик-Ток даже не знал, где здесь, черт возьми, искать врача. — Мне нужен лекарь! — в отчаянии закричал он.

Друзилла выскочила за дверь и ахнула, округлив глаза.

— Что случилось?

— Ей нужен лекарь! — гаркнул он. Внутренности скрутило узлом. Паника когтями скребла в груди, отчаянно пытаясь вырваться наружу. — Живо!

Друзилла метнулась обратно внутрь, и ее крики вскоре стали казаться далекими. Он не знал, что, черт возьми, делать. Ждать здесь? Бежать по улицам, пока не найдет кого-нибудь? Времени не было.

Совсем нет времени!

С каждой секундой Норт становилась всё бледнее. Он отказывался смотреть на ее грудь. Не мог этого вынести. Видеть, как из нее утекает жизнь, зная, что ничем не может это остановить. Если он превратит ее в камень, чтобы унять кровотечение, это может только ухудшить рану. А может, стоит рискнуть…

— Норт, — взмолился он. — Норт, пожалуйста.

— Сюда! — крикнула Друзилла, подбегая к нему вместе с Респеном. Он не знал, как она нашла эльфа так быстро, и ему было плевать.

— Прочь! — Пожилой лесной фейри протиснулся между ними с большой черной кожаной сумкой. Его коричневую кожу покрывали длинные бледные шрамы и глубокие оспины, за спиной висели обмякшие зеленые крылья, а на боку лысой головы была большая вмятина. — Кладите ее на стол.

Респен смахнул тарелки с супом, освобождая место, но Тик-Ток лишь крепче прижал Норт к себе.

— Капитан, — поторопил его помощник.

— Я хочу другого лекаря, — прорычал он. Если этот лесной фейри не смог исцелить самого себя, как он надеется спасти Норт? Нет. Ему нужен кто-то лучше. Самый лучший.

— На это нет времени, — огрызнулся фейри. — Либо кладите ее и отойдите, либо дайте ей умереть.

Следующие мгновения тянулись как вечность, пока он перебирал варианты. Но их не было. Норт умирала, ее дыхание замедлялось, поэтому он опустил ее на стол. Он отвел серебристые волосы от ее лица и не сдвинулся ни на шаг. Он опустился на колени прямо на булыжники рядом со столом, чтобы быть на одном уровне с ней.

— Только посмей умереть, — прошептал он. — Я не давал тебе разрешения уходить.

Лесной фейри разорвал ткань платья Норт, обнажая рану, и начал нараспев произносить слова на незнакомом языке. Его глаза были зажмурены, тонкие губы едва шевелились, на лбу вздулись вены. Воздух наполнился тяжелым запахом смерти и тления, за которым последовал резкий аромат трав.

Но Тик-Ток всё еще не смотрел на рану. Он не слушал Респена, умолявшего его отойти, чтобы лекарь мог работать. Не обращал внимания на потрясенные рыдания Друзиллы. Вместо этого он сжимал ледяную руку Норт и продолжал шептать, что ей нельзя умирать. Только не после того, как он столько лет искал ее.

К тому времени как лекарь закончил, взошла луна и вокруг собралась толпа. Старый фейри отшатнулся от Норт, вытирая пот с затылка.

— Я не уверен, что этого будет достаточно, — прохрипел он.

— Должно быть достаточно, — прорычал Тик-Ток.

Респен поддержал лекаря за локоть, вкладывая в его ладонь несколько золотых монет.

— Благодарю вас.

— Ей нужно пить, — сказал старик, пока Тик-Ток продолжал стоять на коленях у изголовья Норт. Лекарь покопался в сумке и протянул Респену флакон с коричневой жидкостью. — Если начнется жар, дайте это. Магия была сильной, но пройдет еще день, прежде чем она выберется из когтей смерти. Перенесите ее в теплое и сухое место. Никаких магических перемещений.

— Респен, — позвал Тик-Ток охрипшим голосом, — сними нам комнату в «Ивовом приюте».

— Есть, капитан. — Он помедлил мгновение, прежде чем подойти ближе. — Что мне сказать команде?

Тик-Ток поднялся, его колени ломило от жестких камней.

— Правду. Ризмала предала меня и заплатила жизнью. Я вернусь на корабль, как только Норт поправится. Ты — мой новый первый помощник. — Он поднял усталый взгляд на Респена. Эльф должен был занять эту должность с самого начала, особенно учитывая, что он знал истинную причину, по которой Тик-Току так нужен портал. Но раньше тот настаивал, что еще не готов. Теперь они оба знали: время пришло. — Успокой их и следи, чтобы никто не сбежал. Пока я остаюсь с Норт, выясни, действовала ли Ризмала в одиночку или на борту есть другие предатели.