ЧАСТЬ 12

Новое тысячилетие

ВЕЧЕРИНКА КАК В 1999-м

Хьюи

31 декабря 1999 года

— Перестань жульничать.

— Я не жульничаю.

— Да, ты жульничаешь. Нельзя прятаться в особняке, Клэр. Нужно выполнять настоящие задания.

Я ворчал, лёжа на кровати. — Я же сказал, не давать ей ход, — бросил я, подбрасывая регбийный мяч в воздух и ловя обратно, пока моя сестра и Гибси боролись за контроль над моим контроллером PlayStation. — Клэр играет с дворецким вместо того, чтобы проходить миссии.

Сегодня был канун Нового года, и мои родители вместе с Сайв и Кит отправлялись на ежегодную вечеринку Кэтрин и Майка в Олд Холл Хаус. Очевидно, что все родители скинулись, чтобы заплатить Киве немалые деньги за присмотр за нами — иначе она бы не согласилась отдать последнюю ночь целого тысячелетия.

Чёрт, даже мой отец каким-то образом ожил из глубин уныния, чтобы пойти с мамой. Конечно, я знал, что это временно. За последние четыре года я понял, что у моего отца появился подход «готов, пошёл, остановись». Иногда он пытается, чаще — сдается. Моя мама и сестра привыкли и даже приняли это. Я — нет. Я знаю, что тот отец, которого я знал, не стал бы мириться с такими обещаниями. Тот отец, которого я знал, давно бы влепил этому нынешнему по заслугам.

— Это называется Tomb Raider II не просто так, — проворчал Гибси, возвращаясь в настоящее, несмотря на то, что не мог вернуть себе контроллер. — Потому что Лара Крофт роет гробницы, Клэр. А не шкафы на кухне.

— Я исследую, Джерард, — защищалась она с надутым видом, высовывая язык из угла рта, сосредоточенно запирая дворецкого в морозилке. — К тому же, сейчас моя очередь. Я могу делать, что хочу. — Я же сказал, — сказал я, чувствуя себя вправе так говорить, — это хуже, чем когда мы даём ей поиграть в GTA, и она останавливается на красный свет.

— Потому что красный свет значит стоп, Хью Эндрю Биггс.

— Не в альтернативной вселенной, Клэр Бриджит Биггс.

— Ах, парень, посмотри на сиськи Лары, — хихикал Гибси, с набитым попкорном ртом, указывая на экран моего портативного телевизора. — Сделай её прыгнуть снова, медвежонок-Клэр.

— Джерард! Не говори «сиськи».

— Можешь приблизить? — спросил он, обнимая её рукой, чтобы нажать на контроллер. — Сделай поближе.

— Что — эй, нет! Не смотри на сиськи Лары.

— Почему?

— Потому что это нехорошо.

— Хью смотрит на её сиськи.

— Мне всё равно, на что смотрит Хью...

В этот момент прозвучал звонок в дверь, эхом разнесшийся по дому, и в моём сердце пронзительно забегали электрические искры. Я бросил регбийный мяч на кровать и вскочил, рванув к двери спальни, игнорируя просьбу Гибси принести ещё сладкого из кухни.

У него же есть две нормальные ноги.

Достигнув верха лестницы, я услышал знакомый голос — и электрические разряды в груди превратились в настоящий шок по всему телу. Наконец-то.

Я весь вечер поглядывал на часы. К счастью, я смог подняться по лестнице двумя шагами сразу, не свернув шею. Соскользнув с предпоследней ступеньки, я скользнул по плитке в носках, не останавливаясь, пока не приложил руку к матовому стеклу входной двери.

— Крутые движения, ловелас, — усмехнулась Кива, глядя на меня. — У тебя настоящий «Риски Бизнес» получился.

Я нахмурился, не поняв.

— Ссылка на 80-е, малыш. Забудь, — она рассмеялась и отошла, открывая дверь.

Там стояла единственная девушка, которая могла посылать в меня электрические разряды одним лишь взглядом.

Лиз сияла улыбкой, глаза блестели озорством, и мне пришлось сдержать стон. С каждым годом она становилась всё красивее, а красота — это гормоны, а гормоны — желания. Я пытался это скрыть, но у меня были серьёзные желания именно к ней.

Моя девушка.

— Привет, Хью. — Она схватила мою руку и быстро подошла ближе. Моя кожа загорелась, когда её прикосновение коснулось меня, и я сдержал желание задрожать. — Спасибо, что пригласил меня на пижамную вечеринку.

— Ты всегда можешь оставаться со мной, Лиз, — ответил я, смущаясь.

— Я всегда рад видеть тебя на своих вечеринках.

Обычно я ждал, пока мама уйдет, но сегодня рванул с девушкой наверх.

Называй это мелочным, но я не собирался гладить отца по голове и говорить, какой он молодец, что попытался. Я знал, что такие попытки будут месяцами не повторяться.

— Подожди, — прошептала Лиз, отрывая меня от двери. — У тебя есть телефон?

— Да. — Я сунул руку в карман и достал Nokia 3210, которую получил на Рождество. — А у тебя?

— Есть. — Она взяла мой телефон, давая мне свой.

— Наверное, наши мамы вместе их покупали, — заметил я, добавляя её номер в телефонную книгу, пока она добавляла мой. — Клэр и Гибс тоже с такими же моделями.

— Наверное, — улыбнулась она, снова меняя телефоны.

Мы оба улыбнулись, спрятав гаджеты.

— Позвоню завтра.

— Если я не позвоню первой, — парировала она с подмигиванием. — Справедливо. — Я засмеялся и пошёл в свою комнату. — Но ты должна быть быстрой, потому что кто рано встаёт — тому Бог подаёт.

— Подожди, — позвала она, схватив меня за рукав и притянув к себе.

— У меня для тебя кое-что есть.

— Но ты же уже дала мне свой номер — — мои слова прервались, когда её губы сжались с моими. Она обвила меня руками за шею, притянув плотнее, и я отдался этому. Потому что она значила для меня всё.

Она всего лишь прикоснулась губами, и все мои нервы взрывались. У неё был невероятный талант сводить меня с ума и при этом лишать способности думать.

Когда Лиз наконец оторвалась от меня, оставив в моём рту свою жевательную резинку, я понял, что теперь у меня огромная проблема в штанах.

Её зрачки были настолько расширены, что казались почти чёрными.

Полагаю, у меня было то же самое.

— Твоя сестра не даст мне тебя поцеловать позже, — объяснила она, всё ещё запыхавшись после того, как сломала меня для всех остальных девчонок. — Так что я решила получить поцелуй сейчас.

Она была права.

Моя сестра устроила настоящий скандал, когда узнала о наших отношениях с Лиз. Она даже перестала с нами разговаривать — молчание длилось несколько недель.

Лиз была в отчаянии, а я наслаждался тишиной.

Девочки сумели помириться, но наша связь оставалась камнем преткновения для сестры, и потому Лиз старалась не прикасаться ко мне, если Клэр рядом. Мы скрывали наши отношения, и Лиз даже не брала меня за руку, когда сестра смотрела.

Меня это дико раздражало, но я не мог отрицать, как сильно мне нравились наши тайные поцелуи.

Лиз провела пальцами по моей нижней губе, забрала свою резинку из моего рта и положила обратно себе.

— На вкус как ты, — подмигнула она. — Мой любимый вкус.

Чёрт.

Лиз похлопала меня по щеке и с веселой походкой пошла к нашим друзьям.

Я же застыл на месте, пытаясь хоть как-то успокоиться, целых десять минут.

***

— Почему тебе обязательно надо уходить? — нытьем спросила Клэр через час, крепко держа Гибси за руку обеими своими. — Не оставляй меня в эту эпоху тысячелетия, Джерард, — продолжила она, упрямо упираясь ногами, когда он попытался уйти. — А что, если мир закончится?

— Медвежонок-Клэр, ты должна меня отпустить, — усмехнулся Гибси, держась одной рукой за дверной косяк. — Джонни снаружи в машине ждёт меня.

— И что? — фыркнула она, прищурившись. — Я же твоя медвежонокКлэр.

— Я знаю, — попытался он её успокоить, — и я вернусь к своему медвежонку-Клэр утром.

— Нееет, — завыла она. — Если ты пойдёшь, я останусь одна с этими влюблёнными пташками. — Она на миг бросила на меня сердитый взгляд, прежде чем продолжить нытьё. — Я буду совсем одна. — Эй, а я что? — вмешался Фели, который пришёл вскоре после Лиз, устроившись на кресле-мешке. — Я что, собачьи какашки?

— Ой, извини, Патрик, — покраснела Клэр. — Забыла, что ты тут.

— Прекрасно, — закатил глаза Фели. — Просто прекрасно.

— Я позвоню тебе, как только часы пробьют полночь, — пообещал Гибси, вырываясь из её захвата. — Я люблю тебя. — Он послал ей воздушный поцелуй и рванул из комнаты. — Ты всё ещё моя лучшая подруга, медвежонок-Клэр.

— Ага, щас, — фыркнула она, тяжело вздохнув и плюхаясь к Фели на колени, сложив руки на груди. — Я дуюсь.

Её драма вызвала у меня закат глаз, а у моей девушки — тихий смех.

— Клэр, он имеет право на других друзей.

— Нет, не имеет.

— Ой, что случилось, малыш Биггс? — спросил Фели, подыгрывая ей и подкармливая драму. — Уже скучаешь по своему партнёру в игре? — Да, потому что он теперь всё время у Джонни, — взорвалась Клэр, кудри разбросаны во все стороны. — Поездки с семьёй Джонни, ночёвки, матчи, дискотеки и тренировки. — Она закатила глаза и сделала вид, что её тошнит. — Меня это бесит, Патрик. Очень сильно бесит.

— Не говори, что ты ревнуешь к Джонни Кавана.

— Я не ревную, — защитилась Клэр, щеки покраснели. — Я злюсь на него. Он украл моего лучшего друга.

— Ну, расслабься, — вмешался я, чертовски усталый от её драмы. — Гибси ночевал у нас каждый день с Рождества, и всё утро, день и вечер он проводил с тобой.

— А где сейчас Джерард, а? — потребовала она. — На дискотеке с Джонни Кавана, вот где. А ты знаешь, что Джонни Кавана делает на дискотеке? Он целует девушек, вот что он делает. Много девушек. С языками.

— Они не на дискотеке, — попытался её успокоить Фели. — Они у Кэпа дома.

— Именно, — согласился я.

— Кэп? — прищурилась Клэр. — Почему вы его так зовёте? У него много шапок или как?

— Да, сестрёнка, — рассмеялся я. — Вот почему.

— Нет, у него нет много кепок, малыш Биггс, — объяснил Фели, явно сжалившись над моей младшей сестрой. — Мы зовём его Кэп, потому что он наш капитан.

— Капитан чего? Вашего воображаемого корабля? — вмешалась

Лиззи, усмехаясь. — Представляю: Капитан Фантастик и его стая фанатиков.

— На самом деле капитан регбийной команды, — парировал Фели. — Но хорошая попытка, змея.

— Ну, я уверена, он заставляет его тренироваться в регби, хотя это глупо, потому что Джерард любит регби только потому, что Джонни любит регби, — фыркнула Клэр, а потом спросила: — Эй, вы уверены, что они не на дискотеке?

— Если бы Кэп и Гибси были на дискотеке, мы бы там были, — утешил её Фели, погладив по голове.

— Да, мы бы были, — кивнул я. — И подальше от твоих капризов. — А может, если бы у Джонни Кавана появился свой лучший друг, я бы не расстраивалась так, — упрямилась она, комично обижаясь. — Почему он выбрал именно моего?

Этот вопрос до сих пор озадачивал наш класс. В сентябре, когда Джонни Кавана впервые появился в шестом классе, он сразу подружился с Гибси, и с тех пор они были неразлучны.

Никто из ребят в классе не понимал, почему кто-то вроде Джонни вообще хочет тусоваться с Гибси.

Я понимал.

Гибси был лучшим другом, которого только можно было иметь. Он был верен, надёжен, обладал лучшим характером в школе и искренне заботился о близких. Фели и я знали, что такие друзья, как Джерард Гибсон, встречаются редко, и я радовался, что Джонни это тоже понял. Я никогда бы не сказал это вслух, чтобы не смущать парня, но я был рад, что он наконец-то расправил крылья. Он всегда мог рассчитывать на меня, но видеть, как он сам находит друзей в школе, было для меня поводом гордиться. Потому что Джонни Кавана был его другом. Да, нас четверо часто вместе обедали, и Фели и я тоже считали Джонни своим другом, но все знали, на чьей стороне был Кэп.

С нашим Гибси.

— О чём ты думаешь? — спросила Лиз, улыбаясь мне. — У тебя самая большая улыбка на лице.

— Ничего, — ответил я, всё ещё улыбаясь. — Я просто счастлив.