Оставаться здесь смысла не было, но я невольно опустилась на кровать. Как и в прошлый раз, когда переживала, куда же делась Додо, я раскисла и безумно устала от эмоций, которые то и дело захлестывали меня сегодня.

Машинально сунув руку в карман и нащупав бумагу, достала оставленную Додо записку. Она уже вся смялась из-за многократного перечитывания. Я аккуратно развернула ее и разгладила на коленке, потом прочитала еще раз, водя пальцем по словам: «Мне нужно кое-что спрятать. За мной следят. Я отнесу это в…» – и странный зигзаг.

Внимательно оглядев спальню на случай, если тут попадется похожий зигзаг, я ничего такого не увидела.

Зато заметила знакомые лица, улыбающиеся мне со стен: Додо повсюду налепила фотографии. Там было много свежих со мной и мамой, а также фото Додо с ее лучшей подругой Карен из их большого путешествия в Южную Америку в прошлом году. На одной из них девушки смеялись, а вокруг их лиц, точно львиные гривы, торчали огромные листья. Но и старые фотографии Додо тоже повесила – некоторые с тех времен, когда я едва научилась ходить. И тут же висело то самое фото, которое я видела в маминой комнате, где они обе совсем еще маленькие. Помимо снимков людей, были изображения растений и животных, а еще рисунки Додо: высоченные деревья секвойи, лисята, мохнатые грибы и красивые бабочки. Может быть, именно поэтому спальня Додо всегда напоминала мне лес – не лес деревьев, а лес, полный людей, животных и сказочных существ.

Маленький набор акварельных красок остался лежать возле кровати Додо. Рядом с ним стоял стакан мутной воды, из которого торчала кисточка. И еще валялась коробка масляной пастели. Черным мелком пользовались так часто, что от него почти ничего не осталось. Из-под кровати выглядывала книжка с пчелами на обложке.

Ящики комода были наполовину выдвинуты, а дверцы шкафа приоткрыты. Похоже, Додо что-то искала. Или спешно собиралась куда-то.

И все-таки в комнате чего-то не хватало, но чего точно, определить я не смогла. Я видела только то, что по-прежнему находилось здесь: висящий на двери халат и постельное белье, которое словно сдернули с матраса одним махом.

Мне не хотелось уходить из спальни. Тут я чувствовала себя в безопасности. Хорошо быть рядом с фотографиями на стене, потому что на долю мгновения они позволяли забыть о том, что я осталась совсем одна. И можно было не думать о том, что происходило. Но я еще разок разгладила записку от Додо и заставила себя осмотреть всю квартиру. На случай, если там найдутся какие-то намеки на то, куда могла пойти Додо, или на то, что мог означать зигзаг в записке.

Ни в гостиной, ни в тесной кухоньке я не нашла ничего полезного. Тщательно рассмотрела все бумажки, прикрепленные к холодильнику магнитами, и висящий на стене календарь, но почти ничего не сумела разобрать в каракулях Додо. Единственное, что я расшифровала, – это дата моего школьного концерта: Додо написала «Концерт „Звездочка, зажгись!“ у Аны» и обвела надпись маленькими черточками. И нигде ничего похожего на зигзаг.

Как и в спальне, некоторые вещи находились не на своих местах с тех пор, как мы с мамой вчера ушли. Подушки должны были лежать на диване, но валялись на полу, словно их туда бросили. Додо часто оставляла ровные стопки книг по всему дому, но сейчас вещи были разбросаны, валялись в беспорядке. Даже мусорное ведро на кухне выглядывало из шкафчика.

Все это приметы быстрых сборов: Додо либо в спешке бежала куда-то, либо что-то искала. А потом внезапная мысль заставила меня замереть на месте: а вдруг это не Додо искала что-то? Вдруг это был кто-то другой?

Снова покрутила в руках записку: «За мной следят», – говорилось в ней. Что, если те, кто следил за Додо, обшарили квартиру?

Мой мозг лихорадочно искал ответ, но находил только новые вопросы. Почему за Додо следили? Кто? Если тот же самый человек или люди перевернули ее квартиру вверх дном, то что они искали? И нашли ли они Додо? Может, именно поэтому ее здесь нет?

Я вернулась в спальню и нажала ладонью на подушку. Подушка мягко спружинила обратно. Еще раз огляделась. Посмотрела на ночной столик с красками, пастелью и стаканом мутной воды. Не пропустила ли я чего-то важного? Какого-то намека, который помог бы мне расшифровать послание Додо, или подсказки, где ее искать.

Эврика!

Блокнот Додо, тот самый, который она показывала мне вечером, был засунут между кроватью и тумбочкой. Он идеально вписался в промежуток между ними, и я бы не обратила на него внимания, если бы не отвела взгляд от тумбочки.

Вытащив блокнот, я сразу же поняла, что с ним что-то не так, хотя снаружи никакой разницы не было заметно. Пролистала страницы до рисунков с лисами – Vulpes vulpes, как их назвала Додо, – и дошла до места, где должны были быть странные существа из снов.

Листы были выдраны, и торчали только неровные корешки. Именно поэтому мне показалось, что блокнот изменился: он стал заметно легче, ведь из него вырвали так много страниц.

Не осталось ни одного рисунка странных существ.