Иногда жизнь похожа на зимний переход по замерзшей реке с одного берега на другой. Сперва нужно некоторое время, чтобы перестать утопать в сугробах и приноровиться не скользить по льду, – и каждый следующий шаг дается все увереннее. Не пугает даже тихий, еле заметный треск под ногами. Но очередной шаг проламывает льдину, и ты, едва успев ухватить ртом немного морозного воздуха, погружаешься в воду.
Маленькая Маша, героиня романа Марии Аксеновой, идет как раз таким путем, нехоженым, опасным, непредсказуемым. Детство в принципе штука непростая: все происходит в первый раз, и подготовиться к потрясениям никак нельзя. История Маши даже начинается с похорон (впрочем, скрашенных появлением новой котеночьей жизни), и дальше будет немало новых трагедий. И еще больше – невидимой боли: ведь в жизни Маши почти нет людей, которые могут ее поддержать. И дело не в том, что она окружена какими-то особенно дурными взрослыми, вовсе нет. Все это люди, которые выросли, но не всегда находят силы держать в порядке даже собственную жизнь – что уж говорить про маленькую девчушку, шмыгающую под ногами.
И надо сказать, что со всем этим Маша умудряется справляться, даже когда по недосмотру взрослых едва не теряет зрение. Но в сердце книги она сталкивается с новой напастью – школой. От одноклассников Маша узнает, что она сирота и всезнайка, что ее семья бедная – и что все это по неписаным законам детского мира жестоко карается.
От всего этого у Маши есть одно верное спасение – побег в мир фантазий. Любимые книги про коренных американцев становятся благодатным материалом для детских игр, которые занимают все больше места в ее жизни. Вообще-то Маша живет в Амурской области – там жили и эвенки, и маньчжуры, и чжурчжэни, но про них книг не пишут, а про чероки и шауни пишут. Но это уже отдельная печаль.
И не то чтобы жизнь чероки была легка. Каждый день они сражаются за право на существование с природой, с хищниками, с белым человеком, который пришел отобрать их родную землю. И далеко не всегда выигрывают. Но Маша ищет не безоблачный воображаемый мир, где все легко и хорошо. Ее побег в мир чероки тем и хорош, что это история чужой беды и чужого преодоления; она не может навредить девочке из села Томское, но может дать силы на собственную борьбу с жестоким миром. Точнее, не жестоким даже, а просто бесчувственным.
Со временем именно в этом побеге начинает проглядываться путь, который поможет Маше выйти из темного леса. Вдохновляясь чужими историями, она начинает рассказывать свои. О себе, о бабушке с дедушкой, о мечтах вырасти и стать сказочницей. И хотя в реальности эта мечта ничего не меняет, сам факт ее появления становится поворотной точкой в Машиной жизни: «И почему-то внутри у меня появилось такое радостное и восторженное чувство, будто бы жизнь изменилась».
Дело в том, что рассказчики историй видят мир иначе, чем обычные люди. Не более красивым и не менее несправедливым – но полнее, ярче, контрастнее. В глазах Маши безрадостная, в общем, реальность дальневосточной провинции полна точными деталями. Отражение конфетных оберток в трельяже, тяжелый вокзальный воздух, оседающий во рту металлической взвесью, теплое похрустывание номеронабирателя на старом телефонном аппарате: позиция рассказчицы парадоксальным образом помогает девочке отстраниться от мира, пристальнее вглядываясь в него.
В этом парадоксе и есть спасение. Потому что у ремесла рассказчика есть и еще одно преимущество. Это дело, накрепко привязанное к эмпатии, которой так не хватает в нашем мире. Окружающие Машу взрослые люди часто не находят в себе доброты к людям вокруг и бранятся, ссорятся, злословят по делу и без дела. Кажется, что в таком окружении подобная судьба ждет и подрастающих детей. Они будут понемногу ощетиниваться, покрываться панцирем, отводить глаза от чужой беды, думая лишь о своей. Но Маша не такая. Она выбирает путь рассказчицы, потому что умеет глядеть в глаза другому, слушать чужую историю. А может, еще не научилась отводить глаза и затыкать уши.
Сперва Маша, как и многие дети, оказавшиеся в сложных обстоятельствах, находит спасение в бегстве от реальности, но настоящую силу обретает, когда фантазия помогает эту реальность переосмыслять. И в этом ее сила. Она не просто мечтает о другом мире, а создает его, строит из слов, образов, воспоминаний. И через это творчество она обретает власть если не над жизнью, то хотя бы над своим внутренним миром.
Но, возможно, именно это и есть самое важное. Потому что мир, который мы создаем внутри себя, рано или поздно начинает влиять на мир вокруг. Маша еще не знает, что ее способность видеть красоту в мелочах и сострадать другим, однажды станут ее оружием и ее спасением. Она еще не знает, что ее голос, пока такой тихий и неуверенный, когда-нибудь зазвучит громче, и его услышат те, кому это нужно. А пока она просто идет по своей замерзшей реке, осторожно ступая по льду, но уже не боясь треска под ногами. Потому что она знает: даже если лед проломится, она сможет выбраться. Она уже научилась плавать.