ГЛАВА 30

Ноа

Ник и его люди остались ненадолго, достаточно для того, чтобы поставить подписи и сказать тост за мой улучшенный контракт, прежде чем успеть на свой рейс.

Он выставил нам счет на бар на остаток вечера, строго наказав мне расслабиться и получать удовольствие перед изнурительными тренировками на следующей неделе.

Расслабиться и получать удовольствие было для меня чертовски невозможным делом, после информации, которую я получил сегодня вечером, но я старался. Как и сказал Лаки: если бы они знали, где она, они бы уже добрались до нее. Тиган было здесь безопаснее, чем где-либо еще, и мне нужно было успокоить свою задницу.

Куинси праздновал хорошие новости, напиваясь до беспамятства и терзая каждую женщину, которая косо на него смотрела. Для мужчины за сорок Кью обладал выносливостью рогатого подростка.

Лаки был самим собой: хладнокровным, спокойным, собранным и совершенно невозмутим многомиллионным контрактом, который я только что подписал, или женщинами, которые набрасывались на нас.

Я с удовольствием наблюдал, как он продолжал пить, все время отбиваясь от чрезмерно дружелюбных поклонниц, ухмыляясь и вежливо отклоняя каждое предложение.

Я встречал женщин, с которыми он общался, и я прекрасно знал, что ни одна из женщин, которые подходили к нам сегодня вечером, не подойдёт ему.

У этого парня было два правила, по которым он жил и по которым трахался: никогда не приводил их домой и никогда не возвращался за добавкой, и ни одна из этих женщин не подходила под это описание. Женщины здесь сегодня вечером были хорошими, возбужденными и готовыми к хорошему времяпрепровождению, но ни за что на свете они не были бы готовы к таким, как он.

Если честно, это было чертовски хорошее правило, гарантирующее, что чувства и эмоции останутся в стороне, но иногда меня беспокоило, что его ничто не смущало. Как будто эта часть Лаки отключилась много лет назад, когда его девушку убили, и он был просто... пуст внутри.

Откинувшись назад с пивом в руке, я чувствовал себя на грани, изучая все, что происходило вокруг нас. Как бы я ни старался, я не мог расслабиться, черт возьми. Я был напряжен, ожидая, когда этот придурок сделает свой следующий шаг...

— Ты Ноа Мессина, да? — спросила горячая рыжая, появившись в поле моего зрения и отвлекая меня от мыслей.

— В последний раз был, когда я проверял, — сухо ответил я. Не обращая внимания на драки, я заслужил эту огромную прибавку к зарплате за то, что терпел постоянное гребаное вмешательство в мою жизнь.

Сдерживая рычание, я напустил на себя профессиональный вид и спросил:

— Что я могу сделать для тебя, Рэд? — хотя я уже знал, чего она хочет. Они всегда хотели только две вещи: мой член и фотографию. Ну, одно из этого было вне игры, поэтому я кивнул ей на фотографию.

Визжа, она остановила свою компанию друзей и помахала им, прежде чем протиснуться мимо Куинси и Лаки и приземлиться своей задницей мне на колени.

— Я смотрю все твои бои, — промурлыкала она, обнимая меня за шею и позируя, пока ее подруга фотографировала на свой телефон. — В реальной жизни ты намного больше.

— Держу пари, — проворчал я, сопротивляясь желанию швырнуть ее на пол. — Ты закончила?

— Еще одну, — пообещала она, прежде чем позвать:

— Ребята, идите сюда. Я хочу фото всех нас с Машиной.

— Господи Иисусе, — пробормотал я себе под нос. — Хорошо.

— Извините, — попросила Лаки брюнетка, которая делала фотографии. — Не могли бы вы сфотографировать нас всех с Ноа?

— Естественно, — Лаки усмехнулся, встав он взял ее телефон, явно довольный моим дискомфортом. — Это то, для чего я здесь.

Я уставился на Лаки, который издевался над моим положением. Он знал, что я ненавижу это дерьмо.

Не прошло и нескольких секунд после того, как она позвала своих друзей, и я уже был окружен тремя парнями и брюнеткой, которая села рядом с Рэд. Я терпимо относился к фотографиям, даже позволял вести небольшой разговор, притворяясь будто я был заинтересован. Но когда рука Рэд опустилась ниже, моему терпению пришел конец.

— Никаких шансов, милая, — прорычал я ей на ухо. Я не собирался иметь с этим дело. Она должна знать хоть какие-то границы и научиться не сажать свою киску на колени занятого мужчины.

— В чем проблема? — промурлыкала Рэд, явно не понимая намека, она продолжила массировать мой член. И добавила. — Я не ищу чего-то серьезного. Просто одна ночь без последствий.

Я, блять, точно не купился на это, но судя по голодным взгляд, которые кидал на нее Куинси, он поверил, поэтому я встал и скинул ее на его колени, а затем сел обратно.

— Не заинтересован? — Лаки усмехнулся, стукнувшись о мое плечо своим, когда сел рядом со мной.

— Если мой член и окажется где-то, то я могу чертовски точно гарантировать, что это будет не ее киска. — прорычал я, чувствуя себя раздраженным и взволнованным.

Схватив бутылку пива со стола напротив, я выпил ее залпом, осушив досуха.

— Мне нужно увидеть ее, мужик, — я прошипел, швырнув пустую бутылку обратно на стол.

— Удача сопутствует тебе, Мессина, — ответил Лаки низким тоном указывая головой в сторону танцпола. — Похоже, наживка сама попала к тебе.

Мои глаза осмотрели помещение и остановились на Торн. Она прижалась к долговязому блондину, явно гею, парню, который пытался притащить ее к нашему столу.

Вся моя злость за то, как она отнеслась ко мне в тот день улетучилась, как только я увидел ее, что, собственно, происходило всегда.

Я не мог злиться на нее, как и не мог держаться от нее подальше.

Я хотел, чтобы она быстрее приняла решение. Нужно было знать гонюсь ли я за ее задницей сегодня или нет.

Саднящая боль поселилась в моей груди, и я понял, что потираю кожу в области сердца наблюдая за ней. Господи Иисусе, она выглядела как ангел, одетая в белое с ее светлыми распущенными волосами. Все чего ей не хватало, это нимб над головой.

— Ангел с дьявольским языком, — словно читая мои мысли, вставил Лаки и я ухмыльнулся. У Тиган точно был язык как у кобры: ядовитый и готовый нанести удар, если ей что-то угрожало. Она всегда была на чеку и мне нравилось то, что я всегда мог проникнуть сквозь стены, которые она возвела вокруг себя. С того дня как я преодолел эти стены, она начала держать людей на расстоянии. Но проблема была в том, что для меня все оставалось прежним. В промежутке, между тем как она испортила мою машину и ворвалась в мое сердце, она залезла мне под кожу и стала моей самой большой слабостью.

Хлопнув меня по плечу, Лаки серьезно добавил:

— Видишь, мужик, она в полном порядке. — затем встал, пробираясь через толпу к бару.

— Всем привет, — воодушевленно начал друг Тиган. — Не против если мы присоединимся к вам, ребята?

— Вообще, здесь уже, и так, тесно, Шон, — ответила Рэд тошнотворно сладким голосом, оторвавшись от рта Куинси, достаточно чтобы говорить. — Может быть вы, ребята, поищите другое место чтобы сесть?

Лицо Тиган порозовело и защитные механизмы показались на поверхности.

— Тогда подвинься, — сказал я рыжеволосой незамедлительно.

— Садись, Торн. — сказал я грубо, мои глаза не сходили с Тиган, когда я отодвинул всех, оставив место чтобы они сели.

Ее друг, которого, как я теперь понял, зовут Шон, сел подальше от меня, не оставляя Тиган другого выбора, кроме как сесть со мной. Я мысленно отметил купить парню выпивку.

Тиган выглядела как напуганный жеребенок, пока маневрировала через стол и села рядом со мной, используя свои волосы как шторку между нами.

— Меня зовут Шон, — представился друг, наклонившись через Тиган, чтобы пожать мою руку. — Я твой большой фанат, мистер Мессина.

— Просто Ноа, — ответил я, пожимая его руку в ответ. Я чувствовал, как тело Торн дрожит, пока она держала голову опущенной и потратила слишком уж много времени изучая свои подстриженные ногти. — И спасибо за поддержку, — добавил я. — Ценю это.

— Не мог бы я сделать фотографию? — Щеки Шона покраснели, и он метнул взгляд между мной и Тиган. Он выглядел почти что пристыженным. — Пожалуйста.

— Да, — ухмыляясь согласился я, когда голова Тиган повернулась в его сторону и она прошептала ему одними губами. Предатель.

— Отлично, — Шон усмехнулся, доставая телефон из кармана, заметно расслабляясь. Неловко пробравшись через Тиган, он присел рядом со мной делая селфи.

Когда он закончил, я подбросил ему свой телефон и прижал Тиган к своему боку, обхватив ее по-собственнически, дав понять всем лохам здесь — не трогать. Глаза Шона засверкали, он сделал несколько наших фоток.

— Теперь, — прошептал я ей на ухо, когда ее друг вернул мне телефон. — У меня есть твое фото.

Она быстро кивнула, а затем вновь опустила голову, пялясь на свои руки.

— Ты не собираешься разговаривать со мной? — Спросил я спустя несколько секунд, полностью довольный такой скромной версией Тиган. Обычно она всегда такая решительная и бесстрашная. Это то, почему я так любил ее. Потянувшись за своим пивом, я слегка задел рукой и ее бедро, отчего она вздрогнула.

— Спокойнее, детка, — я усмехнулся, наклонившись назад и обвил руку вокруг нее. — Я трогал тебя и в более интимных местах.

— Я даже и не знаю, что сказать тебе, — тихо сказала Тиган и мне пришлось наклониться поближе, чтобы лучше ее слышать. — Хотя, я, конечно, знаю, что я должна сказать, — добавила она, смотря под ноги. — Но я правда не думаю, что это как-то изменит ситуацию. — прошептала она тихо вздохнув. — Не обращай внимания, я несу полную чушь.

— Ты выглядишь чертовски хорошо сегодня, — сказал я ей, пытаясь расслабить. Было видно, что она на грани и я не хотел, чтобы она так чувствовала себя рядом со мной. Проведя рукой по ее гладкой, обнаженной ляжке, я придвинулся ближе, наши тела соприкоснулись, когда я наклонился чтобы прошептать ей на ухо.

— Перестань прятать свое лицо от меня, — прошептал я и заправил локон ее волос за ухо. —Посмотри на меня.

Она вздрогнула и медленно оглядела меня с ног до головы, прежде чем покраснеть.

— Ты выглядишь… шикарно, — выдавила она. Подняв руки, она закрыла лицо и тяжело вздохнула. — Одежда.

Она указала на мой наряд.

— Вот что я… имела в виду.

— Я только что с важной встречи, — ответил я, ухмыляясь, наслаждаясь ее взглядом на мне. Мне чертовски нравилось, как она смотрела на меня с этим голодным блеском в глазах. — Ты знаешь меня, Торн, — хрипло добавил я. — Они могут надеть на меня костюм, но не смогут изменить меня.

— Я не хочу менять тебя, — выпалила она из ниоткуда. — Я хочу владеть тобой.

Ее слова застали меня врасплох, и я побледнел.

— Ты уже делаешь это, — медленно произнес я, не сводя глаз с ее лица, пытаясь оценить ее реакцию. Она выглядела такой неуверенной, когда изучала мое лицо, отчаянно желая понять, шучу ли я.

Я не шучу.

Я имел в виду каждое слово.

Я почувствовал это прямо в своих костях, когда она протянула руку к моей, переплетая наши пальцы. Ощущение ее плоти на моей трахало каждую клетку моего существа и заставляло меня гореть. Господи, я горел для нее. Я чувствовал ее запах, она была вся с ароматом кокосового шампуня и женщины, и я наклонился ближе, вдыхая ее, наслаждаясь ею. Любя ее больше, чем она когда-либо могла себе представить.

Затем к нам подошла большая группа женщин, проталкиваясь в кабинку с просьбой сфотографироваться.

Лицо Тиган вытянулось, когда я встал для фото с женщинами, и я почувствовал себя странно виноватым. Как будто я сделал что-то не так, просто выполняя свою работу. После того, как я вежливо отказался от их предложений купить мне выпить, я снова сел рядом с Тиган и зарычал от разочарования, когда она отодвинулась от меня еще дальше.

— Что? — спросил я. — Ты теперь злишься на меня за то, что я сделал чертову фотографию?

— Я ревную, — парировала она без малейшего колебания. — Мне не нравятся девушки, которые на тебя вешаются, Ноа.

Глядя мне в глаза, она заправила выбившийся локон за ухо и с отвращением сморщила нос.

— Особенно те, у кого пластиковые сиськи и прилизанные прически.

— Ага. — Я ухмыльнулся. — Эти – самые худшие.

— Меня тошнит, — проворчала она раздраженно. — Видеть, как они трогают тебя, лапают и... фу! — она откинула голову назад и вздохнула, явно взволнованная. — Мы должны были ссориться, а я тут жалуюсь и стону, как какая-то ревнивая подружка, хотя у меня нет на это права.

— Знаешь, сколько ночей ты не давала мне спать? — спросил я мягким тоном, приподняв ее подбородок к себе. — Каждую. Одинокую. Ночь.

Наклонившись, я крепко поцеловал ее в губы. Я не мог остановиться, черт возьми. Она была такой милой, когда ворчала.

— У тебя нет причин ревновать, — сказал я ей, поглаживая ее пухлую нижнюю губу большим пальцем. — Они могут смотреть, говорить, придумывать все воображаемые истории, которые хотят, но в конце концов это ничего не меняет для меня, — заверил я ее. — Потому что я хочу только тебя.

— Правда? — Она так сильно дрожала, что вибрация пробегала по моей ноге и вызывала чертов хаос в моем самообладании.

Глядя ей в глаза, я так хотел отдать ей всего себя. Я не собирался снова ее терять.

— Возвращайся со мной в отель, — прошептал я. К черту такт. Она мне нужна. Прямо сейчас. Ни за что на свете Джей Ди не доберется до Торн. Мне было все равно, что мне придется сделать, чтобы уберечь ее. Я бы сделал это и сделал бы это с радостью. Она была моей чертовой жизнью. Я не позволял ни одному волоску на ее голове пострадать.

— Я не могу, — слабо простонала она, придвигаясь ближе ко мне.

— Почему нет? — промурлыкал я, крепко сжимая ее бедра.

— А как же… Шон, — выдохнула она, глаза потемнели от похоти. — Я пришла сюда с ним.

— Он выживет без тебя, — сказал я ей грубым тоном. — Я не выживу, — закончил я, прежде чем прижаться губами к ее губам. Высунув язык, я лизнул ее нижнюю губу, и она тут же открылась, давая мне доступ. Ее пальцы нырнули в мои волосы, дергая и дергая, когда она поцеловала меня в ответ с отчаянием, которое отражало мое.

— Скажи это, — бросил я ей вызов, разрывая поцелуй, не сводя глаз с ее красивого лица. Когда она покачала головой, я схватил ее подбородок большим и указательным пальцами и заставил ее посмотреть на меня. — Скажи это, Торн, — повторил я грубым тоном. Одно слово. Это все, что мне было нужно. Одно чертово слово. — Скажи это, и мы сможем двигаться дальше.

Мое сердце колотилось в груди. Вот он. Момент, которого я ждал семь лет. Она поверила мне. Я видел это в ее глазах, всю вину и сожаление.

Люди смотрели на нас, очевидно, замечая, что она была той женщиной из газет, и некоторые даже зашли так далеко, что стали фотографировать на свои телефоны. Черт возьми, пусть делают что хотят. Я был слишком погружен в разговор, который вот-вот начнется, чтобы беспокоиться. Я был полностью сосредоточен на ней.

— Ноа, я... я... — Тиган открыла рот и быстро закрыла его.

— Мне нужно остыть, — выпалила она, прежде чем выскользнуть из своего места.

— Мне нужно... Шон! — прошипела она, схватив своего друга за руку и вытащив его из кресла.

— Упряма, как и всегда, — пробормотал я себе под нос, наблюдая, как Торн сбегает на танцпол. О да, ей было жаль. Но мне нужны были слова.

— Увидимся утром, парни, — проверещал Куинси с ухмылкой, и выскользнул из кабинки, рука об руку с рыжеволосой.

Остановившись передо мной, Рэд наклонилась ко мне на ухо и прошептала:

— Последний шанс, большой парень.

— Я пас, — категорически ответил я, отхлебнув пива.

— Твоя потеря, — выплюнула она, прежде чем выскользнуть из кабинки и прижаться к моему тренеру.

— Боже, Куинси лучше не брать с тебя пример, — усмехнулся Лаки, вернувшийся с двумя кружками пива и сев рядом со мной. Передав мне одну бутылку, он сделал большой глоток из другой, прежде чем сказать:

— Таких женщин пруд пруди, правда потом придется платить от восемнадцати до самой смерти за свои ошибки.

Тиган

— Ты не будешь говорить со мной? — спросил Ноа, наклоняясь ближе. Протянув руку, чтобы схватить свое пиво, он случайно задел мое голое бедро, и этого было достаточно, чтобы заставить меня вздрогнуть. Тепло пробежало по моему телу, начиная с пальцев ног, оседая на моих щеках.

— Спокойнее, детка, — усмехнулся он. Откинувшись назад с пивом в одной руке, он положил другую на спинку моего сиденья. — Я прикасался к тебе в гораздо более интимных местах.

— Я действительно не знаю, что тебе сказать, — тихо призналась я, зная, что мне нужно высказать все, но на самом деле не желая этого. — Ну, очевидно, я знаю, что должна сказать, — пробормотала я, чувствуя себя инструментом. — Но я действительно не вижу, как это может изменить данную ситуацию.

Я была слишком пьяна для этого разговора, а Ноа выглядел слишком хорошо, чтобы спорить с ним. Если я не выговорю слова правильно, это закончится катастрофой, и это меня напугало.

— Ты выглядишь чертовски хорошо сегодня вечером, — сказал он мне. Опустив руку мне на бедро, Ноа придвинулся ближе ко мне и наклонился к моему уху.

— Перестань прятать от меня свое лицо, — приказал он мягким тоном, заправляя локон мне за ухо. — Посмотри на меня.

Я посмотрела на него, и это заставило мое тело воспламениться в диком спазме похоти. Он был слишком. Слишком красив. Слишком всем.

— Ты выглядишь… шикарно, — выпалила я, прежде чем мысленно пнуть себя. Вскинув руки, я закрыла лицо и подавила стон.

— Одежда, — я указала на черную рубашку, галстук и брюки, которые были на нем. — Вот что я… имела в виду.

— Я только что с важной встречи, — ответил он, наслаждаясь каждой минутой моего дискомфорта. — Ты знаешь меня, Торн, — поддразнил он, указывая на свою одежду. — Они могут надеть на меня костюм, но они не смогут меня изменить.

— Я не хочу менять тебя, — услышала я свой голос. — Я хочу владеть тобой.

Мое заявление застало нас обоих врасплох, и я с ужасом наблюдала, как его брови взлетели вверх.

— Ты уже владеешь мной, — медленно ответил он, нахмурившись, словно я была головоломкой, которую он не мог разгадать.

Что ж, он был моей головоломкой, все шесть футов четыре дюйма его татуированного, накачанного и идеально вылепленного тела. И он был головоломкой, которую я отчаянно хотела разгадать. Я искала на его лице правду, и когда я нашла ее в его глазах, я потянулась и взяла его руку в свою, желая только одного, нырнуть в этого мужчину и никогда больше не выныривать.

Ему стоило только взглянуть на меня, и мое сердце бешено колотилось в груди, колотясь о мою грудную клетку, требуя, чтобы я добралась до него. Казалось, я не могла это контролировать. Я чувствовала, как меня физически тянет к Ноа, все ближе и ближе...

— О, Боже, о, Боже!

— Ноа, мы любим тебя!

Хор женских криков, когда они бросились на Ноа, взбесил меня. Я с ужасом наблюдала, как Ноа улыбался и кивал женщинам, и когда он встал, чтобы сделать групповое фото с ними, я думала, что взорвусь. Женщины набросились на него, они буквально, черт возьми, набросились на него. Я сгорала от ревности. Я не могла этого скрыть. Это было очевидно, отразилось на моем кислом выражении лица, даже когда он вернулся ко мне.

— Что? — спросил Ноа, скорее зарычав от разочарования, изучая мое лицо. — Ты разозлилась на меня за то, что я сделал чертову фотографию?

— Я ревную, — призналась я без капли стыда. Он и так знал это обо мне. Я не собиралась раскрывать новую уродливую черту. Если он был удивлен, это было на его совести. — Мне не нравятся девушки, которые на тебя набрасываются, Ноа. Особенно те, у которых пластиковые сиськи и прилизанные прически.

Ноа ухмыльнулся от удовольствия, что только больше разозлило меня. Ему это нравилось. Я знала это. По самодовольному выражению его лица было ясно, что мой дискомфорт его забавлял.

— Да, — промурлыкал он. — Эти – самые худшие.

— Меня тошнит, — прошипела я ехидно. — Видеть, как они трогают тебя, лапают и... фу!

Я запрокинула голову и застонала, чувствуя себя чертовски взволнованной.

— Мы должны были ссориться, а я тут жалуюсь и стону, как какая-то ревнивая подружка, хотя у меня нет на это никаких прав.

Я была жалкой. Полностью и окончательно жалкой...

— Знаешь, сколько ночей ты не давала мне спать? — спросил он мягким тоном, прерывая мои мысли, приподняв мой подбородок к себе. Его карие глаза пронзили меня, когда он прошептал:

— Каждую. Одинокую. Ночь.

Наклонившись вперед, он грубо, жестко поцеловал меня в губы, прежде чем отстраниться, чтобы посмотреть мне в глаза.

— У тебя нет причин ревновать, — заверил он меня, поглаживая мою губу большим пальцем. — Они могут смотреть, они могут говорить, они могут придумывать все воображаемые истории, которые хотят, но в конце концов это ничего не меняет для меня. Потому что я хочу только тебя.

— Правда? — задыхалась я, не в силах остановить дрожь, которая сотрясала мое тело.

— Возвращайся со мной в отель, — попросил он, нет, приказал он.

— Я не могу, — прошептала я, хотя все внутри меня кричало: Да!

— Почему нет?

— А как же… Шон, — выдохнула я. — Я пришла сюда с ним.

— Он выживет без тебя, — прорычал Ноа, обхватив мою шею и притянув меня ближе. — Я не выживу.

В ту минуту, когда его губы коснулись моих, в моем животе разгорелась сильная пульсация, моя киска сжалась, а мое тело приветствовало его. Погрузив руки в его сексуально растрепанные волосы, я притянула его лицо ближе к себе и прижалась к нему, целуя его в ответ со всей страстью, которую я имела.

— Скажи это... — выдохнул Ноа, отрывая свой рот от моего. Приподняв мой подбородок, он наклонился вперед, посмотрел мне в глаза и прошептал. — Скажи это, Торн. Скажи это, и мы сможем двигаться дальше.

— Ноа, я... я... — Я открыла рот, чтобы заговорить, но глупые слова не выходили. Черт возьми, почему мне так трудно было признать, что я была неправа?

— Мне нужно остыть, — наконец выпалила я, прежде чем встать с сиденья. — Мне нужно остыть... Шон! — прошипел я. Желая выбраться из этой давящей на меня обстановки, я схватила Шона за руку и вытащила его из кабинки.

Ухмыляясь, Шон последовал за мной на танцпол.

— Детка он вне этого мира, — перекричав музыку, он обвил руки вокруг моей талии и приблизил к себе. Через колонки полыхнула Set you Free от N-Trance.

— Меньше разговоров, больше танцев! — Я крикнула в ответ, работая задницей, двигаясь и трясясь, используя свои лучшие сексуальные движения. Обернув руку вокруг шеи Шона, я тряхнула волосами и покачнулась навстречу ему, все время глядя через его плечо на стол Ноа.

Когда я заметила пустое место, то сердце в моей груди ускорилось и я сбилась с ритма.

Сделав шаг назад, Шон ухмыльнулся и указал в сторону бара. А затем исчез в толпе.

— Ты куда? — прокричала я ему в след, за секунду до того, как пара сильных рук схватили меня за бедра и притянули назад, прижимая к сильным, каменным мышцам.

— Чувствуешь себя хорошо? — прорычал Ноа мне на ухо. — Зная, как влияешь на меня.

— Неужели? — я выдохнула, расположив свою голову на его груди и двигая бедрами в такт музыке.

— А сама как думаешь? — зарычал он, толкнувшись в меня пахом. Я почувствовала, как его возбуждение прижалось к моей спине и это заводило меня как ничто раньше. Я чувствовала себя пьяной и ошеломленной, и эротически возбужденной, когда я двигалась против него. Сильные руки Ноа на моей коже были всем, что я могла чувствовать, всем, что я когда-либо хотела чувствовать до конца своих дней на этой земле.

Ноа Мессина завладел мной.

Этот ублюдок завладел мной полностью, и он это знал.

Гипнотический звук танцевальной музыки гудел вокруг нас, окутывая нас в наш скользкий, пропитанный пузырек похоти.

Он прижимал меня к себе, его большая ушибленная рука лежала на моем животе, как будто он заявлял на меня права, как будто он помечал свою территорию.

Песня закончилась и быстро перешла в Want To Want Me Джейсона Деруло.

Не теряя ритм, Ноа взял меня за руку и повернул, прежде чем снова потянуть меня к себе, опустив одну большую руку, чтобы прижать ее к голой коже прямо над моей задницей.

Он двигался невероятно. Он был весь в твердых как камень рельефах, когда его мышцы напряглись под тканью его черной рубашки.

Я задыхалась от похоти, пытаясь не отставать от него. Он вел меня, и что еще более удивительно, я позволила ему. Он трахал меня своими глазами и заявлял права на меня своим выражением лица. Его хищная улыбка говорила мне, что это будет грубо, жестко и всю ночь напролет. Я не могла, черт возьми, ждать.

Он был таким большим, красивым и полным жизни.

Каждая женщина в клубе тянулась к нему, и это не имело никакого отношения к его статусу знаменитости, а было связано с его чистым животным магнетизмом. Он был совершенством альфа-самца.

Опустив лицо, он быстро поцеловал меня в губы, отстранился и развернул меня так, что я оказалась спиной к его груди. Протянув руку по нижней части моего живота, он толкнулся в мою задницу, притягивая меня ближе с каждым толчком, ударяя по каждой чертовой точке. Ноа двигался в такт, нажимая, касаясь, двигаясь в идеальной синхронизации со звуком, воспроизводимым из динамиков. Я была потеряна для него.

— Хм. — Подняв руку над головой, я обхватила его шею и уперлась в его сильную грудь, позволяя ему овладеть мной. Его руки на моем теле, владеющие мной, контролирующие меня, были, несомненно, желанными. Я хотела снова отдаться ему. Всю свою силу. Все свое доверие.

— Мы собираемся вернуть все обратно, ребята, — крикнул диджей в микрофон, когда песня подошла к концу. — Вот небольшой номер из нескольких лет назад.

Огни погасли, и все замедлилось.

Притянув меня ближе, Ноа прижался щекой к моей макушке, медленно перемещая нас. Моя рука казалась такой маленькой, ощущалась такой невероятно хрупкой по сравнению с его, когда слова песни 911 Вайклеф Джона звенели в моих ушах, зажигая огонь в моем сердце, который я знала, что никогда не смогу потушить.

Одной рукой обхватив мою, а другой крепко прижавшись к моей пояснице, Ноа посмотрел на меня сверху вниз, погружая меня в карий оттенок своих глаз, пока музыка заглушала мое учащенное сердцебиение, которое колотилось о мою грудную клетку.

— Я получила твой подарок, — сказала я ему. — Должна сказать, я никогда не ожидала от тебя цветов, но мне понравилось.

Ноа посмотрел на мое лицо и нахмурился.

— Какой подарок?

— Красная роза с шипом? — Я улыбнулась как идиотка. — Это было мило.

— Я ничего об этом не знаю, Торн, — ответил он, качая головой. — Я не посылал тебе никаких цветов.

— О, и, полагаю, ты тоже ничего не знаешь о записке? — поддразнила я. — Что, черт возьми, с этим было?

— Какая записка?

Я закатила глаза.

— О, Ноа, да ладно. Перестань притворяться…

— Какая карта? — спросил он, повысив голос.

— Та, что в коробке, — услышала я свой шепот.

— Что там было, Тиган? — потребовал он, остановившись на середине танца. Его взгляд потемнел, на самом деле, он выглядел как-то убийственно. — Скажи мне.

— Я ухожу, — сказала я ему, чувствуя себя неуверенно и испуганно.

Тело Ноа напряглось, и он выругался, но у меня не было возможности сосредоточиться на этом, потому что звук разбивающегося стекла рядом напугал меня.

Я обернулась, чтобы посмотреть, что, черт возьми, происходит. Мое сердце упало, когда я увидела Лиама, который впал в истерику, пинал столы и шел ко мне с лицом, похожим на грозу.

— Просто уйди, Лиам, — сказала я ему, когда он дошел до нас. — Пожалуйста.

— Достаточно того, что ты с ним во всех газетах, — пробормотал он, глядя на меня. — Но теперь ты еще и тычешь мне этим в лицо?

— Я что-то упускаю? — спросил Ноа с жаром.

— Нет, — ответила я, не сводя глаз с Лиама, желая, чтобы он отвалил. — Абсолютно ничего. Так что просто оставь меня в покое, Лиам.

— О, теперь я ничто? — Покачав головой, Лиам указал пальцем мне в лицо и зарычал, — Ты бессердечная сука. Чертова шлюха!

«О Боже, теперь ты это сделал», — подумала я за несколько секунд до того, как Ноа оттолкнул его руку.

— Повтори это, придурок, — прорычал Ноа, стоя грудь в грудь с Лиамом. — Давай же, блять!

— Ноа, не надо, — закричала я, нырнув между ними. Положив руки ему на лицо, я заставила его посмотреть на меня.

— Эй, — уговаривала я, отчаянно пытаясь успокоить его и остановить от того, что он мог бы сделать, из-за чего он мог бы попасть в неприятности. — Не делай этого.

Даже с моими каблуками на высокой подошве Ноа все еще возвышался надо мной на добрых пять дюймов.

— Он не может так с тобой разговаривать, — прорычал Ноа, явно в ярости, делая короткие, быстрые вдохи. — Ни за что, Торн.

— Я знаю, — уговаривала я, поглаживая его лицо. Я держала свое тело между двумя мужчинами, когда обернулась. — Тебе нужно идти, Лиам, — предупредила я его. — Тебе нужно уйти прямо сейчас!

— Так ты не хочешь отношений со мной, но ты готова стать следующим трахом этого парня? — потребовал он, разъяренный. — Какого черта, Тиган?

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — выпалила я, дрожа. Я никогда не хотела причинять боль Лиаму, но это нужно было прекратить. Он вел себя так, будто я ему изменила, хотя на самом деле единственным человеком, которому я, как мне казалось, изменила, был Ноа. — Так что перестань.

— Ты ее трахал? — потребовал Лиам, подстрекая и без того возбужденного Ноа.

— Лиам, — прошипела я, смущенная. — Заткнись.

Сжав руками мои бедра, Ноа потянул меня назад в свои объятия.

— Я имел ее так, как ты и представить себе не можешь, — в ярости ответил Ноа.

— О, это идеально. — Покачав головой с отвращением, Лиам издал резкий смешок. — Ты даже не знаешь его, Тиган!

— Он Ноа, ты придурок, — закричала я, теряя весь такт и остатки терпения. — Он Ноа, — повторил я, голосом, надломленным эмоциями.

— Да, великий Ноа Мессина, — презрительно усмехнулся Лиам, а затем его глаза расширились от осознания. — Подожди, черт возьми, — прошипел он, глядя на Ноа, а затем покачав головой.

— Ноа, как твой бывший? — Лиам уставился на меня. — Бывший?

— Бывший, нынешний и гребаный будущий, придурок, — прорычал Ноа, толкая меня за спину.

Шмыгнув носом, я кивнула.

— И я люблю его, — добавила я, бросая это. Все равно все полетело к черту. Я больше не видела смысла отрицать свои чувства. С пьяными, бессмысленными слезами, текущими по моим щекам, я испустила дрожащий вздох. — Я влюблена в него.

Руки Ноа сжались на моей талии.

— Ты любишь? — прошептал он.

Кивнув, я вытерла щеки тыльной стороной ладони и резко выдохнула.

— Я никогда не переставала.

Повернув меня в своих объятиях, Ноа сосредоточил внимание исключительно на мне.

— Скажи это, Торн, — сказал он тоном, полным эмоций, притягивая меня к себе. — Мне нужно услышать, как ты это говоришь, детка.

— Я знаю, я знаю, — прошептала я, сжимая его руки. — И мне жаль, что я заставила тебя ждать семь лет, чтобы услышать это.

— Не волнуйся, Мессина. Я очень хорошо заботился о ней, пока тебя не было, — прервал меня Лиам, насмехаясь над Ноа и разрушая момент. — Я отлично провел время, согревая твою постель!

Рычание, вырвавшееся из горла Ноа, было поистине ужасающим. Оттолкнув меня, Ноа бросился на Лиама.

— Спокойно, приятель, — предупредил его Лаки, который вернулся как раз вовремя. Преграждая ему путь к Лиаму, Лаки положил руки на плечи Ноа и оттолкнул его. — Он не стоит того, чтобы рушить твою карьеру.

Я стояла, парализованная шоком и страхом, пока Лаки тащил Ноа обратно к кабинке.

Развернувшись, я оглядела клуб в поисках этого крысиного ублюдка, который так удачно скрылся. Заметив его у бара, я прямиком направилась к нему. Когда я заметила, с кем Лиам стоит рядом у бара, мое сердце сжалось.

— Киаран, — выдавила я сквозь стиснутые зубы. — Мне нужно поговорить с Лиамом наедине.

— Дай нам минутку, — сказала Лиам Киарану, и, как ни странно, он послушал.

— Увидимся позже, чувак, — сказал он Лиаму, прежде чем ухмыльнуться мне. — Увидимся совсем скоро, Ледяная королева.

— Иди на хер, — выплюнула я, прежде чем снова обратить внимание на Лиама.

— Зачем ты так со мной поступил? — потребовала я, когда Киаран скрылся из виду. — Мы должны были быть друзьями, Лиам.

— Я не твой друг, Тиган, — презрительно усмехнулся он. — Я твой дублер.

Запах алкоголя от его дыхания был настолько сильным, что у меня закружилась голова.

— Зачем ты переспала со мной, Тиган? — потребовал он. — Если ты всегда планировала вернуться к нему?

— Я ничего этого не планировала, — парировала я, дрожа. — Я никогда не хотела причинить тебе боль, Лиам, но я люблю Ноа.

Тяжело выдохнув, я добавила:

— И я не могу изменить свои чувства, как бы сильно это ни ранило тебя.

— А когда он уйдет на пенсию? — потребовал Лиам. — Он боец, Тиган, а они, как правило, быстро выгорают. И они не славятся своей верностью, — добавил он жестоко. — Я работал как проклятый, чтобы вернуть тебя. Чтобы вернуть тебя домой. Я могу дать тебе больше, чем он, — выдавил он. — Я могу дать тебе стабильность.

— Я хочу Ноа, — повторила я, смущенная.

— Бывшего заключенного? — прошипел он с отвращением.

— Верно, — выплюнула я в ответ. — Он бывший заключенный. А тебе нужно перестать думать, что у нас есть будущее.

— И что, ты просто собираешься бросить меня ради него? — Лиам был потрясен.

— Мы никогда не были вместе, чтобы я могла тебя бросить, — напомнила я ему кратко.

— Это чушь, Тиган, и ты это знаешь, — прошипел он. — Мы вместе уже семь чертовых лет.

— Нет, — поправила я его, укрепляя свою решимость. — Мы дружим уже семь лет.

Выпустив вздох едва сдерживаемого нетерпения, я прорычала:

— Слушай, Лиам, у нас был секс. Один раз. И он был нормальным, но страсти между нами никогда не было, и ты это знаешь.

Он покачал головой.

— Ты совершаешь самую большую ошибку в своей жизни, — предупредил он меня. — Это неправильно, Тиган. В его мире у тебя нет будущего.

— Я люблю его, — парировала я, дрожащими губами. — Ты понимаешь? Я хочу быть с ним.

— И ты думаешь, он чувствует то же самое?

— Да.

— Он тебя не любит, — парировал Лиам. — Он хочет обладать тобой, потому что ты ушла от него. Это не реальность, Тиган, это контроль. Он хочет тебя только потому, что ты ушла. Когда он насытится, он уйдет от тебя, и ты останешься одна.

— Перестань так говорить!

— Что ты будешь делать, когда наскучишь ему и он тебя вышвырнет на обочину, а? Вернешься ко мне, поджав хвост? — услышала я рев Лиама, но не ответила.

Я уже не могла устоять на месте, сгорая от злости, и мне нужно было быстро убраться из этой обстановки.

Слепо сбежав по лестнице, я протиснулась сквозь толпу людей в баре внизу, расталкивая и отпихивая их со своего пути в попытке добраться до выхода. Прорвавшись через брешь в толпе, я проскользнула через боковую дверь бара в переулок.

ГЛАВА 31

Ноа

Глядев весь бар в поисках Тиган, я был вне себя от злости, увидев ее спорящей с Лиамом. Твою мать, даже его имя в мыслях вызывало желание сломать что-то. Я бы сломал кое-что, его гребанную челюсть.

— Успокойся, — приказал Лаки, блокируя мне путь. — Я серьезно, Ноа, — добавил он, толкая меня обратно, где я сидел, когда я встал и попытался обойти его. — Ты забываешься, а тебе нужно взять себя в руки, приятель.

Я не мог сосредоточиться на том, что Лаки говорил мне, не тогда, когда каждая частичка моей души говорила мне пойти туда и прикончить этого ублюдка. Сначала за то, что он тронул ее, а затем за то, что растрезвонил об этом по всюду.

— Ноа, ты пьян, — сказал мне Лаки. — А он выглядит как обратный билет в тюрьму.

Наклонившись надо мной, он заставил меня посмотреть ему в лицо.

— Ты хочешь, чтобы это произошло? — добавил он. — Ты хочешь опять застрять в камере и оставить ее незащищенной?

— Нет, — проворчал я, чувствуя, как желание подраться улетучилось. —- Дерьмо, чувак. Он знает, что она здесь.

Наверное, я сказал это уже в пятидесятый раз за последние пять минут, пока дергал себя за волосы и оглядывался вокруг как чертов сумасшедший.

— Он отправил ей чертову розу, Лаки.

Я знал, что это значило. Одна единственная красная роза в коробке. Та записка.

— Он следил за мной, чувак. — я прорычал. — За каждым чертовым движением, которое я делал. Выжидал.

Я покачал рукой и зашипел.

— Я подписал ей чертов приговор, когда пришел сюда. — выдохнув измученный стон, я добавил. — Он знает где она живет. Она больше не в безопасности.

— Знаю, — согласился он. — Так что заткнись и дай мне придумать как нам быть.

Сев рядом со мной, он крепко хлопнул меня по плечу и сказал.

— Сейчас мы уйдем, не устраивая каких-либо сцен или оказавшись арестованными. — проинструктировал он спокойно. — Ты возьмешь свою девушку и отведешь ее к себе в отель. А утром, когда ты отоспишься после, несомненно, адского похмелья, ты убедишь ее вернуться с нами в Штаты, пока я все улажу.

— Что уладишь? — спросил я, разыскивая в толпе Торн.

— Как ты и сказал, — прорычал Лаки. — Джей Ди знает где она живет, так что она не может идти туда. Теперь, зная где она….

— Она ушла, — прошипел я. Поднявшись на ноги, я оглядел помещение. — Она, блять, не здесь, Лаки.

— Ладно, — сказал он со вздохом. — Теперь мы можем паниковать.

Тиган

— Слава богу, — пробормотала я, когда резкий, ночной воздух ударил мне в лицо, охлаждая и выбивая из меня приступ клаустрофобии, формировавшийся во мне.

Звук шагов позади застал меня врасплох. Я развернулась и громко простонала, увидев кто это.

— О, ради Бога, — пробормотала я. — Уходи, Киаран.

— Посмотрите на Ледяную Королеву, — промурлыкал он, двигаясь ко мне. — Совсем одна.

Развернувшись спиной к нему, я направилась к центральной улице, подальше от Киарана насколько смогла. Он был проблемой, и я знала, что не стоит находиться рядом с такими, как он в темном переулке.

— Не убегай от меня, ты маленькая сучка. — зарычал он, схватив меня за заднюю часть платья и попытался затащить меня в дальнюю часть переулка.

Я почувствовала, как рвется ткань, лямка, удерживающая мое платье сдалась, и он грубо схватил в кулак мои волосы.

— У нас с тобой есть незаконченные дела.

— Отпусти меня, — завизжала я, дотянувшись чтобы отцепить его руку с моих волос. — Сейчас же, — я прорычала, впиваясь ногтями в его руки.

— Ты думала, я не отомщу тебе за тот маленький трюк в спортзале? — прошипел он, грубо отпустив мои волосы, прежде чем подтолкнуть меня вперед. Пошатнувшись вперед, я не смогла удержать равновесие и тяжело приземлилась на колени.

— Этот образ тебе идет, Тиган, — съязвил он, возвышаясь надо мной. — На коленях у моих ног.

— Ты за это заплатишь, — предупредила я его, вскакивая на ноги и бросаясь вперед. К черту, не устраивать сцен. Ни один мужчина не поднимет на меня руки. Только через мой труп. Ярость подтолкнула меня, когда я отбросила руку назад и ударила его по лицу.

Голова Киарана дернулась вбок, и он закрыл щеку рукой, на мгновение ошеломленный, но затем он поднял руку назад и ударил меня в лицо. Он ударил меня так сильно и с такой злобой, что я отлетела назад. С тяжелым стуком я ударилась спиной о стену бара, прежде чем рухнуть на землю.

— Вот тебе дружеское предупреждение, — прорычал Киаран, стоя надо мной, насмехаясь. —Не давай, если не можешь выдержать.

Моя спина болела. Каждая мышца в верхней половине моего тела горела в знак протеста. Каждая фибра внутри меня кричала: «Не вставай. Оставайся внизу. Отпусти». Но этот огонь внутри меня, тот, который защищал меня всю мою жизнь, прожигал во мне дыру. Этот огонь терзал и мучил меня и приказывал мне подняться. Этот огонь говорил: «Не смей так падать».

— Ты думаешь, что ты большой, крепкий мужик, не так ли? — закричала я, заставляя себя подняться. — Бить женщин?

Неуверенно поднявшись на ноги, я плюнула ему в лицо.

— Ты кусок дерьма, Киаран.

Схватив меня за плечи, он прижал меня к стене.

— Ты за это заплатишь, — прошипел он, сверкая гневом. — Теперь ты получишь, сука.

— Тиган! — услышал я голос Ноа, и меня затопило облегчение. — Тиган!

— Ноа, — закричала я, пытаясь вырваться, но Киаран схватил меня за руку и потащил назад. — Ноа, помоги мне!

Ноа

Прорываясь сквозь толпу, я расталкивал всех с дороги, спускаясь по лестнице через три ступеньки за раз.

— Тиган! — заорал я, проталкиваясь через бар, всматриваясь в каждое лицо в поисках ее лица и не находя ничего. Страх душил меня, толкал вперед, приказывая мне найти ее, когда я выскочил из главного входа в бар, крича ее имя во все легкие. — Тиган!

— Ноа! — услышал я ее крик и побежал на полной скорости в направлении ее голоса. — Ноа, помоги мне!

В ту минуту, когда я повернул за угол переулка, моя кровь застыла в жилах.

Один из придурков, что были раньше, прижал Тиган к стене, сжав кулаки вокруг ее рук.

Он держал свои руки на ее руках.

Его руки были на моей Торн

— Ноа! — с облегчением вскрикнула Тиган, отползая от придурка, который избивал ее.

Ее платье было разорвано.

Это все, что я мог видеть.

Ее разорванное платье и ее окровавленные колени.

Двигаясь чисто инстинктивно, я бросился вперед, пронзив сукина сына в живот. Повалив его на землю, я принялся бить его по лицу кулаками. К черту MFA. К черту все. Я не работал так усердно, как раньше, пока мне приходилось смотреть, как этот кусок дерьма кладет свои руки на мою Торн.

— Ноа, — закричала Тиган, потянув меня за плечо. — Пожалуйста, остановись, — умоляла она. — Я в порядке, детка. Я в порядке…

— Ты не в порядке, — зарычал я. — Он тронул тебя! Он тронул то, что принадлежит мне!

— Я не трогал ее, — пробормотал он, закрыв лицо руками в жалкой попытке защититься от моих кулаков. — Не так, как ты думаешь... Тиган, скажи ему.

— Не разговаривай с ней, — заорал я, дрожа от ярости. — Не смотри в ее сторону, жалкий кусок дерьма.

Оттолкнувшись, я поднял его на ноги.

— Ударь меня, — приказал я, когда по моему телу пронеслась чистая, блядская ярость. — Давай, кусок дерьма. Хочешь кого-то ударить, так ударь меня.

Звук полицейских сирен наполнил воздух, но я не остановился. Я, блять, не мог. Я собирался убить его и наслаждаться каждым чертовым моментом.

Тиган

В тот момент когда она появился в моем поле зрения, я почувствовала, как мое тело облегчённо обмякает.

Он выглядел как ангел мщения, одетый в чёрное, тёмный, опасный и готовый причинить боль.

Я наблюдала, как его взгляд переместился с моего разорванного платья на руку Киарана на моей руке.

Его глаза затуманились от чистой, неподдельной ярости.

Выражение его лица стало убийственным.

А затем он напал.

Ноа двигался так быстро, что я едва успела отскочить, когда он бросился на Киарана, сбив его с ног. Оседлав его, Ноа высвободился, высвободив свою ярость, и принялся его избивать.

— Ноа, — выдавила я, потянув его за плечо, пытаясь остановить его от того, от чего он не сможет оправиться. — Все в порядке, — уговаривала я, пытаясь, но не сумев оттащить его от Киарана. — Я в порядке…

— Ты не в порядке, — кипел Ноа. — Он тронул тебя! Он тронул то, что принадлежит мне.

— Я не трогал ее, — пробормотал Киаран, закрывая лицо руками, защищаясь от Ноа. — Не так, как ты думаешь... Тиган, скажи ему.

— Не разговаривай с ней, — проревел Ноа. — Не смотри в ее сторону, жалкий кусок дерьма.

Воздух наполнился звуком полицейских сирен, но Ноа не остановился. Я не думала, что он сможет остановиться.

Слезая с него, Ноа встал и поднял Киарана на ноги.

— Ударь меня, — приказал он, подняв руки в воздух. — Давай, кусок дерьма. Хочешь кого-то ударить, ударь меня.

— Убирайся от него к черту! — знакомый голос Лиама просочился в мои уши за несколько секунд до того, как он промчался мимо меня с Оуэном по пятам. Я с ужасом наблюдала, как Оуэн схватил Ноа сзади и поднял его, пока Лиам и Киаран нападали на него.

— Отстаньте от него, ублюдки, — закричала я, бросившись туда, где они втроем нападали на Ноа, и потянула Оуэна за рубашку сзади, застонав от боли, когда его локоть врезался мне в живот.

Ноа вырвался из хватки Оуэна, но не раньше, чем кулак Лиама врезался ему в челюсть. Выплюнув кровь, он улыбнулся, его белые зубы окрасились в красный цвет.

— Наслаждайся этим, — сказал он ему, прежде чем броситься вперед и ударить его головой. Лоб Ноа ударил Лиама в нос, и когда брызнула его кровь, я почувствовала легкое головокружение.

Краем глаза я увидела, как в переулке собирается толпа, и меня охватила паника.

— Ноа, нам нужно идти, — крикнула я дрожащим голосом. — Нам нужно идти сейчас.

Он не мог драться за пределами клетки.

Это было против правил, и мы устраивали сцену.

Из-за этого он мог потерять все, над чем работал.

Из-за меня.

Обхватив его талию руками, я попыталась оттолкнуть его, но это было все равно что пытаться сдвинуть гору.

— Пожалуйста, Ноа, — умоляла я. — Они не стоят дерьма на твоих ботинках.

— Она не говорила этого, когда я засунул в нее свой член, — крикнул Лиам.

Ноа зарычал и бросился вперед, увлекая меня за собой, потому что я ни за что не отпущу его.

Когда я заметила, что Лаки мчится к нам по переулку, я чуть не заплакала от облегчения.

— Что, черт возьми, случилось с планом? — прошипел Лаки, обхватив Ноа рукой и помогая мне тащить его назад в направлении улицы.

— Я изменил его, — прорычал Ноа, тяжело дыша грудью, когда он толкался, не сводя глаз с Лиама и парней.

— Заметил, — сухо ответил он. Когда мы вышли на улицу, Лаки повел нас к ожидающему такси, прежде чем запихнуть Ноа на заднее сиденье, обернувшись, Лаки посмотрел мне прямо в глаза и сказал:

— Иди туда и сделай все, что нужно, чтобы успокоить его. Водитель отвезет вас обоих обратно в отель. Не оставляй его одного сегодня вечером.

Оглядываясь назад на переулок и толпу, которая наблюдала за нами, он тяжело вздохнул.

— Я пойду, займусь устранением повреждений.

Я не стала дожидаться вопросов. Вместо этого я кивнула и забралась на заднее сиденье.

Обхватив руками шею Ноа, я оседлала его, вцепившись в него изо всех сил, когда водитель тронулся с места.

Ноа не сказал мне ни слова за всю поездку до отеля. Он также не прикоснулся ко мне. Он просто сидел на заднем сиденье со мной на коленях и смотрел в окно, пока его грудь быстро поднималась и опускалась.

И у меня возникло инстинктивное ощущение, что назревают неприятности.

ГЛАВА 32

Ноа

В ту минуту, когда мы переступили порог отеля, адреналин и гребанная ярость скапливающиеся во мне достигли своего апогея. Схватившись за свою рубашку, я сорвал ее со своей груди и перекинул через спинку дивана, стоящего в гостиной, прежде чем последовать прямиком в спальню.

Врезав кулаком по двойным дверям, я прошел внутрь, подальше от Тиган.

Я не мог находиться с ней сейчас.

Я был вне контроля и каждый раз, когда я смотрел на синяк, проявлявшийся под ее левым глазом и это чертово разорванное платье, я терял частичку своего здравомыслия.

Картина, где этот ублюдок трогал ее, все, о чем я мог думать.

Как долго это продолжалось?

Она любила его?

— Блять! — я схватил лампу с тумбы у кровати и швырнул ее в стену, наблюдая за тем, как она разбилась в дребезги. Этого было недостаточно, чтобы унять мой гнев. Недостаточно, чтобы сделать это даже на половину. Вырвав тумбу из специально отведенного для нее места, я сделал тоже самое и с ней, а затем с телевизором, ноутбуком и всем, что попалось под руку.

Я должен был вернуться за ней раньше.

Я должен был вылететь на самолете в тот же день, когда меня выпустили из тюрьмы и притащить ее домой, неважно, сопротивляющуюся или нет.

Черт возьми, я ревновал настолько сильно, что мог почувствовать это на вкус.

Мысль о том, как он трогает ее, находился внутри нее, касался ее своим чертовым ртом вызывала во мне неукротимый гнев.

Дверь открылась, и я замер.

— Ты собираешься поговорить со мной? — тихо спросила Тиган. — Или ты хочешь, чтобы я ушла?

Черта с два она уйдет от меня снова.

Мы разберемся с этим.

Прямо, блять, сейчас.

Тиган

В ту минуту когда мы переступили порог отеля, дерьмо ударило в пресловутый вентилятор.

Ноа сорвал с себя черную рубашку и повесил на спинку дивана в гостиной, прежде чем уйти в направлении двойных дверей в дальнем конце комнаты. Хлопнув обеими дверями, он исчез из виду.

Сняв обувь, я подкралась к месту, где исчез Ноа, и прислушалась к происходящей по ту сторону стены бойне. Звук бьющегося стекла и опрокидывающейся мебели наполнил мои уши, и я съёжилась.

Собравшись с духом, я вошла внутрь. Спальня выглядела так, будто по ней пронесся торнадо. Мебель была опрокинута, а на полу валялось стекло. Посреди обломков стоял Ноа, выглядевший более разъяренным, чем я когда-либо видела.

— Ты собираешься поговорить со мной? — прямо спросила я его, наблюдая, как он напрягается, когда я говорю. — Или ты хочешь, чтобы я ушла?

— Когда? — Наконец спросил он, сжав челюсть.

— Несколько месяцев назад. Это произошло лишь один раз, — прошептала я, прекрасно зная о чем он меня спрашивал. Он хотел знать о Лиаме. — Я была пьяна и одинока, пытаясь забыть тебя, — добавила я тихо, думая о самой большой ошибке в моей жизни.

— Как долго? — процедил он, вена на его шее опасно пульсировала.

— Как долго что? — прошептала я, нервно и неуверенно.

— Как долго ты ждала, прежде чем позволить ему сунуть свой член в то, что принадлежит мне? — Прорычал Ноа. — Сколько ты была с ним? Сколько. Черт. Возьми, Тиган?

— Это все не так, — парировала я, чувствуя себя пристыженной и отвергнутой. Ноа терял контроль и пока это происходило, я не собиралась испытывать свою удачу.

— Тогда как? — Я смотрела как вена на его шее дергалась. Его голос был наполнен сарказмом и болью, когда он покачал головой и рассмеялся совсем без юмора. — Не говори мне. Ты трахнула его, думая обо мне?

— Да, — прошипела я в ответ. — Но ты должен понимать, я думала, что ты мне изменил.

— Сколько раз я должен тебе говорить, — он прорычал и подошел ко мне. Отступая назад, я оказалась прижатой к стене. Ноа навис надо мной и прошипел. — Я тебе, черт возьми, не изменял.

— Думаешь сейчас я не знаю этого? — потребовала я, прижимая руку к его груди, чувствуя его жар и тяжесть. — Господи, Ноа, ты думаешь я непоняла, что я во всем этом виновата?

Разговор давался мне в десятки раз тяжелее, теперь, когда я знаю, что Ноа невиновен. Я бросила его. Я оставила его гнить в тюрьме на протяжении пяти лет и переспала с Лиамом. Я запихнула его в самую дальнюю часть моей памяти и продолжила жить. Я оставила его позади. Это заставляло меня хотеть выколоть себе глаза. Я чувствовала отвращение к себе. И несмотря ни на что, когда у меня были проблемы, он все еще был первым, кто защищает меня. Вмешиваясь и спасая меня снова и снова. Я никогда не буду заслуживать его, даже прожив тысячу лет.

— Знаю, я все испортила. Я понимаю, но и ты должен понять, что твоя жизнь ужасает меня, — воскликнула я. — Твои выборы, твоя история, твои перепады в настроении и то, как ты пугаешь меня до смерти. Ты пугаешь меня, Ноа!

Я тяжело дышала, адреналин бежал по моим венам.

— Но, когда я с тобой, я чувствую себя в безопасности, живой и как будто бы я твоя. Ты делаешь это со мной, — сказала я ему. — Только ты вызываешь во мне эти эмоции. Никто другой.

— Думаешь это как-то иначе для меня? — парировал он, тяжело дыша. — Ты единственное чего я боюсь в этом мире. — проревел он. — У тебя есть возможность уничтожить меня. Я никогда не позволял ранить себя, а ты терзаешь меня ежедневно. Ты коварна.

— В чем тогда чертов смысл, — покачав головой я жестко крикнула. — Ничего из того, что я скажу не сможет исправить или стереть последние семь лет.

Прислонившись к стене, я подняла руки сдаваясь. Я была неправа. Я знала это. Он знал. Но теперь я приняла это и мне стало тяжело дышать. Казалось, будто нож вонзился мне в сердце, разрывая струны души.

— Нет никаких шансов, что ты все еще хочешь меня.

— Я всегда буду хотеть тебя, Тиган, — парировал он, его голос полон эмоций. — У нас всегда будет путь обратно друг к другу.

Я наблюдала, как Ноа сжимал и разжимал кулаки, пытаясь сдержаться и прийти в себя.

— Продолжай, — приказал он, вена на его шее все еще пульсировала. — Выскажи это все, черт возьми. Мне нужно услышать это.

— Я провела большую часть десятилетия, веря, что недостаточно хороша для тебя. Веря, что я недостаточна хороша, чтобы удержать тебя, — призналась я, дрожащим голосом, со слезами, катившимися по моим щекам, и эмоциями, которые переполняли меня. — Я знаю, я ошибалась, но все что я знала тогда это то, что человек, которому я доверяла больше, чем моей семье предал меня, тот кого я любила больше всего на свете, предал меня. Но даже тогда, я все еще хотела тебя и это заставляло меня ненавидеть себя больше, чем я ненавидела тебя, — покачав головой я выдохнула. — А когда тебя выпустили, я так ничего и не услышала о тебе. Спустя месяцы ты был везде: телевидение, интернет, газеты. А мне оставалось лишь наблюдать за тем, как эти девушки трутся об тебя прямо перед моими глазами. Я побежала к человеку, который как я знала, точно хотел меня. Лиам был безопасным вариантом, он не смог бы ранить меня, потому что во мне не осталось ничего, что могло бы почувствовать боль. Ты говоришь, что хочешь меня, Ноа, но тогда я об этом не знала… Поэтому я пыталась тебя забыть. Я пыталась заставить себя принять тот факт, что Лиам тот, кто мне нужен…

— Он не тот, кто тебе нужен, Тиган, — прошипел Ноа. Он сделал шаг назад, не разрывая зрительный контакт. — Он был безопасным вариантом. А тот, кто тебе нужен – я.

Он ударил себя кулаком по груди в страстном отображении мужского доминирования. И это заставило меня сжаться в предвкушении.

— Этот ублюдок хочет тебя, — прорычал Ноа. — Хочет то, что на самом деле мое.

Преодолев расстояние, которое он создал между нами в пару шагов, Ноа опер руки по обе стороны от моей головы и посмотрел в мои глаза на несколько долгих секунд.

— Я вытрахаю его из твоей головы, — прорычал он прежде, чем прижаться своим телом к моему и захватив мой рот своим в такой грубый поцелуй, что мое сердцебиение пошло галопом, а мой центр запульсировал. Я чувствовала его, вкус его крови на своем языке, когда его язык переплелся с моим, поглощая, владея мной.

Отстранившись, Ноа прикусил мою нижнюю губу и сильно потянул.

— Это мое, — процедил он и обхватил мою киску. — Отсюда до сюда. Все это принадлежит мне. Ты поняла?

В моем словаре не было подходящих слов, которые я могла бы произнести. Я не была покорной женщиной, но этот мужчина… Он сломал все мои правила. Кивнул я повисла на нем, желая, чтобы он наконец заявил свои права на меня, нуждаясь в том, чтобы забыть, что другой мужчина когда-либо трогал меня там, где сейчас трогает Ноа.

«Он не любит тебя. Он лишь хочет владеть тобой — потому что ты ушла от него. А когда он возьмет то, что хотел, то уйдет от тебя, и ты останешься одна.»

Слова Лиама всплыли в моей голове, и я оторвалась от рта Ноа.

— Скажи, что ты со мной не из-за мести, — попросила я тяжело дыша.

— Что? — проворчал Ноа, тяжело дыша. Его глаза не сводились с моего лица. — Ты сейчас серьезно?

— Скажи, что это все не для того, чтобы доказать что-то, Ноа, — повторила я. — Скажи, что ты не уйдешь от меня, когда тебе станет скучно.

Опустив руку с моего лица, Ноа развернулся и направился в другую часть комнаты и открыл дверь в ванную.

— Я, блять, не могу поверить в это, — сказал он, рассмеявшись, ни капли юмора в его голосе, а затем исчез в ванной, чтобы появиться через мгновение с черной футболкой в руках.

— Надень, — кинув ее в меня сказал он. Затем указал на мое порванное платье. — Я не могу смотреть на тебя вот так.

— Скажи, Ноа. — прорычала я, поймав футболку в воздухе и швырнув на кровать.

— Сказать тебе что? — потребовал он. — Что все что я сделал, каждая тренировка, каждая капля крови, которую я пролил, каждая капля, которой истек я сам — были для тебя? Ради этого момента? Что бы я стоял здесь перед тобой и доказывал то, как много ты для меня значишь?

Я открыла рот чтобы сказать что-то, но Ноа опередил меня.

— Я хранил в памяти каждый твой миллиметр. Я, блять, любил тебя даже тогда, когда ненавидел больше всего. — прогремел он хрипло. — Ты предала мое доверие, Торн, вырвала мое чертово сердце из груди, но ты все еще та, кого я хочу видеть рядом с собой. Когда я был на низах, все что я хотел была ты. И даже сейчас, все что я хочу это ты. Я должно быть ублюдок-мазохист, потому что спустя столько лет и всю эту боль я хочу разделить мою душу с тобой. Разделить себя пополам и отдать тебе права на меня. — Тяжело выдохнув он добавил. — Это достаточно честно для тебя, Тиган, или ты продолжишь сомневаться в моих намерениях?

Ноа не дал мне шанса ответить и снова исчез в ванной, в этот раз закрыв дверь за собой.

Спустя секунду, я услышала звук льющейся воды.

Позволив всем его словам усвоиться, я почувствовала стыд. Стыд за то, что так долго отказывала этому мужчине. Зная, что мне нужно сделать что-то с этим, я разделась, раскинув вещи по полу и зашла в ванную. Я устремила взгляд на Ноа и застонала от вида.

Он стоял спиной ко мне, с опущенной головой, пока вода стекала по его огромному, мускулистому телу.

Мои глаза прошлись по каждому миллиметру его кожи, впитывая его мужественную красоту, изучая его огромное черное тату, что покрывало почти всю его спину. Я опустила взгляд и все мое нутро сжалось. У него была такая задница, что я клянусь, можно было бы расколоть ей грецкие орехи. Все было таким... тугим и упругим. Мне хотелось попробовать каждый дюйм его кожи, чтобы узнать, осталась ли она прежней на вкус, осталась ли она прежней на ощупь. Он был больше похож на мужчину, чем я когда-либо видела.

Пройдя по холодной мраморной плитке, я отодвинула стеклянную дверь душа и вошла внутрь.

Его тело напряглось, когда я обхватила его живот руками. Атмосфера изменилась почти мгновенно, и я, честно говоря, не знала, чем все это обернется. Но затем он тяжело выдохнул, накрыл мои руки своими, и мое тело облегченно обмякло.

— Мне так жаль, детка, — прошептала я, прижимая губы к его спине. Ему нужно было услышать это и в тот момент, я готова была сказать и сделать все что угодно, чтобы облегчить его боль. — За все.

— Торн… — простонал он, сжав мою руку.

— Я никогда не переставала любить тебя, — сдавленно произнесла я, целуя его спину снова и снова. — Ты по-прежнему мой.

Его большое тело содрогнулось, голова склонилась, и мне стало стыдно, что я так на него подействовала.

— Не играй со мной, — прошептал он таким нежным и неуверенным голосом, что мне захотелось плакать. — Не говори мне этого, если ты снова собираешься отнять.

— Я не буду, — поклялась я. Мое сердце колотилось так сильно, что я думала, оно вырвется из груди. — Впусти меня обратно, Ноа, и я больше тебя не подведу. Обещаю.

Протянув руку, Ноа схватил меня за руку и притянул к своей груди.

— Тебе лучше быть чертовски уверенной в этом, Торн, — прохрипел он, прижимая меня к себе, пока на нас лилась вода. — Потому что я больше тебя не отпущу.

Опустив лицо, он сказал:

— Если ты со мной, ты со мной на всю жизнь. Больше никаких преследований. Больше никаких игр.

Кивнув головой, я прошептала:

— Я в деле, — прежде чем поднять лицо к его лицу и заявить о своих правах на его губы, целуя его глубоко и медленно. Его язык выскользнул и сплелся с моим, пока мы держались друг за друга. Это было медленно и чувственно, и это было все, чего мне не хватало все эти годы.

Обхватив меня руками за шею, он поднял меня и сделал шаг вперед, прижимая меня к стене душа, заключая меня в клетку своим прекрасным телом.

Я знала, что играю в опасную игру, я не принимала противозачаточные, но я не могла отказать этому мужчине во входе в мое тело. Поэтому я охотно раздвинула ноги, полностью отдавшись, не желая ничего, кроме как быть с ним.

— Я всегда возвращался за тобой, Тиган, — хрипло сказал он, прижимаясь ко мне. — Мне просто нужно было сначала привести свою жизнь в порядок. Мне нужно было что-то предложить тебе... лучшую жизнь, чем та, что была у тебя. Я хотел, чтобы ты любила меня так сильно, чтобы ты забыла, где начиналась ты и заканчивался я.

— Миссия выполнена, — прошептала я, едва дыша.

Улыбаясь, Ноа одним плавным движением скользнул внутрь, заполняя меня. Влажность наших тел вызвала трение внутри меня, когда мы скользили друг по другу.

Его руки не отрывались от моего лица, а его губы не отрывались от моих губ, когда он медленно входил в меня. Мы едва двигались. Мы просто покачивались вперед и назад, наслаждаясь тем, что снова вместе, как одно целое. Каждый заявлял права на другого. Показывая друг другу, как много значит эта ночь, насколько важен этот момент времени для нас. Никакой прелюдии. Никакого дурачества.

Сегодня вечером мы снова станем одним целым.

ГЛАВА 33

Тиган

Он стоял обнаженным посреди спальни, олицетворение мужественности. С полотенцем, обернутым вокруг плеч, он не выказывал ни стыда, ни застенчивости; он был просто полностью спокоен за то, кем он был и как выглядел. Мускулы. Явное мужское доминирование зажгло меня. Я была возбуждена и пускала слюни, просто наблюдая, как он делает что-то столь обыденное, как вытирает свое тело.

— Ты пялишься.

— Ты можешь меня винить за это?

Ноа фыркнул и продолжил вытирать волосы полотенцем.

Я подождала, пока он заберется в постель, прежде чем спросить:

— Что с тобой произошло? — Его кожа была покрыта шрамами. Некоторые я помнила, а некоторые нет. Я провела пальцами по жесткой серебристой линии на его грудной клетке, а затем по той, что была чуть ниже.

— Ножевая рана, — лениво протянул он, лежа на спине, позволяя мне исследовать его. — И это тоже.

— И это? — Я прошептала, опускаясь ниже, положив ладонь на самый большой рубец на его прекрасном теле. Я почувствовала, как он вздрогнул от моего прикосновения. — Как ты это получил?

— Это ожог, Торн, — прохрипел он, накрывая мою руку своей. — От автокатастрофы.

— Ты обгорел той ночью? — удалось выдавить мне. Воспоминания о пламени вокруг машины, в которой мы с Ноа оказались в ловушке, затопили меня, и я вздрогнула. — Мне так жаль, — выдавила я.

— Я знаю, что тебе жаль, — ответил он, и я надеялась, что он слышит мои извинения, всю глубину моего раскаяния. Печаль, которую я чувствовала из-за того, куда его привела жизнь, переполняла меня. Он сидел в тюрьме, его мама умерла, и большую часть своей жизни он был совсем один.

— Моя очередь осматривать, — прервал он, явно не желая говорить об этом.

Перевернув меня на спину, Ноа лег на бок надо мной и провел пальцами по моей обнаженной коже.

— Такая мягкая, — прошептал он, подталкивая мой живот носом. Его дыхание на моей коже усилило покалывание между ног. Его глаза потемнели, когда он переместил руку, чтобы остановиться между верхней частью моих бедер. — А как насчет этого? — прошептал он, проводя большим пальцем между моих влажных складок, медленно обводя мой клитор, наблюдая за мной, как ястреб. — Тебе все еще нравится, когда я трогаю тебя здесь, Торн?

— Да, — прошептала я. Мое дыхание сбилось, пока я извивалась под его прикосновениями. Я не была особо одарена грудью, но, когда рот Ноа сомкнулся над одной из них, взяв мой твёрдый сосок в рот и застонав от удовольствия, я забыла о своей неуверенности. Чувства, которые он вызывал во мне, были не похожи ни на что, что я когда-либо испытывала раньше. Как будто его тело было создано с единственной целью — доставлять мне удовольствие. Мы идеально подходили друг другу. Мне хотелось лизнуть его. Я знала, что это звучит безумно и отвратительно, но это была правда. Я хотела прижать его голову к своей груди и убаюкивать его там, заботиться о нем. Питать его. А затем лечь на спину и позволить ему делать все, что я никогда не позволяла делать со мной другому мужчине.

Я хотела быть той, кто будет лечить его раны и растирать его после каждой схватки. Я хотела быть той женщиной, которая была у него на руке. Я хотела, чтобы он хотел меня так же, как я хотела его. Это было глубокое, плотское желание.

Он был настоящим мужчиной. Не похожим ни на кого другого, кого я когда-либо встречала, и я хотела, чтобы он обладал мной, телом и душой. Я хотела связать его в такие узлы, которые он никогда не оставит. Я так сильно его любила.

— Посмотри, как твое тело реагирует на мое, — прошептал он, целуя каждую из моих грудей. — Это потому, что ты моя пара, — добавил он почти отчаянным тоном. Переместившись так, чтобы он лежал надо мной, Ноа раздвинул мои бедра и устроился между ними. — Твое тело хочет мое тело, а мое сердце хочет твое, — прохрипел он, прежде чем заполнить меня одним глубоким толчком. — Мы подходим друг другу.

Поглаживая его щеку рукой, я заставила его посмотреть на меня, когда я прижалась к нему, позволяя ему овладеть мной, обнажая свою душу перед мужчиной, который ею владел.

— Какие у тебя планы? — простонал он, зарываясь лицом в мою шею, когда он погружался в меня.

— Когда? — ахнула я, сжимая ногами его бедра, выгнув спину. — Завтра?

Он покачал головой.

— Нет, Торн.

Я почувствовала, как он улыбнулся, утыкаясь в мою кожу.

— На всю оставшуюся жизнь.

Я не ответила ему.

Я не могла.

Ощущения, проносившиеся сквозь меня, сделали невозможным составить связное предложение.

Поэтому я ответила ему поцелуями, я сказала ему, что люблю его своими прикосновениями, и я пообещала никогда не оставлять его со своими слезами.

После этого никто из нас не произнес ни слова — больше нечего было сказать.

Мы просто лежали вместе в темной комнате, неподвижные, все еще соединенные.

Я была потеряна в Ноа и знала, что никогда не найду выхода. Всепоглощающая любовь и непогрешимая одержимость. Для меня не было выхода из этого. Я была связана с ним. Всегда была. Всегда буду. Я не верила в родственные души, но если бы и верила, то просто знала, что он мой. Мы были полным беспорядком. Мы боролись. Мы спорили. Мы почти убили друг друга. Но мы не могли жить друг без друга, и это было важно. Ноа Мессина поглощал каждую мою мысль. Он заставил меня почувствовать, что я родилась с единственной целью — быть его парой. Его женщиной. Второй половинкой его израненной души. Мы оба были испорчены без возможности восстановления. Но это не имело значения. Я последую за ним. И я верну его доверие, даже если это будет последнее, что я сделаю.

Три дня — это все, что потребовалось. Три дня, чтобы мой мир перевернулся с ног на голову. Три дня, чтобы узнать, что все, во что я когда-либо верила, было ложью. Три дня, чтобы заставить меня потерять свои запреты и упасть.

Наконец, когда секунды превратились в минуты, а его дыхание стало глубоким и ровным, усталость овладела мной, и я уснула, запутавшись в Ноа Мессина.

Ноа

Когда я проснулся, снаружи было еще темно, и Тиган все еще была в моей постели, обвитая вокруг меня. Я потянулся, вытянув свои затекшие конечности, и она заворчала во сне, протестуя против того, что ее потревожили, прежде чем снова прижаться ко мне.

Мысль о том, чтобы встать с этой кровати утром, была чертовски болезненной. Здесь, в этой постели, наш собственный личный пузырь защищал нас. Я был голым, она была голой, и между нами не было никаких преград. Никаких стен неуверенности и боли, и никакой гребаной опасности. Когда я встану с этой кровати, все изменится. Реальность просочится и испортит мое счастье.

Вытянув шею, чтобы посмотреть на нее, мое сердце забилось быстрее при виде ее головы, покоящейся на моей груди. Лунный свет, льющийся из окна, освещал нас, освещая ее лицо мягким сиянием.

— Я люблю тебя, ты, маленькая фруктовая булочка, — прошептал я, поглаживая ее щеку большим пальцем. — Но ты не делаешь это легким.

— Я слышала это, — проворчала она, выглядывая из-под меня одним карим глазом.

Перевернув ее на спину, я поднялся над ней, опираясь всем своим весом на локти.

— Ты должна была, — поддразнил я, не в силах удержаться и поцеловать ее милый маленький носик-пуговку.

Подтолкнув ее ноги коленом, я одобрительно зарычал, когда она позволила бедрам раздвинуться, напоминая растрепанного ангела.

— Я хочу, чтобы ты была моей самой большой поклонницей, — сказал я ей, прижимая ее руки над головой. Опустив лицо к ее лицу, я втянул ее распухшую нижнюю губу в рот и пососал. — Я хочу слышать, как ты кричишь мое чертово имя, когда смотришь, как я дерусь, и хочу видеть гордость на твоем лице, когда я побеждаю. Потому что я побеждаю, Торн. Каждый раз. Я побеждаю ради тебя.

Я хотел, чтобы она осталась со мной ради меня. Не ради славы, денег или чертовой власти. А ради меня. Просто ради меня. Сломанного и избитого, каким я был. Я хотел быть достаточным хотя бы раз в жизни.

— Я всегда была твоим самым большим поклонником.

Упираясь в грудь, я позволил Торн толкнуть меня на спину и наблюдал сквозь полуприкрытые глаза, как она взбирается на меня сверху.

— И это не имеет никакого отношения к твоей карьере. — Сжав мой член в своей маленькой руке, Торн приподнялась надо мной и потерлась об меня. — Но почему это так важно для тебя? — прошептала она, глядя на меня сверху вниз.

— Потому что я хочу твоего восхищения, — прошипел я. Схватив ее за бедра, я посадил ее себе на член. — Я хочу твоего одобрения.

Она была такой мокрой, что я полностью скользнул в ее узкую маленькую киску.

— И я хочу твоей гребаной любви.

— Ты уже имеешь это, — закричала она, подпрыгивая вверх-вниз на моем члене. Ее киска вокруг меня была чертовым раем. Она сильно ударила, и я одобрительно зарычал.

Блять, я не помнил эту версию Тиган. Но я не жаловался. Она могла играть со мной всю чертову ночь.

— О Боже, Ноа, ты владеешь мной полностью, — закричала она.

— Ты уверена в этом? — прошипел я, толкаясь вверх, когда она резко опустилась. — Блять, владей мной, Торн.

Она ускорила темп, скача на мне сильнее и быстрее, прижимая меня к матрасу своими бедрами.

Поднявшись, я взял ее упругие груди в свои руки, скручивая и сжимая ее соски, пока она не запульсировала вокруг моего члена, сжимая меня так сильно, что я выстрелил в нее, как пушка, наполняя ее своим семенем, и чертовски любя ее, когда она прижалась к моей груди, оставив наши тела соединенными.

ГЛАВА 34

Ноа

В следующий раз я проснулся от солнечного света, льющегося в окно, и громкого грохота молотка, доносящегося из другой комнаты.

Желая остаться здесь с Торн, но зная, что мне придется столкнуться с реальными проблемами, я выскользнул из-под нее и накрыл ее голое тело простыней, скомканной у изножья кровати.

Нагнувшись, я схватил свои штаны с пола, прежде чем выползти из комнаты, перешагивая через разбитое стекло и мебель, которые были свидетельством потери моего контроля прошлой ночью.

Закрыв за собой дверь, я надел штаны, прежде чем подойти к двери и потянуть ее внутрь.

— Ты тупой сукин сын. — Это были первые слова, которые сказал Куинси, когда он ворвался в номер, выглядя так, словно его разогрели до смерти, а затем быстро добавил:

— Ты хоть представляешь, сколько проблем тебе стоил твой трюк в баре прошлой ночью?

Лаки вошел следом за ним в очках Ray Ban, держа в одной руке поднос с четырьмя одноразовыми стаканчиками, а в другой — пластиковый пакет.

— И тебе привет, — пробормотал я, захлопывая за ними дверь. — И, если ты не против, говори тише, — добавил я, скрестив руки на груди. — Торн все еще спит.

— Торн? — Лицо Куинси приобрело фиолетовый оттенок. — Ты куришь какой-то особый сорт сигарет, Мессина?

Пройдя к дивану, Лаки опустился на него.

— Так он называет свою женщину, — усмехнулся он, доставая вкусности из пластикового пакета и показывая пончик, покрытый сахарной глазурью. — То есть, заноза в боку, — добавил он, слизывая глазурь с пальцев.

— Так вот и все, что касается клейма бродяги, — задумчиво проворчал Куинси, почесывая лысину, пока его взгляд скользнул к татуировке на моем боку.

Подойдя к дивану, я опустился рядом с Лаки, покачав головой, когда он предложил мне пончик. Я не ел эту обработанную сахарную дрянь, и Лаки это знал.

— Сколько мне это стоило?

— Тридцать тысяч, — пропищал Лаки. — Десять за человека.

— Этот ублюдок заслуживает гораздо худшего, чем получил, а я едва притронулся к остальным двум, — парировал я, раздраженный тем, что эти ублюдки разгуливают с моими чертовыми деньгами. В моей голове промелькнули синяки на лице Тиган, и единственное, о чем я жалел, это то, что не вывел их из строя — навсегда.

— Ты хоть представляешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы убедить этих ублюдков не выдвигать против тебя обвинения? — потребовал Куинси, разъяренный, начав мерить шагами комнату. — Ты по всему интернету, придурок. Тебя вчера вечером сняли в баре, и это уже стало вирусным.

— Две вещи, — прорычал Лаки. — Во-первых, не называй его придурком. А во-вторых, если я правильно помню, это я всю ночь их уговаривал. Тебе в это время сосала рыжая гадюка.

— Ну, это я наслушался от Ника, — фыркнул Куинси, обращая внимание на меня. — Он в ярости и всерьез подумывает расторгнуть твой контракт. Интересно, нужен ли ему свободный ход в его платежной ведомости.

— Заткнись, Кью, — проворчал Лаки. — Ник ни хрена не сделает. Рейтинги MFA взлетели до небес с тех пор, как Ноа подписал контракт. Он не может позволить себе уволить его.

— Ну, дисциплинарный совет созвал экстренное заседание на завтрашнее утро, — прошипел Куинси. — Так что собирай свои вещи, потому что мы вылетаем через пару часов.

— Так скоро? — Я побледнел. — Я думал, мы не должны вылетать до четверга.

— Да, ну планы меняются, Мессина, — сердито парировал Куинси. — После вчерашнего трюка это уже не в моей власти.

— Тебе удалось убедить ее? — спросил Лаки, отпивая из чашки кофе, намекая на наш вчерашний разговор в баре.

— Нет, — отрезал я, сверкая глазами. И я не хотел поднимать эту тему при Куинси. Чем меньше людей знают о Джей Ди, тем безопаснее. — У меня не было шанса.

— Держу пари, — усмехнулся Лаки. — Занятая ночь и все такое.

— Убедить ее в чем? — потребовал Куинси. — Тебе нужно сохранять ясность ума, Мессина, — приказал он, когда никто из нас не объяснил. — Забудь об этой чертовой женщине. На кону твоя карьера.

— Следи за языком, — предупредил я его. — Если Торн не согласна, то тебе придется применить магию и перенести встречу.

Покачав головой, я добавил:

— Мне плевать, что ты говоришь, Кью. Я не уйду, если она не будет сидеть в том самолете рядом со мной.

— Ноа. Подумай об этом, мужик, Кью прав, — вставил Лаки, свои два цента. — Ты говоришь о своей карьере. Тебе нужно вернуться домой и умиротворить костюмы. Я могу остаться здесь и разобраться со всем, пока ты не вернешься.

— Я. Не. Уйду. От нее, — прорычал я. — Так что отвали.

Подняв руки, Куинси покачал головой и направился к двери.

— Будь на этом чертовом самолете сегодня вечером, — предупредил он меня. Открыв дверь, он повернулся и прошипел:

— Мне плевать на твою цветочную женщину. Твоя задница должна быть на том месте в час дня.

Куинси захлопнул дверь, и я вышел из себя.

— Спасибо за поддержку, придурок, — прошипел я. — Я думал, ты из всех людей поймешь, учитывая, что случилось с Хейли.

Я съёжился в ту минуту, когда эти слова вылетели из моего рта. Это был подлый поступок, и я это знал.

Я даже не попытался защитить себя, когда Лаки вскочил с дивана и ударил меня в лицо. Я заслужил это.

— Не надо, — прорычал он, тяжело дыша грудью, меряя шагами пол, пытаясь сдержать свои эмоции. — Называть ее имя…

— Не буду, мужик, — прохрипел я, садясь на задницу, чувствуя себя самым большим ублюдком на земле. — Извини, — добавил я, вытирая кровь с губы.

Он долго смотрел мне в лицо, прежде чем тяжело выдохнуть и кивнуть.

— Я немного покопался, — наконец сказал он, и маска, которую он носил, вернулась на место, и он снова стал добродушным Лаки. Скрывая свои чувства и боль за улыбкой. — Томми был абсолютно прав, когда сказал, что Кольцо Огня запущено.

— Я никогда в этом не сомневался, — ответил я, понизив голос.

— У него новый парень на тренировке, — сказал он мне. — Очевидно, следующая большая шишка. Чертовски смертельная. Убивает без намека на раскаяние. Обучен с щенячьего возраста. Звучит знакомо?

— Слишком знакомо…

— Что знакомо? — Голос Тиган заполнил комнату, заставив меня прерваться на полуслове, когда я повернулся, чтобы увидеть ее.

В ту секунду, когда мой взгляд остановился на ней, стоящей в дверях, одетой в мою черную футболку, я был твердым, как чертов литой металл.

— У меня здесь нет никакой одежды, — добавила она, щеки покраснели, когда она стянула футболку ниже по бедрам.

— Хочешь салфетку, Мессина? — Лаки усмехнулся. — У тебя что-то на губах.

— Забавно, — проворчал я, не в силах отвести взгляд от женщины, стоящей передо мной. Я не встал, потому что знал, что мои ноги трясутся, как у чертовой девственницы-подростка, и я не доверял себе, что не упаду лицом в грязь. У меня были большие проблемы с этой женщиной.

Тиган

Я проснулась, чувствуя себя более сытой, чем когда-либо за последние годы. Воспоминания о том, что произошло прошлой ночью с Ноа, заставили улыбку на моем лице расплыться в безумную ухмылку. Растянувшись на роскошной двуспальной кровати, я протянула руку и похлопала Ноа с боку — там, где его большое тело оставило впечатляющую впадину на матрасе. Когда я обнаружила, что место все еще теплое, я перевернулась и свернулась калачиком на долгое время, пока противное чувство, приходящее с похмелья, не взяло надо мной верх. Выбравшись из кровати, я пошла в ванную и забралась в душ. Повернув ручку, я закрыла глаза, когда на меня обрушился обжигающе горячий поток воды.

Вздохнув от удовольствия, я вспомнила все, что произошло прошлой ночью, после клуба, конечно. Все, что было до этого, я засунула на задворки своего сознания. Этим воспоминаниям не было места в моем маленьком счастливом пузырьке. Эти воспоминания могли бы сразу же пойти к черту.

Он снова впустил меня прошлой ночью. Я знала, что мне предстоит проделать чертовски много работы, чтобы сломать барьеры, ограждающие сердце Ноа Мессина; но вчера вечером, на кратчайший миг, я достигла недостижимого. Я вернулась туда, где никто не был до меня и никто не был после.

«Я всегда буду хотеть тебя, Тиган... Для нас всегда будет путь назад...»

Вчера вечером его слова сбили меня с толку. Это утро ничего не изменило. Я была переполнена эмоциями, услышав его правду, и мне не хотелось ничего, кроме как затащить его обратно в постель и прижать к себе.

Я знала, что сегодня не все будет радужно и безоблачно, громкие мужские голоса, доносившиеся из другой комнаты, уверяли меня в этом, но у нас была надежда. Впервые за много лет мы с Ноа были на одной волне. У нас была одна цель. И это мы. Этого было достаточно, чтобы все получилось. Даже когда он превратил меня в разъяренную стерву, а я сводила его с ума. Он все еще любил меня, и не было никаких сомнений, что я все еще по уши влюблена в него. Я была упрямой женщиной, но я любила его достаточно, чтобы знать, что не смогу снова быть без него. Это знание заставило меня проглотить свою гордость и взять вину на себя. Он того стоил. Не было ничего более сильного, чем быть единственным объектом внимания этого мужчины, обладать его безраздельным вниманием. Воспоминания о его прикосновении к моей коже заставили меня громко застонать. Я знала, что будет еще много ночей полных криков, ссор и разбитых сердец, но не было другого человека на этой планете, которому я бы предпочла разбить свое сердце, любя его. Нам нужно было как-то это сделать, потому что альтернативная мысль о том, чтобы снова остаться без него, ну, это просто не вариант.

Когда я закончила принимать душ, я оделась в единственную имевшуюся у меня одежду: черную футболку Ноа и серые кроссовки Calvin Klein, прежде чем выйти из комнаты.

Все внутри меня сжалось, когда я увидела Ноа, развалившегося на диване, с голым торсом, одетого только в черные брюки, в которых он был вчера вечером. Он выглядел таким уютным, таким довольным собой, когда сидел, широко расставив ноги и раскинув руки на спинке стула, ловя каждое слово Лаки, возвышавшегося над ним. Я знала, что они ссорились. Их повышенные голоса были тем, что разбудило меня. А вновь открывшийся порез на губе Ноа кровоточил, но я ничего не сказала. У этих двоих была странная связь. Я не собиралась вмешиваться. К тому же, сейчас они выглядели прекрасно.

—…Дрессированный с щенячьего возраста. Звучит знакомо? — сухо сказал Лаки.

— Слишком знакомо, — прорычал Ноа.

— Что знакомо? — спросила я. Очень тактично, Тигс.

Оба мужчины одновременно обернулись на звук моего голоса.

— У меня здесь нет никакой одежды, — смущенно добавила я, заметив, что Ноа смотрит на мои ноги.

— Хочешь салфетку, Мессина? — усмехнулся Лаки. — У тебя что-то на губах.

— Забавно, — бросил он в ответ, не отрывая глаз от моего тела.

— Что знакомо? — снова спросила я, дергая за подол футболки, когда я приближалась к дивану, направляясь прямо к своему мужчине. Когда я оказалась на расстоянии вытянутой руки от него, Ноа схватил меня за руку и потянул к себе на колени. Прижавшись лицом к моей шее, он поцеловал мою пульсирующую точку и зарычал.

— Ты пахнешь мной.

Я подавила стон, когда его поцелуй заставил каждое нервное окончание в моем теле ожить.

— Это потому, что я использовала твой шампунь, — прошептала я, используя волосы как занавеску, чтобы скрыть нас в уединении. Ноа ответил тихим рычанием одобрения. Перемещаясь подо мной, я почувствовала, как его эрекция ожила у моей задницы, и я мгновенно стала влажной. Казалось, его не смущало присутствие его друга, Ноа продолжал покусывать и сосать мою шею, а я, в ответ, продолжала извиваться у него на коленях.

— Пончик?

Голос Лаки проник в наш идеальный момент, заставив Ноа оторвать свой рот от моей шеи, а меня сильно прикусить губу от разочарования.

— Она не хочет никаких гребаных пончиков, Лаки, — прорычал Ноа, тяжело дыша, не отрывая глаз от моего лица.

— Вообще-то… — Спрыгнув с колен Ноа, я потянулась вперед и достала великолепный на вид розовый глазированный пончик, который предлагал Лаки.

— Это так вкусно, — простонала я между укусами, остановившись, когда заметила, как Ноа нахмурил бровь. — Что? — пробормотала я, опускаясь на журнальный столик перед ним. Глядя на пакет, полный пончиков, я схватила еще один.

— Я не ела несколько дней. Я умираю с голоду.

Оба мужчины смотрели на меня с весельем, мерцающим в их глазах, настолько сильным, что я начала чувствовать себя немного смущенной.

— Итак, как вы, ребята, познакомились? — спросила я, пытаясь отвлечь внимание от себя. — Магистр изящных искусств, или спортзал, или что-то еще?

Этот вопрос заставил обоих мужчин ухмыльнуться друг другу, прежде чем они одновременно расхохотались.

— Или что-то еще, — протянул Лаки поддразнивающим тоном, прежде чем взглянуть на Ноа и подмигнуть. — Мы были соседями по комнате долгое время, — добавил он с озорным блеском в глазах. — Разве не так, сосед по комнате?

— Я что-то упустила? — горячо спросила я, чувствуя себя сбитой с толку и не в теме.

— Мы делили камеру, Торн, — сказал Ноа, снисходительно мне улыбнувшись.

— О. — Я понятия не имела, что сказать. Вот я, сижу в гостиничном номере, полуголая, с двумя бывшими заключенными. — Это...

Я собиралась сказать «хорошо», «круто» или что-то еще, кроме «дерьмово», но именно это вырвалось у меня изо рта.

— Мне она нравится, — усмехнулся Лаки. Подойдя к дивану, он сел рядом с Ноа и ухмыльнулся. — Ты странная маленькая женщина.

— Она моя странная маленькая женщина, — предостерегающе сказал Ноа, толкая его локтем в ребра. — Запомни это.

Лаки откинул голову и рассмеялся.

— Думаю, я запомнил, — сказал он, явно веселясь. — Учитывая, что последние семь лет ты говорил только о ней.

Ой...

С трудом сглотнув, я вытерла уголок рта большим пальцем, заставляя свое выражение лица оставаться ярким и не выдавать, насколько обидно это замечание.

— Можно? — спросила я, указывая на поднос с кофе рядом со мной.

— Да пожалуйста, — сказал Лаки, и я быстро схватила чашку и сделала большой глоток. Кофе с пенкой попал точно в нужное место, и я застонала от благодарности.

Ноа откинулся на спинку дивана, разглядывая меня с напряженным выражением лица. Честно говоря, он выглядел слегка скучающим и немного встревоженным. Как будто то, кем я стала сейчас, было не тем, кем он ожидал. Эта мысль заставила мой аппетит испариться в рекордно короткие сроки.

Вытерев рот тыльной стороной ладони, я заставила себя посмотреть на него.

— Что случилось?

Ноа долго не отвечал. Вместо этого он сел на край дивана и положил локти на колени, свободно обхватив их между раздвинутыми ногами. Его массивные бедра растягивали ткань так, что я быстро пришла к выводу, что Ноа был слишком велик для своей одежды. Она подходила ему, но он был слишком сложен, чтобы быть стесненным в костюмах. Он был слишком большим и мускулистым. Этот мужчина был рожден, чтобы лежать голым на кровати.

— Я ухожу сегодня вечером, Торн. — Его голос был ровным, тон спокойным, но глаза выдавали его. Его карие глаза были полны беспокойства, когда он наблюдал, как я смотрю на него, оценивая мою реакцию.

— Ты? — Я услышала разочарование в своем собственном голосе, и мне захотелось разрыдаться. — Так скоро?

Ноа кивнула, не испытывая никаких эмоций.

— Завтра утром у меня первым делом встреча с дисциплинарной комиссией. — Прочистив горло, он выдернул невидимую нитку из штанов, прежде чем добавить:

— Я в полном дерьме, детка. Кто-то записал инцидент у бара вчера вечером.

— И что? Они хотят тебя уволить? — потребовала я, возмущенная. Я изо всех сил старалась сдержаться и быть взрослой и логичной, когда все, что мне хотелось сделать, это пнуть пол и завыть как демон; разглагольствовать о том, каким плохим предзнаменованием я кажусь этому человеку.

— Они не могут тебя уволить, — продолжала я, не дожидаясь его ответа. — Ты Ноа, мать твою, Мессина. MFA был бы ничем без тебя. Покачав головой, я отвергла мысль о том, что Ноа потеряет работу из-за меня. — Ты слишком ценен для них.

Похрустев шеей из стороны в сторону, Ноа на мгновение позволил моим словам впитаться, прежде чем сказал:

— Может и так, но я должен присутствовать.

— Это чушь, — удалось выдавить мне, хотя грудь сжимала изнутри. Горло сжималось. Стены вокруг меня давили, и все двигалось в замедленном темпе. Мы только-только вставали на ноги, а он уходил. Карма играла с нами злую шутку.

Я не могла усидеть на месте. Мои глаза горели от собиравшихся слез, нехороший знак.

Неуклюже поднявшись на ноги, я начала убирать журнальный столик.

— Ну, полагаю, ты все равно уезжаешь на следующей неделе, — пробормотала я, заставляя себя звучать радостно за него. — С началом тура и всем остальным.

Схватив мусор руками, я заставил себя пройти через комнату и вывалить содержимое рук в мусорное ведро.

— Ты никогда не останешься здесь надолго.

— Я надеялся, что у меня будет больше времени, чтобы сделать это, — осторожно сказал Ноа, и для такого огромного мужчины, как он, его нервозность была умилительной. — Но я... черт! — Его голос оборвался, и он забарабанил пальцами по подлокотнику дивана, явно борясь с чем-то.

— Ноа пытается сказать, что бы ты подумала о том, чтобы сопровождать нас обратно в Штаты? — прервал его Лаки с самодовольной ухмылкой.

— Чёрт возьми, Лаки, — прорычал Ноа. — Я бы и сам справился.

— О, пожалуйста, — хихикнул Лаки. — Если бы я не сказал этого сейчас, ты бы всё ещё был здесь завтра, пытаясь найти свои яйца.

Вскочив на ноги, Ноа подошел ко мне, держа руки перед собой, как будто он пытался поймать птицу, которая может улететь, или что-то в этом роде.

— Торн, просто выслушай меня, прежде чем сказать «нет».

Мои ноги двигались к нему быстрее, чем мой мозг успевал это уловить. Я бросилась в его объятия, и, как всегда, Ноа поймал меня.

— Чёрт возьми, да, — взвизгнула я, обхватив руками его шею, а ногами — его талию.

— Абсолютно.

— Подожди... что? — Поставив меня на ноги, Ноа отступил назад, уставившись на меня он держал мои плечи. — Серьезно?

— Почему бы мне этого не захотеть? — спросила я, ухмыляясь. — Отпуск с тобой звучит для меня как музыка.

— Ну... потому что тебе нравится спорить со мной практически по любому поводу? — ответил он в замешательстве. Внезапно его голова резко повернулась ко мне. — Подожди. Отпуск?

Он покачал головой.

— Торн, нет, это не то, что я…

Внезапный и настойчивый стук в дверь отеля отвлек мое внимание от Ноа, я подскочила и положила руку на дверную ручку, чтобы открыть ее.

— Тиган. Нет! — прошипел Ноа, схватив меня за руку и притянув к своей груди.

— Что? — вскрикнула я, совершенно напуганная его внезапным движением. — Я не могу теперь и дверь открыть?

— Нет, — сердито прорычал он. — Ты не можешь открыть дверь сейчас.

Подведя нас к дивану, он толкнул меня на сиденье и возвышался надо мной, положив руки на бедра, тяжело дыша грудью.

— Ты не открываешь двери незнакомцам, Торн, — выплюнул он, сердито глядя на меня сверху вниз. — Ты, черт возьми, поняла?

— Что здесь происходит? — потребовала я, когда струйка страха пробежала по моему позвоночнику. Этот страх распространился еще сильнее, когда Ноа не встретился со мной взглядом. — Ноа, — прошипела я. — Я хочу знать, что, черт возьми, здесь происходит?

Грубо проведя рукой по волосам, Ноа прошипел ряд ругательств, прежде чем взглянуть на Лаки. Он наклонил подбородок, и Лаки тут же поднялся с дивана и двинулся к двери. Напряжение волнами исходило от Ноа, когда он стоял спиной ко мне, закрывая мне вид на дверь. Его поза напоминала мне льва, готового к неприятностям. Адреналин, страх и похоть затопили меня, когда я наблюдала, как этот мужчина стоит на страже меня. По какой причине, я понятия не имела, но у меня не было времени спросить, потому что в ту минуту, как Лаки открыл дверь, голос Хоуп наполнил мои уши.

— Где она? — потребовала она, ворвалась в номер и направилась прямо к Ноа. Заметив, что я выглядываю из-за его огромного тела, Хоуп прямиком направилась ко мне. — Какого черта ты не отвечаешь на телефон?

Схватив меня за руки, она стащила меня с дивана, обняв так крепко, что я едва могла дышать.

— Ну?

— Я оставила свою сумочку и куртку в клубе вчера вечером, — удалось выдавить мне, похлопав ее по спине. — Ты можешь поменьше любить? Я тут задыхаюсь.

Хоуп тут же отпустила меня и отступила на шаг. Только тогда я заметила высокого мужчину, сопровождавшего ее.

— Джордан?

Я покачала головой и уставилась на мужчину, который разбил сердце моей лучшей подруги.

— Что ты здесь делаешь?

— Не обращай внимания на нас. Это касается вас двоих, — быстро возразила Хоуп, глядя на Ноа, который стоял немного в стороне от меня. — Во что, черт возьми, ты ее втянул на этот раз? — потребовала она, глядя на него убийственным выражением лица. Сделав шаг к нему, Хоуп подняла руку и ударила Ноа по лицу.

— Эй, — огрызнулась я. С трудом я нырнула между своим парнем и лучшей подругой. — Не трогай его, — предупредила я ее, стоя спиной к Ноа и глядя на Хоуп. — Ноа ни во что меня не втянул, — добавила я, заставляя себя сохранять спокойствие, хотя по моему телу пробежала безрассудная волна полная желания защищать. — Я здесь, потому что хочу быть.

— Я не говорю о том, что ты здесь, Тиган, — яростно ответила Хоуп, не сводя глаз с Ноа. —Я говорю о том, что нашу квартиру разгромили прошлой ночью.

Вздрогнув, она добавила:

— Пока мы спали.

— Что? — прошептала я, прикрывая рот рукой.

— Твоя комната, Тиган, — выдавила Хоуп, снова обращая внимание на меня. — Она была покрыта красными розами, по всему полу, по всей кровати. А на твоей подушке было... тьфу.

Закрыв лицо руками, она опустилась на диван и застонала.

— Я даже не хочу этого говорить.

Ноа напрягся позади меня.

— С тобой все в порядке? — потребовал он, обходя меня, чтобы проверить свою племянницу. Присев на корточки, Ноа оглядел ее и спросил:

— Тебе причинили вред?

— Я в порядке, — дрожащим голосом ответила она. — Тот, кто вломился прошлой ночью, не искал меня, и я думаю, ты это знаешь.

— Ты вызвала полицию? — потребовал Ноа. — Хоуп, скажи мне, что ты не вызывала…

— Конечно, нет, — горячо ответила Хоуп. — Я не дура.

— Ладно. — Ноа обмяк с видимым облегчением. — Ладно.

— Это еще не все, Тиган, — тихо сказал Джордан, шагнув к нам. Казалось, он вел внутреннюю борьбу с самим собой, когда смотрел на Хоуп терзающим выражением лица, но голодное выражение лица Лаки, когда он беззастенчиво смотрел на Хоуп, казалось, изменило правила игры для Джордана.

Наконец, он судорожно выдохнул и сел рядом с ней. Когда Хоуп повернулась лицом к его шее, лицо Джордана исказилось от боли, когда он вдохнул через нос и обнял ее за плечо. Взглянув на нас сквозь густые, покрытые сажей ресницы, Джордан выдавил:

— На ее подушке была пуля, — сказал он Ноа.

— Пуля? — Я уставилась на них. — Но почему?

Я заставила свой разум вспомнить всех, кого я разозлила. Да, это был довольно длинный список, но ничто из того, что я когда-либо делала, не подкрепляло угрозы смерти.

— Почему это происходит со мной?

Ноа тут же оказался передо мной. Положив руки мне на плечи, он заставил меня посмотреть на него.

— Дыши, — сказал он спокойным тоном, не сводя с меня карих глаз. — Теперь ты в безопасности. Клянусь богом, ты в безопасности, детка.

— Я не понимала, что я не в безопасности, — выпалила я, тяжело дыша. — Что происходит, Ноа?

Звук телефонного звонка прорезал воздух, отвлекая его.

Рыча, Ноа сунул руку в карман и вытащил телефон, прежде чем поднести его к уху. Я видела, как его глаза вспыхнули гневом. Кто бы ни был на другой стороне этого звонка, он нажал на выключатель, потому что Ноа запрокинув голову, проревел:

— Блять, — прежде чем уйти в спальню, а Лаки поспешил за ним по пятам.

В ту минуту, когда дверь спальни захлопнулась за ними, я впала в слепую панику.

— Почему это происходит? — закричала я, меряя шагами пол. — Почему?

— Я не знаю, Тиган, — сказала Хоуп, которая уже встала на ноги, и бросилась ко мне заключив в объятиях. — Но я бы восприняла это как ясное сообщение.

— Сообщение о чем? — закричала я. — О Боже. Вчера была роза и записка.

— Записка? — нахмурилась Хоуп.

— Да, — выдавила я. — Там было сказано «я иду».

«Ты не открываешь двери незнакомцам, Торн. Ты, блять, поняла?»

«Во что, черт возьми, ты втянул ее на этот раз?»

Я ахнула, когда осознание ударило меня прямо в лицо.

ГЛАВА 35

Ноа

— Ты думал, мы будем сидеть и смотреть, как ты и эта шлюха получаете все, разрушив наш мир?

Знакомый голос Джей Ди наполнил мои уши, и моя кровь застыла. Каждая капля страха и гнева, которые я чувствовал, стремительно нарастали.

Осознавая, что Тиган следит за каждым моим шагом, я ворвался в спальню и скрылся из виду. Лаки последовал за мной, закрыв за собой дверь. Я оценил это. Тиган и так была в ужасе. Мне не нужно было, чтобы она слышала этот разговор.

— Оставь ее в покое, — предупредил я его, меряя шагами комнату. — Я, черт возьми, серьезно, придурок. Это – между нами.

— И где в этом будет веселье? — усмехнулся он. — Нет, мне нравится эта маленькая игра в кошки-мышки. Но должен сказать, я не виню тебя за то, что ты потерял голову из-за нее.

Посмеиваясь, он добавил:

— Мне понравится ее ломать.

— Ты никогда не доберешься до нее, — прошипел я, вцепившись мертвой хваткой в телефон. — А если попытаешься, я тебя убью.

— Тяжелые слова, братишка, — усмехнулся он. — Интересно, сможешь ли ты их подтвердить?

— О, я могу подтвердить, — прорычал я. — Покажись мне в лицо, как гребаный мужик, и я покажу тебе, как хорошо я могу это подтвердить.

— Ей понравился подарок? — добавил он, насмехаясь надо мной, сводя меня с ума. — Должен сказать, что не похоже на нее, всю ночь отсутствовать. Но, с другой стороны, она всегда была тупой, когда дело касалось тебя.

— Что? — невозмутимо ответил я.

— Я все знаю о твоей маленькой занозе, Мессина, — рассмеялся Джей Ди. — Где она живет. Её спортзал, где работает. С какими друзьями тусуется. Черт, я даже знаю, во сколько она выходит из квартиры каждое утро и возвращается каждый вечер. Я уже много лет слежу за ней, ты, тупой маленький придурок.  Она выглядела очень хорошо в том маленьком белом платье вчера вечером...

— Почему сейчас? — потребовал я, тяжело дыша. — Если ты следил за ней все эти годы, то зачем делать свой ход сейчас?

— В чем было бы веселье забрать ее до того, как вы двое поцеловались и помирились? — жестоко рассмеялся он. —Ты же знаешь, как я люблю играть со своей добычей. Я собираюсь забрать ее у тебя. Ты никогда этого не заметишь, и когда я это сделаю, она пожалеет, что не умерла.

— Это не из-за нее, и ты это знаешь, — сумел выдавить я, сжав челюсти. — Это из-за меня. Так что, черт возьми, иди на меня. Оставь ее в покое.

— Наоборот, — возразил он. — Мой отец питал особенно отвратительную обиду на маленькую сучку за то, что она отобрала у него его любимого бойца.

— Она ничего не сделала, Джей Ди. — Проведя рукой по волосам, в отчаянии я прошипел — Я никогда бы не остался с твоим отцом.

— На самом деле, — продолжил он, игнорируя то, что я сказал. — Его предсмертным желанием было, чтобы я выпил кровь из этой маленькой сучки, пока ты беспомощно наблюдаешь.

— Попробуй, и я гарантирую тебе, что буду ждать тебя, придурок, — прорычал я. — Никто ее не тронет. Так что можешь посылать свою армию. Давай, блядь. Потому что я уничтожу каждого из вас, ублюдков.

— Часы тикают, Мессина. Я увижу вас двоих очень скоро, — сказал он, и затем линия оборвалась.

— Он был в ее чертовом доме, — проревел я, швырнув свой телефон через всю комнату. — Он следил за ней все это чертово время, Лаки.

Я задыхался, опускаясь на кровать.

— Как, черт возьми, я должен ей сказать?

— Я не знаю, — спокойно ответил он. — Но ее нельзя оставлять в неведении, Ноа. Не в чем-то подобном.

Подойдя к моему телефону, Лаки наклонился и поднял его.

— Слушай, — сказал он мне, нажимая на экран. — Я зайду к ней в квартиру и заберу кое-какие вещи. Оставайся с ней. Я встречу вас обоих в аэропорту через час.

— Обязательно принеси фотографию ее матери, — сказал я ему. — Она у нее на тумбочке.

Лаки кивнул, прежде чем поднести телефон к уху.

— Эй, мужик, это я. Мне нужна услуга… — услышал я его, прежде чем двинуться к окну.

— Ноа! — прогремел голос Тиган, когда она вошла в спальню. — Что ты скрываешь от меня?

Я не мог смотреть ей в лицо. Это было слишком чертовски больно.

Я мог думать только об одном: Тиган выберется из этой передряги живой.

Если мне придется умереть в процессе, то, черт возьми, так тому и быть.

Тиган

— Ноа! — заревела я, пробираясь через номер к спальне с колотящимся в груди сердцем. Остановившись у двери спальни, я сделала глубокий успокаивающий вдох и собралась с духом, прежде чем толкнуть ее внутрь.

— Что ты скрываешь от меня? — Крепко сжав руки на бедрах, я наблюдала за видом Ноа, сидящего на краю кровати с опущенной головой и свободно свисающими между ног руками.

Лаки стоял у окна, тихо и быстро разговаривая по телефону. Заметив мое присутствие, он кивнул Ноа и вышел из комнаты, все еще прижимая телефон к уху, пока он рявкал приказы тому, кто был на другой линии.

— Что происходит, Ноа? — повторила я. Его неспособность смотреть мне в глаза была моим первым предупреждением о неприятностях. Волна непристойностей, которую он пробормотал себе под нос, была вторым предупреждением.

— Я не тихоня, Ноа, — добавила я дрожащим голосом. — И я не тупая. Я знаю, что ты что-то от меня скрываешь.

— Я думаю здесь, Торн. — Спрыгнув с кровати, он подошел к окну. Уперевшись руками в подоконник, Ноа прошипел:

— Дай мне минутку. Пожалуйста.

— Нет, — выпалила я, шагая к нему. — Я не дам тебе ни минуты.

Схватив его за руку, я заставила его посмотреть на меня.

— Мне угрожают. Какой-то урод заполнил мою спальню розами и положил пулю на мою гребаную подушку, — закричала я. — Так поговори со мной, черт возьми.

Глаза Ноа вспыхнули гневом, и на мгновение я подумала, что он взорвется.

— Мне так чертовски жаль, что я снова втянул тебя в это, — выдавил он.

— Во что снова втянул меня, Ноа? — прошептала я в ужасе.

— Джей Ди вернулся.

— Нет. — В тот момент, когда эти слова вырвались из уст Ноа, я начала дрожать. — Я думала, что все кончено. —Слезы наполнили мои глаза. Земля ушла из-под ног, когда я впала в полномасштабную паническую атаку. — Пожалуйста, скажи мне, что это неправда.

— Это моя вина, — выдавил Ноа, его глаза были дикими от страха и гнева. — Он использует мои чувства к тебе против меня, делая тебя мишенью… — его голос оборвался, и он застонал, словно испытывая физическую боль. — Делая тебя единственной мишенью.

— Он идет за мной? — прошептала я тихим голосом.

— Ты думаешь, я позволю ему приблизиться к тебе? — потребовал Ноа, притягивая меня к себе. — Ни за что, детка. Ты в безопасности. Я, черт возьми, обещаю тебе, что не позволю чему-то случиться с тобой, — прорычал он, крепко прижимая меня к себе. — Какого черта ты думаешь, что я нехочу, чтобы ты была со мной в этом самолете? — Откинувшись назад, Ной посмотрел мне в глаза.

— Я пытался понять, как заставить тебя сесть туда с тех пор, как узнал, что он вернулся. — Он вздрогнул и поцеловал меня в лоб. — Ты нужна мне, Торн, чтобы я мог тебя защитить. Если с тобой случится что-то плохое из-за меня, это убьет меня. Я не могу нести за это ответственность.

— Так вот почему ты вернулся за мной? — прошептала я, вырываясь из его объятий, и кровь в моих жилах превратилась в лед. — Ты хочешь, чтобы я вернулась в Штаты с тобой, потому что чувствуешь себя ответственным?

— Что? — Ноа побледнел и покачал головой. — Нет. Конечно, черт возьми, это не так, — прорычал он. — Я хочу, чтобы я мог тебя обезопасить.

— Видишь, снова это слово, — пробормотала я, отступая на шаг  — Обезопасить.

Вытирая щеки, я посмотрела на него и сказал:

— Я не хочу, чтобы ты хотел, чтобы я был с тобой по этим причинам.

Схватив меня за талию рукой, он притянул меня к себе, прижав мое тело к своей груди.

— Разве необходимость в тебе живой и чертовой, дышащей — недостаточная причина для тебя сейчас? — Глядя на меня сверху вниз, я чувствовала, как его сердце колотится в груди. — Ладно. Тогда как насчет того, что я любил только одного человека за всю свою чертову жизнь, и этот человек — ты.

Запустив руку мне в волосы, он притянул меня ближе.

— Или единственный раз, когда я чувствовал счастье, был в твоем присутствии, и я бы с радостью провел сотню жизней в тюрьме, если бы это означало, что ты в безопасности. Если бы это означало, что ты жива, — добавил он хрипло. —Хочешь, чтобы я записал свои чувства кровью, Торн? Потому что я могу сказать тебе, что люблю тебя, но пока ты не вырежешь мое сердце из груди и не возьмешь его в свои руки, ты никогда не поймешь, насколько, черт возьми, сильно.

Тяжело выдохнув, глаза Ноа вспыхнули жаром и необузданной страстью.

— Достаточно ли этого, чтобы хотеть, чтобы ты была со мной?

— Более чем достаточно. — Я чувствовала перемены внутри себя. Это было принятие себя и его. Я отпускала боль прошлого. Я хотела пережить это вместе с ним.

Ноа боролся за меня. Он был моим чертовым солдатом, и я больше никогда не хотела расставаться с ним. Мне нужно было быть с ним больше, чем мне нужен был мой следующий вдох. Вот как он был важен для меня. Вот как сильно я его любила.  Мое сердце никогда не билось так быстро. Оно словно вело меня к нему, и я позволила ему это.

Обернув одну руку вокруг его шеи, я прижала его щеку другой.

— Я последую за тобой куда угодно. Я совершила ошибку, отпустив тебя один раз, Ноа, — сказала я ему. — Я не совершу ту же ошибку дважды.

Я отказывалась от всего ради неопределенного будущего с единственным человеком, с которым, как я была уверена, я хотела быть.

Я шагала в неизвестность с Ноа, делая ставку и рискуя своим будущим из-за человека, которого они называли Машиной. Его враги хотели моей смерти. Я должна была бежать в противоположном направлении. Но я не могла бороться со своей судьбой, и он был моим будущим. Теперь я это поняла. И я последую за ним до края земли. Даже если это означало довериться ему и не позволить мне потерять себя в этом процессе.

Даже если это означало отдать свою жизнь в его руки...

Ноа

Взяв ее лицо в ладони, я прижался своим лбом к ее лбу и вздохнул.

— Я люблю тебя, — сказал я ей. — Так чертовски сильно. Я сделаю все, что нужно, чтобы ты была в безопасности.

Я прижался губами к ее голове и тяжело выдохнул.

— Так что теперь у нас все хорошо? — Я чертовски надеялся, что все хорошо, потому что мне не нужно, чтобы Торн струсила. Не сейчас, когда Джей Ди поднял ставки. Этот ублюдок был склонен к самоубийству. Он должен был ворваться в дом моей женщины и всадить гребаную пулю в ее кровать. Но я оценил боеприпасы. Я планировал использовать именно эту пулю, когда вышибу ему гребаные мозги.

— У нас все хорошо, — заверила она меня, прорываясь сквозь мои мысли. Прижавшись щекой к моей груди, она тяжело вздохнула. — Это навсегда, Ноа. Разве не так?

— Навсегда. — Взяв ее под мышки, я поднял ее и повел к кровати. — Теперь одевайся. Отсюда мы отправимся в аэропорт.

— Но у меня нет никакой одежды.

— Надень мою. Бери все, что хочешь. — Усадив ее на кровать, я поцеловал ее в макушку, вдыхая ее запах, прежде чем отстраниться. — Мне нужно быстро поговорить с Джорданом.

— А как же мои вещи? — воскликнула она, опускаясь на колени на кровать. — Мой паспорт и моя одежда. Мои фотографии моей матери, — выпалила она. — Все, чем я владею, осталось в квартире.

— Лаки уже обо всем позаботился, — заверил я ее. — Он встретит нас в аэропорту. Обо всем позаботились.

— Значит, когда ты сказал поехать с тобой… — ее голос затих, и она ухмыльнулась. — Ты не имела в виду отпуск?

— Я тебя не отдам, — предупредил я ее, не улыбаясь. —Пойдем на это со мной, Торн, и я сделаю тебя счастливой. Я улажу все с Джей Ди, — пообещал я ей, — я, черт возьми, поклялся. — И тогда мы сможем получить все это, детка.

ГЛАВА 36

Ноа

— Ты должна пойти попрощаться, — сказал я Хоуп, когда вернулся в гостиную. — Она пойдет со мной.

Хоуп покачала головой и застонала.

— Ноа, клянусь богом, если ты снова причинишь ей боль…

— Я не сделаю этого, — быстро прервал я ее, заткнув. — Теперь иди и попрощайся.

Я подождал, пока Хоуп не скрылась в спальне, прежде чем обратить внимание на Джордана.

—Тебе нужно вытащить ее отсюда на некоторое время, — сказал я ему тихим голосом. —Мне все равно как ты это сделаешь, — добавил я. — Ухаживай за ней. Возьми ее в отпуск. Мне все равно. Просто не пускай Хоуп в это здание, пока я не скажу иначе.

— Господи Иисусе, Ноа, — простонал Джордан. Он встал и подошел к окну. — Я не... Я не могу быть здесь, — прошептал он, наклонив голову и схватившись за подоконник. — Я должен быть... бля!

— Послушай меня, придурок, — прорычал я, подходя к нему. Схватив его за плечо, я развернул его лицом к себе. — Я знаю, что у тебя есть какая-то ебаная причина уйти от нее, но я также знаю, что где-то в глубине этого каменного сердца ты все еще любишь ее. И единственная причина, по которой я не надеру тебе сейчас задницу, это потому, что мне нужна твоя чертова помощь, — добавил я, сопротивляясь желанию сломать ему ебаную челюсть за то, что он разбил сердце Хоуп. — Мне насрать на твои проблемы с отцом или на то, кто ждет тебя дома. Ты делаешь мою племянницу своим единственным приоритетом.

Джордан долго смотрел на меня, прежде чем сухо кивнуть.

— Я буду ее охранять, — наконец сказал он, сжав челюсти.

— Хорошо. — Я кивнул. — Рад, что мы на одной волне.

Рад, что он наконец нашел свои яйца...

— Но, если с Хоуп что-то случится из-за тебя, тебе не придется беспокоиться о своих врагах, — прошипел он, подходя ближе. — Я сам тебя убью.

Я фыркнул.

— Если с Хоуп что-то случится из-за меня, ты будешь одним из длинного списка людей, готовых убить меня.

Вздохнув, я добавил:

— Она не цель. Просто она живет с единственной целью.

— Я готова, — крикнула Тиган, выходя из спальни под руку с Хоуп. Я обернулся, чтобы увидеть ее, и мое сердце забилось в груди. Она утонула в моих спортивных штанах и толстовке с капюшоном, выглядя такой маленькой и уязвимой, что защитный инстинкт внутри меня взревел.

— Ты уверена в этом, Тигс? — спросила ее Хоуп.

— Я уверена в нем, — ответила она, прежде чем прямиком пойти ко мне в объятия. — Я уверена в тебе, — прошептала она, обнимая меня за талию. — Что бы ни случилось, — сказала Тиган, не сводя глаз с моего лица. — Я больше не уйду от тебя. Я буду рядом с тобой. Я твоя, Ноа Мессина. Я в деле.

Блять, она действительно была со мной в этом.

Я посмотрел на нее и улыбнулся.

— Я знаю.

Эта женщина была моей лучшей подругой. Она знала меня наизусть. Она знала все. Хорошее, плохое и незаконное. И по какой-то гребаной причине она все равно любила меня.

Я не мог отпустить ее снова.

Я, черт возьми, не мог.

Две недели спустя

Тиган

Как я и предсказывала, Ноа не уволили. Он получил пощечину и огромный штраф за свою роль в Krash Bar в тот вечер, но это было все. Мой мужчина был слишком важен для компании. Он был незаменим.

Он доказал это сегодня вечером, когда заполнил Odyssey Arena армией обожающих фанатов. Пятнадцать тысяч человек вскочили на ноги, выкрикивая его имя, включая меня из первого ряда.

Джей Ди был тихим с тех пор, как мы вернулись в Штаты. Никаких роз, никаких пуль на подушках или нежелательных телефонных звонков, но я не была глупа. Я знала, что он все еще где-то там, ждет своего шанса. Так же, как и Ноа, поэтому сегодня вечером меня сопровождал его недавно нанятый телохранитель Льюис, который сейчас сидел рядом со мной. Я понимала опасности, которые несет с собой преследование садистского главаря мафии, решившего убить меня и сделать это болезненным, поэтому я не протестовала против телохранителя. Я также знала, что единственный, кто стоит на его пути к выполнению обещания, мой падший ангел. Мой спаситель. Мой боец. Но я не собиралась сегодня зацикливаться на Джей Ди. На самом деле, я была полна решимости выкинуть этого урода на задний план.

Сегодняшний вечер был посвящен Ноа, и я планировала наслаждаться каждой секундой.

Клетка, металлические прутья, запах пота, смешанный с табаком и алкоголем, были острыми, когда я наблюдала, как Ноа идет к клетке.

Его вступительная песня Can't be touched ревела из динамиков, заставляя пульс взлететь.

Громадная очередь охранников — вот что удерживало Ноя от растерзания его чрезмерно ревностных фанатов.

— Дамы и господа, для вашего удовольствия, только на один вечер у нас нокаутирующий бой, — взволнованно объявил ведущий. — Вот так, ребята. Ветеран MFA и трехкратный бывший чемпион в тяжелом весе Рой-выжималка Уикс. И сегодня вечером против него, любимца публики, выйдет ваш собственный плохой мальчик с неправильной стороны трассы. Ноа “      Машина” Мессинаа ...

Когда он вошел в клетку, Ноа легко подпрыгнул на ногах; вызов для человека ростом 6 футов 4 дюйма и весом 245 фунтов чистых мышц.

Игнорируя своего противника, который уже был в клетке и пытался его подразнить, Ноа повернул плечи и повернул шею из стороны в сторону, расслабляясь.

Когда судья матча позвал обоих мужчин в центр ринга, чтобы они коснулись перчаток, крики и аплодисменты зашкаливали.

Прозвенел гонг, и Ноа скривил губу и ухмыльнулся.

А затем он атаковал.

КОНЕЦ

Плейлист

Catatonia – Road Rage

Wyclef Jon – 911

Lucy Spraggan – Last night

Gavin DeGraw – Soldiers

Walking on Cars – Always be with you

Paramore – Still into you

Chingy – One call away

Coolio – Gangster’s Paradise

George Ezra – Blame it on me

James Bay – Hold back the river

James Bay – Scars

Jason Derulo – Want to want me

Lady Gaga – You and I

OMI – Cheerleader

Roy Jones – Can’t be touched

Shawn Mendes – Stitches

Klaxons – It’s not over yet

Three Days Grace – Painkiller

Nickelback – I’d come for you

Theory of a Deadman – Bad Girlfriend

Saving Abel – Addicted

The Fray – Never say never

3 Oh 3 – Don’t trust me

Nickelback – The Next Contestant

The Verve – Lucky Man

X Ambassadors – Unsteady

Robert Pattinson – Never Think

Rita Ora – Poison

Sean Paul – Punkie

Semisonic – FNT

Avril Lavigne – Rock and Roll

The Beatles – Don’t let me down

Ben Howard – Oats in the water

Rosey – Breathe

Jamie Campbell Bower – Waiting

Kings of Leon – Fans

Barenaked Ladies – One Week

Pink – Who Knew

Creed – Stand Here With Me

Благодарность

Это моя одиннадцатая книга, и я медленно, но верно начинаю вставать на ноги. Мне нужно поблагодарить моих верных и преданных читателей за их терпение.

Thorn был на заднем плане почти год, и вы, ребята, дали мне время, которое мне было нужно, когда мне это было нужно, чтобы отойти и побыть наедине с собой.

Вы были рядом со мной, когда я достигла своей низшей точки в прошлом году, и вы подбадривали меня, когда я вернулась с боем. Вы никогда не узнаете, как много вы все для меня значите. Я в долгу перед всеми вами.

“Go raibh míle math agut” – Спасибо вам.