ГЛАВА 14

Временные водительские права

Шэннон

Я чувствовала, как Джонни наблюдает за мной с другой стороны столовой в понедельник.

Как настоящая сталкерша, я знала точно, где он каждый день садился на обед: последнее место в конце «почетного» регбийного стола, в внутреннем ряду, рядом с арочным выходом.

Все время обеда я старательно игнорировала жгучее ощущение на щеках, то же самое чувство, которое простиралось до самых пальцев ног, и сосредоточилась на Клэр и Лиззи.

Потому что я знала, что случится, если посмотрю на него.

Я выдам себя, а ему не нужно знать, как сильно он на меня влияет.

Он запутал меня в прошлую пятницу, и теперь снова запутывал.

Почему он наблюдает за мной?

Почему он пригласил меня на ту вечеринку?

Почему он заставляет мое сердце так сильно колотиться?

Я не понимала, что здесь происходит, и в буре моих противоречивых эмоций мне нужно было держаться за хоть какое-то подобие контроля.

Но это было непросто, и этот контроль сорвался из моих шатких рук в момент, когда Гибси подошел прямо к нашему столу, весь с блондинистыми волосами и широкой улыбкой.

— Леди, — обратился он в том флиртующем тоне, к которому я привыкла, когда он сел напротив Клэр. — Как мы сегодня?

— Чего тебе, Джерард? — простонала Клэр, вырываясь из его объятий, когда он обвел рукой ее плечо. — Мы тут пытаемся поесть.

— Я хочу кое-что показать, — сказал он, подмигивая бровями.

— Я не собираюсь смотреть на твой член, — прошипела Клэр. — Так что перестань пытаться показать его мне.

— Не это, — фыркнул Гибси и достал из кармана связку ключей, размахивая ими перед лицом Клэр. — Это.

— О боже, — ахнула Клэр, выхватывая ключи из его рук. — Твои родители дали тебе машину заранее? Я думала, что ключи ты получишь только на выходных.

— Сдались, — ответил он, усмехаясь. — Что значит…

— Маньяк выпущен на ирландские дороги? — вставила Лиззи.

— Иисус, — пробормотал Гибси, нахмурившись на Лиззи. — Ты прям смехотворна.

Лиззи лишь показала ему средний палец и вернулась к обеду.

Покачав головой, Гибси снова обратил внимание на Клэр. — И это еще не все, — сказал он, полностью сосредоточившись на ней. — Родители уехали на Тенерифе. — Он подмигнул. — До понедельника.

— Они оставили тебя одного в доме? — удивленно переспросила Клэр.

— И знаешь, что это значит, да? — он подмигнул. — Время ночевки.

— Твои родители оставили тебя хозяином дома? — повторила она, шокированная.

Он улыбнулся и выхватил из ее рук яблоко. — Именно так.

— На целую неделю? — Клэр покачала головой, рот открыт. — Самого? Без присмотра?

Его улыбка стала шире, когда он ловко поймал яблоко. — Ты звучишь удивленно, — добавил он.

Заинтересованная их взаимодействием, я прислонилась к столу и наблюдала.

— Потому что я удивлена, — заикаясь, сказала Клэр. — Они вообще тебя знают?

— Очевидно, нет, — фыркнул он. — Так что иди домой и собирай вещи. — Он подмигнул, откусив яблоко. — Потому что ты заезжаешь в «Отель Гибсона» на неделю. Весело.

— О, правда? — Клэр откинулась на спинку стула, усмехнувшись. — А у «Отеля Гибсона» хорошие отзывы?

— Он идет с членом, медвежонок-Клэр, — объявил Гибси, громко. — Неограниченный запас пятизвездочного члена.

— Говори громче, — прошипела она, шлепнув его по плечу. — Думаю, не все услышали.

— Он идет с членом, Клэр! — поддразнил он, не испытывая ни капли стыда. — Мой член.

— Ебала я твой член, — пробурчала Клэр, выглядя ужасно.

— Конечно, можешь, — кивнул он с улыбкой. — Но здесь не время.

— Я не понимаю, почему я с тобой дружу, — пробормотала Клэр, щеки горели. — Ты такой неприличный.

— Ты дружишь со мной, потому что любишь меня, — промурлыкал он. — Потому что я единственный, кто заставляет твои щеки краснеть… — он провел пальцем по ее щеке — «во многих смыслах».

— Мне было одиннадцать, Джерард, — отрезала она. — И это был всего лишь поцелуй!

— Я готов повторить, — сказал он. — Скажи слово, медвежонок-Клэр, скажи, что готова, и я весь твой…

— Можешь перестать это делать! — рявкнула Лиззи, глядя на Гибси.

— Делать что? — спросил он.

— Играть с ее чувствами, — дышала она. — Это не игра!

— Лиззи, все в порядке, — начала Клэр, но Лиззи ее перебила.

— Не в порядке, — резко сказала она. — Он делает это с четырех лет. Это неправильно!

— Я не играю с ее чувствами, — ответил Гибси, выглядел озадаченным. — Она знает, что я ее люблю.

Клэр покраснела, что вызвало рычание Лиззи.

— Да, придурок, — прошипела Лиззи. — Ты ее сильно любишь, не так ли? Вот почему ты переспал с половиной школы, да?

— В чем твоя проблема? — вырвалось у Гибси, теперь он смотрел сурово.

— Ты, — Лиззи ткнула пальцем. — Ты и твои друзья, думающие, что вы «крутые». Играете с девушками, как будто это игра. Вы все отвратительные, все без исключения, регбийные придурки.

Гибси раскрыл рот, выглядя оскорбленным. — А что Джонни сделал не так?

— Да, — прозвучал знакомый голос. — Что я сделал?

Мое сердце подпрыгнуло в груди от этого знакомого дублинского акцента.

Он выделялся среди всех вокруг, как и Джонни выделялся среди всех.

— Ты такой же плохой, как и остальные, — шипела Лиззи, не сбавляя темпа, поворачивая яростный взгляд на Джонни, который, к моему ужасу, вытянул стул рядом со мной. — Хуже. Ты их лидер.

— Ну это новости для меня, — спокойно ответил Джонни.

Он сел рядом со мной, и я почувствовала, как кусок хлеба застрял на небе.

Проглотив его, я посмотрела на него широко раскрытыми глазами, не понимая ничего.

Он улыбнулся мне. — Привет, Шэннон.

— Привет, Джонни, — прошептала я, глядя на него, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди.

— Как дела? — спросил он, глубоким голосом, с голубыми глазами, сверлящими меня взглядом.

— Хорошо, — выдохнула я. — А у тебя?

Он усмехнулся. — Тоже хорошо.

Черт, снова это слово…

— Хорошо провела выходные?

— Эм, нормально, — я почувствовала, как краснею. — А ты?

— Я тренировался большую часть времени, — усмехнулся он. — Как всегда.

Я кивнула, не понимая ничего. — А вечеринка?

— Я долго не задерживался, — пояснил Джонни, оперев локоть на стол, полностью повернувшись ко мне. — Просто хотел показать лицо.

— Почему? — выдохнула я, горя от близости с ним.

— Тренировки, — объяснил он, стуча пальцами по столу, голубые глаза не отрывая от моих. — Стараюсь избегать вечеринок в сезон…

— Иисус, только не ты, — проворчала Лиззи. — Достаточно, что Тор там играет свои игры с Клэр, а ты еще вмешиваешься с Шэннон.

Джонни повернул голубые глаза на Лиззи. — Что ты сказала?

— Слышал, — ответила она.

— Мне нельзя с ней разговаривать? — спросил он, приподняв бровь. — Тебе не нравится делиться друзьями?

— Ты знаешь, что делаешь, — дерзко сказала Лиззи.

— Верно, Гибс, — задумчиво сказал Джонни, слегка качнув головой. — Пирс — святой человек.

— Полное уважение, — вставил Гибси, положив руку на стул Клэр.

— Уф, — фыркнула Лиззи, брезгливо глядя на Джонни и Гибси. — Я ненавижу вас всех.

— Когда говоришь «всех», это касается только нас… — Гибси жестом показал на себя и Джонни, — или всех мужчин?

— Ты больше всех, большой блондинистый идиот с регбийной головой, — резко сказала Лиззи. — А ты на втором месте, Капитан Фантастик, что не умеешь контролировать этого придурка.

Сказав это, Лиззи развернулась и вышла из столовой.

— Ух, — выдохнул Гибси, когда она ушла. — Эта девушка действительно меня ненавидит.

— Она всех ненавидит, — сказала Клэр, успокаивающе похлопав его по руке. — Не принимай на свой счет.

— Верно, — решила я добавить. — Ей нравятся только два человека.

— Именно, — согласилась Клэр. — Это абсолютно не личное. Лиззи просто нас защищает.

— Да, ну у меня не регбийная голова, — пробурчал Гибси. Он посмотрел на Джонни. — Правда?

— Нет, Гибс, — вздохнул Джонни. — Твоя голова не регбийная.

— Правда? — Он коснулся головы, смущенно. — Потому что я весил около пяти килограммов при рождении, и моя мама всегда жаловалась подругам, как я ее повредил своей большой головой.

— Вполне нормальная голова, Гибс, — успокоил его Джонни. — Очень круглая.

— Не слишком большая?

— Ты вырос, — уверил он. — Сейчас тебе подходит.

Не удержавшись, я хихикнула, увидев, как Джонни утешает Гибси.

— Опять смеешься над моими несчастьями, Маленькая Шэннон? — выстрелил Гибси с волчьей улыбкой. — Давай, выпусти это из себя.

Я бессильно пожала плечами, все еще улыбаюсь.

Он был таким необычным и забавным.

— Ну, вернемся к делу, — продолжил Гибси, откинувшись на стуле. — Что вы хотите сегодня посмотреть?

— Сегодня? — нахмурилась Клэр.

— Мы идем в кино, — заявил он с лукавой улыбкой.

— Кто «мы»? — резко спросил Джонни, напрягаясь рядом со мной.

Гибси обвел пальцем нас четверых.

Я раскрыла рот. — Что?

— Волчица тоже может пойти, — сказал он Клэр. — Если пообещаешь надеть намордник.

— Гибс, — сказал Джонни предупреждающе, качая головой.

— Давай, парень, — ответил Гибси. — Один вечер можно пропустить тренировку — мне нужен сопровождающий, пока я не научусь ездить один. — Повернувшись ко мне, он добавил: — Что скажешь, Маленькая Шэннон?

Я посмотрела на Клэр, которая была в зеркальном недоумении, а потом на Джонни, которому, казалось, причиняла физическую боль эта ситуация, и, наконец, на Гибси.

Скажи «да», Шэннон.

Пойди с ними.

Ты хочешь.

Ты действительно очень хочешь.

Но он тебя убьет.

Ты мертвая, если он узнает.

Я покачала головой и пробормотала: — Я не могу.

— Не можешь? — нахмурился Гибси. — Почему?

— Потому что я… я не… это… — покачав головой, я выдохнула. — Я не…

— Она не может идти, Гибс, — к счастью, вмешался Джонни. — Забудь.

— Но…

— Забудь!

Звонок прозвенел, сигнализируя о конце обеда, и Джонни вскочил.

— Давай, придурок, — пробормотал он, глядя на Гибси. — Нужно все уладить.

— Я заеду к тебе около семи? — спросил Гибси Клэр. — Подходит?

Клэр счастливо кивнула.

Он широко улыбнулся и вскользь поправил ее локоны. — Увидимся, медвежонок-Клэр.

Мой взгляд снова нашел Джонни, который стоял на краю стола с грозным выражением лица.

— Пока, Джонни, — сказала я тихо.

Его черты лица мгновенно смягчились, когда он посмотрел на меня и улыбнулся. — Пока, Шэннон.

— Ну, это было странное событие за последнее время, — заявила Клэр, когда мальчики ушли.

— Да, — выдохнула я. — Очень странное.