Ян двигался быстро, почти бегом, лишь бы не слышать за спиной ни Полину, ни Мирона, ни даже Марину. Рюкзак подпрыгивал на плече, ремешок больно врезался в ключицу, но он не замедлял шаг, упрямо глядя вперед. Сердце билось громко, злость с каждым вдохом только росла.

Вдоль кремлевской стены лежала прохладная тень, и Ян шагал по ней, не глядя на туристов и редкие группы школьников, которых вели экскурсоводы с поднятыми флажками. Каменные зубцы стены смотрели на него сверху вниз, словно насмешливо повторяя: «Слишком мал, чтобы спорить, слишком упрям, чтобы признать».

Ян поднял голову и уставился на башни. Они казались неприступными, как сторожа из другой эпохи. У каждой было свое лицо: суровое, насмешливое или равнодушное, – и Ян вдруг почувствовал, что они тоже оценивают его, как это делает Мирон, когда блистает своими знаниями.

– Вот неужели если знать названия всех этих башен, то можно задирать нос? – пробормотал Ян, сжимая кулаки. – Самый умный, что ли?

– А хочешь утереть ему нос? – раздался голос за спиной.

Ян резко остановился и обернулся. Сердце ухнуло вниз, слишком неожиданно было услышать чужие слова так близко. Перед ним стоял мужчина лет шестидесяти, высокий, сухощавый, с лицом, покрытым морщинами. На нем был поношенный коричневый пиджак, ворот которого слегка потерял форму, а поверх небрежно накинут теплый вязаный шарф с длинными кистями.

– Вы о чем? – осторожно спросил Ян, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Таисия действительно бессмертна, – сказал мужчина.

– Реально? – Ян не удержался, слова сами сорвались с губ.

– Ты же из-за этого и поругался с друзьями, – продолжил незнакомец, внимательно глядя ему в глаза. – Они не верят в то, что не доказано наукой. Так всегда бывает. Те, кто думают, что знают слишком много, на самом деле не понимают самого главного.

Ян нахмурился.

– Но как я ему докажу это? Ему, Мирону?

Мужчина чуть усмехнулся уголком губ.

– Найди кольцо первым.

– И что дальше? – с вызовом бросил Ян. – Мирон скажет: «Кольцо и кольцо».

– Потом я тебе расскажу, как сделать так, чтобы он поверил. – Голос мужчины прозвучал мягко, но твердо.

Ян скривился в насмешке:

– Сделаем его бессмертным?

Но собеседник не усмехнулся, не подыграл. Его лицо оставалось слишком серьезным.

– Ну если захочешь.

Ян вздрогнул и переступил с ноги на ногу.

– А вы вообще кто?

– Я тот, кто тебе поможет, – спокойно ответил мужчина. – Все остальное объясню позже. Сейчас к тебе подойдет твоя подруга. Она же не должна узнать, что ты не сам все понял?

Ян настороженно сдвинул брови:

– Как же я найду?

Мужчина чуть наклонился вперед и произнес почти шепотом:

– Иди в особняк Рябушинского на Никитской. Там и найдешь первую зацепку, а уж что сказать подруге, сам придумаешь.

Мужчина поправил шарф и не торопясь зашагал прочь, растворяясь в толпе. Мальчик проводил его взглядом, но через несколько мгновений уже не смог разглядеть среди прохожих.

Ян стоял, ошеломленный, и пытался понять: это все правда или очередной розыгрыш? Именно в этот момент сзади послышался быстрый топот, и к нему подбежала Марина. Щеки ее раскраснелись, дыхание сбилось. Она взглянула на Яна внимательно, чуть с тревогой:

– Ян!

– Ну что? – бросил он, пытаясь, чтобы голос звучал равнодушно, хотя внутри все кипело.

Марина посмотрела на Яна, переводя дыхание.

– Не сердись на Мирона, – тихо сказала она. – Он просто… просто…

– Всезнайка, как и ты? – резко перебил Ян, почти с вызовом.

Марина закусила губу, глаза ее блеснули, и на миг показалось, что она действительно сейчас заплачет.

– Я…

– Не такая, как он? – снова оборвал Ян, чувствуя, как обида прорывается наружу.

Марина ничего не ответила, только смотрела на него. Ян почувствовал, как его собственный гнев тает, уступая место чувству вины. Он отвел взгляд в сторону, вздохнул и уже спокойнее произнес:

– Извини. Просто он… ну, невыносим порой. Я с ним учусь с первого класса. Знаю, какой он: все время умничает, будто один на свете все понимает. Ты молодец, что смогла его задвинуть.

Марина слабо улыбнулась.

– Я не хотела никого задвигать, – тихо произнесла она. – Мне просто нравится учиться.

– Ну раз нравится, – оживился Ян, решив перевести разговор на другое, – то предлагаю пойти в особняк Рябушинского.

Марина удивленно распахнула глаза:

– Зачем?

Ян прищурился, на его лице промелькнула хитрая, почти заговорщицкая улыбка.

– Я, пока шел сюда, картину по интернету прогнал и понял, кто Таисия на самом деле. Это Евфимия Павловна Носова, сестра Степана Рябушинского. Вот думаю, что начнем искать с его особняка.

– Почему именно с его, а не с ее? – осторожно спросила Марина.

Ян махнул рукой нарочито весело:

– Он мне нравится больше!

Марина неожиданно рассмеялась. Смех ее был легким, звонким, и Ян почувствовал, как у него на душе стало теплее.

– Это весомый аргумент. Пошли!

Ян чуть смутился и все же уточнил:

– Ты со мной? Но почему?

Марина пожала плечами, глядя на него так, будто сама удивлялась собственному решению:

– С тобой веселее. Да и ты мой сосед по парте. Первый за все время.

– Вообще? – не поверил Ян.

Она кивнула, потом слегка улыбнулась:

– Ну, в первом классе был сосед, а потом нет.

– Почему?

Марина покачала головой и отвела взгляд, показывая, что не хочет отвечать. Ян, не желая давить, махнул рукой:

– Ну и ладно. Тогда я теперь всегда буду сидеть с тобой, – сказал он с притворной серьезностью.

Марина снова засмеялась, на этот раз мягче, и ее глаза засветились теплом.

– Спасибо, – произнесла она тихо, но так искренне, что Ян почувствовал, как обида окончательно ушла.

И они пошли рядом, вдоль стены, растворяясь в шуме города, который казался теперь не таким давящим.