Ещё со времени окончания Гражданской войны советская дальневосточная граница являлась объектом различных провокаций. С началом оккупации японцами Северо-Восточного Китая их число стало только расти. Обострению ситуации способствовали территориальные споры и непростые отношения, которые сложились у СССР с Маньчжоу-Го, несмотря на то что в марте 1935 года Советское правительство фактически признало это государство и даже подписало соглашение о продаже КВЖД. Главную роль в нагнетании напряжённости играли антисоветские позиции командования Квантунской армии.

Созданное японцами государство Маньчжоу-Го граничило с Советским Союзом на самом юге Приморья – в районе озера Хасан и реки Тумень-Ула. Начиная с 1934 года провокации и перестрелки здесь стали обычным делом. Японские военнослужащие не раз углублялись на нашу территорию целыми отрядами, откровенно провоцируя советских пограничников на боестолкновения, в которых обе стороны несли потери убитыми и ранеными.

В общей сложности в 1936–1937 гг. японские и маньчжурские войска совершили 97 нарушений государственной границы СССР. С января по июль 1938 года таких нарушений произошло уже 124. Многие из них вылились в серьёзные бои. Японские самолёты 40 раз вторгались в наше воздушное пространство, проводя воздушную разведку.

Японские части выдвигаются к границе.

В Стране Восходящего Солнца всё сильнее становилась «партия войны». Ей было необходимо проверить боевые качества своей армии в полевых условиях. Конфликты на границе также являлись своеобразной местью за политическую и дипломатическую поддержку, которую советское правительство оказывало Китаю, стремясь не допустить его полной оккупации.

Сказать, что СССР ничего не делал для укрепления своих дальневосточных границ, конечно, нельзя. Увеличилась численность располагавшихся в крае войск, туда перебрасывались авиационные и танковые подразделения, на самых опасных участках возводились укрепления.

Японские солдаты на строительстве оборонительных сооружений.

К лету 1938 года напряжённость на границе достигла своего апогея. В начале июля советские пограничники отметили выдвижение японских и маньчжурских подразделений к сопке Заозёрная. Они рыли здесь окопы и траншеи, готовили позиции для артиллерии, протягивали линии связи. Наши пограничники также стали рыть окопы на вершинах Заозёрной и Безымянной и установили там проволочные заграждения.

Представители Японии в Москве потребовали вывода советских пограничников с высот. Примечательно, что ранее этот участок границы их вообще не интересовал. В ответ наши дипломаты представили им соглашение России с Китаем от 1886 года, к которому была приложена карта, где озеро Хасан и примыкающие к нему с запада высоты значились на советской территории. Полученный ответ японцев не удовлетворил.

Советские пограничники на высоте Заозёрная.

15 июля на сопке Заозёрная прозвучал первый выстрел. Советским пограничником был убит японский военнослужащий. Расследование провели обе стороны, но результаты оказались прямо противоположными. По определению советской стороны, труп погибшего лежал на территории СССР в трёх метрах от линии границы. Японская же комиссия заявила, что убийство произошло на территории Маньчжоу-Го, и, стало быть, является «вооружённой провокацией русских военных».

20 июля посол Японии в СССР Мамору Сигэмицу вновь высказал Паркому иностранных дел Максиму Литвинову притязания японской стороны на высоты.

Японские пулемётчики в боях у озера Хасан.

Советская сторона опять ответила решительным отказом. В конце беседы японский посол заявил, что если сопка Заозёрная не будет добровольно передана Маньчжоу-Го, то японская императорская армия применит силу. Это уже была неприкрытая угроза.

Через два дня кабинет министров Страны Восходящего Солнца утвердил план ликвидации пограничного конфликта у озера Хасан силами императорской армии. К тому времени у границы уже были расположены три пехотные дивизии Квантунской армии, кавалерийский полк, механизированная бригада и почти 70 самолётов. Со стороны японских войск сразу же начались обстрелы и провокации. Части советской 40-й стрелковой дивизии были приведены в боевую готовность.

26 июля японская рота захватила пограничную высоту Чёртова гора, а три дня спустя ранним утром под прикрытием тумана японцы атаковали Безымянную.

Японские солдаты у разбитого советского пулемёта.

Находящийся здесь пограничный наряд численностью 11 человек принял неравный бой. Расстреляв все боеприпасы и потеряв пять человек, пограничники были вынуждены отойти, но уже к вечеру подоспевшая стрелковая рота при поддержке танкового взвода вернула контроль над высотой. Хасанский конфликт разгорался всё сильнее, и в воздухе явно запахло большой войной.

30 июля японцы предприняли новую атаку уже с применением артиллерии, но и в этот день наши позиции удалось удержать. На следующий день противник начал наступление силами двух пехотных полков. Благодаря численному превосходству он взял высоты и сразу же стал их укреплять, подтягивая резервы и артиллерию. Японские пулемётчики и снайперы держали под контролем все подступы к сопкам. Врага нужно было выбить как можно быстрее, пока он ещё не успел устроить прочную оборону. Однако сделать это силами одной 40-й дивизии не удалось.

Из-за отсутствия дорог наши войска к границе выдвигались медленно. Осложняли обстановку и частые ливневые дожди. Наступление, начатое 2 августа, захлебнулось. Сложившееся положение дел очень обеспокоило Москву. Командующий Дальневосточным фронтом герой Гражданской войны Василий Блюхер был смещён с должности. Общее руководство боевыми действиями перешло к комкору Григорию Штерну.

Командарм Штерн в полевом штабе.

По первым же сообщениям с границы можно было понять, что там происходит не обычный пограничный инцидент. У сопок шли полномасштабные бои с применением артиллерии, авиации и танков. 4 августа, уже чувствуя себя победителями, японцы предприняли попытку начать мирные переговоры. Японский посол в Москве заявил о намерении решить конфликт «мирным путём» и предложил начать переговоры о новой линии границы. Советское правительство заявило, что любые переговоры возможны лишь при условии восстановления положения, которое существовало до 29 июля. Японцы ответили отказом.

Авиаудар по высоте Заозёрная.

6 августа после артподготовки и массированной бомбардировки японских позиций с воздуха части Красной армии при поддержке 250 танков перешли в наступление. Несмотря на отчаянное сопротивление противника 8 августа наши бойцы овладели частью сопки Заозёрная. На следующий день пала Безымянная. Газета «Известия» сообщила, что неприятель полностью выдворен с территории СССР. Советские войска линию границы не переходили.

Красный флаг на высоте Заозёрная.

Обелиск павшим на сопке Заозёрная.

10 августа состоялась очередная встреча японского посла Сигэмицу с представителями советского правительства. Конфликтующие стороны договорились о прекращении огня и восстановлении на границе статус-кво. В 12–00 военные действия у озера Хасан официально были прекращены. Начался обмен телами павших. По итогам этих боёв 26 солдат и офицеров были удостоены звания Героя Советского Союза, более 6,5 тысяч награждены орденами и медалями.

Официальные данные потерь Красной армии были опубликованы только в 1993 году. Убитыми наши войска потеряли 792 человека, ранеными – 2752. Потери японцев были значительно меньше: 525 и 913 соответственно. Исходя из числа жертв, многие историки считают, что, несмотря на скоротечность, хасанские события смело можно причислить к локальной войне.

Трофейное оружие.

Командующий Штерн объяснял такие большие потери невозможностью какого бы то ни было манёвра. Японские позиции приходилось атаковать в лоб, поскольку существовал категорический приказ не переходить линию государственной границы. Следовательно возможность обхода взятых сопок была полностью исключена.

Такое положение дел подтверждалось и очевидцами. Так, участник тех боёв капитан Стороженко, командир батальона, атаковавшего Заозёрную с юга, позднее вспоминал: «Перед нами лежало пространство в 150 метров, сплошь оплетённое проволокой и находящееся под перекрёстным огнём. В таком же положении находились наши части, наступавшие через северный подступ на Безымянную… Мы могли бы значительно быстрее расправиться с зарвавшимся врагом, если бы нарушили границу и овладели окопами, обходя их с маньчжурской территории. Но наши части точно исполняли приказ командования и действовали в пределах своей территории».

Несмотря на победное завершение конфликта в приказе наркома Ворошилова отмечалось: «Боевая подготовка войск, штабов и командно-начальствующего состава фронта оказалась на недопустимо низком уровне. Войсковые части были раздёрганы и небоеспособны; снабжение войсковых частей не организовано. Обнаружено, что Дальневосточный театр (дороги, мосты, связь) к войне подготовлен плохо». Не на высоте оказалась и разведка. Отстранённого от командования Блюхера вызвали в Москву, где обвинили в «нежелании и неумении воевать» и в «дезорганизации фронтового управления». В октябре 1938 года маршал был арестован, а в ноябре погиб в Лефортовской тюрьме.

В политическом и стратегическом плане японская «проба сил», а на самом деле просто авантюра, закончилась провалом. Хасанский конфликт не привёл к сокращению советской военной помощи Китаю. Тем не менее неприятель увидел действия наших войск и счёл их не совсем удачными. Это побудило японцев в следующем году устроить очередную пробу сил в районе монгольской реки Халхин-Гол.