Глава 39

Не бросай меня

Ли

Я плохо спала той ночью — ворочалась, терзая себя мыслями до полусмерти. Боялась, что Кайл придет ко мне в комнату. Еще больше — что я не смогу выгнать его, если он это сделает.

Зря переживала.

Он так и не пришел.

Почему-то от этого стало только хуже. После нашей ссоры вчера я была в полном раздрае. Все болело — голова, сердце, даже желудок. Где-то глубоко внутри я понимала, что то, что мы не поговорили, — к лучшему. Кайл был пьяный, а когда в дело вмешивался алкоголь, наши разговоры обычно шли по одному из двух сценариев:

либо мы рвали друг друга на куски,

либо мы рвали друг с друга одежду.

Ничего хорошего.

Совсем ничего.

К восьми тридцати утра я уже встала, приняла душ, оделась, радовалась, что наконец закончились мучительные критические дни, и была готова начать день — без планов, ведь на выходных работать не нужно. Целых два дня только для себя. Ни дел, ни обязательств. Решив устроить генеральную уборку внизу, я надела старые кеды, собрала кудри в небрежный хвост и тихо вышла из комнаты, ступая по лестнице на цыпочках.

— Ли… подожди.

Я напряглась, вцепившись в перила, и на секунду всерьез подумала — может, просто убежать? Но бежать было некуда. С тяжелым вздохом я разжала пальцы и обернулась.

— Да?

Он только что вышел из своей комнаты — растрепанный, немного взъерошенный и… до невозможности красивый. Сердце предательски дернулось. Я изо всех сил старалась не смотреть на его обнаженный торс, на темную полоску волос, исчезающую под поясом низко сидящих джинсов.

— Я думал, мы могли бы сегодня что-нибудь сделать вместе? — сказал он, застегивая клетчатую рубашку.

Я моргнула, не веря ушам.

— Что?

— Ну, сделать что-нибудь, — повторил он, слегка смутившись. Глаза красные, под ними синяки — вот тебе и расплата за вчерашнюю пьянку. — Если ты не против.

— Кайл, ты не разговаривал со мной месяц, — нахмурилась я. — Почему вдруг захотел провести со мной день?

— У тебя выходной. У меня выходной. Почему бы и нет?

Вот уж действительно, худшее объяснение из возможных. Я покачала головой и пошла вниз. Нужно было выйти из дома — прогуляться, проветрить голову. Можно было бы поискать квартиру, но денег не хватало даже на комнату, не то что на отдельное жилье.

— Нет, подожди, — Кайл спустился за мной, преградив путь к двери. — Это было глупо, — нахмурился он. — Я был глупым.

— Что ты имеешь в виду? — устало спросила я.

— Я просто хочу поговорить с тобой, Ли, — сказал он грубовато, но искренне. — Просто…

— Просто что? — спросила я, устав от его игр.

— Просто… — он провел рукой по волосам и тяжело выдохнул. — Я скучаю по тебе.

— Я же никуда не уходила, — пробормотала я. — Это ты…

— Знаю, — тихо ответил он, глядя прямо в глаза. — Знаю.

И, кажется, действительно знал. Его плечи опустились, и вместе с этим из меня словно вытекла часть злости. Держать обиды было изнурительно, а то, что он хоть как-то признавал свою вину, немного облегчало душу.

— Я хочу провести с тобой время, — продолжил он. — Только мы вдвоем.

— Не знаю, — прошептала я, чувствуя, как сердце предательски ускоряется. — Не думаю, что это…

— Я все исправлю, — сказал он с жаром. — Правда. Дай мне еще один шанс, и я все исправлю, Ли.

Еще один шанс на что — хотела спросить я, но гордость не позволила.

— Что ты предлагаешь? — наконец выдавила я. Мозг орал, чтобы я остановилась, но сердце уже решило за меня. — Что именно ты хочешь заняться… со мной?

В его глазах мелькнуло облегчение, и он улыбнулся.

— Все, что ты скажешь. Что угодно.

— Решай сам, — прошептала я, отворачиваясь, пока снова не утонула в его взгляде.

Слишком поздно, — прошипел разум.

Кайл

Ли сидела в моей машине.

Это уже было хорошо.

Значит, у меня есть время — время, чтобы все исправить. Время, чтобы объясниться.

Проблема была в том, что вместо объяснений я выдал только:

— Пожалуйста, — когда она поблагодарила меня за помощь с ремнем безопасности,

а потом: — Тебе не холодно? — когда она вздрогнула на сиденье.

Гениально, Кайл. Просто чертов гений.

Не имея ни малейшего понятия, что делать и куда ехать, я направился в сторону гор. Там, в тридцати минутах отсюда, был заброшенный карьер. В крайнем случае, Ли могла бы просто выбросить меня к тем отморозкам и бандитам, которые сделали карьер — или, как его называли на улице, Кольцом Огня — своим логовом.

Я пытался сосредоточиться на узкой, извилистой дороге, но взгляд все равно постоянно соскальзывал на нее.

Черт возьми, как же она сегодня выглядела… мило. Завернутая в свою светло-хаки куртку, с капюшоном, обрамленным мехом, она походила на маленького эскимоса. Самого чертовски сексуального эскимоса, которого я когда-либо видел.

— Тебе точно не холодно? — спросил я снова и мысленно ударил себя по голове за то, что превратился в долбаного попугая. — Ты, кажется, замерзла, Принцесса.

— Думаю, я просто не привыкла к колорадской погоде, — ответила она, натянуто улыбнувшись.

— Это еще тепло, Ли, — усмехнулся я, заметив ее красный нос. — Подожди, когда снег пойдет — тогда и правда будет холодно. Может, хоть завтра.

Она передернула плечами, и я не смог сдержать смех. Господи, какая же она милая.

— Так, — прочистил горло я. — У тебя есть планы на следующие выходные? Хэллоуин?

Какой же я идиот. — Пойдешь собирать конфеты по домам? — добавил я, и сразу захотел врезать себе. Мой план был — разговорить ее, чтобы ей стало комфортно рядом со мной, а не отпугнуть ее моей бестолковой болтовней.

— Я не очень люблю Хэллоуин, — тихо ответила она. — И никогда не собирала конфеты по домам.

— Что? — я повернул к ней голову. — Никогда?

Ли покачала головой.

— Никогда.

— Да ну к черту, — выдохнул я. Даже я, ребенок, которого таскали из одной семьи в другую, хоть пару раз участвовал в этом. Правда, мой костюм обычно состоял из черного мусорного пакета и маски за доллар, но все же…

— А ты? — спросила она, теперь уже с интересом.

— Да, когда был маленьким, — ответил я. — Почему тебе не разрешали?

— Эм… — она поерзала, сцепив, а потом разжав руки. — Меня просто не отпускали.

— Почему?

— Это надо спрашивать у моего отца.

— Я спрашиваю у тебя.

Она пожала плечами, с грустной улыбкой.

— Неважно.

Мне хотелось взять ее за руку, но я боялся, что она отдернет.

— А школа тебе нравилась? — спросил я, отчаянно пытаясь поддерживать разговор. — Какой предмет был любимым?

— Мне нравился сам процесс обучения, — ответила она осторожно. — Математика и английский.

— А все остальное? — уточнил я, поворачивая на крутой участок дороги. — Вечеринки с друзьями, школьные танцы, свидания? — Я знал, что лезу не в свое дело, но меня тянуло узнать про нее все. — Ты была местной королевой школы?

— У меня не было друзей. И встречаться мне не разрешали, — спокойно, но прямо ответила она, глядя в лобовое стекло. — Первая вечеринка, на которой я побывала, — это та, куда я пошла после переезда сюда. Ночь, когда ты и я… — она запнулась, щеки порозовели. — Все мои первые разы случились здесь.

Ну охренеть.

Я почувствовал, как внутри все сжалось.

— Понятно, — только и выдавил я.

— А ты? — неожиданно спросила она. — Был популярным в школе?

— Я был козлом, — усмехнулся я. — Много переезжал, но в старших классах вроде наладилось.

— Верю, — уголки ее губ дрогнули. — Играл в футбол, да? Типичный красавчик?

— Да какой там, — фыркнул я. — У меня были проблемы с яростью. Контактные виды спорта мне были не рекомендованы. — я криво усмехнулся. — В юности я творил глупости. Вечеринки, выпивка, сигареты… — оборвал себя. Ей и так хватало причин меня ненавидеть. — Я плавал, — добавил, наконец вспомнив что-то приличное. — И на гитаре играл.

— Правда? — оживилась она. — И как, хорошо?

— Не знаю, — почесал я подбородок. — Я не ради умения играл, а чтобы сбежать.

— От чего? — спросила она, и в серых глазах мелькнуло понимание.

— От жизни, наверное, — ответил я, снова глядя на дорогу. — От самого себя.

— Хм.

— Значит, в школе тебе нельзя было встречаться, но ты ведь хоть раз сбегала тайком на свидание? — спросил я, решив вернуть разговор в легкое русло. — Да ну, Ли Беннет, не поверю, что такая девушка, как ты, ни разу не ходила на свидание.

Я бросил взгляд вбок — и застыл.

Лицо у нее побелело, как мел. Она застыла, будто окаменела.

— А выпускной? — осторожно спросил я. — У тебя ведь был парень тогда?

В следующее мгновение из ее горла вырвался сдавленный всхлип.

Я едва не съехал с дороги.

— Ли, подожди, — начал я, не понимая, что сделал не так. — Я не хотел…

— Что тебе рассказала Кэм? — сорвалось с ее дрожащих губ.

— Кэм? — я нахмурился. — Достаточно, — соврал, учуяв тайну. — Но я хочу услышать это от тебя.

На самом деле Кэм мне ничего не говорила. Но теперь я был уверен — там что-то есть.

— Это была ошибка, — прошептала она. Голос тихий, сломанный. — Мне не нужно было туда идти. — Она прижала пальцы к вискам, сжала глаза. — Это я виновата.

— Не вижу, в чем, — осторожно сказал я, стараясь не спугнуть.

— Кайл, если бы я осталась дома, как должна была, ничего бы не случилось, — прошептала Ли, глаза наполнились слезами. — У меня был бы диплом, может, я бы сейчас училась в колледже.

Что, черт возьми, произошло тогда? Почему она бросила школу?

— Что бы изменилось, если бы ты не пошла? — спросил я как можно мягче.

— Кроме того, что я не была бы неудачницей? — горько усмехнулась она. — Многое.

— Например? — тихо.

— Например, я бы не была здесь, — прошептала она.

Больно.

Как удар под дых.

— Я все еще видела бы кошмары, — продолжила она. — Но хотя бы убегала бы только от одного монстра. — один монстр. Значит, был и другой. — И я бы не жила в постоянном страхе.

— Страхе? — выдавил я. — Перед чем?

Она всхлипнула, кивнула.

— Перед тем, что если мужчина подойдет слишком близко, он может попытаться меня изнасиловать.

Я перестал видеть дорогу.

Перестал дышать.

В голове не осталось ни одной мысли, кроме одной-единственной.

Изнасиловать.

Кто-то пытался изнасиловать ее.

Мою Ли.

Черт возьми.

Глава 40

Вопросы и ответы

Ли

Я ненавидела Кэм за то, что она ему рассказала.

Я ненавидела Кайла за то, что он заставил меня рассказать все снова.

Кэм я, может быть, когда-нибудь и прощу.

Но не Кайла. Не теперь, когда он снова молчал, сжимал челюсти, нервно постукивал ногой и гнал машину в полной тишине.

Он спросил — я ответила. Это была не самая страшная тайна, но очень близко к тому.

— Можешь высадить меня где угодно, — прошептала я, не имея понятия, где мы вообще находимся. И не важно. Лучше идти пешком, чем терпеть такое отношение.

Я устала от его молчаливого наказания. Я этого не заслужила.

— Кайл, — раздраженно сказала я, когда он даже не сбросил скорость. — Пожалуйста, просто высади меня.

Я была на пределе. Полностью. Я вообще не должна была садиться в его грузовик. Как и в его постель.

Похоже, я просто мазохистка, вечно ищущая наказания.

— Нет, — выдохнул он, вцепившись в руль так, что костяшки побелели. — Я… э-э… — он сглотнул, челюсть дернулась. — Просто… дай мне минуту.

— Нет, — покачала я головой, чувствуя, как подступают слезы. — Пожалуйста, выпусти меня сейчас же.

— Ли, милая, мне сейчас очень тяжело держать себя в руках, — глухо выдохнул он, напрягая шею. — Если ты выйдешь из машины, я сорвусь.

— О боже… ты ведь не знал, — слова вырвались сами, когда до меня дошло. — Кэм тебе ничего не рассказывала, да? Ты меня просто обвел.

— Кто он? — его взгляд метнулся ко мне, и я увидела в нем сразу вину и безумную ярость. — Кто это сделал с тобой?

— Это не важно, — выдохнула я, чувствуя, как сдуваюсь. — Это было давно.

— Это важно, — стиснул он зубы. — Это важно для меня.

— Просто парень из моего города, — пробормотала я, чувствуя, как лицо вспыхивает.

— Имя! — рявкнул он, потом резко сглотнул, кадык дернулся. — Мне нужны детали.

— Почему я должна тебе что-то говорить? — сорвалось с меня. — Ты ведь мне все равно не доверяешь.

— Доверяю, — поспешно перебил он, нахмурившись, будто сам удивился своим словам. — Черт. — он моргнул. — Я доверяю тебе, Ли.

— Вау, не звучит особо уверенно, — пробормотала я, отводя взгляд.

— Просто… я сегодня слишком многое узнал, — глухо ответил он. — И пытаюсь с этим справиться.

Я подняла руки, сдавшись:

— Ну и ладно, Кайл. Справляйся как хочешь.

— Мне нужно знать, — упрямо сказал он, вцепившись в руль. — Пожалуйста. Ты должна мне сказать.

— Почему я должна…

— Ли, прошу, — голос у него дрогнул. — Просто скажи, и я отвечу на все твои вопросы.

Я колебалась, дрожала, чувствуя, как тяжело ему сдерживать злость. И, может быть, именно поэтому — захотела облегчить ему душу.

— Перри Франклин, — прошептала я.

— Окей, — быстро кивнул он, будто запоминая имя навсегда. — Спасибо. — он выдохнул. — Когда?

Я моргнула. — Когда?

— Да, когда, Ли? — он ударил ладонью по рулю. — Когда это произошло? Когда этот урод напал на тебя? — голос его сорвался в яростный рык. — И когда, черт возьми, ты собиралась мне рассказать?!

Он не дал мне ответить. Машина резко встала, и вдруг он притянул меня к себе, крепко прижимая, повторяя, что все будет хорошо.

Я была так ошеломлена, что просто… рассказала все.

Каждую ужасную деталь. Все, что до этого держала в себе. Боль, страх, унижение.

Как Перри обманом затащил меня на выпускной.

Как хвастался перед друзьями, что заберет мою девственность.

Как держал меня, пока я не могла дышать.

Как я хотела умереть, лишь бы не чувствовать этого.

Я рассказала все. Потому что, не знаю почему, но мне казалось — он сможет меня исцелить.

В тот момент я верила, что Кайл Картер способен подхватить меня, если я рухну. Что он может вернуть ту часть меня, которую у меня украли.

Я позволила ему обнять меня.

Позволила гладить мои волосы и спину.

Позволила себе плакать у него на груди и слушать, как он шепчет, что я в безопасности.

Потому что он поверил мне.

Он не сомневался.

Он не просто слушал.

Он слышал.

И у меня как будто камень свалился с души.

Наверное, так бы это и было — если бы кто-то поверил мне тогда, когда все случилось.

Может, Кайл не любит меня. Может, никогда и не полюбит так, как я его.

Но в тот момент — он заботился обо мне.

А я наконец почувствовала себя в безопасности.

Я решила не рассказывать ему про отца.

Даже Кайл не смог бы исправить эту часть моей разбитой души.

Кайл

Спустя несколько часов мы с Ли сидели бок о бок на заднем крыльце дома. Солнце уже клонилось к закату, в руках остывал кофе, а я чувствовал, как она снова уходит в себя.

Снова.

Черт, как же мне хотелось разбить эту чертову скорлупу.

Я хотел удержать ее здесь, в настоящем. Со мной.

Не то чтобы я этого заслуживал, но после всего, что услышал сегодня, мне просто нужно было, чтобы она не исчезала. Чтобы осталась со мной хоть немного.

После ее признания между нами будто что-то изменилось — будто мы стали дышать в унисон. Но теперь, вернувшись на Холм, выйдя из замкнутого пространства моего пикапа, я чувствовал, как она снова отдаляется.

А я не мог этого вынести.

Это сводило меня с ума.

Я понимал, что поступаю эгоистично, что веду себя как последний ублюдок, но… теперь, когда я снова ее получил, я не мог смириться с мыслью, что потеряю ее еще раз.

— Ты в порядке, Ли? — спросил я, уже, наверное, в пятидесятый раз, выдыхая пар над кружкой и отчаянно пытаясь подобрать слова, которые ей нужно было услышать.

Она переживала. Сомневалась в себе. И во мне тоже.

А я хотел, чтобы она знала: я не осуждаю ее. Я не виню ее в том, что сделал тот ублюдок.

— Все хорошо, Кайл, — тихо ответила она, глядя на свои маленькие кеды, вытянутые вперед.

— Точно? — приподнял я бровь.

Она пожала плечами и выдавила натянутую улыбку.

Черт.

Сделай хоть что-нибудь, Кайл.

Помоги ей.

Исправь все, черт тебя дери.

— Я вырос в приемных семьях, — вырвалось у меня прежде, чем я успел подумать.

Я моргнул. Ну, охренеть.

Потер челюсть, сделал глоток кофе. Не думал, что когда-нибудь расскажу ей это. Но вот — сказал.

— И у меня СДВГ, — добавил я, как будто между делом. — Я гиперактивный до чертиков, детка.

Ли повернулась ко мне, глаза расширились.

— Но… но ты же богатый, — выпалила она, потом быстро прикрыла рот рукой. — Ой… — она скривилась. — Фу, звучит ужасно.

Покачав головой, она все же попыталась собраться:

— Ладно. Знаешь, я не особо удивлена — ну, что у тебя СДВГ, — уточнила она с улыбкой. — Ты такой… — она хихикнула и прошептала: — Дерганый.

Я усмехнулся:

— Заметила?

— Ты — король хождения туда-сюда, Кайл Картер. Это прям твое фишка.

— Ага, — хмыкнул я. — Видимо, так.

— И как ты справляешься с этим? — спросила она, слегка толкнув меня плечом.

— Принимаешь таблетки?

— Да, — выдохнул я. — Они помогают держать себя более-менее в руках.

— Потому что ты умный, — сказала она.

— Да ну? — приподнял я бровь.

Она улыбнулась:

— Умные парни ходят кругами, когда думают.

— Ты чертовски милая, — усмехнулся я и чуть подтолкнул ее плечом. — И, кстати, я не всегда был богат.

— Нет?

— Нет, принцесса, — тихо рассмеялся я, хотя смех получился натянутым. — Очень даже наоборот.

— Понятно, — прошептала она, и после этого замолчала.

Я не понял — ей просто нечего сказать? Или она боится спросить?

— О чем ты думаешь? — спросил я, не выдержав.

— Честно?

— От тебя — всегда, — кивнул я.

— Я хочу задать тебе миллион вопросов, — призналась она, ставя кружку рядом с собой. — Но не уверена, что ты хочешь, чтобы я их задавала. Не хочу давить.

Дави, Ли.

Дави сколько угодно.

Просто не сдавайся.

— Задавай по одному, — хрипло сказал я. — Посмотрим, как пойдет.

— Правда?

— Правда.

— Хорошо, — она посмотрела на меня осторожно. — Как человек из приемной семьи становится владельцем сети отелей?

— Начни с чего-нибудь поменьше, — глухо усмехнулся я. — С поменьше, детка.

Она вспыхнула:

— Извини.

— Не извиняйся, — сказал я. — Просто… это долгая, долбанутая история. Не хочу утомить тебя.

— Ты не сможешь, — мягко ответила она. — Мне интересно.

— Моя мама родила меня в шестнадцать, — выдохнул я. — Сара Картер. С нее все началось. Она — мой конец. Или я — ее.

Я передернул плечами.

— Шестнадцать — это очень рано, — прошептала Ли. — Моя мама тоже была молодой, когда родила меня.

— Слишком рано, — сказал я. — Она была… — я поморщился. — Сломленной. Проблемы с головой. Наркотики.

Я почувствовал, как ее ладонь легла на мою — маленькая, теплая, поддерживающая.

— Я не знал моего отца, — продолжил я. — И, честно говоря, думаю, она тоже. Не до конца. — я посмотрел на Ли. Она не выглядела испуганной. Только внимательной.

— Я помню ее смутно. Только то, что она была блондинкой. И красивой.

— Уверена, она была прекрасной, — тихо сказала Ли, поглаживая мою руку.

— Она умерла, когда мне было три. Передозировка. — Я провел рукой по лицу. — Ну, почти.

— Почти? — нахмурилась она.

— Да, — отрезал я, не желая копать туда. — Родни у нее не было, отец — неизвестен. Так что меня забрало государство. — Она поморщилась, а я пожал плечами. — Следующие десять лет — один десткий дом за другим.

— Кайл… — прошептала она, прижимаясь щекой к моему плечу. — Мне жаль.

— Мне тоже, — выдохнул я.

— А потом? — спросила она, обвив мою руку. — Как все изменилось?

— Вот тут и начинается безумие, — хмыкнул я, чешу подбородок. — Когда мне было двенадцать, объявился отец моего биологического отца. Не знаю, как он вообще узнал обо мне, но однажды просто приехал к дому, где я жил, и потребовал встречи.

— Серьезно?

— Ага. — я кивнул. — Старый псих подал на опеку. И внезапно я из сироты превратился в внука миллионера с кучей недвижимости.

— И что ты хотел тогда? — мягко спросила она.

— Сбежать, — честно ответил я. — Просто выбраться, Ли.

— Понимаю, — кивнула она.

— Его назначили моим опекуном, и я переехал к нему в Боулдер.

— А до этого ты где жил?

— Повсюду, — пожал я плечами. — Где только можно.

— Ух ты, — выдохнула она. — Наверное, это было тяжело.

— Мягко сказано, — усмехнулся я. — Но дед и Линда забрали меня в тот момент, когда я уже был на грани. Они спасли меня.

— Он умер? — спросила она. — Твой дед?

— Да, — кивнул я. — Два года назад. Все оставил мне.

— Ты скучаешь по нему? — тихо спросила она, снова прижимаясь щекой к моему плечу.

— А?

— По деду, — повторила она.

— Я… — я замялся. — Фрэнк был строгим человеком. Не из тех, что обнимают и читают сказки. — я посмотрел на нее. — Но он спас меня. Из всей этой грязи. Так что, да — я благодарен ему.

— Значит, ты скучаешь, — шепнула она.

— Да, — выдохнул я, обнимая ее. — Очень.

— А твой отец? — нерешительно спросила она. — Ты видишься с ним?

Я напрягся. Конечно, она это заметила — и мягко прижалась еще ближе.

— Все хорошо, — прошептала она в своем мягком южном акценте. — Все в порядке.

— У него есть своя семья, — ответил я сдержанно. — Иногда пересекаемся, но… он для меня просто донор спермы. — Ложь. Для меня он тот взрослый, что испортил жизнь шестнадцатилетней девочке и потом просто исчез. — Он мне не отец, — выдавил я. — У меня никогда не было отца.

— Нет, — едва слышно ответила она, будто задумавшись, а потом вдруг потянулась и поцеловала меня в щеку.

Я удивленно моргнул. — За что это?

— За то, что ты — Кайл Картер, — улыбнулась она, проводя ладонью по моей щеке. — За то, что пережил все это. — она снова поцеловала меня в щеку. — И за то, что стал лучшим человеком из всех, кого я знаю.

Ну и черт.

Я сглотнул и отвел взгляд. Не мог ответить.

Она просто выбила воздух из моих легких.

И почему-то в голове заиграл Джонни Кэш — Hurt.

Она — мой «sweetest friend».

А слова песни — как предупреждение.

О том, кем я могу для нее стать.

О том, сколько боли способен причинить.

Черт.

Ли

Я хотела задать Кайлу еще миллион вопросов, но сдержала язык. Я видела, чего стоило ему это признание. Этот мужчина не доверял людям легко, но сегодня он доверился мне. Отдал крошечную частичку себя и поверил, что я не разобью ее. От этого у меня перехватило дыхание — я чувствовала все сразу: благодарность, нежность, боль, восторг.

Становилось темно, холод ночи начал пробираться под кожу, но я не ушла в свою комнату, как мне следовало бы. Вместо этого мне хотелось притянуть его голову к себе, прижать его щеку к своей груди, как ребенка. Мне хотелось исцелить все раны внутри него — те, что никто, кроме меня, не замечал. Ведь теперь я ясно видела: его разбитое сердце отзывалось болью моего собственного.

Еще несколько фрагментов пазла под названием «Кайл Картер» встали на свои места. Он был смелым и гордым мужчиной, который не любил показывать слабость. Думаю, он вообще не умел чувствовать слабость. Но ради меня он позволил себе быть уязвимым — чтобы облегчить мою боль.

Ох, кажется, мое сердце попало в большую беду.

— Я не хочу снова тебя ранить, — тихо сказал он, поворачиваясь ко мне и глядя своими синими глазами прямо в душу. — Я никогда не хотел причинять тебе боль.

Он уже причинил — миллионом разных, ноющих способов. Но сейчас мне было все равно.

— Все хорошо, — прошептала я, и дыхание сбилось, когда он коснулся своим лбом моего. Я подняла руку и провела пальцами по его щеке. — С тобой все в порядке.

Я почувствовала, как его тело содрогнулось, и мое сердце сжалось от нежности. Пусть я и слабая — но в этот момент я знала: я смогу простить ему все. Все его вспышки, всю грубость, даже то, как он оставил меня. Потому что я видела в нем нечто. Что-то, что отзывалось во мне самой.

— Я прощаю тебя, — прошептала я, вздрогнув, когда он нежно коснулся своим носом моего.

— Я этого не заслуживаю, — тихо прошептал он, скользнув руками по моим бедрам.

— Я знаю, — согласилась я, садясь к нему на колени, обхватив ногами его бедра. — Но я все равно прощаю тебя.

— Я не заслуживаю этого, Ли… — он выдохнул и уткнулся лицом в мое плечо. — Черт, мое сердце так бешено колотится. — он застонал мне на плечо. — Почему ты должна быть такой… идеальной? Почему ты должна быть такой… настоящей?

— Кайл? — я выдохнула, мое бешеное сердце билось в унисон с его.

— Ли.

Я проглотила комок в горле.

— Больше так не делай, хорошо?

— Я не хочу так больше делать, — сказал он, поднимая голову, глаза полны боли и раскаяния. — Но я не умею не ломать все вокруг.

— Попробуй, — умоляла я, обвив его шею руками. — Просто попробуй.

— Я… — его одинокие, уязвимые синие глаза кивнули медленно. — Я попробую. — Он протянул руку и взял мою щеку в ладонь. Я не сопротивлялась, напротив, полностью доверилась его прикосновению.

— Ты сводишь меня с ума, Ли Беннетт, — признался он, слегка качая головой.

— Я чертовски запутался.

— Да? — закрыв глаза, я прижалась к его руке, наслаждаясь каждым касанием. Его губы коснулись моей щеки, которую он не держал, и по моему телу пробежала дрожь. — Думаю, я понимаю это чувство.

— Я разберусь с этим, Ли, — прошептал он, губы скользнув по изгибу моей челюсти. — Я все исправлю. — Он глубоко вдохнул и крепче обнял меня. — Как-нибудь. — Поцеловал меня в подбородок, а затем в кончик носа. — Обещаю.

Я была невероятна глупа.

Я играла в рискованную игру с собственным сердцем, отдавая его ему, словно оно было одноразовым, не имеющим значения. Но я не могла остановиться.

Потому что я верила ему.

Потому что я любила его.

Со всеми его хорошими, плохими и сломленными сторонами.

Выдохнув, я открыла глаза и посмотрела прямо в него, чувствуя связь с этим человеком сильнее, чем с кем-либо другим в моей жизни. Любяще — безрассудно — я наклонилась и прижала свои губы к его. Его губы слились с моими так идеально, что сомнений не осталось. Все подходило друг другу.

Кайл без колебаний ответил на поцелуй, губы были мягкими, а прикосновение — нежным. Это был медленный, обжигающий поцелуй, разжигающий в моей груди жар. Переместив мои ноги так, чтобы я больше не сидела на нем верхом, а, напротив, лежала боком у него на коленях, он прижал меня к своей груди одной рукой, а другую держал на моей щеке. Казалось, никто из нас никуда не торопился, когда мы сидели на пороге его дома, и наши губы почти исследующе двигались друг к другу. Это был поцелуй любовников. Поцелуй, который мужчина дарит любимой женщине. По крайней мере, так это ощущалось.

— Кайл, хочешь поиграть в бильярд… ох, черт.

Голос Дерека прорвался сквозь мои мысли, полные похоти, и я оторвалась от губ Кайла, широко раскрыв глаза, тяжело и прерывисто дыша. — Боже.

— Не сегодня, — только и ответил Кайл, прежде чем снова притянуть мое лицо к себе и снова завладеть моим ртом. — Не беги. — его голос был хриплым, глаза потемнели, щеки раскраснелись. — Оставайся.

Все тело покалывало, я снова погрузилась в его поцелуй, не обращая внимания на то, что мы были полностью выставлены напоказ нашему соседу по комнате. Во мне пульсировало желание. Я чувствовала, как он твердеет у меня на ягодицах. Я могла катиться прямиком в ад. Я была многим, но сегодня ночью я не собиралась убегать.

Я люблю тебя.

Не ломай меня.

Не подведи меня.

Я так сильно тебя люблю.

Одним быстрым движением мы стояли. Вернее, Кайл стоял. Я обвивала его, как плющ. Поддерживая меня за спину, он провел нас на кухню и прошел мимо Дерека, не отрывая губ от моих. Он поднимался по лестнице через две ступеньки, легко неся меня, словно я была перешком. Это была ложью. У меня были внушительные изгибыю. Я не была худышкой. Но Кайла это, похоже, не волновало. Он провел нас вверх по лестнице в свою спальню, даже не вспотев — и не отрываясь от поцелуев.

— Не трогай, — сказала я ему в губы, когда он потянулся к включателю свету.

— Пожалуйста, — добавила я, и по спине пробежала нервная дрожь при мысли об объяснении, которое мне придется придумать, если он увидит мои уродливые шрамы, — или о страхе, что он с отвращением и ужасом убежит в противоположную сторону.

— Я предпочитаю темноту.

Не сказав ни слова, Кайл убрал руку с выключателя, оставив нас в коконе уютной темноты, нарушаемой лишь светом уличного фонаря за окном, и повел нас к своей кровати. Сегодня все было иначе. Я видела это по его глазам, когда он осторожно опустил меня на кровать. Я чувствовала это по его прикосновению, когда он медленно провел большим пальцем по моей щеке, прежде чем отступить назад, скинуть ботинки и расстегнуть рубашку.

Я поняла, что это не безрассудный поступок. Это было заранее обдуманное решение, которое мы оба приняли, не выпив ни капли алкоголя, чтобы стереть границы — или обвинить. Он стоял передо мной в распахнутой рубашке, и его взгляд был устремлен на меня почти с надеждой.

Он позволяет тебе выбирать, — осознала я. Решай, Ли.

Трясясь, я поднялась на колени и стянула футболку через голову. Не отрывая от него взгляда, я потянулась назад и расстегнула застежку бюстгальтера, позволив ему соскользнуть с моих плеч.

Его дыхание прервалось, взгляд метнулся прямо к моей обнаженной груди. Высунув язык, чтобы смочить пухлую нижнюю губу, он потянулся к поясу джинсов. Я с замиранием сердца смотрела, как Кайл спустил джинсы и боксерские шорты и вышел из них. Стоя передо мной обнаженным, он продолжал смотреть на меня, его глаза горели чем-то большим, чем просто жаром. Дрожа и понимая, что пришла моя очередь, я неуклюже сползла с его кровати. Тяжело дыша, я встала перед ним и потянулась за джинсами. Скинув кроссовки, я расстегнула пуговицу джинсов и спустила их вниз по бедрам вместе с трусиками, которые упали на пол вместе с его сброшенной одеждой.

И вот мы — грудь к груди, кожа к коже, обнаженные, с сердцами на кону, и каждый молча умолял другого быть нежным, пока мы осваивали эту пугающе новую и неизведанную территорию.

Возвышаясь надо мной, Кайл первым двинулся вперед, сокращая расстояние между нами и вызывая дрожь, когда я почувствовала, как его твердый член коснулся моего живота.

— Делия Ли Беннетт… — смиренно вздохнув, он протянул руку и заправил мои локоны за ухо, задержавшись пальцами на моей щеке. — Я знал, что ты будешь проблемой, — сказал он хриплым голосом, глаза горели чем-то более глубоким, чем я могла себе представить.

— В ту минуту, как я тебя увидел.

— Ты первый меня поцеловал, — выдохнула я, дрожа от напряжения в груди, грозившего вот-вот свалить меня с ног.

Он улыбнулся почти грустно. — Да, вроде как.

— Ага. — не в силах сдержаться, я потянулась и положила ладонь ему на грудь. — То есть ты тут зачинщик.

Кайл не улыбнулся. Вместо этого он так пристально посмотрел на меня, что мне показалось, будто он пытается проникнуть в мои мысли. — Ты теперь важна. — эти слова звучали одновременно и вырывающимися из груди, и неохотно. — Для меня. — он просунул руку между нами и накрыл мою руку, лежавшую у него на груди, своей. — Как же неудобно, да?

— Да, — выдохнула я, кивая ему. — Очень.

— Так что, возможно, мне понадобится, чтобы ты была рядом, — добавил он настороженно, взгляд был уязвимым. — Хотя я склонен лажать. — он глубоко сглотнул и придвинулся ближе.

— В большинстве случаях.

— Быть рядом, — выдохнула я, прижимаясь к нему всем телом. — Ну, я только что приехала, так что…

— И, э-э… — он снова сглотнул. — И, может быть, просто наберись немного терпения, пока я со всем этим разберусь.

— Терпения. — я прерывисто выдохнула. — Я известна как терпеливый человек.

— Может, я все испорчу, — признался он, опуская лицо к моему. — Может, я оттолкну тебя. — он погладил меня по щеке. — От себя.

— Возможно, я не уйду, — прошептала я в ответ, застонав, когда его губы коснулись моих. Легко. Слишком легко. Мне нужно больше.

— Возможно, ты не это имела в виду, — возразил он, снова коснувшись моих губ. — Может, ты сбежишь.

— Я, э-э, хм… — его язык прошелся по моей шее, и я обмякла на нем. — А может, мне и не придется.

— Надеюсь, ты права, — сказал он, обнимая меня за спину и поднимая на кровать.

— Да… — кивнула я, обхватив его лицо ладонями и притянув его тело к себе. — Я тоже.

Упершись пятками в его мягкий матрас, я переползла на середину кровати, подталкивая его пальцами и языком. Мне нужно было его поближе. Кайл без колебаний подчинился, и я застонала ему в рот. Боже, как мне нравилось ощущать его вес на мне, прижимающим к себе. Меня это непривычно возбуждало, но ощущение этого 190-сантиметрового, мускулистого, красивого мужчины, которому я доверяла, тяжестью давило на меня.

Раздвинув ноги, я приняла его между ними, прижимая к себе и глубоко целуя. Прижимаясь к моему телу, Кайл прервал наш поцелуй лишь для того, чтобы достать из тумбочки презерватив, а затем вернулся ко мне, губы на моих, кожа к коже.

Поднявшись на колени, он продолжал целовать меня, разрывая фольгу и впиваясь в меня.

— Я хочу тебя, — прошептал он мне в губы. — Так чертовски сильно.

— Знаю, — выдавила я из себя, отчаянно желая снова почувствовать его. — Я тоже.

— Месячные, — продолжил он, потягивая и посасывая мою нижнюю губу. — Мне все равно, не с тобой, я буду владеть тобой любым способом, но если тебе слишком больно…

— Они закончились, — поспешила я сказать ему, чувствуя, как колотится сердце, как тело пульсирует от желания. — Все хорошо.

С рваным вздохом он кивнул и прижался лбом к моему. — Мне нужно войти, Ли. — он прижался ко мне.

— Я просто… — покачав головой, он наклонился и запечатлел на моих губах пьянящий поцелуй. — Мне действительно нужно войти, детка.

— Все в порядке. — открывшись ему, я судорожно выдохнула и кивнула. — Ты можешь войти в меня. Не отрывая от меня взгляда, Кайл оперся на одну руку и медленно вошел в меня, наблюдая за каждым моим движением, погружаясь все глубже, дюйм за дюймом, мучительно и восхитительно.

— Боже, какая ты тугая. — на его шее вздулась вена.

— Ты в порядке? — его голос был хриплым и прерывистым. — Больно?

— Не в этот раз. — выгнув спину, я застонала, почувствовав, как он входит в меня полностью, заполняя. — Я так растянута, — выдохнула я, прижимаясь к его шее. — Не останавливайся.

— Блядь, — прорычал он, целуя меня в губы, медленно выходя из меня, а затем снова входя в меня. Прильнув к моим губам, он целовал меня в том же ритме, в котором трахал: сначала медленно, нежно и сладко, а затем все быстрее, сильнее, глубже, пока мы оба не начали тяжело дышать и стонать.

— Все, — продолжал он шипеть мне в губы, произнося те грязные слова, которые я, зная, должна была ненавидеть, но тайно любила, пока он входил в меня. — Трахни меня в ответ, Принцесса. Дай мне свою киску. Сожми мой член. Трахни! — резко войдя в меня, он обхватил меня за спину и усадил к себе на колени, наши тела все еще были соединены самым первобытным образом. — Скажи мне, чего ты хочешь, — прорычал он, крепко целуя меня.

— Давай, принцесса. — еще одно дразнящее движение языка. — Поговори со мной.

— Боже мой. — влажная как никогда, я дернулась бедрами и откинулась на матрас, ударившись головой о подушки в быстрых толчках от чистой вибрации, проносившейся сквозь меня, когда он все быстрее двигался внутри меня. — Трахни меня, — вскрикнула я, наслаждаясь блаженными ощущениями, нахлынувшими на меня. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня жестко.

— Вот так? — промурлыкал он, хватая меня за бедра и поднимая ставки, врываясь в меня.

— Или жестче?

— Да, — почти закричала я, отчаянно пытаясь ухватиться руками за простыни, когда давление в моем теле возросло до такой степени, что я почувствовала, будто вот-вот взорвусь.

— Господи!

Тяжело дышать, Кайл остановился на середние толчка и сжал мое бедра.

— Нет! — я почти вскрикнула от опустошения, когда нарастающее чувство внутри меня постепенно утихло. — Зачем ты это сделал?

— Иди сюда, — сказал он, притягивая меня к себе, еще все пульсируя внутри. Смущенная и возбужденная, я позволила ему усадить меня к себе на колени. — Ты такая красивая, — сказал он, поцеловав меня в губы, прежде чем медленно снять меня с себя. — Я забыл тебе это сказать. — он громко и прерывисто вздыхает. — Просто... слишком увлекся тобой..

— Куда ты идешь? — прохрипела я в отчаянии, наблюдая, как он переворачивается на спину. — Я думала, ты хочешь меня…

— Я хочу тебя, — хрипло подтвердил он, сгибая палец. — Иди сюда.

Сердце подпрыгнуло в груди, когда мне пронзила молния желания. — А?

— Оседлай меня, — мягко сказал он, устраиваясь на спине. Он похлопал себя по мускулистым бедрам. — Ты тоже можешь взять меня, детка.

Боже мой…

Я неуклюже взобралась на его огромное тело и закинула ногу ему на бедра, не сводя глаз с его обтянутого эрегированным членом и гадая, как, черт возьми, он помещается в моем теле. Он был большим, толстым, длинным и… Покачав головой, я неуверенно покусала губу.

— Я никогда раньше этого не делала.

Улыбаясь, Кайл сжал мои бедра и приподнял меня над своим телом так, что я парила над его членом. — Я хочу, чтобы у тебя была власть, — сказал он, протягивая руку между нами, чтобы погладить себя. — Я хочу, чтобы ты знала, что у тебя всегда есть власть, когда ты со мной. — он хищно ухмыльнулся. — Даже когда я увлекаюсь.

— Кайл… — мой голос дрогнул, и я покачала головой, ошеломленная тем, насколько были прекрасными были эти слова. — С тобой мне не страшно.

— Хорошо, — прорычал он, притягивая мое лицо к своему. — А теперь… — крепко поцеловав меня в губы, он откинулся на подушки и выгнул бровь. — Оседлай мой член.

Господи.

Чувствуя себя взволнованной, возбужденной и, как ни странно, дерзкой, я протянула руку между нашими телами и схватила его эрекцию. Не отрывая от него взгляда, воодушевленная пылающим жаром его голубых глаз, я медленно опустилась на него, прикусив губу, чтобы сдержать стон, который, казалось, все равно вырвался у меня, когда я почувствовала, как он меня растягивает.

— Ты такая чертовски сексуальная, — промурлыкал Кайл, глядя на меня сквозь прикрытые веки, пока его руки скользили по моим гладким бедрам. — Господи, я бы тебя просто съел.

Чувствуя смущение, я положила руки на его твердый, подтянутый живот и осторожно подвигала бедрами, пробуя ощущения.

— О, черт, детка, — одобрительно простонал он, подталкивая бедра вверх. — Ты просто восхитительна.

— Хмм?

— Три бедрами, Ли, детка, — подбадривал он, ерзая подо мной. — Трахни меня как следует и жестко. — сжав руки на моих бедрах, он толкнул меня вверх, одновременно притягивая к себе. — Бери все, что хочешь.

«Я хочу твое сердце» — слова вертелись у меня на языке, когда я начала двигаться над ним — когда я начала оседлать его.

Проблемы, Ли.

У тебя большие проблемы.

Мне было все равно.

У меня был Кайл Картер.

— Ага, Ли, — продолжал уговаривать Кайл чуть позже, резко и шумно выдыхая, когда я резко навалилась на него, мои движения были дикими, свободными и совершенно не похожими на меня. Наши тела были скользкими от пота, а сердце колотилось так сильно, что я думала, оно вот-вот разорвется. Что-то должно было разорваться, подумала я. Мне что-то было нужно.

— Черт, детка, мне так нужно кончить.

— Боже! — вскрикнула я, раздраженная тем, что чувство, за которым я гналась, казалось, оставалось где-то вне моей досягаемости, как бы я ни трахала его или как бы быстро ни вращала бедрами. Слезы абсолютного разочарования наполнили мои глаза, когда я наваливалась на него, пытаясь, но безуспешно, достичь оргазма. — У меня это не получается!

Одним быстрым движением перевернув меня на спину, Кайл расположился надо мной и обхватил одну из моих ног вокруг своей талии. — Тсс, детка, — промурлыкал он, нежно поцеловав меня в губы. — Я держу тебя.

И, боже, он точно держал.

Я была совсем новичком в этом деле, у меня не было опыта, с которым можно было бы сравнить, но, клянусь, у этого мужчины были просто потрясающие бедра. Он качнулся в меня, расположившись в идеальной точке наслаждения, и я почувствовала дрожь и сжатие.

— Лучше? — уговаривал он, еще раз нежно поцеловав мои припухшие губы. Кивнув, я обняла его за шею и расслабилась. — Я сделаю тебе приятно, — продолжал он, снова и снова целуя это идеальное место.

— Кайл! — выпалила я в панике. — Я сейчас кончу.

— Да, кончишь. — он прорычал мне в губы. — Просто подожди, детка.

— Я... о... боже! — pажмурив глаза, я прижалась к нему, чувствуя, как меня охватывает волны абсолютного экстаза.

— Господи, — прохрипел он, уткнувшись лицом мне в шею и затрясшись надо мной, яростно дергая бедрами.

Он кончает.

В тебя.

Из-за тебя.

Ты заставляешь его кончить.

Эта мысль снова запустила процесс экстаза, и новая волна жара и удовольствия пронзила мое тело. Он продолжал двигаться внутри меня, пока я кончала вокруг него во второй раз.

— Ли. — прерывисто выдохнув, бедра все еще дергались, он поцеловал меня в шею и вздохнул. — Черт, Ли.

Ну вот, подумала я, он опять сейчас сбежит.

Напрягшись под ним, я ждала, что Кайл… ну, сделает то же самое, что и делал раньше, взбесится и вышвырнет меня.

— Ты в порядке? — спросил он, удивив меня своими нежными, хриплыми словами. Робко кивнув, я прошептала:

— Все в порядке.

— Хорошо. — он медленно вышел из меня, быстро поцеловал меня в губы и слез с кровати. С таким видом, будто его ничто не беспокоило, он прокрался к двери, совершенно голый и все еще с впечатляющей эрекцией.

Ошеломленная, я вскочила на кровати и смотрела, как он выскользнул из комнаты.

Боже мой.

Боже мой, черт возьми.

Он ушел!

Смаргивая привычные слезы отвержения, я вскочила с кровати и бросилась за одеждой, отчаянно желая немедленно вернуться в свою комнату.

— Ли? — спросил Кайл меньше чем через минуту, когда он вернулся в свою комнату без презерватива и с пачкой салфеток в руке. — Куда ты идешь, детка?

— А? — резко встав, я откинула джинсы перед собой и заерзала. — В смысле… а?

— Ты уходишь? — спросил он, закрывая за собой дверь спальни и нахмурившись. — Ты не останешься?

— Я не… я не… я думала, ты… — замолчав, я беспомощно пожала плечами. — Я думала, ты ушел.

— Я пошел в туалет, — объяснил он, глядя на меня все с тем же растерянным выражением лица. — Привести себя в порядок.

— О. — кивнув, я продолжала держать джинсы перед собой, словно щит. — Я этого не знала.

— Ты все еще собираешься уходить? — спросил он, настороженно глядя на меня. — Потому что тебе не обязательно идти.

Я подняла брови. — Не обязательно?

Господи. — в его глазах мелькнуло чувство вины, и он разочарованно выдохнул. — Я мудак.

Я быстро моргнула. — Э-э…

Сокращая расстояние между нами, Кайл пальцами поднял мой подбородок. — Оставайся со мной. — наклонившись, он поцеловал меня в губы. — Поспи со мной.

Я дрожащим голосом выдохнула. — Правда?

— Правда. — он кивнул и осторожно высвободил джинсы из моих пальцев. — Выбирай, на какой стороне ты будешь, принцесса.

— Сторона?

Он ухмыльнулся. «Будешь спать».

О боже…

Глава 41

Зеленые колготки и сероглазые мотивы

Кайл

— Чувак, что за хрень на тебе надета? — вломился Дерек в мою комнату в Хэллоуин, прерывая мой нервный обход комнаты.

— Она опаздывает, — огрызнулся я, нервно раздражаясь. — И я… — я посмотрел на себя и развел руками. — Я не знаю, что, черт возьми, делаю! — снова начал ходить по комнате. — Черт побери, Дер!

— Я не могу… — схватившись за грудь, он сгорбился от смеха. — Ты совсем с ума сошел, Картер!

Я смерил его взглядом, краснея как подросток. Подняв палец, я прошипел:

— Если ты даже подумаешь кому-то рассказать, что видел сегодня в этой комнате, я порву тебя. Я запихну твои яйца в твой дорогой блендер и потом отдам твоей девушке! — я покрутил шеей и поправил свои… достоинства.

— Это самый унизительный момент в моей жизни, — добавил я, предупреждая. — Так что просто… сдержи свои обычные саркастические шутки при себе и помолчи.

— Не мог выбрать что-то более мужественное? — ухмылялся он. — Например, Бэтмена или Стрелу?

— Иди на хуй, — пробормотал я, смущенно глядя на зеленые колготки. — Любимая книга Ли в детстве была «Питер Пэн».

— И что? — Дерек шатаясь подошел к моей кровати, держась за живот от смеха. — У Кэм была «Винни-Пух», но ты не видишь, чтобы я бегал в костюме Тигра, не так ли?

— Убирайся, — приказал я, указывая на дверь. — Сейчас же.

— Ты у нее под каблуком, чувак, — он смеялся, не собираясь останавливаться. — И тебе за это никто даже не отсосет. Это куча усилий для девушки, которая просто друг.

Я только усмехнулся про себя.

— Ты же трахаешь ее, — обвинил он. — На прошлой неделе! Ты сказал, что это был всего лишь поцелуй! Ты мне солгал.

— Это не твое дело, Дер, — отрезал я. — Она не твое дело.

— Черт, — пробормотал он, качая головой. — Ты с ней.

Я не знал были ли мы с Ли вместе, но за целую неделю не было ни одного дня, когда мы спали порознь. Я не мог объяснить это и боялся додумывать, но между нами явно что-то происходило.

— Мы друзья, — наконец сказал я. — Хорошие друзья.

— Скорее друзья с привилегиями, — поправил он. — Чувак, ты в жопе.

Я знал это. Сужая глаза, я прошипел:

— Расскажешь кому-либо об этом — я показал на свой костюм — или про Ли и я закопаю тебя, Дер.

— Я дрожу, — ухмыльнулся он.

— Дрогнешь, когда я расскажу Кэм про секс-видео, которое ты снял с сестрой своего друга в старшей школе.

Дерек побледнел. — Ты лжешь.

— Попробуй.

Я знал, что теперь он будет молчать.

— Ты коварный ублюдок.

— Я делаю, что должен.

— Ладно, ухожу, — сказал он и направился к двери. — Сохрани свои колготки и тайную девушку…

— Она не моя девушка! — отрезал я, раздраженно. — Она моя подруга!

— Да, конечно, чувак. — Он остановился в коридоре, оглянулся и ухмыльнулся. — Удачи тебе сегодня с горячей подругой и костюмами из сказек. — И подпрыгнул, щелкнув пятками. — Хотел бы я быть мальчиком! — прокричал он писклявым голосом.

— Эта фраза из «Пиноккио», ублюдок! — рыкнул я, бросаясь за ним.

— Чувак, не знал, что ты такой фанат Диснея, — смеялся он через плечо.

— А я не знал, что ты фанат моего кулака! — крикнул я, догоняя его по лестнице. Вцепившись в него на нижней ступени, мы повалились на пол, когда дверь резко распахнулась.

— О, боже мой, — рассмеялась Кэм, стоя в дверном проеме. — Кайл, что эта за фигня на тебе?

— Он Пиноккио, — хихикнул Дерек из под меня.

— Пэн, — прохрипел я, нехотя спускаясь с него. — Я Пэн.

— Настоящий потерянный мальчик, — промурлыкала Кэм, щелкнув языком. — Тебе идет.

Я неуклюже поднялся и обратился к виновнику всего безумия. — Сюрприз?

— Кайл? — спросила Ли, пробираясь мимо Кэм, глаза широко раскрыты. — Что ты делаешь? — Слава богу, она не смеялась. Я бы не вынес такого удара по моей гордости. — Она на цыпочках дотронулась до пера на моей шляпе и нахмурилась. — Почему ты в костюме Питера Пэна?

— Ты сказала, что никогда не ходила за сладостями. — Я пожал плечами, игнорируя смешки Дерека и Кэм. — Я подумал, что можем пойти.

— Правда? — глаза Ли заблестели, а на лице у нее расплылась улыбка. — Ты хочешь пойти со мной?

— Чувак, тебе двадцать два года, — вмешался Дерек с изумленным видом. — Ты серьезно? — улыбка Ли погасла, и мне захотелось выбить дерьмо из Дерека.

— Я серьезно, — фыркнул я. — Если Ли хочет пойти за сладостями, мы пойдем.

Складывая руки на груди, Дерек покачал головой. — Нет, извини, я должен вмешаться. Одно дело — носиться по дому в колготках, а другое — по улице. Ты в своем уме, Кайл?

Она — в моем уме, — мысленно прошипел я. — Теперь заткнись и дай мне разрушить себе жизнь в покое!

Игнорируя его здравый смысл, я повернулся к Ли: — Хочешь пойти за сладостями со мной, Принцесса?

— Я… — ее взгляд метался между Кэм и Дереком, затем снова на меня. — Я хочу пойти с тобой.

Я улыбнулся, Кэм закричала от радости, а Дерек застонал, как будто ему физически больно. — Ты потерян для этого мира, — объявил он. — Прощай, Геппетто, твои яйца обречены.

— Питер Пэн, — поправил я, все еще улыбаясь Ли. — Ладно. Поехали.

— Но у меня нет костюма, — пробормотала Ли, закусив нижнюю губу.

— Есть, на твоей кровати, — ответил я, беря ее за плечи и ведя к лестнице. — Так что иди готовься, Фея Динь-Динь, пока не разобрали все хорошие конфеты.

— Ладно! — визжала Ли от радости, подбегая наверх с Кэм следом. Я остался на месте, наблюдая, пока она не исчезла из поля зрения. Только тогда я выдохнул.

— Чувак, — Дерек хлопнул меня по плечу. — Ты в полной жопе.

Разумеется, я это прекрасно знал.

Ли

Я и подумать не могла, что смогу любить Кайла еще сильнее, чем уже любила.

Я ошибалась.

Когда Кэм открыла дверь, и я увидела Кайла в костюме Питера Пэна, мне показалось, что сердце просто выскочит из груди. Последнюю неделю мы с ним были запутаны в каком-то странном, непонятном, но безумно притягательном состоянии — проводили вместе почти все время. Я не понимала, что между нами происходит. Мне было страшно даже подумать об этом, а еще страшнее — спросить напрямую и услышать отказ. Но что бы это ни было, он сделал это для меня. Нарядился в Питера Пэна, выставил себя полным идиотом — только чтобы сделать меня счастливой.

В ответ я надела костюм феи Динь-Динь, который он мне купил, и пошла с ним по домам за сладостями. Мы выглядели нелепо, стучась в двери и выпрашивая конфеты, но ему было все равно — и я решила, что мне тоже будет. Он умел как-то волшебно успокаивать меня, и в тот момент, стоя рядом с ним у ярко украшенного дома, я знала: я всегда буду любить Кайла Картера.

И во всем была виновата только он.

Кайл переворачивал мой мир с ног на голову, рушил его в клочья, а потом собирал заново. Это было опасно — любить мужчину, который мог уничтожить меня. Я понимала, что он испортил меня для всех других, и самое страшное — мне было наплевать. Что-то внутри подсказывало: я больше никогда не захочу никого другого.

— Думаю, конфет нам хватит до самого Дня благодарения, — объявил Кайл, размахивая пакетом, когда мы наконец вернулись на Тринадцатую улицу. Он улыбался и держал меня за руку, выглядел расслабленным и счастливым — наверное, как никогда прежде. Разве что, может, когда мы были вдвоем в его комнате.

— Ты просто большой ребенок, да? — поддела я, улыбаясь, пока он распечатывал конфету одной рукой и закинул в рот.

— О, я большой, — протянул он с хитрым прищуром. — Ты ведь знаешь.

Я вспыхнула. — Ты невозможен.

— И сильный тоже, — добавил он с дьявольским подмигиванием. — Хочешь убедиться?

— Что? — Я округлила глаза, а Кайл расхохотался. — Каким образом?

— Иди сюда, моя маленькая фея, я отвезу тебя домой, — сказал он, присев передо мной. — Забирайся, твоя карета ждет.

— Что? — рассмеялась я.

— Просто залезай мне на спину, принцесса.

— Кайл, нет.

— Ли, да.

— Я не могу.

— Можешь.

— Но…

— Либо залезай на мою спину, либо я уложу тебя на твою прямо здесь.

Не в силах сдержать смех, я все же забралась ему на спину. — Я слишком тяжелая.

— Ты как воздух, — ответил он, вставая и подхватывая меня как пушинку. — А теперь смотри, как я доставлю тебя домой до полуночи.

— Сначала Питер Пэн, теперь цитаты из Золушки? — закатила я глаза, обвивая его шею и сцепляя лодыжки. — Да ты сегодня просто в ударе.

— Держись крепче, Человек-паучиха, — поддразнил он и побежал по улице.

— Это уже точно из Сумерек! — вскрикнула я, цепляясь за него. — У тебя ноль оригинальности, Кайл Картер!

— Зато звучит круто, — засмеялся он.

— Да, — ответила я, прикусывая губу и улыбаясь. — Еще как.

——

Мы все еще смеялись, когда Кайл толкнул входную дверь и, пошатываясь, зашел внутрь. Но мой смех мгновенно застрял в горле, стоило взгляду упасть на переполненный коридор. Музыка гремела из колонок, в воздухе висел густой запах алкоголя и сигарет — значит, у Кэм снова вечеринка.

— Черт, — напрягся Кайл. — Черт! — Его руки соскользнули с моих бедер. — Да чтоб меня!

Я поняла, что пора спускаться, и с неловким чувством осела у него за спиной.

— Ты в порядке? — спросила я, пытаясь понять, что случилось.

— Пошли наверх, — сказал он, схватив меня за руку. — Просто… — Он замолчал, пробормотал несколько проклятий и покачал головой. — Просто пошли, ладно?

— Эм… хорошо? — растерянно согласилась я, позволяя ему потянуть меня к лестнице.

— Спрячемся у тебя в комнате, — быстро добавил он, подталкивая меня к ступеням. — Подождем, пока все разойдутся.

— Ладно… подожди! — Я остановилась на полпути и нахмурилась. — Что происходит?

— Пожалуйста, просто иди, — сказал он, заметно нервничая и явно не в себе. — Иди, Ли.

Я не сдвинулась с места.

— Спрячемся? Из-за твоих колготок, что ли?

— Ли, — Кайл выглядел растерянным, взъерошенным и отчаянным. — Пожалуйста, просто поднимись наверх. Мы поговорим там.

— Как мило, — раздался знакомый, мерзкий голос. — Лидер потерянных мальчишек и его маленькая фея-шлюшка.

Я оцепенела. Повернувшись, я увидела Рэйчел. Она стояла у подножия лестницы — в костюме чертовки, с рогами на голове и… почти без одежды. Костюм идеально подходил ей. Злая ведьма.

— Это же Хэллоуин, — парировала я, прищурившись. — Могла бы хоть раз нарядиться не в свое обычное зло.

Я уже слишком устала от ее мерзких замечаний. Сегодня я не позволю Рэйчел Грейсон испортить мне вечер.

— Ли, — напряженно произнес Кайл, качая головой, словно умоляя меня остановиться.

Я замерла, а потом ощутила, как сердце рухнуло в пустоту.

О нет.

Нет, нет, нет…

— Ли, иди наверх, — тихо сказал он, не поднимая на меня глаз.

— Что? — прошептала я.

— Да, Ли, ступай, — язвительно протянула Рэйчел. — Это вечеринка для взрослых.

— Пойдем со мной, — вырвалось у меня. Я снова схватила его за руку. — Просто не обращай на нее внимания.

— Я не могу. — Он выдернул руку, выдохнув глухо, почти со стоном. Провел ладонью по волосам, сбив перо с шляпы, и тихо добавил: — Просто… пожалуйста, уйди. Я не могу быть рядом с тобой сейчас.

И он развернулся.

И пошел к ней.

К ней.

— Зачем ты это делаешь? — выдавила я, чувствуя, как в глазах выступают слезы. Я наклонилась, подняла его шляпу с пола и прижала к груди.

— Потому что должен, — только и сказал он.

Я отвернулась — не могла смотреть, как он уходит от меня.

Снова.

Когда я открыла глаза, их уже не было.

Глава 42

Местный эксперт по сексу

Ли

Следующий месяц выдался холодным. На Холме мороз пробирал до костей, а на Тринадцатой улице — у нас дома, если точнее, — было и вовсе как в Арктике. К концу ноября снег уже уверенно ложился на землю, и мой внутренний термометр окончательно сдался. Я ведь привыкла к солнцу и жаре на Юге. Эти безумные снегопады, холодные фронты и падающие температуры были чем-то, с чем я раньше никогда не сталкивалась.

Падающая температура — и падающее сердце.

После Хэллоуина мы с Кайлом не произнесли ни слова. Ни единого. Прошли недели, и между нами повисло напряжение, такое густое, что его могли чувствовать все — особенно потому, что Кайл теперь ходил по дому, будто с грозой над головой. Он срывался на Кэм, спорил с Дереком и полностью игнорировал меня.

Сказать, что я была разбита, — значит ничего не сказать. Если быть честной, он пытался поговорить со мной после истории с Рэйчел, но я быстро его оборвала и ушла. Потому что не могла. Не могла выдержать еще одной его игры, еще одного падения под ноги. Мы снова стали чужими. Проходили мимо друг друга, как призраки ночью — без взгляда, без улыбки.

На прошлой неделе, в День благодарения, я свалилась с желудочным вирусом — странно, но я была этому даже рада. По крайней мере, не пришлось сидеть за одним столом с человеком, который разбил мне сердце.

Я все еще восстанавливалась после болезни, когда Кэм утром предложила прогуляться по парку Шатакуа. Хоть я и чувствовала слабость, согласилась — лучше, чем сидеть в доме и ходить на цыпочках вокруг Кайла и его вечных перепадов настроения.

— Ты там как, Ли? — крикнула Кэм через плечо, шагах впереди.

— Нет, — выдохнула я. Холодный воздух обжигал лицо, глаза щипало, а в боку стреляла резкая боль — мне срочно нужно было присесть. — Мне нужно отдохнуть. — не дожидаясь ответа, я опустилась прямо на заснеженную дорожку, тяжело дыша и прижимая ладонь к боку, когда новая вспышка боли пронзила тело. Господи, да я же совсем не в форме. Какой позор.

— Ты и правда не в форме, — озвучила мои мысли Кэм, когда подошла.

— Это не смешно, — прохрипела я, сдерживая желание просто свернуться клубком в снегу. — Мы можем вернуться, Кэм? — выдохнула я, все еще держась за бок. — Я больше не дойду.

— Да, конечно. — она подала мне руку и подняла на ноги. — Надо было сказать, что ты не в форме, — сказала она, глядя с тревогой. — Ли, ты выглядишь бледной.

— Знаю, — пробормотала я, отряхивая с джинсов мокрый снег и грязь и пытаясь изобразить улыбку. — Все будет нормально.

— Этот вирус тебя вымотал, да? — мягко сказала Кэм, обнимая меня за плечи и ведя к машине. — Пошли, Ли-Пчелка. Я сделаю нам какао.

— Звучит неплохо, — прошептала я, позволяя ей вести себя вперед.

Телефон звонил, когда мы наконец вернулись домой после прогулки — продрогшие до костей и насквозь промокшие. Уставшая, я рухнула на стул у кухонного стола, пока Кэм пошла ответить.

— Алло, вы позвонили в дом всего извращенного, — весело произнесла она. — Говорит местный секс-профессор.

У меня челюсть отвисла. Я покачала головой. Господи, ну почему она всегда должна отвечать на звонки так?

Наверное, ей уже так же надоело отбиваться от звонков девиц Кайла, как и мне.

Я поморщилась от этой мысли.

— Ты шутишь?! — вдруг резко сказала Кэм, и я сразу насторожилась. Побледнев, она несколько секунд слушала, а потом протянула мне трубку.

Ошарашенная, я уставилась на телефон, не понимая, кто вообще мог звонить мне. Руки дрожали, когда я встала, подошла к Кэм и взяла трубку.

— Алло, — выдавила я сдавленным голосом.

— Это Ли?

И в тот же миг сердце провалилось в живот — я узнала голос на другой стороне линии.

— Папа?..

Кайл

Я бы хотел сказать, что у нас с Дереком была своя жизнь, помимо наших соседок, и что мы не сидели целыми днями, уныло ожидая, когда они вернутся. Но это была бы ложь.

Где, черт возьми, они?

Я не видел их обеих со вчерашнего дня.

Ли по-прежнему не смотрела на меня, и я не винил ее. Но мне нужно было поговорить с ней. Мне нужно было все исправить. Как-нибудь.

Время уходило слишком быстро, и с каждой неделей без перемирия становилось все труднее разорвать эту глухую тишину. Сегодня я решил: хватит. Сегодня я заставлю ее хотя бы пять минут выслушать меня. Потому что я больше не мог терпеть это молчание. Не мог терпеть жизнь без нее.

Откинув голову, я попытался выкинуть Ли из головы и сосредоточиться на игре, но едва не зарычал от раздражения. Глаза уже слипались от того, сколько времени мы убивали, играя в Xbox. Я ненавидел эти чертовы игры. Всегда ненавидел. Сидеть на месте — пытка. А эта тупая рутина только усиливала мое внутреннее беспокойство.

Дерек уже, кажется, в пятидесятый раз за час громко вздохнул — и я сорвался:

— Если ты еще раз так вздохнешь, я засуну тебе ногу в задницу, чтоб у тебя был повод вздыхать, — рявкнул я, оборачиваясь к нему.

Черт, он действовал мне на нервы. Я изо всех сил пытался не думать о Ли и о том, как мы все испортили, а он сидел и скулил из-за девушки, которая, между прочим, на него обращала внимание.

— Мы такие жалкие, — пробурчал он. — Две тряпки. К черту девчонок. Пошли лучше погуляем, подцепим кого-нибудь.

— Подцепим кого-нибудь? — поморщился я. — Ты больной, Дер. И это мой лучший друг? — Я покачал головой. — У тебя вообще-то есть девушка. Помнишь, Кэм?

— Помню я Кэм, — буркнул он, бросая контроллер на стол (слава Богу). Я тут же выкинул свой — еще минута этой игры, и я бы взвыл.

— И знаю, где она сейчас.

— Что? — нахмурился я. — Где они?

— В Монтгомери, — рявкнул он.

— В смысле, в Луизиане?!

— Ага.

— Да вы издеваетесь, — выругался я. — Почему я об этом не знал?

— Ли уехала домой, — объяснил он, все еще дуясь. — Кэм с ней. Уехали вчера вечером.

— Ты серьезно?! — я уже был на ногах, даже не успев осознать, что делаю. — Мы тут, значит, убиваем полдня — не говоря уже о миллионе потерянных мозговых клеток — играя в это дерьмо, а ты знал, что девчонки уехали в Луизиану?!

— Да к черту их, Кайл, — буркнул он. — Кэм, наверное, уже танцует в каком-нибудь баре и плевать хотела на меня.

— Придурок, — выдохнул я. — Ты вообще понимаешь, что прямо сейчас полсотни парней, скорее всего, пытаются затащить твою девушку в постель? — И мою. — Черт.

Я схватил ключи, даже не слушая, что он там бормочет, и направился к двери.

— Вот дерьмо, — услышал я его сзади.

— Ага, — буркнул я, распахивая дверь и выходя к пикапу.

Ли

— Что ты собираешься ему сказать, когда мы приедем? — спросила Кэм.

И честно говоря, я не знала, что ответить. Мы ехали всю ночь, и впереди было еще пару часов до родного города. Я собиралась использовать это время, чтобы хоть как-то продумать, как подойти к отцу.

Я не знала, что скажу. Не знала, смогу ли вообще дышать, когда увижу его — не то что говорить. Что вообще можно сказать человеку, который тебя вырастил, мучил всю твою жизнь, а теперь лежит в больничной палате?

Понятия не имела.

Знала только одно — я должна это сделать.

Инфаркт. Я не удивилась. Папа курил сигареты так же часто, как дышал.

Постоянно.

— Я больше переживаю, что он скажет мне, — наконец выдохнула я, голос звучал тихо, как и уверенность, которой у меня сейчас не было вовсе.

— Знаешь, тебе не обязательно это делать, Ли, — сказала Кэм, бросив на меня тревожный взгляд. — Я могу просто развернуть машину, и к вечеру мы будем дома, на Холме. — Она протянула руку через консоль и сжала мою ладонь. — Ты можешь уйти от этого. Ты ничем не обязана этому человеку.

Я это знала.

Но знала и другое — мама не хотела бы, чтобы он оставался один.

Для мамы, прошептала я мысленно.

Чтобы поставить точку.

Глава 43

В полную скорость

Кайл

— Клянусь, чувак, если она будет с каким-то парнем, когда мы приедем, я с ней реально порву, — ныл Дерек с пассажирского сиденья моего пикапа. — В этот раз все, Кайл. Больше не собираюсь терпеть ее.

Он нес околесицу. Даже не требовалось ничего отвечать. Я просто кивал или качал головой, чтобы он не заводился заново.

Если честно, мне было плевать на Кэм и Дерека с их странными отношениями.

Мои мысли были только о Ли.

Почему она уехала домой?

Ей плохо?

Она опять сбежала?

Она уходит от меня?

Навсегда?

Боже, да я жалкий.

Я ведь даже не ее парень.

Я никто.

— Эй, Дерек, Кэм ничего не говорила, почему Ли пришлось уехать домой? — спросил я уже, наверное, в четвертый раз с тех пор, как мы выехали. Каждый раз он начинал жаловаться на Кэм, и меня уже мутило от его нытья.

Черт, надо было лететь самолетом, но я не подумал. Как только Дерек сказал, что Ли уехала, я просто запрыгнул в тачку и рванул.

В этот момент зазвонил его телефон, и у меня сжалось сердце.

— Кто там? — резко спросил я, бросив на него взгляд. — Кэм? Или Ли?

— Кэмрин, — буркнул Дерек, уставившись в экран. — Наконец-то.

— Так отвечай, тупица! — рявкнул я, раздраженно.

— Ладно, ладно. — Он тяжело выдохнул, нажал кнопку и поднес телефон к уху. — Привет, детка. Все нормально? Добралась?

Вот же тряпка.

Только что клялся, что с ней покончено.

Я закатил глаза и крепче сжал руль.

— А, ну это хорошо, — продолжил он уже мягко, почти ласково. — А как Ли?

Я напрягся, пытаясь расслышать голос Кэм, но звук был слишком приглушен.

— Нет, я ничего не говорил, — прошептал он. — Да, понимаю.

Не говорил что?

Я сузил глаза, насторожившись.

— Кэм, детка, спокойно. Я не говорил ему. — Дерек нервно метнулся взглядом ко мне. — Могу я тебе позже перезвонить? Сейчас неудобно. — Он замялся. — Да, он со мной.

Я выждал, пока он убрал телефон, и процедил:

— Ты что-то скрываешь, приятель. Говори. Сейчас же.

Глава 44

Обратно на юг

Ли

— Хочешь, я пойду с тобой? — спросила Кэм.

— Нет, — ответила я, чувствуя, как тело трясет с каждым шагом к палате. — Я должна сделать это сама.

— Я буду ждать прямо здесь, ладно?

Я кивнула, глубоко вдохнула и толкнула дверь.

— Делия?

От звука его голоса у меня перехватило дыхание. Паника сжала грудь, будто меня ударили в легкие. Собравшись, я подошла к кровати, где лежал постаревший мужчина с трубками, подключенными к груди и лицу. Меня чуть не вывернуло, но я проглотила тошноту и прошептала:

— Привет, папа.

Он выглядел старше, чем я его помнила, и мне стало горько. Я знала, что он сделал ужасные вещи, но это был мой отец. Единственная семья. Господи, как же противоречиво было это чувство — жалость и страх одновременно.

— К… как ты себя чувствуешь? — слова не слушались, застревали где-то в горле. Я боялась. Прошлого. Настоящего. Будущего. Его.

«Ты ничего ему не должна», — звучали в голове слова Кэм.

«Беги», — подсказал другой голос. — «Он плохой человек».

— Рад, что ты пришла, Делия, — прохрипел он. — Не думал, что осмелишься. И не винил бы, если бы не пришла.

— Ага, — выдохнула я и опустилась на стул у кровати. — Я дважды чуть не повернула обратно.

— Значит, хорошо, что передумала, — сказал он и потянулся к моей руке.

Я вздрогнула и резко вскочила, будто обожглась.

— Я… — я быстро убрала волосы за уши и отступила подальше. — Насколько все плохо, папа?

— Не беспокойся обо мне, детка, — он попытался приподняться, но зашипел от боли и снова опустился. — Папочка скоро встанет на ноги.

«Жаль», — прошептал злобный голос внутри меня, и я тут же почувствовала стыд.

— Ладно, — сказала я, глядя настороженно. — Это хорошо.

— Правда? — он сузил глаза.

Я с трудом кивнула. — Конечно.

— Ах, детка, ты не представляешь, как мне приятно это слышать.

Я промолчала. Что я могла сказать? Ничего.

— Я бросил пить, — вдруг выдал он. — Хожу на собрания. Каждый день.

— Это хорошо, — кивнула я. — Правда, папа.

— Мне жаль, — сказал он, глядя на меня своими холодными глазами. — За то, что я сделал.

— За какой раз, папа? — спросила я, отступая к двери.

Он нахмурился.

— За каждый, — тихо сказал он. — Когда я проснулся и увидел, что твоя комната пуста, понял, что должен измениться.

Я не поверила. Не могла. Он не умел сожалеть — никогда. Что-то он задумал.

— Я не вернусь домой, папа, — выдавила я, держась за ручку двери. — Если ты поэтому все это говоришь… — я покачала головой. — Я не вернусь.

— Хотя бы придешь еще раз? — спросил он, потирая щетинистую щеку. — Перед тем как снова уехать.

— Ладно, — выдавила я, дрожа. — Завтра.

Он кивнул, сжал кулаки и медленно окинул меня взглядом с ног до головы.

— Где ты остановилась?

— Не знаю, — проглотила ком в горле. — Наверное, в мотеле.

— Можешь остаться в доме.

— Нет, — покачала я головой. — Кэм со мной. Она отвезла меня.

— Кэм Фрей? — переспросил он. — Можете остаться обе.

— Не думаю, что это…

— Останьтесь и покормите свою шавку, — перебил он. — Если этот пес еще не сдох от голода.

— Господи, — у меня кольнуло сердце. — Бруно.

— Возвращайся, Делия, — позвал он, когда я уже выходила. — Не забывай про своего старика.

— Увидимся завтра, — прошептала я и почти выбежала из палаты, чувствуя, как по коже бегут мурашки.

Кайл

Я слушал, как Дерек мямлит и сбивается, пытаясь все объяснить.

— У Ли отец схватил сердечный приступ, — это было единственное, что я разобрал, потом последовало: — Поэтому она поехала домой. — И еще: — Вроде как, с ним все нормально, по словам Кэм.

— Это и есть все? — переспросил я, чувствуя, как облегчение прокатывается по телу.

Значит, она не бежала от меня.

— Это и был весь большой секрет?

— Ну… — Дерек явно занервничал. — Не совсем.

— Мужик, — я сжал руль, чувствуя, как закипаю, — начинай говорить быстро, иначе я выкину тебя из этой тачки раньше, чем ты успеешь сказать «Окла-долбанная-хома».

— Ладно, — пробормотал он, подняв руки. — Только пообещай, что не сорвешься.

— Не давай мне повода срываться, и все будет прекрасно.

— Я серьезно, Кайл.

— Я тоже, Дерек.

Он вздохнул.

— Я узнал кое-что про Ли. И про то, почему она вообще осталась с нами.

— «Кое-что»? — я напрягся. — Что за «кое-что»?

— Тебе это не понравится, чувак, — предупредил он, потом быстро выпалил:

— Кэм сказала, что у Ли отец — пьющий псих, который бил ее. И не просто раз-другой. Говорят, последний раз он так ее избил, что ей пришлось сбежать посреди ночи. Он бил ее с тех пор, как она еще в подгузниках ходила — запирал дома, прятал от всех, не давал нормальной жизни. Если подумать, многое становится понятно — почему она такая нервная, дерганая… немного странная.

— Что? — взревел я, резко ударив по тормозам. — Что ты сказал?

— Да твою ж мать, Кайл! — Дерек вцепился в панель. — Ты нас убить решил?!

— Ты издеваешься? — я свернул на обочину, игнорируя сигналящие машины. — Скажи, что это не правда!

— Хотел бы, — пробормотал он, нервно теребя ремень. — Черт, Кайл, я вообще не должен был это знать. — Он поморщился. — Кэм проболталась в ту ночь, когда вы с Ли поссорились на кухне

— Что за черт, Дерек?! — я сжал кулаки. — Это было почти два месяца назад!

— Я знаю, Кайл! — вспыхнул он. — Но Кэм тогда была пьяна, я не знал, бредит она или говорит правду. — Он тяжело выдохнул и потер лоб. — Она потом во сне плакала, что-то бормотала про шрамы.

— Шрамы? — я побледнел. — У Ли?

— Да, чувак, — подтвердил он. — На спине.

— У нее нет никаких шрамов, — возразил я, нахмурившись. — Я бы видел.

— Кэм уверена, что есть, — пожал плечами Дерек.

— Я бы знал, — упрямо повторил я. — Я бы… — И осекся. Вспомнил, как Ли всегда настаивала на том, чтобы мы занимались любовью без света.

— Черт, — прошептал я. — Черт, Дер!

Я вспомнил ту ночь перед Хэллоуином. Что-то шероховатое тогда коснулось моей ладони, но я был слишком ослеплен желанием, чтобы остановиться. Это были… шрамы?

Господи, я хотел что-нибудь разбить.

— И она, значит, вернулась в Луизиану, чтобы держать его за руку? — прорычал я, не веря.

— Кайл, он все равно ее отец, — тихо сказал Дерек. — Мама умерла, братьев и сестер нет. Похоже, он у нее единственный близкий.

— Не единственный, — ответил я хрипло. — У нее есть я.