Я побежала к Додо. На плече у нее была сумка, а лицо закрывал шарф. Тио посветил велосипедным фонариком на Додо, и я увидела, что ее глаза закрыты и она крепко спит.

– Додо! – окликнула я.

Не успела я произнести ее имя, как возле нее появилось что-то – слишком плотное, чтобы быть тенью. Это была тьма: ничего темнее и чернее я в жизни не видела. И на ней шевелились колючки.

Мосьминожик!

Я сразу поняла, что это не Ролло. Его колючки словно лязгали от гнева. И он двигался прямо на нас.